Новые пассажиры

В доме на Молодогвардейской уже светились вечерние окна. Почти везде. Кроме Гришиной квартиры. – Ну что? – спросил Федя. – Пойдем к тебе? Как в тот раз? Посидим, выпьем? – Нас вообще-то ждут, – помрачнел Гриша. – Интересно, а без навигатора можно разговаривать? – Знаешь, кажется, я уже и при навигаторе могу, – напрягся Федя. – Столько щас внутри клокочет – если не выскажусь, ощущение, что разорвёт. Да и  потом, мы уже умерли, так что никакое чувство стыда нам не помешает. – Интересно, а у тебя чувство стыда за что? Тут во дворе призывно погудели. – Поехали, – махал им рукой Андрей. – А то навигатор вас не слышит! Машина открыла им все двери, кроме водительской. Но Федя с Гришей дружно полезли назад. – Так про второй раз, когда вас на пенсию выперли, расскажете? – Андрей мягко тронулся, глянув в заднее зеркало. – А чего ж не рассказать, – начал Федя. – Все просто: раскрыли мы вместе с Верочкой, значит, дело королевы этой, и нам снова недвусмысленно показали на дверь. Мол, то дело, на котором вы были внештатными консультантами, закрыто, будьте любезны по домам. – И вы пошли? Опять каждый своей дорогой? – А вот вам дулю, – радостно ответил Федя. – Тут уж я подумал, что второй раз в ту же самую лужу не сяду. Я его сперва подвезти предложил, а когда он начал отнекиваться, тупо позвал вместе выпить. Обмыть, так сказать, уже окончательную пенсию: ну как мы тогда думали! – Он так и сказал: предложение действует девять секунд! И начал пальцы загибать... – Какое предложение? – внезапно спросил Андрей. И опять глянул в зеркало. На заднем сиденье явно смутились. Гриша опомнился первым: – Как это – какое? Поехать ко мне и обмыть пенсию. Ко мне просто ближе было. – Понятно, – кивнул Андрей, подавив улыбку. – Я просто уточнил. Сейчас можно просто по МКАДу помотаться, пока нам не открыли дорогу? – Конечно, – сказали с заднего сиденья. Опять хором. – А вы дальше рассказывайте. Надо же нам разобраться, где вам в итоге выходить. – Надо, – Федя поёрзал, устраиваясь поудобнее. И продолжил: – В общем, приехали мы к Грише, вот туда, где щас были, бахнули по первой, и накатили на нас воспоминания. Как мы тут с ним молодыми пили, как его мама альбомы показывала,  как я ночевал в его комнате после наших попоек... В общем, приняли мы ещё, и потом ещё, а потом я говорю: Гриш, у тебя тут солдатиков прорва, давай в войнушку поиграем?  Я, правда, думал, этих солдатиков вообще руками трогать нельзя... – Не всем, Фёдор Анатольевич, – перебил Гриша. – Не всем. – Я так и понял, Григорий Петрович, – ткнул его в бок Федя. – И вот играем мы, я его, значит, вовсю теснить стал, и тут нас срубать начало... Мы и заснули, где сидели, прямо на диване. – Ты на меня головой свалился и так спал, – улыбнулся Гриша. – И храпел ещё. Я хотел тебя разбудить, а потом сам заснул. – А потом Романова пришла. И давай в дверь трезвонить. – Угу. Я еще подумал – кого принесло? Открываю и говорю: извините, но у нас сегодня неприёмный день! А там она. В общем, дальше мы уже рассказывали, – внезапно оборвал сам себя Гриша. – Про то, как Федя её приглашал присоединиться к нашей войнушке, потому что я практически завалил его передовую линию, слушать неинтересно. – Погоди, – встрепенулся Федя, – так ты что... тогда приревновал, что ли? – Окстись! Кого к кому? – А это я уже и не знаю, – произнёс Федя куда-то в сторону. А потом повернулся к Андрею: – В общем да, дальше мы уже рассказывали. Гриша ей налил, она с нами бахнула и уговорила нас вернуться снова консультировать. И даже в итоге в штатные сотрудники нас перевела. А мы вот её доверия не оправдали. Гараж взорвали, и вообще. – Моя бабушка говорила – не во ще, а в супе, – фыркнул Андрей. – Так что у нас в итоге получается? Романову вашу никто из вас, судя по всему, и не любил. А кого тогда? Вы, Фёдор, как я понял, не совсем по любви женились, мягко говоря. Вы, Григорий, не женились вообще. Но хоть какая-то любовь у вас в жизни была? На заднем сиденье молчали. Андрей осторожно припарковался, не глуша мотор: – Прошу прощения, где-то у меня бутылочка с водой валялась... Он повернулся и сделал вид, что шарит под передними сиденьями. – Нету. Ну и ладно. Сейчас заедем на какую-нибудь заправку. Он снова сел за руль, усмехаясь про себя. В общем, увидеть ему удалось примерно то, что и ожидалось. Эти двое сидели, тесно прижавшись друг к другу, и держались за руки. Плотно, до белых костяшек, как в последний раз. А потом Гриша сказал: –  А почему была? – Да, почему именно была? – эхом откликнулся Федя. – Я бы сказал, она и сейчас... – Маршрут построен, – холодно произнес навигатор. – До конечной точки пятьдесят восемь минут.