Baby steps

С момента посиделок в кафе Шарль постепенно начинает забывать что такое покой. Два школьника оказываются у него так часто, что в какой-то момент Шарль даже ловит себя на мысли, что когда их нет, в его магазине становится как-то пусто. Но он никогда им об этом не скажет. Он понимает, что они ему нравятся. Оба очень милые и искренне хотят помочь, хоть и получается у них плохо. Шарль всё ещё пытается вернуть суккулент к более-менее живому состоянию, после того как Габи залил его водой на год вперед. А на то, чтобы распутать ленты у Шарля ушло больше двух часов, после попытки Олли упаковать небольшой букет. Но помимо всего этого, они и, правда, привнесли чуть больше радости в жизнь Шарля. Олли регулярно присылает ему какие-то смешные видео с собаками, а Габи регулярно рассказывает сплетни о том, что происходит у других на улице. Например, вчера Юки вышвырнул какого-то клиента из ресторана, потому что тот пошутил над его ростом. Или в другой день Ландо проиграл пятилетнему ребенку в шахматы, а Оскар снял все это на видео. Однако не все новости приносят столько смеха. Олли и Габи в этот день не могли беспокоить Макса, потому что он взял выходной и оставил кафе на уже проверенных сотрудников. Шарлю было немного досадно, потому что именно сегодня у него было настроение для лавандового чая, но он получался невероятно вкусным только у Макса. Подростки ввалились к нему в магазин сразу после школы, побросали рюкзаки и убежали, чтобы выпросить еды у Юки. Спустя время они вернулись и даже принесли пару закусок для Шарля, что показалось ему невероятно милым, но виду он не подал. Они галдели наперебой, рассказывая о каком-то парне в школе, о ненавистном уроке химии и еще о чем-о, что Шарль просто не расслышал из-за скорости, с которой сообщалась информация. Но одну фразу Шарль все-таки смог вычленить из этого бесконечного потока. – Вы видели Макса с каким-то парнем? – Да, – одновременно отвечают школьники. – Они вместе сели в машину и уехали из кафе Макса, потом остановились у того популярного ресторана и зашли туда. У него, что все это время был парень, а он нам не сказал? Ты что-нибудь знаешь об этом. Шарль? – Нет, – отстраненно ответил мужчина – Я ничего об этом не знаю. Мы с Максом не настолько близки, чтобы делиться подробностями об отношениях. И если он захочет, то он сам вам расскажет. Не давите на него. – Но тебе же тоже интересно, – резко выпаливает Олли с широко раскрытыми глазами. – Почему это я должен интересоваться теми, с кем встречается Макс? – Шарль хмурится. – Конечно, потому что ты влюб- – Габи резко толкает острым локтем британца, отчего тот сгибается пополам и хрипит от боли – Эй! Что ты делаешь, ненормальный? – Нам пора идти, хватит отвлекать Шарля от работы, – парень хватает Олли, как котенка, за воротник футболки и тащит к выходу. – Мы зайдем вечером, не скучай без нас слишком сильно и работай. Сквозь стеклянные двери и окна, Шарль видит, как Олли недовольно ворчит и пытается толкнуть Габи в ответ, но получается у него плохо, потому что они оба слишком сильно смеются. Ему никогда не понять, что творится в голове у этих детей, но почему-то видеть их такими счастливыми приносит невероятное удовольствие. – Значит, у него появился парень, – говорит сам себе Шарль, прежде, чем начать убираться, после составления букета. Это хоть как-то отвлекает его от мыслей, к которым он, по неизвестным ему самому причинам, не хочет возвращаться. Шарль всё поглядывает в сторону кафе, когда к нему подьезжает очередная машина, но это каждый раз оказывается просто посититель. Двое из них зашли и к Шарлю, чтобы приобрести по небольшому букету и уехать дальше. Монегаск вздыхает от головной боли. Во всем виноваты эти два негодника, которые зачем-то рассказали ему о любовных похождениях Макса. Это вообще не его дело. Он сосредоточен на магазине. А с Максом они просто друзья. На