Четвертый выход

Часть 1. 10:54. Последняя просьба — Закрой глаза. Егор не закрыл. — Закрой, — повторила она. Голос дрожал, но в нём было что-то, от чего у него внутри всё оборвалось. — Пожалуйста. — Нира, нет. Не смей. Мы что-нибудь придумаем. Вместе. — Вместе не получится. Ты же видишь. — Я не дам! Он рванулся к ней, но охрана перехватила, скрутила, прижала к стене. — Не рыпайся! — рявкнул К-9. — Сказано — один доброволец. Пусть решает. Егор бился, пытаясь вырваться, но его держали крепко, профессионально, не обращая внимания на удары. — Нира! Не смей! Слышишь?! НЕ СМЕЙ! Она смотрела на него. В последний раз. Какой же ты красивый, — подумала она. — Даже сейчас. Даже когда злишься. Даже когда плачешь. — Закрой глаза, — сказала она в третий раз. — Я не хочу, чтобы ты это видел. — НИРА! — Пожалуйста. И он закрыл. Потому что понял. Потому что знал: если она решила — переубедить нельзя. Потому что любил её больше, чем себя, и не мог отказать в последней просьбе. Слёзы текли по щекам, но глаза были закрыты. --- Часть 2. 10:55. Последний шаг Нира шагнула вперёд, к охраннику, который стоял ближе всех. Тот расслабился. Подумал, что она сдаётся, подходит, чтобы её увели. Опустил дубинку, протянул руку. — Умница, девочка. Не сопротивляйся, и, может, жить оставят. Она ударила молниеносно. Нож вошёл в бедро, повыше колена, туда, где бьёт фонтан артериальной крови. Охранник взвыл, рухнул, зажимая рану руками. Кровь хлестала сквозь пальцы, заливая пол. — Ах ты сука! — заорал второй, бросаясь к ней. Времени не осталось. — Егор, — позвала она. Голос был спокойным. Удивительно спокойным для той, кто сейчас стояла на пороге смерти. — Передай моим... ну, ты знаешь кому. Что я их люблю. И что я не сдалась. Ладно? Он не ответил. Он просто стоял с закрытыми глазами, прижатый к стене охраной, и плакал. --- Часть 3. 10:56. Сейчас Нира глубоко вздохнула. Боль в груди, которая мучила её месяцами, вдруг исчезла. Кашель отступил. Слабость ушла. Тело стало лёгким, почти невесомым. Странно, — подумала она. — Вот оно как. Она поднесла нож к шее. Лезвие было холодным. Оно коснулось кожи, и по телу пробежали мурашки. Сейчас. Мысли понеслись, обгоняя друг друга. Мама. Я скоро увижу маму. Папа. Он там? Надеюсь, да. Егор. Прости. Прости, что оставляю тебя одного. Прости, что не сдержала обещание. Прости, что не выбрались вместе. Но ты выберешься. Ты должен. Ради меня. Я буду ждать. Там, где светло. Страх был. Огромный, липкий, холодный. Он скручивал живот, сжимал горло, заставлял сердце биться где-то в ушах. Я боюсь, — призналась она себе. — Очень боюсь. Но вместе со страхом поднималось что-то ещё. Облегчение. Всё кончится. Боль кончится. Кашель кончится. Страх кончится. Бесконечные серые дни кончатся. Тренировки, уколы, крики по ночам — всё кончится. Я больше никогда не проснусь в этой камере. Никогда не увижу этот потолок. Никогда. — Прощай, Егор, — прошептала она. — Живи. Она надавила. --- Часть 4. 