Доктор твоего тела

Хаякава сидел в кресле, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. Мир был мутным, а слова, явно адресованные к нему, проходили через звукопоглощающую пену так, что он не мог уловить суть. Ночь выдалась непростой: Пауэр и Денджи в отместку до утра смотрели дурацкий сериал на полной громкости. Поэтому Аки едва ли мог уснуть, ворочаясь и укутывая голову в подушку. Разлепив глаза, но всё ещё не смотря на собеседника, Хаякава проговорил в пустоту: — Динамика Симидзу стремительно ухудшается. — Аки постучал пальцами по столу, как бы перебирая собственные мысли. Наконец, Хаякава соизволил одарить своего собеседника измождённым взглядом, ожидая считать реакцию на плохие новости, однако не заметил ничего подобного. Ангел тупился в пол и как будто немного съёжился, сжался в одну точку. Только вчера они, как казалось Аки, сделали шаг навстречу тёплому общению между коллегами, как теперь они были на несколько ходов позади. Это заставило онколога почувствовать странный укол вины, будто он в точности сделал что-то не так и даже не мог этого осознать. Вспомнив, что он всё же на работе, Хаякава решил сделать вид, будто ничего не заметил, и продолжил рассуждать о случае пациентки. — Нужно вновь сделать снимок, чтобы отслеживать течение болезни. — Аки отвернул голову в сторону, рассматривая свой кабинет так, что он точно находился в музее и изучал произведения искусства. Никакой реакции или ответа не последовало. Ангел застыл, словно безмолвная статуя. Хаякава попытался всмотреться в лицо Демона, дабы разобраться в причинах странного поведения. На секунду захотелось узнать, что же случилось, но они ведь не друзья, чтобы лезть друг к другу в душу. Стук в дверь. Не дожидаясь ответа, человек, стоящий за дверью, открыл её. В проёме показалась красноволосая женщина в идеально выглаженном белом халате. Она сверкнула глазами на стоящего посередине комнаты Ангела, как тот тут же почувствовал прожигающий взгляд на своём затылке. Он без слов знал, кто пришёл. — Доброе утро, Хаякава. Ангел. — Женщина ждала, пока хирург повернётся к ней и ответит на приветствие. Тянущаяся тишина казалась невыносимой, так что, в конце концов, Демон обернулся вполоборота и коротко кивнул. — Здравствуйте, Макима. Что-то случилось? — проговорил Аки и вновь машинально выпрямился, одёрнув свой халат, чтобы выглядеть более презентабельно. — Хотела уточнить у вас, как проходит лечение пациентки, которую поручила вам с доктором Ангелом, — немного тише проговорила Макима. Она смерила взглядом Демона, который решительно избегал зрительного контакта с начальницей. Вдруг он повернулся и быстро кинул: — Прошу прощение, кажется, я забыл свой пропуск в сумке. — С этими словами Ангел пролетел мимо Макимы, чуть не задев женщину плечом. Та проводила его недобрым взглядом, но не подала виду, что чем-то недовольна. — Хаякава, — с коротким вздохом обратилась главврач к онкологу. — Вы не забыли о нашем уговоре? — Нет, я обо всём помню, — крайне серьёзно ответил Аки. Но от взора Макимы не ушло то, как подчинённый сжал ручку кресла. — Отлично. Тогда в ближайшее время жду ваш отчёт. Женщина ласково улыбнулась, медленно прошагала к выходу, обвела дверную ручку пальцами и покинула кабинет. Ангел чувствовал себя до невозможного глупо. Почему он решил, что хоть с кем-то в этом чёртовом коллективе может построить дружеские отношения? Ему же дали понять: «Ты здесь пустое место». Ещё и Макима так вовремя решила нагрянуть. Зря он не посмотрел гороскоп по пути на работу, может, там предупреждали, что этот день точно не его. Демон поспешил скрыться из злополучного коридора. Карточка в кармане горела огнём. Он не мог её забыть, иначе не смог бы попасть в собственный кабинет. И Макима это знает. Глупая отговорка, чтобы избежать неприятного социального контакта. Поэтому хирург