Петушиный окрас или жизнь девственника

      — Погнали, склеем какую-нибудь тёлку, — воодушевлённо сказал парень с синими волосами.       — На твой петушиный окрас точно кто-то купится, — смеялся над ним друг.       — Однозначно.       Джисон был доверчивым, хотя Феликс назвал бы его просто недалёким. В день своего совершеннолетия он покрасился, точнее заставил сделать это друга. Сколько же криков было в доме, когда его застали родители в новом образе. Но Хан уверен, что теперь-то он взрослый и может делать всё, что хочет, а больше всего он хочет женщину, девушку, тёлку, он сам не знает, как правильно называть особей женского пола. Его гормоны играли в нём уже несколько лет, и когда у многих пубертатный период уже закончился, у него, кажется, только начался. Думал ли он о будущем, об учёбе? Да кому нужно это высшее образование. И с этими словами он, конечно, поступил в институт после нагоняев матери.       Парни стояли перед мейд кафе, где гостей обслуживают милые дамы в различных костюмах. И Джисону показалось очень простым способом унять своё любопытство к противоположному полу именно в этом месте. Его разрывало от чувств внутри, а когда он показал паспорт на входе, он вздёрнул нос и вальяжно вошёл, чувствуя себя по-настоящему взрослым.       — Давай за этот, отсюда всё видно, — Джисон потащил своего не слишком радостного друга к столику.       Феликс всегда был рядом, он настоящий друг, так считал Джисон всю свою жизнь с момента знакомства в начальных классах. Он всегда пользовался популярностью у девочек, а потом делился подаренным шоколадом на день святого Валентина с грустным соседом по парте. Пока все его сверстники лишались девственности, его отшивала каждая девочка из школы. Феликс часто говорил, что его подкаты отстойные, но Джисон не думал изменять себе. Неужели он так плох? Да, допустим он носил очки и выглядел серее мыши, а шутки про русалочку в шпагате только усугубляли его образ ботаника, но сейчас всё точно должно измениться. В линзах, с накрашенными чёрным ногтями и небольшим макияжем, он точно должен обратить на себя внимание дам.       — Добрый вечер, дорогие гости, уже определились с заказом? — спросила подошёдшая девушка в красивом длинном платье и с роскошными волосами.       — Да…то есть нет, можно что-то покрепче? Или у вас нет алкоголя…тогда можно морс, — затараторил Хан, не в силах держать зрительный контакт с прекрасной леди.       — Нам два тёмных пива, — перебил болтовню друга Феликс, улыбнувшись своей фирменной улыбкой, от которой все таяли на глазах.       — Пиво и морс, значит. Скоро будет готово, — улыбнулась девушка, но Джисон точно заметил, как она закатила глаза, уходя.       — Вау…она такая…       — Эй, успокойся, эта первая девушка, с которой ты заговорил, не надо кидаться на всех подряд.       — Но ты посмотри на неё…идеальный профиль, черты лица, фигура, интересно, какие бёдра скрываются под платьем.       — Даже слушать не хочу о твоих сексуальных фантазиях, — отрезал Феликс, вздрагивая.       Джисон наблюдал за происходящим в заведении. Многие посетители общались с официантками, а те хихикали, подливая больше спиртного. Даже если это просто бизнес, идея по продаже большого количества дорогой продукции, то Хан потратит все свои скопленные деньги без зазрения совести.       Пока его друг спокойно что-то смотрел в телефоне, глаза Хана выискивали ту самую, которая, кажется, с первого вздоха забрала его сердце. И вот она снова подходила забирать дыхание у распереживавшегося парня.       — Ваши напитки, приятного времяпрепровождения, — поклонилась она и собиралась уйти, но Хан собрал всю свою мужественность в кулак.       — Извините, а вы не составите нам компанию? То есть, может, вы были бы любезны поговорить с нами несколько минут, если вы не заняты и если…       — Нет, — с улыбкой произнесла она, — хорошего вечера.       — Но разве концепция заведения не заключается именно в этом? — вступился Феликс, потому что знает, сколько будет потом слушать нытьё о той самой, которая отвергла его друга.       — Конечно, — как-то слегка раздражённо ответила она, пытаясь всё скрыть за вежливой улыбкой.       С этой же улыбкой она села напротив, ожидая действий клиентов, но Джисон замер, не в силах вымолвить хоть слово или просто отвести пристальный взгляд. Феликс же чувствовал себя спокойно, начиная беседу о чём-то совсем неважном. Странным показалось то, что даже за приветливой улыбкой девушки, Хан видел что-то другое. Он не особо-то знает, как общаются особи женского пола, но в этой точно было что-то особенное.       Закончив беседу, где он так и не смог выдавить из себя и слова, она ушла, забирая пустую кружку друга, и косо смотря на нетронутый морс.       — Ты так и будешь молчать?       — Она полный свэг, чувак… — наконец выдохнул Джисон.       — Ты безнадёжен, — помотал головой блондин, — пойдём уже, поздно.       — Ты прав, я должен с ней поговорить, — сжал руку в кулак парень.       — Я же не это…       — Иди домой, а я пойду навстречу к моей любви.       — Уверен, что это хорошая идея?       — На все шестьдесят девять.       — Фу.       Феликс не хотел больше слушать своего наивного друга, он просто ушёл, уверяя себя, что Джисон хотя бы получит опыт в отказах. Так ему и надо, выбесил за вечер.       Парень же собрал все свои силы в кулак, залпом выпил морс, икая, и направился к стойке, где и стояла красавица. За ней был небольшой коридорчик, ведущий непонятно куда, и Хан понадеялся, что его фантазии окажутся реальностью.       — Здравствуй…те, а ты…вы не предоставляете услуги личного характера?       — Нет, — коротко ответила она, возвращаясь к полировке ножей.       — Там просто эээ…комнаты, не хотела бы…ли бы вы уединиться?       — Эти комнаты для вип персон. Если вы таковым не являетесь, то будьте так любезны, убраться, дорогой гость, — цедила сквозь зубы она, в то же время пытаясь оставаться милой.       — Так, может, я тоже вип персона, сколько это стоит?       Девушка наклонилась к уху, обдавая его горячим потоком воздуха, отчего младший задержал дыхание, не двигаясь.       — Сколько?! — встрепенулся он, когда официантка озвучила сумму и выпрямилась, складывая руки на груди.       — Так что, милый гость, проследуешь в комнаты или на выход?       В её руках блеснул нож, в котором Джисон увидел отражение собственных испуганных глаз.       — Кхем, ладно, я уйду, но…вернусь, жди меня, принцесса.       Парень развернулся на пятках и поспешил удалиться, слыша за собой раздражённые возмущения на обращение.       — Ты в порядке? Слышала ваш разговор, — подошла рядом стоявшая официантка.       — Он просто чокнутый малец, — басом ответила она, — когда уже смена кончится, надоело это платье.       Джисон вприпрыжку добрался до дома, сразу включая любимую песню на колонке в его комнате.       — Эй, сделай тише! — крикнула мать из-за двери.       — Ага, — протянул он, сбавливая лишь на пару делений.       Раскинувшись на кровати, он мечтательно смотрел в потолок, вспоминая внешность прекрасной леди из кафе. Её элегантным движениям позавидовала бы любая кошка. Длинные ресницы не скрывали манящих глаз, а губы так и пленили ощутить на своих. Несмотря на всё это, её характер оставался поистине дерзким, что разжигало огонь внутри ещё сильнее. Руки, скрытые под рукавами платья казались накаченными, она точно следила за своей фигурой. Джисон мог поклясться, что и под юбкой скрывались не менее изящные ноги, возможно обтянутые колготками. От того, что одежда закрывала бо́льшую часть тела, интерес рос в геометрической прогрессии узнать, что под ней. Джисон был не так уж и высок, поэтому их несущественная разница в росте вовсе не пугала, являясь естественной. Он даже восхищался парами, где женщина была выше мужчины, но тайно надеялся, что ещё вытянется. Её ладони казались чуть больше, а вены выступали, добавляя изящности белой коже. Если бы они накрыли его член, то понадобилась бы лишь пара движений, чтобы кончить.       Мысли о невероятной красотке так и метались по сознанию Хана, и тот поёрзал, кладя руку на пах. Отличным завершением такого прекрасного дня могла стать только дрочка, поэтому он взял телефон, сразу забивая в поисковик самое грязное порно. Перебрав пару вариантов по картинкам, он нажал на одно, запуская руку в штаны в ожидании, когда же загрузка закончится. На всю квартиру раздались громкие стоны из колонки.       — Блять!       Джисон сел, судорожно пытаясь выключить видео, но, даже выйдя из браузера, звуки не прекратились. Его одолел холодный пот, и он не нашёл лучшего решения, как выключить телефон к чёртовой матери. Звуки стихли, и он выдохнул, но в следующую минуту дверь в его комнату открылась, противно скрипя, представляя за собой женщину с поднятой бровёй.       — Ах ты сопляк, ты чем тут занимаешься? — кричала она, на каждом слове лупя сына по плечу.       — Ай ай ай, прости, сам не знаю, как так произошло, оно просто выскочило.       — Просто выскочило? Я разве так тебя воспитывала? Так?       На самом деле его мама была доброй, но очень эмоциональной, поэтому не переставала легко бить Джисона. Он подскочил с кровати, убегая на кухню и прячась за спокойным отцом, который попивал свой кофе.       — Спаси меня от свой сумасшедшей жены.       — Эй, я вообще-то твоя мать!       — Меня бы кто спас, — тихо проговорил мужчина, легко смеясь.       — Что ты там сказал?       — Ну правда, милая, он уже достаточно большой, чтобы увлекаться подобным.       — Да! — подтвердил сын.       — И ты слишком остро реагируешь, он же ничего плохого не сделал.       — Вот именно!       — Я в его годы уже тебя встретил, и мы и не такое…       — Фу, отец, — отодвинулся Хан, — я даже слышать не хочу, что ты там делал. Всё, я спать. И вы тоже, не думайте тут вспоминать молодость, бе.       — Ты… — запыхтела женщина от смущения, провожая сына взглядом, — а ты потакаешь ему, ишь что вспомнил.       Вечерний стресс закончился, а весь настрой пропал. Он должен будет наверстать завтра, когда вновь увидит ту богиню.

