По ту сторону

Завязываю густые волосы в прочный пучок и двигаюсь по направлению ко льду. Одна тренировка и вечером у меня короткая, всё впринципе, как обычно было на этапах в России, но здесь… Это всё равно другое, намного более значимое. Весь час, что длилась утренняя трененировка меня не покидали мысли. Много мыслей. И самое главное, что думала я не о том, как чисто откатать, а о том, что было вчера, что будет сегодня? Неужели моя жизнь снова станет такой же как олимпиаде? Непредсказуемой и странной. Пропускаю завтрак, потому-что не голодна. Или потому что не хочешь столкнуться с Ильёй? Или поэтому. Вместо завтрака иду в тренажёрный зал, сейчас там должно быть пусто, а желания с кем-то общаться у меня ноль. Открываю дверь зала и тревожно бегаю глазами по комнате, убедившись в том что меня никто не потревожит включаю музыку в наушниках и становлюсь на дорожку, ну так, чтобы размяться. Мне показалось или дверь в зале только что открыли? Да ну не может быть! Вижу перед собой Илью и машинально тянусь к телефону, чтобы сделать музыку громче. — Почему тебя не было на завтраке? — слышу я сквозь музыку, но игнорирую. — Нет, я просто думал, вдруг что-то случилось… — Даже если так, то какая тебе разница? — вынимаю из ушей наушники. Мой вопрос остаётся без ответа. И я надеялась, нет, я молилась, чтобы он сейчас встал и оставил меня в зале одну. Но он занял дорожку рядом со мной, явно настроенный поговорить. — Если ты думаешь, что вчерашним днём отбелил себя, то это не так. — Я просто… — У тебя всегда всё просто. — фыркаю я не дав парню договорить. — Ты вообще не изменилась за эти 10 месяцев. — Вообще-то изменилась. Да много чего изменилось! — Например? — Моё отношение к тебе. Повисает тишина накалённая до предела, я уже начинала закипать, Илья тоже еле держался, он всегда замолкает, когда боится наговорить лишнего. — Это всё ещё из-за того поцелуя? Ты серьёзно? — Разве этого мало, чтобы злиться? — Мы тогда даже не встречались! — И хорошо, что не встречались. — А ты не хотела? Странный вопрос, кто вообще спрашивает о таком в лоб? Ни один адекватный парень так не сделает. Но Илья на это и Илья, чтобы быть таким. Меня начинают раздражать сообственные мысли. А я всё ещё не знаю, что ответить. Нравилось ли мне проводить с ним время? Да, опредлённо. Хотела ли я с ним быть? Не знаю. — Не важно. — Значит хотела. — Я так не сказала! Вообще, чего ты добиваешься? Чего ты от меня хочешь? — Поговорить, Аделия, я хочу поговорить. — О чём ты хочешь поговорить? О том, что сначало целовал меня, не прошло и дня, как ты уже был с Алисой! — Да она сама! Я не успел среагировать! — И тем не менее. Себя поставь на моё место, на секунду, представь, что я чувствовала. Я поверила тебе! — Я знаю, что я виноват. Но я никогда не хотел тебя обидеть. — Хотел или не хотел, какая мне уже разница. Я ухожу с дорожки оставляя Илью за спиной. Хочу уйти, но не хочу сбегать, поэтому продолжаю «разминаться». Как же меня сейчас всё бесит. Возможно он правда жалеет, но я не хочу снова окунаться в это. Первый парень, которому я доверилась поступил со мной, как мудак. — Тебе нравится Шайдоров? — Что? Причём здесь это? — Тогда, на олимпиаде, он тебе нравился? — Да нет! Я и так тебе это говорила. Он меня сейчас ревнует? Да? Мне не показалось? — Но ты ему нравилась. — С чего такая уверенность? — Алиса сказала. — не подозревая неладное вываливает Малинин, а в моей голове загорается лампочка. — Нет, я эту суку за волосы то пооттаскиваю… — Подожди…Стой… А она не могла специально так сказать? — Блин, ну не знаю!? — восклицаю я, разве это не очевидно. — Конечно она специально так сказала! — Бля-я-ять…— отчаянно протянул он, наконец понял. — Она сказала и ты ей конечно поверил. — Ну извини, тогда это казалось очевидно! — Да если тебе сказать, что два плюс два ровно пять, ты и в то поверишь, чему тут удивляться. — Так значит? Ну ты сама на это подписалась, я не заставлял тебя со мной общаться. — Да это ты носился за мной, я ведь сразу отказалась и лучше бы так и осталось. — Правда? А мне казалось тебе очень даже нравилось. — усмехается Малинин. — Просто тебе не хватает смелости признать это. Я снова в ступоре, ну что мне ответить? Да, Илья, я влюбилась в тебя поуши. Хотя сама даже не уверенна в этом. Я не знаю, что люди чувствуют при влюблённости. Не знаю, что делать. Срываюсь с места и схватив сумку уже хочу выбежать из зала. — Ты опять убегаешь, потому-что это так, потому-что я прав. — я торможу, такая наглость это уже перебор, я не могу позволить себе промолчать. — После такого отношения, ни о чём и речи идти не может. Ты тоже, Илья, совсем не изменился. Дверь за мной захлопывается, вот уж поразминалась, злости теперь хватит на весь день. Время прошло незаметно, короткая была всё ближе. Я постаралась успокоить бурю внутри, которая терзала меня отголосками голоса Малинина. Холодный воздух катка в каком-то смысле успокаивал, я досматриваю прокат какой-то японки ожидая начало своей разминки. Правда? А мне казалось тебе очень даже нравилось. — Снова всплыло у меня в памяти. А ведь мне нравилось. Нравилось шутить над ним, сидеть в номере вдвоём листая какие-то глупые ролики, смеяться с видео про петролининых. Эти воспоминания были со мной всё это время, почти год. Но чаще всего, ты, Аделия, вспоминала всё таки не это. И это тоже правда, я вспоминала этот поцелуй каждый день, особенно в первые недели после возвращения в Москву. Шестиминутка, длительное ожидание своего проката, перекрывающая ужасное настроение весёлая музыка в наушниках и я уже распрыгиваюсь у бортика.