этом всё. Но даже когда он выходит вечером из магазина и смотрит в окно, он все продолжает думать о том парне, с которым Макс ужинал в ресторане. Неужели у него и правда все это время был парень? Тогда почему он совсем здесь не появлялся? Неужели он не помогает Максу, у которого каждый день так много работы, что даже Шарль иногда начинает думать о том, чтобы предложить свою помощь. Как Макс мог встречаться с кем-то, кто его совсем не ценит? Шарль мотает головой, отбрасывая навязчивые мысли. Макс взрослый и сам может разобраться со своими отношениями. Монегаск идет домой, заглядывая в окна еще незакрывшейся кофейни, где сегодня не мелькает Макс. Обычно он суетится по всему кафе, убирая столы и стулья, моя полы, пока Габи и Олли наводят еще больший беспорядок. В этот вечер нет никого из этих троих. Школьникам пришлось уйти сегодня раньше, чтобы подготовиться к контрольной. Они забежали за рюкзаками к Шарлю, сообщили ему новости о том, что Лиам продал три укулеле по цене одной, как будто ему нужна была эта информация, и убежали. Шарль сам не заметил, как сначала поправил воротник рубашки у Габи и пригладил волосы Олли, прямо перед тем, как они вышли за дверь. Подростки ничего не сказали по этому поводу, лишь пожелали "хорошего вечера" и убежали. Возвращение домой пешком помогло Шарлю хоть немного очистить разум. И тогда он пришел к мысли о том, что завтра все вернется к прежнему состоянию. Он будет составлять букеты, встречать клиентов, пока Макс кричит на кондитера из-за задержки заказа, потом появятся Олли и Габи, уронят пару горшков с цветами и кружек. Может, Шарль даже зайдет посидеть у Макса, когда тот будет закрывать кафе. Ничего не изменилось, Шарль ведь не видел этого парня собственными глазами. Да и ему незачем о нем думать, они просто друзья с Максом. Просто друзья. *** Следующее утро не задалось с самого начала. Шарль проспал будильник и бежал открывать магазин, даже не позавтракав. Ему предстояло составить два букета на заказ к определенному времени, поэтому он буквально влетел в помещение, схватил фартук и начал готовить заказ. Забыв о голоде, Шарль потратил час на то, чтобы подготовить два идеальных букета из белых лилий. Оставшиеся силы покинули его, когда он смог сесть в кресло и перевести дыхание. Это был долгий день, а от начала открытия прошел всего час. Не успел мучина до конца расслабиться, как в его магазине открылся портал в Ад: клиенты шли один за другим с все более безумными заказами, вернулась та женщина в леопардовой шубе, которая опять почти тридцать минут выбирала между красными и белыми розами. Шарль чувствовал, как медленно сходит с ума. Только к пяти часам он смог взять небольшой перерыв, но опять услышал звук открывающейся двери и уже почти подскачил на месте, чтобы поприветствовать очередного клиента с уже отрепетированной , но на пороге магазина был Макс. Он стоял с легкой улыбкой, держа в руках фирменный пакет из кафе и стаканчик чего-то горячего. — Привет, заговорил мужчина, когда Шарль просто продолжал молча смотреть на него. – Видел, что у тебя сегодня нескончаемый поток людей и решил, что ты точно не спел поесть. Здесь круассан с ветчиной и сыром и пара булочек шу. И чай. – Спасибо, Макс, – растерянно проговорил Шарль, вставая с кресла. – Я и правда сегодня не ел ничего, времени не было. Спасибо. Как дела в кафе сегодня? Я совсем ничего не слышал. – У нас тоже было много людей, но у меня есть кому помочь, – Макс пожимает плечами и проходит к столу Шарля, начиная раскладывать принесенные вещи так, как будто делает это постоянно. — У меня к тебе просьба. Могули я сделать заказ? – Заказ? – Шарль тоже подошел к столу и теперь просто смотрел на Макса широко раскрытыими глазами — Какой заказ? – Букета, конечно, – рассмеялся мужчина. – Мне нужен большой букет подсолнухов. – Да, конечно, я могу такой сделать, когда он тебе нужен? Я закажу цветы