***

      — Паспорт.       — Да я вам сотню раз сказал, что просто забыл, но мне есть восемнадцать, я вчера тут был! — делал плаксивые глаза Хан, находясь на грани лишения себя встречи с его любовью.       — Без паспорта не пущу.       — Тогда я буду здесь весь вечер отпугивать клиентов, — скрестил руки на груди он, надувая щёки.       — Тогда я буду вынужден вас…       — Да впусти его, — вклинился второй охранник, — сам видишь, он не отстанет. Тем более я хорошо запомнил его синюю макушку, у него был паспорт вчера.       — Ладно, проходи, — закатил глаза громила, а Джисон заверещал.       Зайдя внутрь, он немного поправил волосы перед зеркалом, отряхнул одежду и выдохнул. Прекрасная дама стояла на том же месте, будто ждала только его прихода. По крайней мере, так всё видит именно Джисон. Он прокашлялся, уверенно шагая в её сторону, но под острым взглядом становился всё медленнее, сжимаясь в клубок.       — При… Здравствуйте.       — Снова ты, — уже не пытаясь быть вежливой, поздоровалась девушка.       — Странно после вчерашнего просить ваш номер?       Она оглядела парня с головы до пят, замечая смущение от этого действия. Интересный экземплярчик.       — Тебе восемнадцать то есть?       — Конечно! Недавно исполнилось, могу показать фотку паспорта.       — Фото не верю, приходи с ним, тогда и поговорим.       — М-мы поговорим? — заискрились его глаза. — Дай мне пятнадцать, нет, десять минут, и я вернусь.       — Смена заканчивается через два часа.       — Понял, не дурак.       — А по тебе и не скажешь.       Джисон похлопал глазами в ответ, но он слишком счастлив, чтобы принять это за оскорбление его достоинства.       В нетерпении он прихорашивался дома, будто собирался на настоящее свидание. Чёрные узкие штаны подчеркнут бёдра, пояс — узкую талию, а короткая куртка не будет это скрывать. Заторопившись с выходом, Джисон чуть не забыл то, ради чего вообще приходил. Теперь он стоял у двери с паспортом в руках, дожидаясь красотки.       Она вышла спустя полчаса брождения вокруг да около. Её было сложно узнать в свете уличных фонарей, ведь впервые она явилась в штанах, так ещё и в кофте с капюшоном, закрывающим прекрасное личико. Джисон активно замахал рукой, и та, заметив его, цокнула, хватая за запястье и уводя в подворотню между домами.       — Не светись, меня не должны заметить.       Джисон продолжал смотреть на свою руку, где ещё минуту назад была чужая. Женская кожа на ладонях не такая мягкая, как он представлял. Это означало лишь одно, дама его сердца та ещё хозяюшка. Вчерашние мысли вновь настигли сознание, и Джисон поджал губы.       — И?       — А, вот, — он продемонстрировал документ.       — Хан Джи сон, — медленно прочитала она, делая акцент на каждом слоге.       Девушка прищурилась, на фотографии этот парень выглядел как самый настоящий ботаник. Она сверяла лицо из паспорта с тем, что сейчас перед ней. А Хан от такого пристального взгляда смущался всё сильнее, чувствуя прилив тепла внизу живота.       «Эй, дружок, ты чего проснулся?» — промелькнуло в его голове, и он помялся на месте в попытках скрыть неожиданный стояк.       — И правда восемнадцать, — наконец убедилась девушка, — а выглядишь как шестнадцатилетний школьник в пубертате и ведёшь себя, — её взгляд метнулся вниз после неуклюжих движений младшего, — так же.       — Это просто…я вспомнил…       — Что? Уже представлял, как трахнешь меня?       От этих слов внизу дёрнулось, а лицо налилось новой порцией краски, что аж уши загорели.       — Я не…нет…я просто…       — А ты забавный, — облизнулась она, видя незамедлительную реакцию на каждое движение или слово.       — Что ж, — положила она руку на чужой пах под тихий писк, шепча на ухо, — я удовлетворю твои фантазии.       Джисон стоял как вкопанный, ощущая горячее дыхание на шее, куда после дотронулись мягкие губы. Он прикрыл рот ладошками, чтобы его случайно не услышали.       Девушка ещё раз взглянула в глаза, хитро улыбаясь и облизываясь, а после опустилась на колени, не прерывая зрительного контакта. Ещё никогда в жизни Джисона звук его расстегивающейся ширинки не звучал так эротично. Или просто его сознание делало из обыденного что-то пошлое. Руки уже приспустили штаны, и парень уверен, что услышал лёгкий смешок на его жестяйший стояк. Или же на размеры, но он точно не в состоянии сейчас уловить, что именно могло вызвать смех в его виде. Вероятно, всё.       Девушка провела руками по члену, а после дотронулась головки губами, вызывая сдавленный стон. Сердце забилось чаще от первого касания, и ему сразу стало трудно дышать. Она прошлась языком по окружности, толкаясь в уретру, а после опустилась на всю длину. Перед глазами захлопали белки в ладоши, когда Джисон почувствовал горячий мокрый рот на своём органе. Недолго зверюшки играли с его воображением, ведь девушка вновь выпустила его из своих жарких объятий, языком исследуя небольшие венки. Взгляд, который Хан успел поднять к небу, молясь, чтобы это был не сон, вернулся к предмету своего обожания. Внутри закипело с новой силой, когда он увидел её озорные глаза. А после как эти же глаза приблизились к его лобку, погружая член обратно в рот до самого основания. Темп не ускорялся, будто Джисона пробовали на вкус, как сладкий моти из любимого кафе. Она втянула воздух через нос, создавая вакуум под новый стон, который было невозможно сдержать. Когда тело начало дрожать, движения стали быстрее. Хан был готов расплакаться от новых ощущений, ведь эмоциональностью он явно пошёл в свою мать. Руки девушки легко сжимали бёдра, и от этих мест расплывался жар, собираясь внизу живота. Джисон не смел дотронуться до прекрасной леди во время всего процесса, но, почуяв собственный оргазм, отодвинул её за плечо, кончая и простанывая в руку. Девушка удивлённо проследила за этим действием, благо ей удалось быть на достаточном расстоянии, чтобы на неё ничего не попало.       Она поднялась в полном недоумении, вытирая рот и смотря на поплывшего от удовольствия парня.       — Быстро кончил, будто раньше такого не испытывал. Или…погоди, неужели…       — Конечно испытывал, мне уже восем…       — Ты девственник, — заключила она.       Джисон смутился, подтягивая штаны и бурча что-то невнятное под нос.       — Вот это действительно экземплярчик…и что, ни разу до совершеннолетия?       — Да неправда это, я просто…давно этим не…занимался.       Врал Джисон ещё хуже, чем подкатывал, поэтому вновь услышал лёгкий смех. Такой приятный и звонкий, будто шёлковый.       — Можешь бежать рассказывать другим ботанам, как тебе отсосали.       Девушка подмигнула, уходя из тёмного переулка, оставляя после себя бешено бьющееся сердце в груди младшего. Этот вечер он точно не забудет. Скорее, будет вспоминать каждый раз при дрочке.

