Краска на асфальте

Первая ночь в новой квартире выдалась... странной. Вэй Ин стоял посреди гостиной и не знал, куда себя деть. Вещи были разобраны, краски аккуратно расставлены в его новой мастерской (Лань Чжань действительно отдал ему целую комнату!), скейт нашёл своё место в прихожей, а сам Вэй Ин... — Ты чего замер? — спросил Лань Ванцзи, проходя мимо с двумя кружками чая. — Я... — Вэй Ин обвёл рукой пространство. — Не привык. К такому. — К какому? — К тому, что это моё. Наше. Что я могу просто... быть. Не думая, что надо съёживаться, чтобы не мешать. Лань Ванцзи поставил кружки на стол, подошёл и взял его за руку. — Ты никому не мешаешь. Тем более мне. — Но я громкий. И беспорядочный. И вечно всё разбрасываю. — Я знаю. — И буду будить тебя по ночам, если приснится кошмар. — Буду рядом. — И иногда буду задыхаться. — Я научусь помогать. Вэй Ин посмотрел на него долгим взглядом. — Ты правда готов к этому? Ко мне? Со всем моим багажом? — Вэй Ин. — Лань Ванцзи взял его лицо в ладони. — Я готов к тебе. К любому. С любыми проблемами. Ты — не багаж. Ты — человек, которого я люблю. Вэй Ин шмыгнул носом. — Ты опять меня растрогать хочешь? — Хочу, чтобы ты понял. — Я понял. Я всё понял. Просто... — Он уткнулся лбом в плечо Лань Ванцзи. — Просто дай мне привыкнуть. Ладно? — Сколько угодно. Они стояли так посреди гостиной, обнявшись, и слушали тишину. Только чай остывал на столе да где-то за окном шумел ночной город. — Лань Чжань, — вдруг сказал Вэй Ин. — М? — А где я буду спать? Лань Ванцзи замер. Вэй Ин почувствовал, как напряглись его плечи. — Есть... — Лань Ванцзи откашлялся. — Есть гостев... — Нет, — перебил Вэй Ин. — Если ты сейчас скажешь "гостевая комната", я обижусь. — ... — Я серьёзно, Лань Чжань. Я переехал к тебе. Не в гости на неделю. Я хочу спать с тобой. Если ты, конечно... — Вэй Ин запнулся. — Если ты тоже хочешь. Лань Ванцзи молчал так долго, что Вэй Ин начал нервничать. А потом развернулся и пошёл в спальню. — Идём, — бросил он через плечо. Вэй Ин замер. — Что? — Идём спать. Ты устал. Я устал. Завтра выходной. Будем разбирать вещи и привыкать друг к другу. — А... а сейчас? — Сейчас — спать. Лань Ванцзи уже скрылся в спальне. Вэй Ин постоял ещё пару секунд, а потом рванул за ним. --- Спальня оказалась большой, светлой и... очень аккуратной. Белые стены, минимум мебели, широкая кровать с идеально заправленным бежевым покрывалом. Вэй Ин оглядел это великолепие и почувствовал себя слоном в посудной лавке. — Я тут всё испорчу, — выдохнул он. — Что именно? — Ну... я ворочаюсь. И храплю иногда. И разбрасываю вещи. И вообще я... — Вэй Ин. — Что? — Раздевайся и ложись. Вэй Ин покраснел до корней волос. — Лань Чжань! Мы всего два месяца вместе! Это слишком быстро! — Я имел в виду — сними джинсы и ложись спать. — Лань Ванцзи снял пиджак и аккуратно повесил его на плечики. — Что ты подумал? — Я... ничего! Я ничего не подумал! — Ты покраснел. — Это отопление! У тебя жарко! — Отопление выключено. — Тогда... тогда это ты виноват! Лань Ванцзи посмотрел на него долгим взглядом. И вдруг улыбнулся. Той самой редкой улыбкой, от которой у Вэй Ина подкашивались колени. — Иди сюда, — позвал он. Вэй Ин подошёл. Лань Ванцзи взял его за руку и усадил на кровать. — Слушай меня внимательно, — сказал он тихо. — Мы будем спать в одной постели. Просто спать. Потому что я хочу просыпаться и видеть тебя рядом. Всё остальное — потом. Когда ты будешь готов. Когда мы оба будем готовы. Хорошо? Вэй Ин смотрел на него и чувствовал, как сердце переполняется чем-то тёплым и огромным. — Лань Чжань, — выдохнул он. — Ты слишком хороший для этого мира. — Я просто люблю тебя. — И поэтому ты такой? — Наверное. Вэй Ин вздохнул и начал раздеваться. Стянул футболку, бросил её на пол (Лань Ванцзи проследил за траекторией взглядом, но промолчал), снял джинсы, оставшись в одних боксерах, и нырнул под одеяло. — Твоя очередь, — сказал