решил пойти попить воды, а заодно подумать о пациентке. Да только голова была забита не ей и далеко не её неутешительным диагнозом. Он думал о Хаякаве. Что нашло на него сегодня? Ещё вчера он был таким приветливым в магазине, а теперь между ними будто выросла стена. Что могло так кардинально измениться за ночь? — Доктор Ангел Демон? Можно вас на секундочку. Пришли результаты Симидзу, — бросила одна из медсестёр, что возилась с документами у стойки регистрации. Вот только лишней болтовни ему сейчас не хватало, но деваться некуда. Это часть его работы. Молодой врач медленно подошёл к девушке. Та протянула ему снимок и показала, где поставить подпись, мол, принял. Затем бросила взгляд на время — в котором часу был сделан снимок. Поздняя ночь. Понятно, почему Аки был на нервах, если с утра ему принесли такой «подарочек». Он не из числа врачей, кому всё равно на судьбу своих пациентов. Нет, не так. Они не принимают их состояние близко к сердцу. Да, жалко. Да, больно. Да, обидно. Но это жизнь. Так бывает. Но Аки был не таким. Сложно представить, что для него смерть пациента. Наверное, сравнимо с собственной утратой. Ангел сглотнул. Видимо, это направление от судьбы, мол, нужно думать не только о себе. Он направился в раздевалку забрать несчастную шоколадку. Поднимаясь по лестнице, он увидел выходящую Макиму. Ну и отлично. Избежит лишних вопросов, не придётся оправдываться за свою псевдозабывчивость. Ангел зашёл в кабинет и поверх рентгеновского снимка положил сладость в ярко-красной упаковке. — Я понимаю, что тебе тяжело. Но… это нормально. Все врачи рано или поздно сталкиваются со смертью. Другой вопрос, как ты к ней относишься. Можно избегать, бояться, а можно принять как неизбежное, часть своей профессии. Я-я… я понимаю, возможно, для этого больного это облегчение. Не в плане, что после этой операции он поправится. Нет, я его проводник в последний путь. Как-то так. Ангел сел на стул напротив Аки и опустил взгляд на собственные руки. А правильно ли он всё сказал? Нужен ли был доктору его совет? Ведь всем говорят это в меде, но кто-то слишком поздно осознаёт смысл, вложенный в эти слова. — Я не говорю, что нам не нужно пытаться. Нет, бороться за пациента нужно до последнего, но без фанатизма. Если понятно, что у пациента длительное время нет положительной динамики, то… Может, уже пора признать, что пациенту стоит провести свои последние дни в кругу близких, а не мучить его отчаянными попытками. — Значит, вы считаете случай безнадёжным? — в голосе Аки сквозила сталь. Он положил руки на стол и сцепил их в такой крепкий замок, что костяшки рук побелели. — Знаете, я могу найти другого хирурга, который будет готов взяться за операцию. От железного тона онколога у Ангела по телу пробежала мелкая дрожь. Нет, он не собирался отказываться от дела. Глаза Демона начали рыскать по столу в поисках того, за что можно зацепиться и спастись, но взгляд предательски не находил ниточку помощи. Резкое, огненное желание убежать охватило тело хирурга, и на мгновение он вспомнил о шоколадке, припрятанной в кармане. Дрожащей рукой он полез в халат, нащупывая углеводную сладость, и выложил её на стол. Ещё минуту они сидели в тишине, пока каждый пытался по-своему переварить случившееся. Ангел бесшумно встал из-за стола и, как тень, покинул кабинет, оставив Аки одиноко сидеть в своём кабинете. Хаякава не считал, сколько он просидел в такой позе, пялясь на собственные сжатые руки, прежде чем расслабиться и обвести кабинет взглядом. Пусто. И только сейчас он заметил подарок, оставленный хирургом на столе. Аки взял шоколад в руки, пропальпировал упаковку, изучающе расправил заломавшиеся края и отправил угощение в свой карман. Сидеть здесь, одному, сейчас казалось чертовски неправильным, поэтому онколог решил отправиться в комнату отдыха, чтобы развеяться.