***

      Джисон прожужжал все уши своему другу про прекрасную леди из кафе. Он не стал рассказывать о том, что произошло тем вечером, потому что частичка здравого смысла у него всё-таки была.       — Что нравится девушкам? — наконец, озвучил главный вопрос Хан, когда они сели на скамеечку у института.       — Всё зависит от её характера.       — Сильный, — решительно сказал Джисон, на что Феликс неуверенно кивнул.       Ему точно понадобятся какие-то курсы по общению с девушками, иначе так и останется один до седых волос.       — Все девушки любят знаки внимания, не важно, что это будет. Нужно показать, что ты не простой прохожий, а думаешь о ней.       — Я думаю о ней каждый день и каждую ночь.       — Фу, избавь меня от подробностей. Для начала попробуй подарить цветы, у тебя же есть деньги?       — Я зря что ли набрал кучу подработок? Конечно у меня есть деньги, — обижено протянул Хан, недовольный неверием в его способности.       — Тебе много нужно будет потратить, если хочешь быть с ней. Девушки любят подарки. Ты точно готов? Может, подыщешь себе более доступную кандидатуру, и даже не знаю, может примерно нашего возраста?       — Я настроен решительно, мне никто больше не нужен, — сжал кулак он, подтверждая свои слова действиями.       Спустя неделю Джисон снова заявился в своё теперь любимое кафе. Раньше прийти он просто не мог, его сердце бешено стучало, стоило ему направиться в эту сторону, а ноги становились ватными, разворачивая тело обратно. Даже сейчас, стоя перед дверью с небольшим букетом, он нервничал похлеще, чем перед экзаменами, но желание увидеть вновь сногсшибательную леди взяло вверх.       День офисных костюмов. Мать вашу, сегодня в кафе день костюмов. Джисон знал, что иногда в этом месте проходят тематические ивенты, но никак не думал, что попадёт именно в такой момент. Все девушки были одеты в строгие деловые костюмы. Кто-то был в рубашке и классических штанах, кто-то поверх надел короткий пиджак. Но всё это дополнялось ушками на некоторых головах.       Взгляд прошёлся по всему помещению и остановился на той, кто сейчас обслуживала столик. Её губы расплылись в приятной улыбке, она мило беседовала, заправляя длинные локоны за ухо. Верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, но фартук не позволял узнать, что там ниже. Ноги не подчёркивались под свободными штанами, но вот попа, ох эта попа. Она будет являться в эротических снах Джисона ещё долго, вместе с белым хвостиком на ней и кроличьими ушками на голове.       Букет уже еле дышал под сильным напором рук, которые сжимались от собственного волнения. Глаза проследовали за официанткой, передающей заказ на кухню. И это был его единственный шанс, чтобы подойти, пока та снова не сорвалась с места.       — При…здравствуй.       — Те, — раздражённо добавила она вежливое окончание, разворачиваясь на надоедливого парня.       — Те, — повторил он в забвении, продолжая смотреть в глубокие глаза.       Девушка сложила руки на груди, наклоняя голову вбок, ожидая то, ради чего её вновь навестил гость.       — Ой, это вам.       Джисон очнулся и протянул букет белых роз. Забавно, как они подходили образу белого кролика.       — Спасибо, — холодно ответила она.       — Они очень вкусно пахнут, — притянулся младший, вдыхая приятный запах, — мне нравится.       Девушка увидела лицо, которое не помнит, что видела хоть на ком-то. Веки были прикрыты, глаза направлены только на цветы, с мягкостью и восхищением во взгляде. На лице играла лёгкая улыбка, будто перед парнем не существовало ничего, кроме нежных роз. Довольно необычно видеть подобную реакцию на простой букет.       — Минхо, салфетки закончились, — послышалось сзади из бара.       — Сейчас принесу, — ответила девушка, уводя взгляд с парня и кладя наконец подаренные цветы на стойку.       Хан встрепенулся. Почему-то раньше он никогда не смотрел на бейджик чудесной леди, однако и сейчас глаза его не нашли. Но теперь он знал, как её зовут. Необычное имя для девушки, но подходит ей как никакое.       — Будьте добры, — послышалось из зала.       — Уже иду, — мило протянула она, оглянувшись на отсутствие других официанток рядом.       — Парень, выручи, сходи в кладовую, она в самом конце коридора с вип комнатами. На ней написано «служебное помещение», не ошибёшься. Нужны красные салфетки.       Джисон кивал, слушая, и когда она убежала, продолжал кивать уже сам себе. Если на него положились, значит, он не так плох, верно же. В голове даже промелькнула мысль, как бы устроиться сюда на подработку, чтобы быть ближе, но она пресеклась пониманием того, что здесь работают только девушки.       Хан проследовал туда, куда ему указали. Тёмный длинный коридор освещался только ярко красной подсветкой, по нему звучала негромкая приятная музыка. По правую руку закрытые двери с номерами сверху, а в конце уже виднелось нужное помещение.       Он успел сделать лишь пару шагов, как замер от громкого стона, испугавшись. Одна из таких дверей была приоткрыта, и оттуда вновь донёсся развратный звук. Джисон сглотнул, медленно шагая дальше, чтобы не оказаться обнаруженным. Возможно, стоило закрыть дверь окончательно, как полагается, но в голове сразу возникла картина разъярённого мужчины, орущего, что тут извращенец. Как-никак Хан точно не был похож на персонал, он всё-таки парень, причём какой-то левый.       На цыпочках добравшись до кладовой, он выдохнул. Дверь за собой так же закрывать не стал, лишь прикрыл, чтобы не было слышно щелчка. В самом деле, его и так не было бы слышно за счёт музыки и тихих звуков из зала, но он решил перестраховаться.       Закусив губу в попытках унять нарастающий жар от пошлых звуков, он спешно начал искать салфетки. Хоть помещение и было маленьким, оно было полностью заставлено стеллажами по стенам, и пришлось поднапрячь глаза в плохо освещённом месте, чтобы увидеть необходимую упаковку. Когда он изучил содержимое на уровне глаз и ниже, он посмотрел на верхние полки и сразу заприметил нужную вещь. Пришлось встать на цыпочки, чтобы попытаться дотянуться, но его рост всё ещё был недостаточным. Он прыгнул и даже подцепил конец, радуясь, прыгнул снова, промахиваясь. И следующим высоким прыжком он всё же сбил с полки салфетки, только вот приземлился он не на ноги, а на кого-то появившегося сзади.       — Ой, — пискнул он, оборачиваясь, и перед ним стоял человек, на которого Джисон желал бы завалиться в совсем другом плане.       — Прости, ты в порядке?       Он встревожено посмотрел на девушку с фартуком на плече, которая немного скрутилась. Неужели он попал ей по пальцу или не дай бог его большая попа толкнула её прямо в живот. От тишины Джисон опустился за салфетками, не зная, как действовать в такой неловкой ситуации. Но, когда он присел, увидел, как девушка сжимает что-то под штанами в области паха. Глаза поднялись до чужих, которые смотрели с яростью.       — Решил оставить без потомства?       — В каком смысле без…потомства…       Она выпрямилась, выдыхая, когда боль отступила.       — Никому ни слова.       — Ни слова о…       Джисон не успел договорить, как за стенкой послышался громкий стон. Он покраснел, поджимая губы, а Минхо ухмыльнулась, закрывая за собой дверь.       — Думал, куда ты пропал, а ты подслушиваешь.       — Ничего я не подслушиваю! Я вообще-то салфетки пытался достать, пока… — он посмотрел на пах человека напротив, где виднелись очертания, не характерные для женского тела.       Хотя откуда Джисону знать наверняка.       Он был так встревожен, что и не заметил, как официантка сказала от себя в мужском роде.       Минхо проследила за взглядом, давясь воздухом от очередного смешка.       — Интересно?       — О чём ты? — встал, наконец парень, неловко уводя взгляд.       Официантка взяла чужую руку, кладя на это место, и приблизилась к самому уху.       — Я парень, — прошептал он, а после дотронулся языком до ушной раковины.       Джисон высвободил руку из некрепкой хватки и схватился за обожженное место, от которого побежали мурашки. Ли отстранился с ухмылкой и сделал пару шагов на него, пока тот не упёрся спиной в железный стеллаж.       — Разочарован? Хочется рассказать? Но, если сделаешь это, я поведаю всем, кто тебя знает, как ты кончил за пару минут в тёмной подворотне от прикосновений парня.       — Это угроза? — шёпотом спросил Хан, чувствуя, как его дружок продолжает реагировать, несмотря на новость.       — Вариант событий.       — Я не…расскажу.       — Хороший мальчик.       Минхо провёл пальцами по лицу, перебираясь на подбородок и вскидывая его. Он не увидел в чужих глазах отвращения или разочарования, что вновь показалось занимательным. Вторая рука скользнула по чужой спине, ещё сильнее прижимая их тела без сопротивления. Джисон оставался в забвении, но не мог признаться, что ему неприятно. Когда пальцы проникли под пояс трусов, скользя по ложбинке, Хан сжался.       — Ты же никогда не игрался с этим местом, да, девственничек? — вновь прошептали на ухо.       Глаза младшего округлились, норовясь выпасть из черепа. Но всё, что он мог сделать после горячего дыхания на своей шее, это судорожно выдохнуть. Ситуация возбуждала его ещё сильнее от звуков за стеной и постоянным чувством, что кто-то зайдёт в кладовку и застукает его в таком приподнятом настроении. Хорошо уже так приподнятом.       Минхо отодвинулся, наклоняя голову и глазами пробегаясь по парню, облизывая свои губы. Может, ему и хотелось преподать тому урок, как не стоит вести себя с малознакомыми взрослыми. Но рушить жизнь мальчику, совсем не познавшему её, было не в его стиле.       Его рука переместилась на пах, начиная поглаживать через штаны. Тело действительно было возбуждено от подобной ситуации, как мило. Он запустил её в трусы, благо штаны были на резинке и не препятствовали. Лишь дотронувшись, до его слуха донёсся тихий стон, скрываемый ладошкой.       Джисон не подозревал, что такой чувствительный. Или с ним играло собственное воображение, ведь он представлял именно эту руку на его члене. Она правда без проблем обхватила его, начиная двигаться.       Хан схватился одной рукой за плечо парня, сильно сжимая от приятного трения. Делать подобное в таком месте было чем-то пошлым, эта ситуация вообще напоминала больше сценарий порнушки нежели реальную жизнь. Рука проходилась по всей длине, заостряя внимание на кончике и обводя его ладонью. Джисон согнулся, наблюдая, как в его штанах скрывались активные движения, лишь изредка демонстрируя его член в чужой руке. Тело вздрогнуло, и он поднял взгляд, встречаясь с чужим, хитрым и горячим.       — Уже кончаешь?       Голос был таким томным, что стал отправной точкой оргазма. Младший прикрыл глаза, тихо простанывая и кончая в собственные трусы. Тело вновь дрогнуло, когда горячая рука выскользнула, оставляя липкий холодок.       — Ты быстрый.       — Нет, это просто ты ахуенный, — сказал Хан, явно с затуманенным сознанием.       Минхо хмыкнул, а младший осознал, что сказал это вслух. Его взгляд стал испуганным, и чужая рука уже поднялась для нанесения удара за острый язык. По крайней мере Джисон так подумал, зажмуриваясь, но не почувствовав боли, открыл глаза, наблюдая, как официант завязывает на себе чистый фартук, взятый со стеллажа позади младшего.       — А, салфетки, — вспомнил он, вновь поднимая их.       — Тебе они больше понадобятся, — хмыкнул Ли, с лёгкостью беря такую же упаковку с верхней полки.       Джисон стоял с салфетками как последний идиот, провожая взглядом чужую спину. Глаза не могли не упасть ниже, где милый хвостик задрался от низко завязанного фартука. Со следующим стоном из-за стены он выбежал пулей, закрывая дверь и почти влетая в парня, благо он вовремя затормозил.       — Т-твой хвостик, — запнулся он, быстро выправляя белый комочек из ткани, — я пошёл.       Он ринулся к выходу, чтобы скорее скрыть стыд. Его трусы и так намокли, не хватало, чтобы и на штанах стало видно.       «Интересно, случайно ли ему достался такой образ, или он и в постели кролик?» — пронеслось в голове младшего, и он сразу поругал себя за мысли, которые могут снова его возбудить.

***

      С каждым днём в сознании всё чаще появлялся вопрос, что имел в виду Минхо, когда спрашивал, не игрался ли он с тем местом. Почему он должен с ним играться? Он хочет вставить Минхо. А если будет играть с тем местом, не значит ли, что вставлять будут ему? Нет, стоп. Он же хотел Минхо, когда думал, что тот девушка. А он оказался парнем. Но почему-то его это не отталкивает. Джисон что, гей? Нет, ему точно не нравятся парни. Точно же?.. Феликс же ему не понравился за долгие годы дружбы, да и на других он смотрел как на бро, не более. Но, если он завалит Минхо…он не против побыть геем. Может, если они поцелуются, всё встанет на свои места? Ну или просто встанет.       — Агх, почему всё так усложнилось? — завыл Хан, пугая неожиданностью друга.       — Ты чего?       — Феликс, — тот поднялся с чужих коленей, на которых успел развалиться во время посиделок в доме друга, — если я поцелую кого-то, то пойму, что чувствую, не правда ли?       — Ну возможно, а кого ты собрался целовать?       Джисон задумался, кусая щёку изнутри и уводя взгляд в сторону, а когда идея достигла его неопытный мозг, вернул зрительный контакт.       — Можно на тебе попробую?       — На мне?! — запыхтел блондин. — С чего это я должен с тобой целоваться?       — Мне нужно выяснить кое-что, подсоби, ну же.       — Не буду я с тобой целоваться, это по-гейски.       — Ты имеешь что-то против геев? — недоверчиво спросил Хан.       — Нет, но…       — Ну тогда, — Джисон потянулся губами уточками к парню, но в его лоб упёрлась чужая рука.       — В край ахуел? Оставь свои выяснения для кого-то другого.       — Но ты же мой единственный брооо.       Джисон потянулся руками, махая и пытаясь дотянуться. Феликс же выдохнул, проклиная детский мозг друга и толкнул сильнее, заставляя того завалиться на спину.       — Ты чё творишь, мне больно вообще-то!       — Помолчи, — Феликс навис сверху, пытаясь сдержать неприязнь на лице.       — Ты…       Блондин начал опускаться, медленно, нехотя, не в силах себя переступить. Но для своего беспечного друга он готов на всё. Как говориться, лучше дома и со знакомыми, нежели за гаражами и первым встречным. Или так говорят только про алкоголь? Не важно. Феликс становился всё ближе, а Джисон задержал дыхание. Только надолго у него не получилось этого сделать, он залился смехом, не сдерживая конвульсии по всему телу.       — Больше никогда тебе не помогу, — сел на место блондин, скрещивая руки на груди.       — Прости, — сквозь смех начал Хан, — прости, прости, но ты бы просто видел своё лицо.       Вытирая слезинки, он тоже сел, теребя друга за футболку, чтобы тот не обижался.       — Да иди ты.       — Простиии, всё, я готов, целуй.       Феликс ещё раз взглянул на друга с закрытыми глазами и буркнул.       — Давай-давай.       И конечно он это сделал. Легко чмокнул в уголок губ.       — Иу, — сразу скривился Хан, вытирая место.       — Ну что, теперь всё проверил?       Джисон задумался, а потом представил, если бы Минхо его так поцеловал.       — Нет, — выдохнул он, откидываясь на спинку дивана, — ты всё-таки мой бро, а там…       — Там? — удивился друг. — Я думал, ты просто хочешь понять, как целоваться. Но ты серьёзно собрался целовать парня?       — А говорил, что не имеет ничего против геев, — пробурчал Хан, — но я ещё не уверен.       — Я, конечно, не против, когда это меня не касается, но…ты? Тебе же девушка нравилась ещё пару дней назад.       — Она мне и нравится.       — Ничего не понимаю.       — Я тоже, — почесал затылок Хан.       Таким образом выяснить ничего не получилось. Точнее как. Он точно уверен, что поцелуи от парня, тем более друга, ему противны. Да и в мыслях Джисон никогда бы не представил себя над Феликсом, ну или под ним. Но вот Минхо заставлял сердце трепетать, а фантазию выходить на новый уровень. Его невозмутимое лицо и хитрая улыбка сменились бы блаженством, а может даже смущением. Джисон бы игрался с его телом, доводя до пика, и тот бы выкрикнул его имя в оргазме, а после лежал бы на груди, поглаживая пресс, точнее рёбра.       — Блять, — с этим словом он ушёл в ванную охладить свой жар от представлений всех поз, которые собрал в своей голове из многочисленных фильмов для взрослых.