он, похлопав по месту рядом. Лань Ванцзи разделся с педантичной аккуратностью — повесил брюки, сложил рубашку, убрал носки в корзину для белья. Вэй Ин наблюдал за этим ритуалом с восхищением. — Ты как будто ритуал проводишь, — заметил он. — Привычка. — А со мной привыкнешь к беспорядку? — Уже привыкаю. Лань Ванцзи лёг рядом. На идеально выглаженной простыне, с идеально прямой спиной. Вэй Ин тут же придвинулся и уткнулся носом ему в плечо. — Так можно? — спросил он. — Можно. — А обнимать? — Можно. — А ногу закинуть? — Можно. Вэй Ин закинул ногу и довольно вздохнул. — Ты тёплый, — пробормотал он. — И пахнешь хорошо. Чем это? — Мылом. — Дорогим? — Обычным. — Врёшь. Дорогим. У тебя всё дорогое. Лань Ванцзи промолчал. Его рука легла на спину Вэй Ина и начала медленно поглаживать. — Расслабься, — тихо сказал он. — Ты дома. Вэй Ин выдохнул. Длинно, дрожаще. — Дома, — повторил он. — У меня никогда не было дома. После смерти родителей мы с Ченом снимали углы. Потом он выбился в люди, купил квартиру, но это была его квартира. Я всегда был гостем. Даже когда жил там три года. — Теперь это твой дом. — Наш дом. — Наш. Вэй Ин поднял голову и посмотрел на Лань Ванцзи. В полумраке спальни его золотые глаза казались тёплыми, почти медовыми. — Лань Чжань, — прошептал он. — А можно я тебя поцелую? — Можно. Вэй Ин поцеловал. Нежно, осторожно, будто пробуя на вкус. Лань Ванцзи ответил, притягивая его ближе. Это был долгий, тягучий поцелуй, от которого по телу разливалось тепло. Никакой спешки, никакого нетерпения — просто два человека, которые наконец-то оказались там, где должны быть. Когда они отстранились, Вэй Ин тяжело дышал. Но это было приятное дыхание — не от астмы, а от волнения. — Всё хорошо? — спросил Лань Ванцзи. — Ага, — выдохнул Вэй Ин. — Даже слишком хорошо. — Слишком? — Ну, знаешь... я думал, что никогда такого не заслуживаю. — Заслуживаешь. — Лань Чжань... — Спи. — Но я не хочу спать! Я хочу смотреть на тебя! — Успеешь насмотреться. Впереди целая жизнь. Вэй Ин вздохнул и устроился поудобнее, прижимаясь к Лань Ванцзи всем телом. — Ладно, — пробормотал он. — Но завтра я буду смотреть на тебя целый день. — Договорились. — И рисовать тебя буду. — Рисуй. — И на стену в спальне что-нибудь накалякаю. — Только не в спальне. Я хочу белые стены. — Эгоист. — Я знаю. Вэй Ин фыркнул и закрыл глаза. В комнате было тихо, тепло и спокойно. Рядом дышал Лань Чжань — ровно, глубоко, убаюкивающе. Вэй Ин чувствовал, как напряжение последних лет потихоньку отпускает его. — Лань Чжань, — сонно пробормотал он. — М? — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Вэй Ин. --- Утром Вэй Ин проснулся первым. Солнце било в окно, заливая спальню золотым светом. Лань Ванцзи спал рядом — расслабленный, без своей обычной маски невозмутимости, с чуть приоткрытым ртом и разметавшимися по подушке волосами. Вэй Ин смотрел на него и не верил своему счастью. Такой красивый. Такой идеальный. И рядом с ним — он, Вэй Ин, со всеми своими проблемами, тараканами и астмой. — Как ты вообще на меня посмотрел? — прошептал он. Лань Ванцзи пошевелился, открыл глаза и сразу нашёл его взглядом. — Ты говоришь вслух, — хрипловато сказал он. — Ой, разбудил? Прости! — Ничего. — Лань Ванцзи потянулся и вдруг улыбнулся. — Доброе утро. У Вэй Ин сердце пропустило удар. — Доброе, — выдохнул он. — Долго смотрел на меня? — Недолго. Минут двадцать. — Врёшь. — Ну, полчаса. Может, час. Какая разница! Ты красивый! Я имею право! Лань Ванцзи сел на кровати, потянулся и вдруг наклонился к Вэй Ину. — Хочешь, я буду просыпаться так каждое утро? — спросил он. — Что? — С тобой рядом. Вэй Ин открыл рот и закрыл. Потом кивнул. — Очень хочу. — Тогда договорились. И поцеловал его — долгим, утренним, сонным поцелуем. --- Первый совместный завтрак прошёл... хаотично. Вэй Ин вызвался готовить. Лань Ванцзи согласился, не подозревая, во что это выльется. Через десять минут кухня