***

Нет, день был точно против него. После стычки с Аки последнее, чего хотел Ангел, — это поддерживать милую беседу с медсестрой, но деваться было некуда. Хирург подошёл к ней, молчаливо спрашивая, что от него требуется. Резе, как всегда, была приторно-милой, но пациенты были от неё без ума. — Да, что-то случилось? — со вздохом произнёс Ангел. — Да ничего такого. Прислали новые формы свыше. — Девушка кивнула на потолок, намекая незамысловатым жестом на начальство. — До конца недели необходимо их заполнить и подать. Давайте я вам объясню, как их правильно заполнять? Похоже, небеса всё же сжалились над ним, даровав такую возможность покорчить из себя мистера-занятость и весь день провести в своём кабинете над бумагами. Ангел, не задумываясь, слабо кивнул. — Да, давай… Ой, извините, давайте. — Хирург был сам не свой, и девушка это тоже подметила, но раз уж тот согласился, то нужно разъяснить. — Смотрите, вот сюда мы переносим номер из карточки пациента. — Хирург кивнул. Ага, понятно, номер… А мысли всё время возвращались к доктору Хаякаве и яркой упаковке на столе: почему он вообще решил, что Симидзу относится к разряду безнадёжных? Напротив, Ангел считал, что с таким онкологом как Аки у неё есть все шансы на выздоровление. — Доктор, вы меня внимательно слушаете? Я говорю, повнимательнее здесь. Нужно будет переписать рецепт, если вы что-то назначали больному. — вкрадчиво повторила медсестра. — Да-да, а галочки… Не могли бы вы повторить? — Резе лишь покачала головой и вновь принялась объяснять. Он ведь просто хотел донести, что это нормально, когда у пациента бывает не только хорошая динамика, нужно относиться к этому нейтрально. А что будет, если он действительно отнесёт Макиме заявление на смену хирурга? Очевидно, она не погладит Демона по голове, учитывая высокую смертность его пациентов. — Доктор, всё в порядке? Вы будто где-то в облаках. Если хотите, я могу объяснить вам всё в другой день. — Резе не могла пропустить отсутствующий взгляд, абсолютно незаинтересованное выражение лица. Будто она ему про жизнь муравьёв рассказывает, а тому нужно попасть из Токио в Хасецу. — Да-да, простите, просто плохо спал. — отмахнулся хирург. — Может быть кофе сделать для вас? — спокойно произнесла девушка. — Нет, что вы, не нужно. Я сейчас уже в свой кабинет пойду. После этого странного разговора девушка поспешила поделиться своими наблюдениями с Денджи, зная, что его сосед сейчас как раз работает в паре с Доктором Смерть. — Денджи, — окликнула весёлым голосом девушка парня, тянущегося за ручкой двери комнаты отдыха. — Есть пара минуток? Блондин обернулся и перед ним предстала медсестра с аккуратно прибранными назад волосами (разве что парочку прядей, ближе к лицу, выбивались из общего строя) и малахитовыми глазами, впивающимися прямо в душу. На ней была синяя хирургичка под самое горло и велосипедки, всё было аккуратно выглажено и идеально сидело по фигуре. Она нежно улыбалась молодому хирургу и вдруг смешливо ущипнула за руку того, чтобы парень вышел из забытья. — Резе, привет! — уголки губ Денджи резко поползли вверх, и он выдал из себя короткий смешок на шалость подруги. — Для меня есть работа? — Нет. Так, сплетни. — Резе игриво намотала одну из прядей на палец и с прищуром посмотрела на парня. — Знаешь Доктора Смерть? — Ага, с ним ещё Аки сейчас работает. Странный он. — Денджи хоть и отвечал впопад, но не мог перестать рассматривать медсестру. — Так вот… — Девушка скрестила руки на груди и сдула прядь с лица. — Сегодня помогала ему заполнять документы, а он был сам не свой. Такой растерянный, что ли. Будто и не в нашем мире пребывает вовсе. Никогда его таким прежде не видела. — Это Аки так на всех влияет, — сказал Денджи, хмыкнув про себя. — Хорошо, что мне не приходится с ним работать. — Это точно. Доктор Хаякава хоть и уважаемый человек, но, прости, я бы с его тараканами не хотела иметь дела. Резе потянула руку к лицу Денджи и нежно потрепала того за щеку. — Ну давай, я побежала. Приятного аппетита, если ты на обед идёшь. — Приятного… Не успел Денджи очнуться, как след медсестры уже простыл. Он мотнул головой, развеивая остаточные видения своей подруги, и двинулся за заслуженным ранним обедом. Между прочим, сегодня Денджи и Пауэр были вынуждены готовить себе еду сами, потому что Хаякава утром всем видом показывал, будто он не намерен собирать контейнеры для них. Как только блондин вскрыл банку газировки, купленную в автомате, дверь комнаты распахнулась от резкого удара и в помещение быстрым шагом влетел Аки. Он распластался на диване напротив Денджи, широко раскрывшего глаза от