***

      Поскольку в голове Джисона всё ещё метались разные мысли, основная из которых отрицала, что он гей, нога не перешагивала порог кафе уже вторую неделю. Ему хотелось увидеть прекрасную…парня, но он пытался отвлечься, дабы не утонуть в плену собственных желаний. На одной из своих многочисленных подработок в кофейне Джисон практиковал свой флирт, чтобы уложить под себя какую-то Минхо, нет, не Минхо, какую-то девушку. Но попытки не славились успехом, заканчиваясь неловкими взглядами. Пару раз всё же удалось стрельнуть номер телефона, и теперь в контактах было несколько неизвестных под именем Минхо. Чёрт возьми, эта девушка, точнее парень, так забил ему голову, что вспомнить имя, которое ему говорили, давая номерок, он был просто не в состоянии. Так и оставались эти номера пустым отголоском его удачных попыток познакомиться с девушкой, по которым он ни разу не позвонил.       — Да блять, — раздражённо протянул он, листая телефон и не решаясь удалить неизвестные контакты под одним именем.       — Айс американо, пожалуйста.       Хан подорвался со стула, услышав заказ, и тут же натянул радушную улыбку, вбивая его на экране.              — С собой или тут?              Глаза поднялись, чтобы уловить зрительный контакт. Вдруг повезёт, и за его милое личико и манеры ему оставят чаевые.              Не повезло.              Точнее повезло.              Или всё-таки нет…              Рот неосознанно открылся, а в сердце пробил громкий удар удивления, восхищения и чего-то ещё.              — С собой.              Парень со светлыми волосами в обычной одежде, непривлекающей внимание, достал карту и ожидал оплаты. В глазах читалось какое-то сомнение и раздражение. Именно эти глаза Джисон узнал бы из тысячи. Как бы громко это не звучало.              — Минхо? — подобрал он, наконец, челюсть с пола и громко сглотнул, боясь обознаться, хотя куда уж там, он точно уверен в своём предположении.              — Картой.              — Ахуеть, это правда ты.              — Ты как с посетителями разговариваешь? Дай книгу жалоб, я в ней напишу пару ласковых.              — Только если свой номерок.              — Ты!..              — В повседневной жизни ты ещё красивее… Блин, то есть в образе девушки ты сногсшибателен, конечно, тут споров нет, особенно когда платье подчёркивает твою…              Минхо наклонился через прилавок и закрыл рот рукой, оглядываясь по сторонам.       — Жить надоело? — прошипел он.              Джисон закивал болванчиком, не важно, что его спрашивают, он на всё согласен. Обработав вопрос пару секунд, он всё же помотал головой в отрицании.              Парень отдёрнул руку, встряхивая и поднимая бровь, показывая своё замешательство.              — Ты что, лизнул мою руку?              — Не удержался.              — Мне ждать свой кофе или идти в другое место?              — Только если в мен… — запнулся Хан, — можете оплачивать.              Тяжело было оторвать взгляд от парня, что проследовал к стойке ожидания, и ещё тяжелее стало, когда он поймал на себе разгневанные глаза. Может Джисон фетишист, или как иначе можно объяснить его влечение к гневу старшего?              Испортив первый напиток от временной потери дееспособности, он сделал второй, стараясь как никогда ранее. Поставив его на стойку, он хотел сказать что-то ещё, чтобы продлить их встречу, но Минхо тут же пошёл на выход, не оборачиваясь. В следующий раз Джисон даст напиток из рук в руки. Или просто даст, он не решил.              — И чего он так прицепился, ещё и с таким лицом, — ругался Ли, а после заметил надпись на стакане, которую стало видно только после нескольких глотков.              «В следующий раз оплата натурой»              Он прыснул себе в кулак, а после не сдержал смех, отпугивая людей вокруг. Есть в этом мелком что-то особенное, по крайней мере то, что он хочет завалить Минхо в кровать.       

***

      Плевать на собственные метания, плевать на то, что Джисон, возможно, гей. Он решительно пошёл в мейд кафе через пару дней. Через пару самых тяжёлых дней, когда все его сны были о Минхо. И самое неприятное то, что они никогда не доходили до эротики, сыграла роль отсутствия опыта.              — Да что ж такое…              Если Джисон не просто везунчик, то точно сделал какое-то пиздецки доброе дело в прошлой жизни, типа мир спас. Иначе как объяснить тот факт, что уже второй раз попадает на тематический ивент, где гостей обслуживают ни кто иные, как горничные. Взгляд не цеплялся за короткие и длинные юбки с кружевными фартукам, за милые обручи на головах с чёрными ленточками. Глаза искали единственного, кто был ему интересен. Проходя мимо девушек, он не находил нужной фигуры, становясь всё грустнее. Краем уха он услышал заветное имя в разговоре двух официанток. Минхо просто вышел покурить через чёрный вход.              Джисон не дурак, хотя нет…самоуверенный дурак, поскольку пробрался на кухню, где обычно такой вход и расположен.              — Вы что тут делаете? — обернулся удивлённый повар.              — Я…у меня тут серёжка выпала, — схватился он за ухо, ненароком вспоминая, что они без проколов.              — Как она могла оказаться на кухне?              — Да я тут просто… — оглядывал помещение Джисон и, заприметив нужную дверь, крикнул, — горит!              Пока работники метнулись к плитам, Хан проскользнул на улицу, тихо закрывая за собой дверь, чтобы его не услышали.              — От копов бежал что ли?              — Чёрт возьми, — отпрыгнул парень от звука откуда-то снизу, — ты меня напугал.              — Чего забыл тут? — сидел Ли на ступеньках, выдыхая облако дыма.              — Тебя.              Джисон оглядел наряд старшего и прикусил губу. И почему он никогда не носит короткие платья, а только длинные? Точно…он же парень.              — Я присяду?              Минхо легко кивнул и не отрывал взгляда, изучая сегодняшний наряд. Такой простой по сравнению с предыдущими, и только синие волосы выбивались из образа милашки, напоминая о бунтарстве внутри.              Джисон тупил взгляд перед собой, он чувствовал, как его изучают, и проклял себя за то, что выбрал мягкий голубой свитер на пару размеров больше него самого. Во-первых, на улице не так холодно, и ему уже становилось жарко, а во-вторых, эта вещь выбивается из его крутого образа, который он старательно строил перед старшим.              Минхо сделал затяжку, выдыхая почти в Хана, и положил свободную руку на плечо. Парень сжался от неожиданного прикосновения, но всё ещё не мог взглянуть на оппонента. Кисть проследовала к открытой шее, нежно проводя по ней, еле касаясь. Реакция не заставила себя ждать, сопровождаясь судорожным выдохом. Они снова оказались одни, вокруг ни души в тёмном переулке, только вот ощущение, что их поймают, никуда не уходило, будоража кровь. Минхо выбросил окурок и склонил голову.              — Джисон.              Парень тут же повернулся с глазами, полными шока от произнесения собственного имени. И тут же он получил тык в щёку пальцем, отчего старший рассмеялся. Щёки Джисона мягкие именно настолько, насколько выглядят.              — Не играйся со мной, — нахмурился Хан, возвращая голову в прежнее положение.              Не хотелось становиться посмешищем, но старший только и делал, что смеялся с него при любой возможности. Частичка гордости и здравого смысла всё ещё присутствовали в его голове.              — Джисон.              — Ну чег…              Кинув обиженный взгляд, он не успел договорить, ведь чужое лицо оказалось в опасной близости к его. Кадык дрогнул, сглатывая слюну, а на губах ощущалось горячее дыхание. Это совсем иное чувство, нежели он испытал с Феликсом.              Минхо опустил голову ниже, разнося по тишине характерный звук сочного поцелуя в шею. Внутри всё сжалось похлеще, чем на американских горках. А когда поцелуй повторился чуть ниже, совсем у ворота, Хан прикрыл глаза, выдавая что-то слабо похожее на тихий стон.              Рука проскользнула по груди, задевая соски, животу, что тут же втянулся от прикосновения, и пробралась под свитер, обдавая горячее тело ветерком. Кожа старшего была холодной, Джисон покрылся мурашками, но чувствовал, как та согревается от его жара. Звуки мокрых поцелуев разносились по сознанию Хана, новые ощущения возбуждали нутро, а изо рта вырвался ещё один тихий стон, когда его сосок оказался в плену длинных пальцев. Ему хотелось что-то сделать, но мог ли он? Позволил бы Минхо прямо сейчас поцеловать и углубиться в свои фантазии? Насколько он вообще может быть смелым в подобной ситуации? Ответом стал перехват руки старшего, когда она опустилась к ремню.              Джисон неуверенно посмотрел на Ли, когда тот отстранился. Внутри бушевал огонь, но в то же время страх. Он закусил губу в ожидании последующих действий, но их не было. Минхо убрал руку и сел в нормальное положение, уводя взгляд. Он не хотел делать то, чего не хочет младший. А тот и сам не знал, чего хочет.              Интимность момента пропадала с каждой секундой, между ними росла стена, которую строил Ли на отказ. Но Джисон не отказывался. Никогда. Он взял кисть, которая всё ещё пахла сигаретами, возвращая на себя внимание, и засунул чужой палец в рот, совсем не заботясь о том, что тот может быть грязным. Осознание, что часть Минхо сейчас в нём, заставило прикрыть глаза и наслаждаться процессом. Его язык облизывал палец, погружая полностью в рот, а после захватил ещё один, желая большей наполненности. Глаза приоткрылись, исследуя лицо напротив, и оно было нечитаемым. Скулы напряглись, а взгляд потемнел и не отрывался от пальцев в чужом плену.              Джисон понимал, что терять больше нечего, поэтому прикусил их, перекидывая ногу через парня и садясь ему на бёдра. Они оказались большими и упругими, пришлось широко раскрыть собственные ноги, чтобы уместиться ближе. Это и стало зелёным светом для действий. Минхо высвободил свою руку и сразу пробрался обеими под мягкую ткань, сжимая узкую талию. Их лица были так близко, что чувствовалось чужое горячее дыхание, и прямо в губы Ли спросил то, что выбило последний здравый смысл из Джисона.              — Всё ещё хочешь трахнуть меня, или это сделать мне?              Внизу дёрнулось, и Хан жадно припал губами к чужим, заключая лицо в руки. Минхо поддался вперёд, пользуясь своим опытом и забирая инициативу. Его юркий язык сразу попал в открытый рот, изучая его. Дыхание становилось тяжелее, отчего голова шла кругом. Сознание помутнелось, а вместе с ним и мысли о том, что вообще-то Джисон не гей. Хотелось в этот же момент стянуть парик, потому что он оказался совсем не против переспать с мужчиной, но переспать с девушкой с членом уже не так привлекательно. Он бы этого не сделал, понимая, что старший всё ещё на работе, но оторвался от губ, сжимая плечи и потираясь своим возбуждением.              — Трахни меня, папочка.              — Никогда не называй меня так.              — Тогда повелитель, бог, любимый, что тебе ближе?              — Ты извращенец?              — Ещё не определился.              Джисон вновь вонзился, возвращая себе это волнительное чувство прикосновений мягких губ. Руки Минхо уже сжимали ягодицы, и это оказалось чертовски приятно, а после звонкого шлепка, младший громко простонал.              Оба были готовы заняться страстной любовью прямо на улице в темноте ночи, но ручка, что дёрнулась позади них, заставила прерваться.              — Минхо, долго ты тут? Тебя ждут, — выглянула официантка из-за двери, — а это кто? — Она показала пальцем на потирающего попу парня на асфальте.              — Бродячая мышка, подкармливал вот, скоро вернусь.              — Как скажешь, — недоверчиво сказала она и скрылась в помещении.              — Бродячая мышка?!              — Которая стремится в лапы кошки.              Минхо протянул руку, помогая подняться. Джисон отряхнулся, всё ещё держа парня и бурча под нос. Его руку дёрнули, приближаясь к уху и сладко шепча.              — В другой день закончим, или подождёшь в туалете, м, мышонок? Беги домой, пока можешь.              Хан раскраснелся от понимания слов и ситуации, которая произошла пару минут назад. Только сейчас голова смогла выплыть из тумана желания и похоти, представляя всё в реальном свете. Ответ был таким же очевидным, как и его поджатые в неком испуге губы. Минхо хитро улыбнулся и напоследок ещё раз шлёпнул по попе, прежде чем скрыться за дверью.              Джисон сглотнул и выдохнул через нос. Внутри всё горело настолько, что он удивлён, как горячий воздух из его носа не превратился в пламя. Ноги шагнули к двери, а после сделали обратный ход. Рука потянулось к ручке, но отдёрнулась. Он топтался на месте, понимая с каждой секундой, что не готов сейчас вообще ни на что. И Минхо как будто знал это, поэтому и сказал последнюю фразу.              Развернувшись на ещё ватных ногах, Хан пошёл в сторону дома, вернее почти побежал, чтобы скорее охладить свой пыл. Всё-таки он не гей… Хотя нет… Всё-таки он просто трусишка.       