для букета и посмотрю, что примерно могу составить, чтобы тебе показать. – Завтра вечером получиится сделать? – Макс протянул ему круассан, и Шарль был готов упасть к его ногам и благодарить за еду, но сдержался и забрал впечку и стаканчик с чаем из чужих рук. – Я должен буду уйти в шесть часов вечера, получится ли до этого времени? – Да, конечно, – Шарль откусил кусочек и начал жевать, а потом замер. – А зачем тебе букет? – Ну, – голландец отвел взгляд и Шарль увидел, как по его шее и ушам растекся румянец. – У меня встреча. Хотел подарить своему другу букет. – Другу значит, – еда теперь казалась похожей на картон, а чай не успокаивал, как раньше. – Тогда я соберу самй красивый букет, раз он для твоего друга. – Спасибо, Шарль! – Макс просиял, хотя румянец все ещё горел на его лице. – Тогда скажи мне завтра сколько я тебе буду должен и во сколько мнне подойти. – Я скажу тебе завтра, когда узнаю время доставки и тогда же предложу варианты оформления. – Еще раз спасибо, Шарль, – Макс положил ему руку на плечо и слегка сжал. – Я знал, что могу попросить тебя об этом. Ты ешь, а я побегу, пока Олли и Габи ничего не разнесли. Я слышал, что ты вчера приютил их у себя. – У меня не было выбора, они сами решили, что это место принадлежит им, – смеется монегаск. – Но они вели себя хорошо, даже ничего не разбили. Они милые дети. – Да, они такие, – с нежной улыбкой произносит Макс. – Ну, я пойду. Увидимся завтра! – До завтра, – Шарль смотрит на закрывающуюся дверь с тяжестью в груди. Но, как и всегда, просто отталкивает от себя эти странные чувства и продолжает свой перекус. Его долгий день продолжается. Когда Шарль заказывает цветы для букета Макса, он старается не задумываться о том, кем на самом деле является этот друг для голландца. Это просто очередной заказ. Он вложит в него свою любовь к цветам и своему делу, но не будет слишком много думать об этом. Но почему-то он продолжает вспоминать отведенне глаза Макса, румянец на его щеках. Следующий день наступает слишком быстро. Он хотел бы проспать сегодня, чтобы не думать так много, как это было вчера. Но он встает вовремя и спокойно направляется к магазину. Доставка цветов тоже пребывает в назначенный час. Подсолнухи выглядят так, будто кто-то посадил вместо обыного семечка солнечный луч и из него вырос цветок. Шарль хотел было расстроится, что букет получится таким идеальным, но поймал себя на мысли, что никогда не думал так прежде. Для него всегда было проблемой то, что критика собственных способностей в любимом деле доставляла больше неудобств, а сейчас он внезапно захотел, чтобы что-то получилось плохо. Да что с ним вообще происходит? Макс заходит перед обедом. – Привет, – на нем сегодня не обычная рабочая одежда, состоящая из странных узких черных брюк,в существование которых Шарль до сих пор не мог поверить, а также черной футболки с логотипом кофейни. Сегодня же мужчина был одет в прямые синие джинсы и кремовую футболку с круглым воротником. Монегаск подумал, что он выглядит несправдливо хорошо. – Я принес тебе поесть. – Спасибо, Макс, – Шарль забирает пакет и стаканчик с напитком. – Не стоило что-то приносить. Мне привезли цветы, которые ты просил. Они стоят в холодильнике сейчас. Макс оборачивается в ту сторону, куда указывает Шарль, и пристально смотрит на подсолнухи, словно оценивая и проверяя их внешний вид, а потом поворачивается к Шарлю с широкой улыбкой. – Они прекрасны, – он вздыхает, как будто с его плеч сняли тяжелый груз. – Спасибо, что согласился так неожиданно это сделать. Я уверен, что в твоих руках они превратятся в настоящее произведение искусства. Шарль ничего не отвечает, лишь удивленно смотрит на Макса. Тот всегда язвит с ним или шутит, но сейчас так искренне говорил, что у Шарля не осталось сомнений, что он и правда сделает невероятный букет. Неужели Макс всегда так высоко оценивал его способности? И поэтому