10:56. Лезвие Это было не больно. Странно, но не больно. Лезвие вошло легко, как в масло. Тёплая кровь хлынула по шее, по груди, заливая одежду. Она почувствовала, как подкашиваются ноги, как пол летит навстречу. Падаю, — подумала она. — Красиво падаю. Она осела на пол, глядя в потолок подвала. Туда, где в дыре всё ещё виднелся свет. Настоящий солнечный свет. Я всё равно выбралась, — подумала она. — Я увидела солнце. Кровь текла быстро. Горячая, густая, алая. Она заливала пол, смешивалась с пылью, растекалась лужей. Сознание угасало. Сейчас, — подумала она. — Сейчас придёт мама. И мама пришла. --- Часть 5. 10:57. Мама Она стояла в свете. Такая, какой Нира запомнила её в последний раз — молодая, красивая, с тёплой улыбкой. Только без страха в глазах. Без того животного ужаса, который был в магазине. — Мама? — Я здесь, дочка. — Я пришла. — Я знаю. Я ждала. — Там Егор... он... — Он справится. Ты даёшь ему силы. — Я его люблю. По-дружески. По-настоящему. — Я знаю. Он тоже. Нира улыбнулась. — Здесь хорошо? — Здесь хорошо. Тихо. Светло. — А папа? — И папа здесь. И бабушка. И дедушка. Все, кого ты любила. — Я соскучилась. — Мы тоже. Мама протянула руку. Нира протянула свою. --- Часть 6. 10:58. Темнота В подвале было тихо. Охранники замерли, глядя на тело. Даже видавшие виды, они не ожидали такого от ребёнка. — Твою мать, — выдохнул кто-то. — Что она... — Заткнись. К-9 подошёл ближе, посмотрел на Ниру. Она лежала с открытыми глазами, но в них уже не было жизни. Только отражение ламп. — Шестьдесят четвёртая, — сказал он равнодушно. — Утилизировать. — А парень? — В карцер. Пусть посидит, подумает. Егора оторвали от стены. Он не открывал глаза. Не сопротивлялся. Просто дал себя увести. Последнее, что он слышал, уходя из подвала — звук шагов охраны, тащившей её тело. --- Часть 7. 11:00. Там Она открыла глаза. Лес. Солнце. Тропинка. Нира стояла на той самой тропинке, по которой ходила во сне тысячи раз. Пахло хвоей и цветами. Птицы пели где-то высоко. — Ты пришла. Голос был знакомый. Женский, спокойный, тёплый. Нира обернулась. Анна стояла на крыльце длинного дома. Того самого, который Нира видела из окна разрушенного здания. — Я пришла, — сказала Нира. — Мы ждали. — Кто — мы? Анна улыбнулась и посторонилась. За её спиной стояли люди. Много людей. Мужчины, женщины, дети. Они смотрели на Ниру и улыбались. — Кто это? — Те, кто не сдался. Те, кто выбрал свободу. Нира шагнула вперёд. — А Егор? Он... — Он придёт. Позже. Когда будет готов. — Я буду ждать. — Мы все будем ждать. Нира вошла в дом. За её спиной закрылась дверь. --- Часть 8. 11:02. Там, навсегда В комнате было тепло. Окно выходило на дорогу — ту самую, которую она видела из разрушенного дома. За окном светило солнце. — Это твоя комната, — сказала Анна, появляясь в дверях. — Если захочешь здесь остаться. — А куда ещё можно пойти? — Кто хочет — идёт дальше. Там другие миры, другие дома, другая жизнь. Кто хочет — остаётся здесь, живёт в покое. Кто хочет — помогает тем, кто ещё там. — Я хочу помогать. — Я знала. — Откуда? — Я тоже помогаю. И видела тебя во сне много раз. Нира подошла к окну. Внизу, далеко-далеко, виднелись серые стены. ПВ-4. Там остался Егор. — Я буду приходить к нему, — сказала она. — Во сне. Буду поддерживать. — Приходи. Он будет ждать. — Спасибо. — Не за что. Ты теперь одна из нас. Нира улыбнулась и села на подоконник. Солнце грело лицо. Впервые за шесть лет ей было тепло , хорошо и она была свободна ...