***

      «Играть с тем местом»              — Что за бред, — ругнулся Джисон, стирая запрос из поисковой строки.              «Как можно играть с тем самым местом»              — Тоже не то…              «Как мужчины делают это»              — Гугл, почему ты не понимаешь меня именно сейчас? То есть песню со словами ла ла ла тыц тыц ты сразу нашёл, а тут прикинулся дурачком?!              «Как сделать приятно мужчине»              — Да не как за ним ухаживать ёпсель-мопсель.              «Как Гей порно»              Прокрутив несколько иконок, взгляд не цепляла ни одна из них. Ну да, было бы странно, если бы Джисона зацепили трахающиеся мужики. Ему не нравится такое, ему только Минхо нравится, а на картинках какие-то шкафы или худощавые омежки.              — Да плевать.              Палец ткнул на первое видео, где задействованы были корейцы. Минута, две, три, ничего стоящего, его это даже не возбуждает. Пролистав в середину, его глаза расширились, а дыхание прервалось. Один из парней вбивал второго, при этом надавливая на шею. Глаза того, что снизу были завязаны как и руки, а по комнате разносились звонкие шлепки. Джисон ненароком вспомнил звук, когда старший ударил его по ягодицам. Когда они займутся этим, будет так же громко или…              Хан сам не заметил, как возбудился. И вовсе не от видео, а от воспоминаний чужих рук на своей пятой точке. Дома никого не было, но он всё равно закрыл свою дверь на ключ и неуверенно снял штаны с нижним бельём.              — Если они это делают сюда, то Минхо имел ввиду это местечко?        Джисон сел на колени и скользнул пальцем к сжатому колечку мышц. Он обвёл его, а после надавил, лишь слегка проникая внутрь.       — Это вообще возможно, чтобы туда что-то залезло?..              Джисон приложил больше силы, почувствовав жжение. Даже собственное возбуждение уходило на второй план по сравнению с его сосредоточенностью над процессом и неприятных от этого ощущений. Он тяжело выдохнул, ослабляя напор, а после снова вдохнул полной грудью, вводя, наконец, полностью палец. Однако больно, и как этот процесс может доставлять удовольствие?              Двигаться внутри было сложно, узко и физически противно. Джисон взял в руку член, начиная надрачивать, чтобы перебить эти ощущения, вместе с тем пытаясь шевелить пальцем. Чувство растяжения перебивало удовольствие от дрочки. Мысли о том, чтобы закончить себя мучить и просто кончить, оставив затею с жатым колечком мышц, брали верх. Он вытащил палец, обводя им головку с естественной смазкой, но сдаваться не хотелось, поэтому тот снова оказался у входа. В этот раз зашёл менее болезненно, но это всё ещё не доставляло никакого удовольствия. В мыслях всплывал образ старшего, такого привлекательного и вовсе не в девичьей одёжке. Руки ускорили темп, палец начало сводить. С протяжным мычанием он кончил, чувствуя, как сжимается собственная дырочка. Тяжело дыша, он закончил свои игры. Может, в сексе между парнями и не должно быть приятно от члена внутри. Один пользуется дырочкой, второй просто надрачивает, вот и всё удовольствие. Становилось немного грустно от этого, но, если Минхо будет приятно, то Джисон потерпит.       