«Adelia Petrosyan»

Короткая программа легко исполненная, но пока, без тройного акселя, пролетела незаметно даже для меня самой. Два прыжка, каскад, о которых я и не думала волноваться. Вращения на четвёртый уровень и результат очевиден - я лидер. Арена визжит от восхищения, но меня, если честно, это не сильно сейчас радует, хочется завалиться в кровать и не вставать с неё пару суток. Но на пути к счастью всегда встречаются трудности, поэтому до этой кровати ещё нужно доехать, да в добавок ещё и на автобусе. Проношусь мимо всех, поздравления, наставления, вопросы, ничего не хочу, мчусь к выходу, где меня уже ждал автобус. Набитый до предела, все места заняты. Не все, Аделия, не все. Свободно место рядом с Ильёй, который этого пока ещё не заметил. Оцениваю ситуацию и принимаю решение не мучать ни себя, ни Илью. Хватаюсь за поручень, ели как до него дотянувшись и автобус трогается. Всего 20 минут, Аделия, держись, надо как-то их пережить и ты будешь спать у себя в номере. Но пережить спокойно не удалось. Илья всё же заметил меня и как всегда не смог усидеть на месте. Вижу, что он кивает мне в сторону освободившегося кресла, в ответ мотаю головой, но Илья продолжает сверлить взглядом, настаивая, чтобы я села. Я чувствовала, что не достою эти 20 минут и заняла место у окна. Пару секунд размышлений. — Ладно, садись, доеду как-нибудь. — Ты сама это предложила. — едва заметно киваю и тяну руку за наушниками. — Видела, что про нас пишут журналисты? — Не интересно. — И всё же. — он протягивает мне телефон, в котором была открыта одна из статей.

«Илья Малинин и Аделия Петросян, которых ранее подозревали в отношениях, снова в центре событий.»

Какая-то ересь про расставание, измену и ещё много всякого. Кто-то вообще писал, что мы расстались из-за запрета федераций. Как же это глупо. — Бред. — отрезаю я возвращая телефон. — Ты давала какие-то интервью после проката? — Нет. — Что будешь отвечать на вопросы журналистов про меня? — Пошлю их. Думала, что допрос окончен, но прилетает последний, самый лучший. — Будешь?— Малинин достаёт из кармана жвачку, вишнёвую, кстати, мою любимую. — Ладно, давай. — на моём лице проскальзывает улыбка. Погода за окном оставляла желать лучшего, слякоть, дождь, терпеть не могу. Лучше холодная зима, чем скользкая осень. Я была погружена в свои мысли, но не могла не чувствовать присутствие Ильи. — Почему не вставила тройной в короткую? — Да какая-то хуйня с ним, то он есть, то его нет. — Может помочь? — Себе помоги. Тишина. А нет, уже не тишина. — Кстати, что у тебя с аккаунтом в тик токе? Ты его удалила? — Я тебя заблокировала. — Вот бли-и-ин. — наигранно протянул Илья. — Мне просто столько видео попадается, вот например опять мы… — Что там? — сдалась я. — Смотри, угар просто. Эдит под глупую песню, но выглядит красиво, я даже посмеялась. — Скинь мне его. — Я могу тебе пока только по голубиной почте, надеюсь моего голубя ты не заблокируешь? — мы оба улыбаемся. — А, бля, забыла. Сейчас. — достаю телефон и открываю телеграмм, последняя наша переписка царапает душу. — Всё. — Скинул. — снова захожу в чат с Ильёй, пересматриваю видео. — Ты посмотрела и заблокировала? Серьёзно? — Что-то не так? — хихикаю я пожимая плечами. Автобус тормозит у отеля, еле вытаскиваю из машины огромную сумку с коньками, костюмами и многим другим. По-моему она весит больше, чем я сама. — Давай, ребёнок, помогу. — протягивает рукк к сумке Малинин, немного посомневавшись соглашаюсь. — Ты снова в роли моей прислуги? — Эй! Я смеюсь ступая в лифт, он тоже улыбается, я скучала по этому. Лифт тормозит на моём этаже. — Донесёшь до номера? — Дотащу. — Тогда пока. — Вали уже. — улыбка всё ещё на моём лицё, опять эти эмоциональные качели, после прошлых я неделю не выходила из дома. Но он вроде бы…Нормальный. Не такой предатель, каким я его представляла все последние 10 месяцев.

Открываю телеграм и пальцы уже ищут чат с Малининым.

Контакт «Илья поёт лучше соловья» разблокирован.

Илья поёт лучше соловья:

🤯🤯🤯

!!!

🎉🎉🥳👏🍾

Вы: 🙄🙄🙄

😊😊😊