выбрал его цветочный, чтобы сделать букет для этого особенного друга. – Я хотел добавить туда ромашки, ты не против? – Шарль начинает разговор, чтобы прервать поток мыслей. – Конечно, я доверяю тебе, – и вот опять монегаску нечего сказать на такой искренний ответ. – Я сделаю все к шести часам, заберешь, когда будет удобно. – Сколько я тебе должен за букет? – Макс опять переводит взгляд на цветы, как будто они загипнотизировали его и не отпускают. – Ничего не нужно, – Макс резко поворачивается в его сторону и уже готовится начать спорить, однако Шарлль не дает ему такой возможности. – Ты кормишь и поишь меня уже несколько месяцев. Я думаю, что должен тебе больше, чем ты мне. – Но это не так, – тихо произносит Макс. – Нет, позволь мне сделать это для тебя, – Шарль протягивает руку, чтобы дотронуться до плеча мужчины и похлопывает пару раз. – Все хорошо, даже не думай об этом. – Спасибо, – Макс дарит Шарлю улыбку, от которой у того сжимается горло, но опять отмахивается от этого. Макс уходит обратно к себе, а Шарль начинает работу над букетами на заказ. Монегаск вкладывает душу в каждый букет, потому что именно так его учила мама. Если у твоего творения нет частицы души — значит, оно не достойно быть подаренным людям. Без стараний любой букет становится просто веником в обертке. Поэтому, даже если Шарль противится всей душой, он составляет прекрасный букет из подсолнухов с небольшим вкраплением ромашек. Крафтовая бумага дополняет всю картину, не отвлекая взгляд от самого главного – ярких желтых цветов. Макс поспешно приходит за букетом, находу поправляя волосы и одежду, после долгой рабочей смены. Он еще пару раз благодарит Шарля и уносится стремительным вихрем из магазина, бросив Шарлю улыбку напоследок. Монегаск все ещё не понимает, что заставляет его так расстариваться в этой ситуации, а еще больше беспокойства у него вызывает положение, в котором он оказался. Он сидит в тени ветвистых растений, скрытый ото всех и поглядывает на кафе Макса. Это ему немного напоминает их первую встречу, но как сильно все изменилось с тех пор. Он сидит так уже некоторое время, убеждая себя, что просто хотел подышать воздухом, но сам пристально следил за соседним зданием. Шарль вздрагивает, когда ко входу подъезжает машина, а из кафе, практически подпрыгивая, выбегает Макс с букетов в руках. Он открывает дверь машины с самым счастливым видом, который Шарль только видел на его лице, садится в машину, которая спустя пару минут трогается и уезжает в неизвестность. Настроение монегаска ухудшается еще сильнее. Оставшиеся часы в магазине Шарль провёл угрюмо смотря в одну точку, потому что клиентов больше не было. Он даже не задерживается, чтобы перепроверить букеты, которые стоят несколько дней на витрине, просто хватает свои вещи и идет домой. *** – Ну и что происходит? – Шарль вздрагивает от внезапного вопроса Пьера. Они вновь расположились в гостиной на диване. Это был их еженедельный вечер кино. Но Шарль мало обращал внимания на фильм, он даже не смог бы сказать, что происходило на экране последний час. Он каждый раз отвлекался и возвращался к воспоминаниям о сегодняшнем дне, о Максе, который сел в чью-то машину и уехал. – Что происходит? – Он старается сделать невозмутимый вид, но кажется Пбер его попытками не впечатлен. – Ты весь вечер смотришь на все, как будто снимаешь в фильме о неразделенной любви. – Со мной все в порядке, просто устал, — Шарль откидывается на спинку дивана и вздыхает. — В последнее время количество клиентов увеличилось, вот и приходится работать больше. – Ты врешь, – Пьер произносит это так равнодушно, как будто тут и спорить не о чем. – Просто расскажи мне всё и мы разберемся. – Как ты это всегда делаешь? – Что делаю? – Видишь, когда я тебе вру, понимаешь мои чувстваиногда даже лучше, чемя сам. – Я терплю тебя с детства, конечно, я знаю тебя очень хорошо, – Пьер