напоминала поле боя. Мука была везде — на столе, на полу, на лице Вэй Ина. Яйцо оказалось на потолке (Вэй Ин пытался его подбросить и поймать, но что-то пошло не так). Молоко убежало, потому что Вэй Ин отвлёкся на рассказ о том, как они с Ченом однажды пытались пожарить картошку и чуть не спалили общежитие. — Вэй Ин, — сказал Лань Ванцзи, глядя на это безобразие. — А? — Ты когда-нибудь готовил? — Конечно! Лапшу быстрого приготовления! И яичницу! Иногда! — Это не считается. — Это как раз считается! Я выжил! Я до сих пор жив! Лань Ванцзи вздохнул, снял пиджак, закатал рукава рубашки и подошёл к плите. — Отойди, — сказал он. — Ты умеешь готовить?! — Я живу один. Люблю готовить. Вэй Ин смотрел, как Лань Ванцзи ловко управляется с посудой, как красиво разбивает яйца одной рукой, как аккуратно режет овощи, и чувствовал, что влюбляется заново. — Лань Чжань, — выдохнул он. — Ты идеальный. Ты просто идеальный. У тебя есть недостатки вообще? — Есть. — Какие? — Я слишком серьёзный. Плохо выражаю эмоции. Иногда бываю занудным. — Это не недостатки, это особенности! — Ты так считаешь? — Да! А знаешь, почему? — Почему? — Потому что я люблю тебя именно таким. Со всей твоей серьёзностью и занудством. Потому что это — ты. Лань Ванцзи замер с лопаткой в руке. Потом повернулся к Вэй Ину и посмотрел на него долгим взглядом. — Иди сюда, — сказал он. Вэй Ин подошёл. Лань Ванцзи обнял его свободной рукой, прижимая к себе. — Ты тоже идеальный, — тихо сказал он. — Таким, какой есть. — Даже с мукой на носу? — Особенно с мукой на носу. Вэй Ин рассмеялся и чмокнул его в щёку. — Я люблю тебя. — Я знаю. — А ты меня? — Тоже знаю. — Лань Чжань! — Я люблю тебя. Очень. Завтрак подгорел, но никому не было до этого дела. --- Через неделю Цзян Чен приехал в гости. Он долго ходил по квартире, осматривался, заглядывал во все углы, что-то бормотал себе под нос. Вэй Ин ходил за ним хвостиком и нервничал. — Ченчен, ну что ты молчишь? Скажи что-нибудь! — Вентиляция хорошая, — наконец выдал Цзян Чен. — Окна большие. Мастерская светлая. Розеток достаточно. — И всё?! — А что ты хочешь? Чтобы я станцевал от радости? — Ну... хотя бы скажи, что тебе нравится! Цзян Чен остановился посреди гостиной и посмотрел на брата. — Мне нравится, что ты улыбаешься, — тихо сказал он. — По-настоящему. Не той улыбкой, которой ты прикрываешься, а настоящей. Я такую у тебя лет десять не видел. Вэй Ин замер. — Ченчен... — Не надо. — Цзян Чен поднял руку. — Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Если этот... Лань Ванцзи делает тебя счастливым — я за. Но если он тебя обидит... — Он не обидит. — Знаю. Я просто предупреждаю на всякий случай. Вэй Ин подошёл и обнял брата. Крепко, как в детстве. — Спасибо, Ченчен. За всё. — Отстань. — Цзян Чен похлопал его по спине и отстранился. — Лучше покажи, что ты там на стенах нарисовал. Лань Ванцзи сказал, ты уже успел всё разрисовать. — О, ты даже не представляешь! — Вэй Ин оживился и потащил брата в мастерскую. — Смотри, это дракон! А это облака! А это мы с Лань Чжанем! Цзян Чен смотрел на рисунки и качал головой. — Ненормальный, — сказал он, но в голосе звучала гордость. — Мой ненормальный брат. Вечером они втроём пили чай на кухне. Лань Ванцзи и Цзян Чен обсуждали бизнес, а Вэй Ин сидел между ними и чувствовал себя абсолютно, бесконечно счастливым. — Лань Чжань, — сказал он, когда Цзян Чен ушёл. — М? — Спасибо, что позвал меня жить к себе. — Это лучшее решение в моей жизни. — Даже лучше, чем купить тот костюм за полмиллиона? — Костюм можно купить другой. Ты — один. Вэй Ин улыбнулся и прижался к нему. — Знаешь, — тихо сказал он. — Я, наверное, впервые в жизни не боюсь завтрашнего дня. — Почему? — Потому что знаю, что ты будешь рядом. Лань Ванцзи поцеловал его в макушку. — Всегда, — пообещал он. — Всегда рядом. За окнами шумел город, в мастерской сохли краски, а на кухне остывал чай. И это было счастье. Самое настоящее.