***

      Феликс косо посматривал на своего нервного друга, тот еле сидел на паре, постоянно поглядывая на часы. Даже в перерыв, когда они присели поесть, тот молчал, проверяя телефон снова и снова, даже не замечая, как испачкал лицо сахарной пудрой от булочки.              — Детка, куда-то собираешься? — вытер сладость с чужой щеки Феликс и облизнул палец.              — Когда это я успел стать твоей деткой? — возмутился Хан, потирая это место рукавом свитера.              — После нашего поцелуя, — поиграл бровями блондин, пытаясь развеселить, — ну так?              — Сегодня я собираюсь стать настоящим мужчиной.              Феликс выплюнул газировку, что успел набрать в рот, и закашлялся.              — В каком это смысле? Ты решился на что-то большее, чем цветы?              — Если не сегодня, то никогда, хоть это и будет неприятно.              — Да ты что, тебе понравится, — закинул руку на плечо Ли, — совсем взрослым стал, — потеребил по голове как гордый отец.              — Главное, чтобы ему понравилось… — грустно протянул Хан.              — Ему?              — Пойдём на пару, иначе я слечу с катушек.              Феликс многозначительно похлопал глазами на уходящую фигуру, допил залпом газировку и помолился, чтобы его опасения оказались ошибочными.              После занятий он не успел и слова сказать, как Джисон умчался. Подходя к кафе, он поругал себя за то, что снова не в своём лучшем образе. С другой стороны, если он будет снизу, то его мягкий белый свитер, свободные голубые джинсы и лёгкие завитки на волосах отлично вписывались в роль пассива. Будет снизу…пассивом…              Хан встряхнул головой, прогоняя воспоминания неприятных ощущений. В глубине души всё ещё таится надежда натянуть на себя старшего, а не наоборот.              Джисон осторожно провёл глазами по помещению, но не нашёл Минхо. Поскольку, ему это место известно уже как свои пять пальцев, он начал искать его у чёрного выхода, проскальзывая по кухне, как тень. Потом дошёл до подсобки, прикрывая уши от незваных стонов. Он должен был найти его. Сегодня. Он решил.              Решить то решил, а вот график не учёл. Вдруг Минхо сегодня не работает, не может же он всегда здесь быть. Не найдя его в туалетах и не решаясь заглянуть в вип комнаты, ну а вдруг он там, Джисон плёлся к барной стойке с низко опущенной головой.              — Сильно устала? — послышался знакомый голос, и Хан хотел радостно подбежать к старшему, но, завидев рядом другую официантку, так смутился, что не нашёл лучшего решения, как спрятаться за барную стойку под очень озадаченный взгляд барменши.              — Тшш, пожалуйста, — прошептал он.              — Я сейчас… — громко начала она, но Хан перебил своим шёпотом.              — Там мой…бывший, не хочу попасться на глаза, — быстро придумал он, и на удивление это сработало.              Да, глупо. Вся эта ситуация. Но он не мог так просто подойти сейчас к Минхо, когда тот не один. Ведь вообще-то он сегодня собирается лишиться девственности с вышеупомянутым.              — Сегодня правда много посетителей, — ответила вторая официантка, выдыхая.              — Ты права, — выдохнул Ли, — не терпится уже вернуться к моему солнышку.              У Джисона перехватило дыхание, он понадеялся, что речь не о том, о чём он подумал.              — О, Сара́, как она поживает?              — Отлично, посмотри, какую милую фотографию я сделал, пока она спала.              — Ты и правда очень её любишь.              — Больше всего на свете.              Его голос звучал как никогда нежным и ласковым. Джисон впервые слышит его таким. Голова опустилась в пол, а коленки задрожали, и вовсе не от того, как долго он сидел на корточках, постыдно прячась и подслушивая. В сердце отозвался сильный укол боли. Он лишь игрушка для него, просто развлечение, ну конечно. Джисон ничего не знает о Минхо, ни сколько ему лет, ни состоит ли он в отношениях. Последнее он узнал прямо сейчас, нелепо, глупо и очень неприятно. Да он и видел Минхо в его обычном виде без костюмов и длинных волос лишь единожды, как он мог допустить себе так бесповоротно и отчаянно влюбиться. Сейчас он почувствовал себя самым настоящим ребёнком, который поверил в свои мечты, совсем не заботясь о реальности.              Слёзы потекли по лицу градом. Он всегда был слишком эмоциональным и чувствительным, но прошлые отказы или неудачи в отношениях не вызывали в нём такую бурю отвратительных чувств. Что ему следует делать дальше? Притвориться, что ничего не было и отдаться порыву страсти? Тогда он разобьёт своё сердце вдребезги. Исчезнуть из поля зрения Минхо и больше никогда о нём не вспоминать? Но он точно будет возвращать свои мысли к этой недосказанности, терзая сознание. Поговорить? Значило признаться, как он подслушал личный разговор. Личный разговор из его личной жизни, в которой ему не оказалось места. Он действовал по наитию, не обдумывая, слишком торопя события, и теперь тяжёлый груз ответственности лёг на его плечи.              Разговоры за стойкой давно стихли, а барменша молча протянула стакан воды. Может, Джисон и ведёт себя как ребёнок, может ему стоило развернуться и уйти от всей этой истории, приняв события, вылившиеся из его глупости. Но раз он начал эту идиотскую затею в подслушивании, доведёт её до конца.              Ноги бродили вокруг да около рядом с кафе. На достаточном расстоянии, чтобы видеть всех уходящих и оставаться неприметным на противоположной улице. Глаза не отрывались от входа, и когда из двери вышел знакомый тёмный силуэт, скрывающий фигуру и лицо, он двинулся следом. Он плёлся за Минхо тихо, постоянно оборачиваясь и прячась в переулки, чтобы оставлять между ними достаточно большое расстояние.              «Ты ведёшь себя как грёбанный сталкер, Хан Джисон, браво, Хан Джисон» — ругал себя парень, но продолжал следовать.              Минхо огляделся по сторонам и открыл калитку, за которой скрывался небольшой, но очень уютный на вид домик. Пока та не успела закрыться и заблокироваться, Хан еле успел просочиться следом и чудом остаться всё ещё незамеченным. Он спрятался за бочком с мусором, пока следил, как старший поднялся на пару ступенек вверх и позвонил в дверь. Ожидание длилось вечность, глаза были прикованы к двери и боялись моргнуть лишний раз. Тело напряглось, а подсознание продолжало верить во что-то.              — Пришёл? — послышалось из-за открывающейся двери.              Когда та распахнулась шире, Хан смог увидеть девушку. Разумеется. Блять, ну разумеется.              — Папа! — на весь двор раздался детский счастливый крик, и в парня влетела маленькая девочка, что сразу оказалась у него на руках.              Сердце остановило свою работу, а в глазах потемнело. Дверь закрылась, а после он увидел семью в окне кухни. Минхо улыбался настолько тепло и искренне, что внутри всё завыло и пошло по швам.              У Минхо есть девушка. Нет. У Минхо есть жена. Но что больше разрывало Джисона, у Минхо есть дочь. Дочь.              Слёзы вновь потекли из опухших глаз. Насколько смешным казался Хан в глазах старшего, насколько надоедливым и глупым. Как он оказался в настолько сложной ситуации? Надежда, которая твердила, девушка не стенка — подвинется, разбилась о собственную решимость. Минхо никогда не оставит свою семью. Никогда не вспомнит о Джисоне, как только тот исчезнет.              Это именно то, что он должен сделать.              Его ноги стали ватными, и он еле поднялся, теперь лучше видя, как кипит семейная жизнь в окнах дома. Минхо начал готовить, явно бурча что-то под нос. На стол прыгнул кот, которого сразу сняла его жена. Девочка убежала куда-то, а после вернулась, показывая рисунок. И на лице Минхо вновь появилась та улыбка, которую Хан никогда бы не увидел в свой адрес.              Он опустил голову, вытирая слёзы и успокаиваясь. Ему пора уходить. Навсегда.              — Твою мать! — на весь двор крикнул он, заваливаясь на второй бачок с мусором, испугавшись мышки, что пробежала у его ног.              Он отполз назад в страхе, но после сразу глянул в окно, отчего тот разлился новой волной по всему телу. Ему нужно бежать, как можно скорее убраться отсюда. Как бы он не любил Минхо, он не хотел портить его жизнь своим присутствием.              Выбравшись из мусора, он подбежал к калитке, которая какого-то чёрта не открывалась.              — Блять, и куда тут жмать, чтобы всё заработало?              Глаза судорожно искали кнопочку, засов или ещё что-либо, что могло выпустить его из ловушки собственных чувств, но сзади послышался звук открывающейся двери и быстрые шаги в его сторону. Это конец. Это, блять, самый постыдный конец. Желательно, его жизни в целом.              Рука развернула парня, и тот заметил, как Минхо замахнулся поварёшкой, поэтому зажмурился.              — Джисон? — крайне удивлённо спросил Ли, отпуская чужое плечо и убирая подобие оружия.              — Я, — открыл один глаз тот, — ты, — открыл второй глаз, начиная бегать обоими по пространству вокруг, лишь бы не взглянуть на старшего, — это твой дом, да? Ух ты, случайно спутал со своим.              — О чём ты…              — Ну, мне пора, — перебил он, вновь разворачиваясь к закрытой калитке, которую он всё ещё не мог открыть.              — Ты, — Минхо аккуратно развернул его к себе за плечи, после кладя одну руку на щёку, — плакал?              Джисон совершил ошибку, он взглянул прямо в глаза. Новый поток слёз вырвался быстрее, чем он успел сообразить.              — Почему ты плачешь?              — А ты не понимаешь? — откинул он руку, когда слова начали выходить изо рта быстрее, чем он мог их обдумать.              — Забавно было играть со мной? Я такой смешной?              — Что?              — Я понимаю, что дурак в твоих глазах, полный кретин, но у меня тоже есть чувства! Как ты мог целовать меня, когда имеешь семью?              — Семью?              — Да! И другой на моём месте рассказал бы твоей жене, как ты классно отсасываешь малолетке в подворотне, а после возвращаешься домой и целуешь её. Но я хотел просто уйти, я не… — ком в горле не давал говорить ровно, — не хотел портить твою жизнь, окей? Я просто уйду, и ты меня больше не увидишь. Хотя на самом деле, ты самый настоящий поддонок, кретин, дурак, я бы вмазал по твоему красивому лицу и…              — У меня красивое лицо? — встрял Ли со своей знаменитой ухмылкой.              — Блять, да ты божество во плоти, но так поступать, это…это низко, лживо и больно, знаешь, как мне сейчас…              Джисон не успел договорить, поскольку на его губах появилось тепло чужих. Он забрыкался, пытаясь оттолкнуть, но скорее лишь ближе притягивал, чтобы в последний раз ощутить это приятное покалывающее чувство внутри. Горькие слёзы смешивались со сладостью поцелуя. Его плечи опустились, а злость и боль уходили на задний план, замещаясь спокойствием.              Минхо отстранился, смотря прямо в глаза тем самым ласковым и нежным взглядом, который Хан мог видеть лишь со стороны.              — Почему? — тихо спросил он.              Джисон понимает, что они делают, понимает, что это видит его жена, и совсем не понимает, о чём думает старший.              Минхо издал смешок и взял его за руку, ведя в сторону дома.              Теперь Джисон нервно сидел на стуле, желая провалиться сквозь землю, а на него смотрели три пары одинаковых глаз. Полностью одинаковых.              — Здравствуйте, — еле слышно выдавил из себя он.              — А ты тот самый Джисон? — хитро улыбнулась девушка, подставляя руки под подбородок и опираясь ими о стол.              — Тот самый?              — Минхо рассказывал о милашке, которого…              — Замолчи, Сухён, — кинул грозный взгляд он.              — А вы…вы получается…жена Минхо? — совсем неуверенно спросил Хан.              Все трое переглянулись, и на всю кухню раздался яркий звонкий смех, отчего Джисон сжался ещё сильнее, перекидывая удивлённые взгляды с одного на другого.              — Этот придурок? Мой муж? — не могла остановиться в смехе девушка. — Тогда я балерина.              — А вы балерина?              Новый порыв смеха вырвался из её груди.              — Эта чокнутая — моя сестра.              — Сестра? — глаза торопились выкатиться от удивления.              Сейчас он может заметить, как те похожи. Даже по манере речи.              — Но твоя дочь…              — Сара́ это моя дочь, — сказала Сухён, вытирая капельки слёз от смеха.              — Разве это законно?..              — Прекрати, божечки, я сейчас лопну, честное слово, — веселилась она.              — Дядя, может, ты и правда станешь моим папой? — вклинилась девочка.              — Я и так провожу с тобой много времени, Сара́, — погладил он её по голове.              — Подождите, — поднял указательные пальцы Хан, показывая друг на друга, на девочку, снова друг на друга, — ты…вы…подождите, она…я запутался.              — Сухён моя сестра, а Сара́ её дочь. Я дядя.              — Но она назвала тебя папой.              — Просто потому что дядя Минхо со мной с самого детства, дяденька, вы такой глупенький.              Джисон налился краской. Даже дети его осуждают.              — Не издевайся над ним, иди поищи для этого Суни.              — Лаадно. Суни, — с коварной интонацией убежала она.              — Сразу видно, что вы одной крови, — тихо пробормотал Хан, но его прекрасно услышали, переглядываясь с ухмылкой.              — Ты же останешься на ужин? — спросила девушка, внимательно изучая младшего.              — Это как-то…              — Останется.              Джисон кинул испуганный взгляд на Минхо, но тот по-доброму улыбнулся, возвращаясь к готовке.              — Он тебя не обижает? — придвинулась ещё ближе Сухён.              — Нет…              — А вы уже того самого? Трахал…              — Джисон! — встрял Ли. — Может, сходишь пока в душ? Ты валялся в мусоре.              — Не валялся, а упал, — пробурчал Хан.              — Сара́, — крикнул он, — покажи дяде Джисону, где мой шкаф и ванная.              — Харашоо, — прибежала она, сразу хватая за руку гостя.              Джисон, согнувшись, шёл следом, пока девочка рассказывала, что и где у них находится. Она завела его в комнату Минхо, он сразу это понял по запаху, и начала рыться в шкафу, бросая взгляд на него, будто оценивая. С громким «вот» она выдала комплект одежды и начала толкать из комнаты в сторону ванны, уточняя, не нужна ли ему помочь. Джисон хихикнул, не уверенный, реальная ли это забота или дерзкий подкол, но поблагодарил и взъерошил маленькую макушку, скрываясь за дверью.              Как события этого вечера сложились так? Он в доме Минхо, он помылся в его душе, он надел его одежду и даже трусы. Выбор девочки был весьма неоднозначен, розовая футболка с котятами и голубые спортивные штаны, а бельё чёрное и на удивление подходящее под размер. Минхо вообще-то был больше него, поэтому вещи висели, но вот трусы оказались впору, вероятно из-за большой попы.              И теперь он ест еду, приготовленную им, и общается с его семьёй. Знакомство с его сестрой было похоже на знакомство с родителями, потому что та всё интересовалась о жизни младшего и кидала какие-то странные намёки, который понимал только Минхо, цокая.              Сара́ пошла спать первой под грустные вопли, что хочет подольше побыть с дядей Джисоном. Кажется, он ей понравился. Пока Сухён укладывала ребёнка, Хан помогал убрать со стола и вытирал тарелки, после того как Минхо их мыл. Это было тепло. Очень тепло и по-домашнему.              — Несносный ребёнок, — выдохнула девушка, устало плюхаясь на стул.              Минхо уже вскипятил чайник и сейчас разливал чай по кружкам, пока Хан аккуратно переносил их на стол вместе с печеньем. Хоть ему и было приятно здесь находиться, он нервничал, поэтому набивал щёки, заедая стресс.              — Ты прям как белка, — сказала девушка, на что тот легко кивнул.              — Как на работе? — спросил Ли.              — Ничего нового, — грустно протянула она, — надеюсь, в следующем месяце смогу получить повышение, и тебе больше не придётся там работать.              — Не переживай, там не так плохо. Тем более вдруг я встречу папика, который отдаст мне все свои деньги за красивые глазки.              Сухён легко посмеялась, ударяя по руке брата.              — Ты знаешь, как меня успокоить.              — Почему ты там работаешь? — с набитым ртом спросил Джисон.              — Ради нас, — ответила за него сестра, — растить ребёнка это очень дорого, а Минхо…              — Я на всё готов ради её лучшей жизни.              — А где…отец Сары́?              — Мудак.              — Я? — изо рта чуть не выпала печенька.              — Да не ты мудак, он мудак. Сбежал, когда узнал о беременности. Сказал, что не вытерпит мой характер в семейной жизни. И что не так с моим характером? Я просто ангелочек.              — И он больше не появлялся?              — Не-а.              — Вот как… — грустно сказал он.              — Я сама его нашла, — взглянула она из-подо лба с устрашающей улыбкой, — и отбила ему яйца. А когда Сара стала взрослее, привела её к нему, и она тоже отбила ему яйца. К слову у него был очень маленький ху…              — Забудем о нём, — кашлянул Ли, отпивая чай.              