улыбается и толкает Шарля плечом. – Что случилось? – Все началось с того, что Олли и Габи рассказали, что Макс ужинал с кем-то в ресторане, – Пьер кивает. – Я сначала не обратил внимания, а потом подумал, что не знал о парне Макса, а мы ведь хорошо общаемся в последнее время. И он мне ничпго не рассказал. Стало немного обидно, понимаешь? А потом он вообще пришёл и попросил сделать букет для «друга», но так сильно покраснел, что я ему, конечно же, не поверил. Зачем он скрывает такие вещи от меня, неужели мы так и не смогли нормально поладить? Я думал, что мы теперь друзья, и он может поделиться со мной чем-то таким. – Шарль, а ты уверен, что расстроился только из-за того, что Макс тебе чего-то не рассказал? – после короткой паузы заговор Пьер. – Ну конечно, уверен, – усмехается Шарль. – А из-за чего же ещё? – А если ты прекратишь заталкивать свои переживание куда подальше и серьезно обо всем этом подумаешь? – спокойно, как будто маленькому ребенку, предлагает француз. – Почему ты на самом деле расстроился, Шарль? Монегаск молчит долгое время, но Пьер его не торопит. Он знает, что нужно дать время, прежде, чем надавить чуть сильнее. Так обычно и бывает. Но не в этот раз. Шарль резко разварачивается и смотрт на мужчину с ужасом во взгляде. – Пьер, я что влюблен в Макса? – он почти кричит. – Поздравляю, приятель! – Пьер, пусть еще немного удивлен, что они разобрались с проблемой так быстро, но все равно не может сдержать смешка. – Ты узнаешь об этом почти самым последним. – Почему почти? – Потому что Макс тоже ничего не знает, – Пьер пожимает плечами. – Ты давно это понял? Я что, был настолько очевиден? Он точно не знает? – монегаск подскакивает с дивана, но стоит на месте, не в силах сдвинуться. – Это просто ужасно. Это катастрофа. – Шарль, успокойся, – но как бы Пьер не пытался, его никто не слушал. – Шарль ты должен дышать чуть медленне или тебе станет плохо, а я не умею помогать людям с гипервентеляцией. – Кто-то ещё знает? – Ну, смотри, – Пьер начинает по одному загибать пальцы на руках. – Ландо и Оскар точно знают, мы с Юки тоже. Уверен, что Лиам что-то подозревает, ну и ваши дети, конечно же. – Какие ещё дети? – Шарль становится похожим на белый лист с каждым новым именем. – Это же очевидно, – Пьер ухмыляется. – Ваши с Максом дети – Олли и Габи. – Они тоже знают!? – он бросается обратно на диван, хватаясь за голову. – А они как узнали? – Я был бы больше удивлен, если бы они не знали, с учетом того, сколько времени они с вами двумя проводят. – Но почему ты назвал их моими детьми? Я ещё могу понять про Макса, но я не брал на себя такую ответственность. – Правда что ли? – Пьер толко качает головой. – Вчера ты писал Олли, чтобы напоминить о контрольной в школе, а на прошлой неделе ты подвозил их до какого-то кафе, где они встречались с одноклассниками. Они ходят к тебе, как домой, но ты все ещё не берешь за них ответственность? – Но-, – Шарль, нечего на это сказать, он и сам не заметил, когда двое подростков прочно обосновались в его жизни. – Может, ты и прав. – Я всегда прав, с важным видом говорит Пьер, за что получает легкий удар от Шарля. – Но я серьёзно, вы, буквально, разделяете родительские обязанности между собой. Конечно, эти двое знают, о твоих чувствах, они поэтому и рассказали тебе про тот поход в ресторан. – Точно, ресторан, – лицо монегаска омрачается еще больше. – У него же еще и парень есть. – Шарль, а ты вообще уверен, что это его парень?