Кочерга

      На дощатом, почерневшем от влаги причале стоял вооруженный отряд. Воины кутались в тяжелые шерстяные плащи, переминаясь с ноги на ногу, чтобы прогнать промозглый холод, забирающийся под кольчуги.              Начальник стражи, Этельвульд, замер у самого края мостков. Широкоплечий, с изрубленным шрамами лицом, он молча всматривался в белесую пелену над рекой. Он ждал.              Андрей стоял чуть позади. На нем была чужая броня, в руке — копье с тяжелым наконечником. Его серые глаза безотрывно следили за серой гладью.              Вдалеке, сквозь монотонный плеск волн, послышался ритмичный, тяжелый скрип уключин.              Из тумана вынырнул темный силуэт лодки. Она шла тяжело, глубоко сидя в воде. На носу маячили фигуры моряков, но взгляд Андрея мгновенно выхватил главное — в самом центре палубы возвышалась массивная, сколоченная из толстых жердей и стянутая железом клетка.              Лодка глухо ткнулась бортом в причал. Этельвульд коротко кивнул. Стражники шагнули вперед, перехватывая брошенные канаты и подтягивая судно.              — Выгружай, — бросил Этельвульд.              Залязгали цепи. Клетку с натугой, кряхтя и оскальзываясь на мокрых досках, подняли и тяжело опустили на берег. Грязь чавкнула под её чудовищным весом. Андрей отделился от строя. Какая-то неведомая, магнетическая сила потянула его к этим деревянным прутьям. Он подошел вплотную.       Внутри, на грязной соломе, сидел человек. Северянин. Пленный воин викингов. Его светлые волосы были заплетены в косу. Он улыбался, нет, скалился. Широкие плечи были опущены, руки намертво закованы в тяжелые кандалы.              Викинг медленно поднял голову. Встретился взглядом с Андреем.              В его голубых глазах стояла мертвая, пронзительная пустота человека, чья война уже закончилась.              Но взгляд Андрея скользнул ниже.              На грязной, исполосованной старыми шрамами шее северянина, на толстом кожаном шнурке висел амулет. Вырезанная из потемневшей кости волчья голова.              Слова, произнесенные незнакомкой на дне телеги в другой жизни, ударили в виски кувалдой. Андрей замер, не в силах отвести глаз от костяного зверя. Круг замкнулся.              Тяжелая рука в кожаной перчатке легла Андрею на плечо.              Этельвульд встал рядом, смерив пленника суровым, равнодушным взглядом.              — Не рассматривай. Сопровождаем.              Он отвернулся и взмахнул рукой.              Стражники засуетились. Клетку волоком втащили на подкатившую скрипучую телегу. Щелкнул кнут. Возница гортанно крикнул на волов.              Телега тяжело дернулась и медленно покатилась прочь от реки. Андрей закинул копье на плечо и зашагал следом, растворяясь в густом, холодном английском тумане.