неожиданного визита своего, как он в шутку говорил, старшего брата. Хаякава прикрыл глаза и сложил руки на колени, жёстко вцепившись в них ногтями. — Что случилось? — проговорил Денджи, замечая, как быстро вздымается грудь Аки. — Отстань, — шикнул Хаякава в ответ. Отдышавшись, Аки разжал руки и полез в карман халата. Онколог демонстративно выложил шоколадку на середину стола и стал внимательно её рассматриваться. — Это мне подгон? — удивился блондин, еле раскрывая рот от набившейся еды. — Нет, мне, — с глубоким вздохом возразил Аки. — Типа хвастаешься? — уже не так заинтересованно говорил Денджи. Теперь его явно не устраивало то, что другие отвлекают его от еды. — Я не знаю, что делать. — Хаякава опустил голову на руки и размазал своё лицо, пытаясь прийти в чувства. — Доктор Ангел считает случай нашей пациентки безнадёжным. — А ты так, очевидно, не считаешь? — хмыкнул Денджи. — Не считаю! Надо бороться до конца… Иначе как я буду смотреть в глаза её детям? — Хаякава плотно сжал челюсть и почувствовал, как все его лицо наливается кровью от напряжения. — Ты никогда не умел принимать смерть, — тише проговорил блондин. — Не смей мне напоминать! — сквозь зубы прошипел Аки. — Пациентам и коллегам нужен спокойный врач, а не на взводе. Доктор Смерть нелюдимая личность, своими эмоциями ты его только отпугнёшь. — Думаешь, я с ним ещё буду работать? — Эта шоколадка от него? — Денджи покосился краем глаза на угощение в цветастой упаковке. Если судить по раздражённо насупившемуся Аки, предположение «младшего брата» оказалось верным, поэтому парень продолжил: — Тогда точно будешь. Хаякава ничего не ответил. Только потянулся рукой за шоколадкой и вскрыл пластиковую упаковку. Не приторно-сладкий вкус шоколада заполнил рот Хаякавы, и напряжение последнего, наконец, начало сходить.

***

Ангел весь свой рабочий день провёл в кабинете, вздрагивая от каждого шороха за дверью. Лишь бы не Макима. День у него и без того был паршивый, чтобы ещё выяснять с ней, почему доктор Хаякава решил отказаться от сотрудничества. Просто эти несчастные несколько часов провести в тишине и спокойствии. Так нежелательно делать, но он ушёл на двадцать минут раньше, потому что больше не мог находиться в гнетущей тишине. По пути Ангел никуда не заходил. Дома было всё необходимое, чтобы отключить мозг, и забыть о пережитом ровно до завтрашнего дня. Тревожиться и переживать будет завтра утром в метро, а сегодня сериал и… деградация. Во время просмотра очередной серии Ангел задался вопросом, а есть ли у любимого актёра какие-нибудь соцсети. И спустя непродолжительные поиски оказалось, что есть. Сколько он провёл на его страничке в инстаграме и тик-токе? Хирург потерял счёт времени, листая фотографии. Оказывается, ему не были чужды полуобнажённые фотографии, и выглядело это… мягко говоря, вкусно. Демон не заметил, как его бросило в жар от просмотренного. А это только начало. Добравшись до сторис, он понял. Вот она. Кладезь. Здесь и фотографии из спортзала, и халат на обнажённое тело. Вот только, как ни странно, представлял он не привлекательного доктора из сериала, а Хаякаву. Хмурого, но от этого ещё более горячего в халате нараспашку. Давно доктор Демон не испытывал этого стыда от собственного возбуждения. Будто он снова школьник, который нашёл, на своё счастье, сайт с контентом для взрослых. Одновременно до того хотелось куда-то спустить пар, и в то же время что-то внутри кричало: «Ты же не какой-нибудь извращенец!» Но последнее ушло куда-то на фон, оставляя место чему-то гадкому, скверному, человеческому. Ангел приспустил резинку домашних брюк, высвобождая член из тесноты. Щёки пылали. Но до болезненного хотелось. Вроде и не девственник, а всё будто в первый раз. Он зажмурился, мягко проводя рукой по длине, вверх-вниз, пока в голове вспыхнул образ до того желанный. Веки Демона подрагивали, он кусал губы, двигая рукой быстрее. Воедино сплелись стыд и желание, чтобы фантазии стали реальностью. Чтобы Хаякава действительно коснулся его. Ангел горячо выдохнул, сворачиваясь на собственном диване, рукой продолжая надрачивать, в то время как щёки пылали. Господи, неужели он действительно снова до такого опустился? В последний раз его так накрывало ещё в ординатуре. Доктор намертво закрыл глаза от подступающей разрядки. Он чувствовал себя мерзко, липко, но ничего не мог поделать с этим чувством. Сможет ли он смотреть этот сериал как раньше? Вряд ли. Но продолжать однозначно будет. Очевидно, по какой причине. Темноволосый, высокий, с правильными красивыми чертами лица, который не стесняется выкладывать такое на всеобщее обозрение.