Последний шанс

С детства я поняла, что желание жить не такое уж и сильное. Вообще, я склонный к суицидальным мыслям человек, но не об этом. Итак, чтобы внести чуточку ясности: я Василина Кузнецова. Пожалуй, стоит начать сначала. Моя семья никогда не была богатой и даже средней. Чуть ниже среднего. Донашивание вещей моих теть, двоюродных сестер и других родственников было нормой. Я даже радовалась, когда к нам в квартиру приезжала та самая богатая тетя с большими пакетами вещей, с натянутой улыбкой и холодным голосом. Она смотрела на маму со скрытым презрением, пока сама же мама обнимала сестру и бесконечно благодарила. После я мерила вещи, и почти все мама оставляла. Какие-то на вырост, какие-то подшить можно. В средней школе всё немного усложнилось. Мама и отец разошлись, чему я очень расстроилась, ведь папу очень любила. Он ушел к другой женщине, а мама спустя недолгое время нашла нового. Вот тут уже моя жизнь пошла по наклонной. Друзей у меня не было ни в школе, ни за ее пределами, поэтому я часто торчала в библиотеке, иногда беседуя с библиотекарем. После учебы неохотно шла домой, гадая, ждут ли меня сегодня побои или нет. Да, мама выбрала для себя отличную партию: алкоголик, бывший наркоман, безработный и вечно недовольный. Из-за его безработицы маме пришлось искать вторую работу, поэтому мы часто оставались наедине. Поначалу он лишь иногда водил своих друзей-алкашей к нам домой, а я запиралась в комнате, да и мое присутствие он игнорировал. Маме я говорила, но она лишь отмахивалась и, смотря на меня уставшими глазами, говорила: «Это нормально». Для меня это не было нормой. После я стала высказывать свое недовольство отчиму, за что и получала первые побои. Сначала это были просто подзатыльники, а после в ход пошли кулаки. Отцу я не могла ничего говорить, ведь мама пригрозила мне тем, что посадит отца в тюрьму. Я так и не помню за что, но это сильно напугало меня. При таких обстоятельствах я мечтала, чтобы в скорейшем времени наступил день, когда меня собьет фургон, столкнут с обрыва или просто убьют. Сама же не решалась. Единственной отдушиной были фанфики, в которых всё было просто и красиво. Там, где конец почти всегда хороший. К тому времени огромную волну популярности обрел фильм «Сумерки». И лишь один персонаж, точнее его образ, был мне интересен — Джаспер. Его история вызывала во мне массу грусти и сочувствия, а способности — волну мурашек и зависти. Лишь став более взрослой, окончив второсортную шарагу с района, я смогла устроиться на работу по специальности — менеджер. Зарплата низкая, но на аренду квартиры хватало. Я чувствовала невероятную свободу, находясь в своей однушке на окраине того же города. Мама была расстроена, но отчим ее быстро приободрил. Ожидаемо. Уставшая я приходила с работы, снимала старые потрепанные кроссовки и ложилась на диван, открывая в телефоне любимый сайт с фанфиками и просто книгами. Я полностью погружалась в историю, иногда ставя себя на место главной героини. Так летело время до поздней ночи, и я ложилась спать. Иногда, особенно по ночам, у меня сильно болели кости. Я списывала это на усталость, но с каждым прожитым месяцем боль становилась всё сильнее, и к ней добавился отёк конечностей. Усталость после работы тоже нарастала: приходя домой, я сразу засыпала. Я похудела, но продолжала игнорировать это, всё ещё думая, что это связано с работой. Когда у меня начались головокружение и тошнота, я вызвала скорую. Врач, стараясь скрыть страх, строго сказала мне собираться в больницу. Так началась моя борьба с раком. Анализы, визиты к врачам, процедуры — всё это было впереди. Потом началась химиотерапия: одна, вторая, третья. За ней последовала операция. Ничего не помогало. Мне сделали всё, что могли бесплатно, и врач сказал, что мне осталось жить месяц. Этот месяц стал самым мучительным в моей жизни. Боль стала постоянной и невыносимой, обычные обезболивающие не помогали. Она усиливалась ночью или даже при малейшей нагрузке. Я чувствовала себя беспомощной. Медсестры, не все, смотрели на меня с сочувствием, и это раздражало меня. Однажды наступил день, когда мои страдания закончились. Это был обычный день, без дождя, как в драмах, и без толпы родных и друзей вокруг кровати, как в романах. Только я знала, что сегодня всё закончится. Чувство приближающейся смерти, видимо, знакомо всем умирающим. Моё сердце перестало биться в половину двенадцатого ночи. Я так и не дожила до своего тридцатилетия. Совсем немного. Так началась новая история.