Джисон аккуратно переместил руки под стол, прикрывая пах. Действительно ангелочек, на тот свет отправит, ты и не заметишь.              — Ты прав, лучше поговорим о вас. Как мой брат в постели?              Минхо поперхнулся. Знал же, что до такого дойдёт, но надеялся хоть на каплю смущения. Он забыл, что они вообще-то брат и сестра одна сатана.              — Мы ещё… — залился краской Хан.              — Сухён, — кинул предупредительный взгляд он.              — А сколько у тебя было до него?              — Вообще-то нико…              — Ты девственник?! — как-то слишком громко крикнула она, после закрывая рот ладошкой и повторяя тише, — Реально?              — Ну… — ещё немного, и его щёки загорят по-настоящему.              — Я тут о членах, а ты совсем нераспустившийся цветочек. Минхо, будь нежнее, а не как с прошлы…              — Ну всё, — встал рассерженный Ли, — нам пора спать.              — Джисон, ты же остаёшься? На улице совсем темно.              — Наверное, мне лучше…              — Остаётся конечно, ходить в такое время небезопасно.              — Даже не знаю, что для него более опасно, уходить или остаться, — она кинула юркий взгляд по Минхо с ехидной улыбкой, — расскажи потом, насколько у моего брата огромный ч…              — Мы уходим, — Минхо взял за руку Джисона, волоча в сторону своей комнаты.              — Не стоните слишком громко, Сара спит, — вслед проговорила она, злорадно хихикая после.              Минхо затащил Хана в комнату, закрывая дверь и выдыхая.              — Не слушай её, она немного того.              Джисон стоял остолбеневшим посреди комнаты с поджатыми руками у груди и раскрасневшимся лицом, краска с которого расползлась по ушам и даже шее.              — Х-хорошо, — еле вымолвил он.              Минхо начал рыться на верхних полках шкафа, доставая ещё одну подушку и одеяло.              — Я посплю на полу, можешь занимать кровать.              Джисон взглянул на кровать, которая была точно не односпальной, но всё ещё не двуспальной. В любом случае, они бы прекрасно поместились на ней вместе.              — Но ты тоже можешь спать на кровати, — показал он в неё пальчиком, демонстрируя размер, а то вдруг старший забыл.              Минхо обернулся, проходясь взглядом по всему парню, и сглотнул.              — Это плохая идея.              — Почему?              — Давай оставим как есть.              — Тогда я буду спать на полу.              — Нет, ты гость.              — Тогда ложись в кровать со мной.              — Это не вариант.              — Либо так, либо так, — скрестил руки на груди младший, взяв откуда-то смелось перечить хозяину дома. Перечить Минхо.              — Нет, я же сказал…              — И я сказал. Всё, — сел на пол Хан прямо на том же месте, где стоял.              Минхо посмотрел на кровать, на решительный взгляд младшего. Вздохнул и подошёл ближе, теребя макушку.              — Ты такой ребёнок.              — Я не ребёнок, просто не хочу доставлять неудобств, — отмахнулся он.              Минхо усмехнулся и кинул подушку с одеялом на кровать, пододвигая те, что уже лежали. Джисон победно улыбнулся и запрыгнул на неё, сразу пробираясь под тёплое одеяло и нежась. Минхо выключил свет и лёг сбоку.              В комнате был неяркий ночник, от которого на потолке со стороны стола раскинулись звёздочки.              — Мило.              — Сара́ настояла. Боится, что её дядю утащит монстр под кроватью.              Минхо повернулся на бок, теперь смотря на парня. Джисон видел, как чужие глаза исследуют его лицо, и сам занимался тем же. Всё-таки Минхо больше идёт быть парнем, а не девушкой. Его светлые покрашенные волосы выглядели куда лучше длинных тёмных локонов.              — Сколько тебе лет? — опомнился Хан, ведь до сих пор в полном неведении.              — А сколько дашь?              — Бесчисленное количество раз… — влюблено улыбнулся Хан, а после чужого смешка встрепенулся, — лет двадцать.              — Сочту за комплимент. Мне двадцать пять.              — Двадцать пять?! Врёшь.              — Стал бы я врать?              — Серьёзно? Двадцать пять? Ты на…семь лет меня старше, — прикрыл ладошкой рот Хан.              — Мне извиниться?              — Ой, нет, я не то имел ввиду. Это…это круто. Ты крутой.              Минхо легко посмеялся.              — Это правда. Тебе всего двадцать пять, а ты так помогаешь своей сестре.              — И учусь.              — Ты…хватит. Твой свет скоро меня ослепит.              — Прекрати. Мне столько лет, а я ничего не добился.              — Я слышал о кризисе тридцати лет, но он начался как-то слишком рано, — посмеялся Джисон, за что получил удар в плечо.              — Но честно, — продолжил он, — ты потрясающий. Ты кажешься таким надёжным, Сара тебя обожает, твои коты тоже, а это обо многом говорит. А ещё, ты совсем не поддонок, как оказалось.              Минхо усмехнулся с такого заявления, вспоминая, как забавно младший не мог открыть калитку. Лицо вернулось в прежнее состояние, а рука потянулась к чужим глазам. Он положил кисть на щёку, большим пальцем проводя по опухшему от слёз глазу.              — Прости меня.              — Это ты меня прости, я иногда совсем не свэг, — пытался разрядить обстановку он, но глаза Ли всё ещё были сосредоточены.              — Я никогда не игрался с тобой. Вернее, в начале я думал просто поиздеваться в надежде, что ты отстанешь. Но каждый день я ловил себя на мысли, что хочу, чтобы за открывающейся дверью кафе оказался ты. Не знаю, как ты это сделал, но я больше не мог думать о ком-то другом.              — Вероятно, я слишком хорош собой.              — Точно нет, — усмехнулся Ли, убирая руку, — но…я не хочу случайно сломать твою жизнь. Ты так молод и глуп, ты не знаешь, что это, любовь, привязанность или обычное любопытство. Ты найдёшь себе девушку, а потом у вас будет семья и дети, я не нужен тебе. Тем более, кажется, ты никогда не считал себя геем.              — Я не гей, — отрезал Хан.              — Вот ви…              Джисон приблизился, оставляя лёгкий поцелуй на чужих губах.              — Мне точно не нравятся парни, но точно нравишься ты. К тому же я не собираюсь заводить семью, я собираюсь заводить только тебя.              — Я тебе что соба…              Минхо не договорил, поскольку удивление забрало эту возможность. Джисон перекинул ногу через него, садясь сверху.              — Не в том смысле, глупенький.              Джисон опустился к самым губам, обдавая их тёплым дыханием.              — Я возбуждён только от мысли, что мы можем встречаться. Думаешь, я когда-то сидел на ком-то вот так, требуя принять мои чувства?              Минхо проглотил эти слова, чувствуя, как по его паху ёрзает попа.              — Нет?              Джисон ответил не словами, он припал к губам, наслаждаясь приятным чувством, растекающимся по всему телу. Он вторгся языком, совсем не чувствуя преграды, и начал жадно исследовать рот, громко причмокивая. Минхо, который пытался сдерживать себя, не уследил за собственными руками, которые уже поглаживали талию младшего, плавно опускаясь к ягодицам. Он не знает, кому Хан продал душу, но у него шикарная задница.              Джисон терялся в прикосновениях, терялся в действиях, ведь, что делать дальше, он слабо представлял. Ему нравилось целоваться, и он готов продолжать это делать хоть всю ночь, но и зайти дальше ему хотелось не меньше, поскольку член уже изливался естественной смазкой. Губы пошли мелкими поцелуями по шее, боясь оставить след, Минхо ещё работать как-то. Он неуверенно оттянул ворот футболки, легко кусая ключицу под тихий стон. От этого звука он тяжело выдохнул, стараясь держаться и не кончить в тот же момент. Футболка оказалась приподнята, демонстрируя рельефное тело, и с губ Джисона сорвалось тихое восхищённое «вау». В любой другой ситуации, когда он не сходил бы с ума от возбуждения, он обязательно рассмотрел бы внимательнее. Однако руки уже опустились к штанам, желая приступить к делу. Очень важному и желанному делу.              — Что по-твоему ты делаешь? — подал голос Ли.              — Пытаюсь трахнуть себя.              — Себя?              — Тобой.              Минхо усмехнулся, переворачивая на спину младшего и удачно оказываясь у того между ног. Джисон ахнул, а после незамедлительно почувствовал мягкие прикосновения на оголённой груди, оставляющие мокрые дорожки.              — А можно без этого? Я сейчас взорвусь.              Минхо ухмыльнулся, смотря в глаза и облизывая сосок, отчего Джисон простонал, приглушая себя ладошкой. Эта картина будет преследовать во снах, он точно знает. Минхо не садист, только не сейчас. Ему прекрасно известно, насколько возбуждён младший, ведь его стояк тёрся о его живот. Он спустился поцелуями вниз, вызывая табун мурашек, и прислонился щекой к паху, потираясь как котёнок. Хуёнок.              — Блять, Минхо, возьми уже меня.              Тот шикнул и приспустил штаны с нижним бельём, освобождая младшего от тесных оков.              — Сара́ и трусы мои дала? — вдруг заметил он.              — Мгм, — на выдохе согласно промычал Хан.              — Нравится носить то, что прикасалось к моему голому телу?              — Это пиздец, как возбуждает.              Минхо довольно улыбнулся, стягивая окончательно ненужные ткани. Он прошёлся рукой по члену, собирая предэякулят и растирая по длине. Джисон взвыл, всё ещё прикрывая рот ладонью, что не сильно помогало. Эта скрытность посылала лишь больше электрического возбуждения по всему телу, заставляя головку дёрнуться.              Джисон положил руку поверх чужой, хмуря брови и смотря вниз.              — Я не кончу, пока ты не будешь во мне.              — И кому ты этим хуже пытаешься сделать, бельчонок?              Дьявол.              Минхо в самом деле тоже не терпелось. Казалось бы, к двадцати пяти его самообладание должно было выйти на новый уровень, но рядом с Джисоном он вновь чувствовал себя в пубертате, когда один лишь стон заводит. Он подхватил коленки и поднял так, чтобы видеть то, что никто никогда раньше не видел. За исключением, может, родителей, лет таки пятнадцать назад. Джисон ойкнул от резкого движения, а когда заметил пристальный взгляд туда, закрыл лицо от смущения и тихо захныкал. Он хочет видеть Минхо, но точно не сейчас, когда полностью раскрыт перед ним. Когда его руки сильно сжимают его бёдра под коленками. Когда Джисон может слышать его тяжёлое дыхание. Когда тот замирает, кажется, не желая уводить взгляд от сжимающегося колечка мышц. Блять, это слишком возбуждает.              — Посмотри на меня, бельчонок.              Хан помотал головой.              — Но тогда я не смогу продолжить.              Это ёбанный шантаж и манипуляции. Конечно, Джисон купится на них.              Он опускает руки, открывая лишь глаза. Минхо тут же наклоняется за поцелуем, поэтому приходится убрать руки окончательно, цепляясь теперь за шею и запуская пальцы в волосы. Язык Минхо скользит внутрь практически сразу же, и Джисон простанывает, двигая бёдрами навстречу. В таком положении стояк старшего трётся именно там, где надо, и появляется иллюзия, что они уже это делают. Этого недостаточно. Обоим. Поэтому Ли отстраняется и выпрямляется в то же положение.              — Подержи их так.              Джисон взял себя под коленки за место рук старшего. И находиться в таком положении, самостоятельно продолжая демонстрировать все прелести, оказалось ещё более смущающим. Минхо ещё раз взглянул на представляющуюся картину. Лицо Хана раскрасневшееся, его рот приоткрыт, и из него опустилась тонкая липкая струйка, его ноги подрагивают, а пальцы впились в кожу, его дырочка сокращается, призывая к действиям, а член дёргается в ожидании ласки.              — Сука, это чертовски соблазнительно.              Он облизнулся и шмыгнул к тумбочке под удивлённый взгляд, после возвращаясь на место и открывая какую-то бутылочку. Джисон не понимал, что тот делает, его руки скрылись где-то ниже поля зрения, он лишь ждал. Он пискнул, когда его дырочки дотронулся палец в чём-то прохладном и мокром.              — Что это? Склизкое.              — Не знаешь? — удивлённо спросил Ли, забывая на мгновение, что имеет дело с девственником.              Джисон отрицательно мотнул головой, мило собирая брови домиком.              — Смазка, милый, очень классная штука, позволяет…              Хан ахнул, почувствовав, как просто в него начинает скользить палец.              — …легко в тебя проникнуть.              Джисон замычал, когда он вошёл до костяшек. Ему не было неприятно, он растягивал себя сегодня утром, предвкушая вечер. Немного совсем другой, но с тем же исходом. Только вот делал он это без…смазки? которая явно упрощала проникновение.              Минхо заметил, как легко двигается палец внутри, и у него возникло сомнение, а не соврал ли ему младший, когда говорил, что девственник. Нет, точно не мог. Он стопроцентный девственник.              — Ты готовился? — ехидно улыбнулся Ли, второй рукой раскрывая Джисона больше, подставляя второй палец, но продолжая двигаться лишь одним.              — Я, — между полустонами пытался сказать тот, — хотел тебя.              — Хотел?              — И хочу, до умопомрачения хочу, быстрее, или я кончу лишь от одной мысли об этом.              — Умничка.              Минхо ввёл второй палец, заставляя Джисона выгнуться и закусить губу, чтобы не простонать во весь голос. Он чувствовал заполненность, это странно, но почему-то крайне приятно. Сейчас частичка Минхо внутри него. Хотя хочется совсем другую его частичку…или громадную часть, Джисон ещё не проверял.              Минхо прокручивал пальцы и разводил, и когда они спокойно двигались, он подключил третий, попадая в какое-то очень приятное место и вызывая громкий стон, который Джисон сразу попытался заглушить ладонью. Всё его тело задрожало, а из члена брызнула сперма, пачкая живот. Он кончил совсем не притронувшись к себе. Он кончил, когда Минхо был в нём, хоть и не в том плане. Ладно, возможно, быть снизу приятно. Да нет, это охуенно. Джисон никогда не чувствовал чего-то подобного. Оргазм был таким сильным, что пальцы ног поджались, а перед глазами поплыли чёрные мушки. Минхо покинул тело, целуя парня через руку.              — Хороший мальчик.              Джисон покачал головой в отрицании, ведь ещё не ощутил в себе Минхо.              — Что такое?              — Мне не хватает, — выдохнул он, — твоего члена во мне.              Минхо прикусил губу, опускаясь за горячим поцелуем, требующим продолжения.              В дверь тихо постучали, заставляя обоих оторваться друг от друга и замереть.              — Если это моя сестра, ей не жить.              В дверь постучали снова.              — Может, сама уйдёт.              Ручка дёрнулась, и Минхо благодарил Минхо из прошлого, что закрыл дверь. Вообще-то просто на всякий случай. И этот всякий случай и произошёл.              — Я знаю, что ты меня слышишь, дядя Минхо.              — Пиздец.              — Пиздец.              Минхо спешно достал салфетки, передавая их младшему, а сам кинул смазку с презервативами в ящик, заваливая барахлом. Джисон вытерся, ища трусы по кровати, а ручка задёргалась сильнее.              — Я хочу спать с дядей Джисоном. Если ты не откроешь дверь, я буду орать.              В комнате послышался глухой стук, когда Минхо споткнулся на ровном месте, кидая в Джисона чистую простынь. Не то, чтобы они наследили, но так было спокойнее. Он ещё раз оглядел комнату, когда по двери уже начали барабанить, и открыл её, впуская быструю девочку, побежавшую сразу к кровати.              — Сара́! — только и успел позвать Ли, как она уже оказалась под одеялом, мило смотря на Джисона.              — Привет, красавчик.              — П-привет, — взволнованно ответил Хан, отодвигаясь.              — Что за поведение, Сара́. Я твоей маме всё расскажу. Ты не даёшь спать нашему гостю.              — Дядя Джисон, ты весь красный, — проигнорировала она слова Ли.              — Мне просто, — он прочистил горло, — немного жарко.              — Какая отличная новость, ведь я замёрзла.              Девочка потянулась обнимать Хана, пока тот глазами размера с кулак смотрел на старшего взглядом, просящим помощи.              — Сара́, ты его знаешь только день, а уже лезешь обниматься. Отодвинься, ему неудобно, — попытался отцепить её Ли, но безуспешно.              Ничего в мире нет сильнее, чем детская хватка.              — Я его знаю день, зато дядя Минхо знает его дольше. Ты бы не попросил остаться у нас на ночь плохого человека.              — Ты слишком умна для своих пяти лет.              — Вся в маму.              — Не дай бог… — тихо сказал он.              — Что?              — Спи давай.              Минхо лёг рядом, немного всё-таки отодвигая девочку от перепуганного Джисона. Он посмотрел с идиотской улыбкой на него, и ему ответили не менее идиотской улыбкой.              — Добрых снов, — сонно сказала она, явно засыпая от тепла и спокойствия среди двух её дядь.       

