По ту сторону

Аэропорт Милана был таким же, каким встретил меня две недели назад, но я возвращаюсь домой совсем другая. Меня будто вывернули изнутри. Рядом со мной идёт Даниил Маркович, он уже много раз меня похвалил за номер с Ильёй, особенно за задумку с выходом Малинина, ну это я сказала про задумку, не скажу ведь я, что Илья решил опоздать на лёд, поэтому выбежал в середине песни. Я сижу уперевшись в железные сиденья, на шее мягкая подушка, под глазами - синяки. Я думаю о нём. Уже сутки. Просыпаюсь и засыпаю с мыслями об Илье. Не о медали, я думаю о том, что не видела его после вчерашней встречи в коридоре. «American Airlines flight 202 to Stambul is now boarding.” Поворачиваюсь на Глейхенгауза, он кивает. Наш рейс. Сначало в Стамбул, потом Москва. Не могу оторвать взгляд от окна, слишком тяжело даётся мне возвращение домой. Остаётся чувство чего-то незаконченного. Но я уже пристёгиваю ремень в самолёте и включаю авиарежим. Милан. Точка. *** 3 июня 2026 года. Жизнь после Милана была такой же, я вернулась, а те две недели вычеркнула из жизни. Тренируюсь, оттачиваю четверные, но каждый мой прыжок в голове комментрует Илья, может галлюцинация? Или я просто скучаю? Этери Георгиевна просила зайти в тренеркую, такого не было давно. Немного топчусь у двери, но дёргаю ручку. Весь штаб в сборе. — Проходи, Адель, важные новости. Я хмурюсь, но сажусь на диван в углу комнаты. — Мне только что звонили из федерации. — И Адель, мы с тобой едем на международку! — заканчивает Даннил Маркович и вскакивает со своего места. — Правда!? — я тоже не могу усидеть, все трое кивают головой на мой вопрос. — Я, я просто… — руки дрожат, ноги подкашиваются. — Наконец-то. Три тренера заключают меня в обьятия, то чего мне не хватило на играх. Пытаюсь вытереть слёзы, но они не перестают капать на холодные руки, я выйду на международку! — На олимпиаде ты заработала себе два этапа. Выбрать не дали, но они есть. — Куда? — Франция и Канада. — Я просто не верю. — выдыхаю я поднимаясь с дивана. — Пойду переваривать… — Не засиживайся, с перевариванием. Остальные слова тренеров проносятся мимо меня. Я услышала то, чего ждала все 4 года. Сразу лезу в интернет, хочу увидеть остальное распределение на этапы. Ищу в списках фамилию Малинин. Франция и Канада. Какая ирония! Сжимаю телефон в руке крепче и иду в раздевалку. Значит до встречи в Канаде, Илюша. Возможно мне стоит написать ему, поделиться новостью, но нужно ли ему это? Мне кажется, что всё происходящее на тех треклятых играх мне показалось, взгляды, разговоры, касания, я их выдумала? Не написав ни строчки выключаю телефон, хотел бы, давно написал бы сам.

***

29 октября 2026 года. Длинные перелёты выматывают меня по полной, а уж полёт с пересадкой - ад полнейший. Я упираюсь в стенку лифта, нажимаю на свой седьмой этаж, зеваю и устало тру глаза. Но резкая остановка лифта заставила меня подскочить на месте. Двери медленно разьезжаются в стороны, а передо мной стоит Илья. Я снова протираю глаза, вдруг показалось. Я прижимаюсь ближе к углу, пытаясь сделать это незаметно. Лифт тихо едет вверх, я считаю секунды до того, как он остановится. — Привет. Я поднимаю взгляд на Илью, он не смотрит на меня. Нервно сглатываю и сжимаю руку в кулак, надо ответить. — Привет. — Поздравляю с возвращением. От каждого слова внутри, что-то склеивается, то что я все эти 10 месяцев рушила. Я вздыхаю и хочу выйти из лифта, оставив Илью без ответа. — Помолчим? Ладно. — Ну спасибо, спасибо за поздравление, этого ждёшь? — Как чувствуешь себя? Ты ведь не переносишь перелёты. — Перенесла. Я выплёвываю последние слова и вылетаю из лифта не оборачиваясь. Колёса чемодана едва слышно трещат под ногами. Все эти звуки отдаются в моей голове слегка заметным эхом, там только он, его голубые глаза, снова, как и 10 месяцев назад, в том феврале.