– монегаск смотрит на друга с видом полной растерянности. – Ну, просто если так подумать, никто ведь и не говорил, что они встречаются. Друзья тоже могут сходить в ресторан вместе. – И давно мы с тобой в ресторане были? – хмыкает Шарль. – В прошлом месяце вообще-то. – А, точно, – Шарль трет лицо руками. – Но это все равно другое. Я не дарю тебе цветы и не краснею при упоминании тебя. А он покраснел! – Ты их даже вместе не видел, – Пьер устало вздыхает. – И он мог покраснеть из-за любой другой вещи. Просто спроси у него, он тебе скажет. Но я уверен, что ни с кем он не встречается. Лучше подумай, как ты будешь ему признаваться. – Но я не собираюсь ему признаваться, – монегаск сидит, сжавшись на диване, и всеми силами избегает грозного взгляда француза. – Это не смешно. – Я и не шучу. – Шарль. – Пьер. – Шарль, – и что-то в голосе Пьера меняется еще сильнее, отчего он звучит еще строже. Монегаску хочется только спрятатся и не продолжать этот разговор. – Ты не будешь просто молча страдать. Мы такое уже проходили. В этот раз такого не будет .Ты рыдал неделю в прошлый раз, и мы с Паскаль не успевали салфетки для тебя покупать. – Я вас об этом не просил, – обиженно произносит Шарль и отворачивается. – Да, но мы заботимся о тебе, поэтому не хотим повторения истории с разбитым сердцем, – Пьер кладёт руку на плечо монегаска и похлопывает пару раз. – Мама тоже знает? – тихим голосом спрашивает Шарль. – Конечно. Шарль только вздыхает. Все знали о его влюбленности, еще до того, как он сам это понял. Мужчина думает о всех тех моментах, когда его сердце замирало при виде Макса. Или о тех случаях, когда они ругались, но Шарлю это даже нравилось, потому что тогда взгляд Макса, пусть и полный ярости или насмешки, был обращен только на него. Или тихих моментах, когда кроме них рядом никого не было и по всему телу Шарля разливалось тепло и спокойствие. Ему конец. Он попался в ловушку этих красивых голубых глаз и теперь не может из неё выбраться. Шарль и сам не заметил, как постепенно чистая злоба переросла в ожидание встреч с Максом. День был не таким радостным, если Шарль хотя бы один раз не увидел мужчину. Как он не заметил, что постепенно привязался к этому глупому голландцу по соседству? А теперь ему придется избавиться от чувств, потому что он не хотел бы разрушать тот мир, который им только-только ужалось выстроить в последние несколько месяцев. – Так что ты планируешь делать дальше? – останавливает его кризис Пьер. – Попробуешь узнать, встречается ли он с кем-то на самом деле? – Не знаю, – Шарль тяжело вздыхает. – Может, Олли и Габи что-нибудь узнают. Мне нужно пару дней понаблюдать за всем. Да и не факт, что я ему нравлюсь, так ведь? – Шарль, – но ему не дают договорить. – Нет, ну ты сам подумай, – монегаск попорачивается к Пьеру с серьезным видом. – Мы не ладили с самого начала, сейчас, конечно, ситуация чуть лучше, но нас и друзьями тяжело назвать. – Он, буквально, ужинал с твоей семьёй на прошлой неделе, – француз закатывает глаза. – Это не считается, – Шарль качает головой с улыбкой. – Мама просто любит его, и Артур с Лоренцо – тоже. Они просто в какой-то момент решили, что он их сын и брат или типа того. – Может в тот момент, когда они поняли, что он тебе нравится? – Они делали это с первой встречи с Максом! – О чём я тебе и говорю, – Пьер почти может увидеть, какие мыслительные процессы сейчас происходят в голове Шарля, когда он опять замирает в одном положении и смотрит в одну точку. – Я что, настолько давно в него влюблен? – Ага, – Пьер хотел было рассмеяться, но Шарль падает лицом ему на колени и что-то бормочет. – Я ни слова не понимаю, прекрати сходить с ума. Поговори с ним завтра или это сделаю я. – Нет, я не смогу, – Шарль разворачивается и смотрит на француза снизу вверх. – И ты не поступишь так со мной. – Ещё как поступлю, – Пьер щёлкает друга по лбу, о чего тот морщится. – Если ты не разберешься со всем до конца следующей недели, то я беру ваших детей, и мы начинаем составлять свой план. Шарль закрывает лицо ладонями, понимая, что Пьер не шутит. Ему нужно срочно поговорить с Максом и понять, какие у него есть шансы. Но это все потом, сегодня ему нужен небольшой отдых. Он узнал слишком много нового о самом себе и навряд ли будет хорошо спать этой ночью. А завтра его ждёт ещё более тяжелый день.