***

Тренировка в 9 утра испортило мне настроение до отметки ужасное. Я вышла на лёд уже на пределе. Кивнула своим наставникам, которые приехали в этот раз всем табором и поехала раскатываться. Начинаю с тройных. Когда собрала все тройные рискнула пойти и в аксель, в глаза бросился Малинин не сводящий с меня взгляда из-за бортика. Назло ему выезжаю этот аксель и проношусь мимо не разрешив себе посмотреть. Затормозила у бортика и сдула прядь с лица, Илья всё ещё был тут, десятки камер не напрягают меня так, как его присутствие. — В четверные? — Аккуратно, очень аккуратно, Аделия. Я хмурю брови. — Разве я когда-то была неаккуратной? Заезжаю на риттбергер, когда-то любимый прыжок. Раз, два, три, четыре счётчик в голове срабатывает и ноги выкатывают чистейший выезд. Качаю головой, всё равно мне не нравится. Есть куда стремиться. Проезжаю мимо бортиков и обжигающий взгляд Ильи снова оказывается на мне. Незаметно цокаю и круто разворачиваюсь. — Малинин, мы не на олимпиаде, строить из себя тренера больше не надо. — Смотреть тоже нельзя? — Нельзя. Тренировка тянулась наверное целую вечность, я вздыхаю, когда вхожу в раздевалку, наконец-то спокойно. В отель вернулась сразу после тренировки. Смотреть чужие соревнования перед своими прокатами - точно не для меня. Я вхожу в пустой лифт. — Hold the door, please (Придержите дверь, пожалуйста. ) Голос Ильи пронзит каждую частичку моего мозга. Я жму кнопку «закрыть дверь» . Раз 15 я на неё ткнула, но Малинин всё равно успевает добежать до лифта, а теперь ещё и знает, что я не хочу с ним ехать. Не отрываюсь от телефона, пока лифт едет вверх. Громкий треск и лифт остановился, не на этаже, а где-то между четвёртым и пятым. Чувствую, как ладони потеют, а дыхание сбивается. — Мы застряли, да? — Мне тебя жаль, Аделия, — он усмехается. — Но да. Илья не выглядит озабоченным, снова смеётся и не сводит с меня глаз. Я делаю вид, что велкий слепой и игнорирую всё это. Жму на кнопку помощи. — Ты говори, я на английском не смогу. —We are stuck in the elevator between the fifth and sixth floors, please help. Я сажусь на корточки в углу лифта, но далеко уйти от Ильи не вышло, он садится напротив. Ответа диспетчера не слышно. — Как дела? — Малинин, я не буду с тобой разговаривать. — Будем сидеть в тишине? Ты не сможешь. — Хватит вести себя так, будто хорошо меня знаешь. — Я веду себя как обычно, ты ведь так и просила. — Я просила!? Подскакиваю на ноги и подхожу ближе к Илье. — Ты мне написала, что мы просто забудем, всё что было. — спокойно озвучивает Малинин, совсем не сомневаясь в своих словах. — Когда я такое писала!? — На олимпиаде, после закрытия, ты не помнишь? — Ты не писал мне тогда, переписки же нет. — Ты сама и удалила её, нет? — Чего!? Я срываюсь на крик. — Илья, ты что несёшь? — Смотри! Мне в руки попадают скриншоты переписки, с каждым сообщением я всё больше хочу выломать дверь этого лифта и сбежать, осознание ударяет мне в голову. — Это писала не я.