***

      — Что…что здесь происходит?              На утро, не найдя дочь на своём месте, Сухëн точно знала, что та пошла к Минхо. Однако…там же не только он. Она спешно направилась в его комнату, а когда открыла дверь, застала удивительную, странную и даже милую картину. Джисон мирно посапывал, лежа на спине, на его руке красовалась голова её дочери, которая раскинулась звёздочкой, скидывая с себя одеяло. Минхо же лежал на полу, укрытый частью этого самого одеяла, и только его нога оставалась на кровати.              — Доброе утро, сони, что вы тут устроили? — уже громче спросила она, отчего сразу проснулся брат, подскакивая и садясь, тут же жалея об этом, поскольку по всему телу прошлась тупая боль.              — Доброе, — хрипло выдал он.              Джисон разлепил глаза, промаргиваясь, и тут же испуганно посмотрел рядом.              — Эй, Сара́, — тихо начал он, тыкая её в руку и не отводя взгляд от, на первый взгляд, рассерженной матери, — Сара́, просыпайся, — та только поморщилась, — тут твоя мама, — продолжал тыкать девочку, будто они вместе нашкодили прямо на глазах у своих родителей.              Девочка открыла глаза, сразу садясь и пошатываясь.              — Уже утро?              — Да, милая. Ты почему здесь?              — Дядя Джисон такой тёплый, а я замёрзла.              — Мелкая негодница, поднимайся, умываться пора.              Девочка сонно угукнула и поднялась, наступая на Минхо и кидая расслабленное «сорьки», а после скрылась за дверью. Джисон ещё понежился в кровати, хмуро пытаясь вернуть свою затёкшую руку к жизни, а после почувствовал лёгкий чмок на губах и раскрыл глаза.              — Минхо, — влюблёно прохрипел он.              — Ты в норме? — низкий голос Минхо с лёгкой хрипотцой по утрам станет личным фетишем Джисона.              Он сел, чувствуя слегка боли внизу, и тут его окатило волной воспоминаний. Он налился краской, больше не смотря на старшего, а тот ухмыльнулся, понимая, о чём тот думает.              — Не совсем.              — Сильно болит? — стал более серьёзным Ли.              — Не то. Ты же так и не кончил.              Минхо похлопал глазами, а потом рассмеялся.              — Ты переживаешь об этом?              — Как я могу об этом не переживать? Ты же мой…мой…              — Твой парень, да?              Джисон смущённо увёл взгляд и кивнул.              — Позаботься обо мне в следующий раз, — поцеловал он в лоб.              И как только стояк Минхо смог опуститься ночью. Видимо, приход племянницы во время секса настолько его взволновал, что там не только член упадёт, там и седые волосы могут появиться.              Тем временем в ванной.              — Мама прости и прощай, у меня теперь два папы.              — Сара!       

***

      Счастлив ли Джисон? Он на седьмом небе. Рассказал ли он Феликсу? Его избили за долгое молчание и поздравили. Пришёл ли Джисон на следующий день в кафе? Он уже ищет своего парня взглядом.              — Бельчонок, — стукнули ему по плечу.              — Минхо, — расплылся в улыбке Хан, оборачиваясь.              Он бы полез за поцелуем в тот же миг, но тут полно посетителей.              — У меня смена заканчивается только через час.              — А. О. Точно…я так хотел тебя увидеть, что пришёл чуть-чуть пораньше…на час.              Минхо хохотнул и щёлкнул по носу.              — Подождёшь меня в раздевалке?              — Ммм, — Хан замялся, переступая с ноги на ногу, будто не решаясь что-то сделать.              — Или в зале?              — Минхо, — он приблизился к самому уху, убирая волосы и кусая мочку, — я хочу твой член прямо сейчас.              Минхо схватился за ухо, ошарашено смотря на парня. Тот увёл взгляд, его крайне смущали собственные слова.              — Прямо…сейчас?              — Пойду-ка я в туалет, — сказал он, облизывая губы и толкаясь языком в щёку.              Минхо проводил его взглядом, стоя как вкопанный, а после осмотрел зал. Он быстро обслужил столик и ругнулся под нос, понимая, что в этом здании находится его нуждающийся бельчонок. Крайне нуждающийся после вчерашней ночи, как и он сам.              — У меня срочное дело, меня не будет минут двадцать, а может тридцать. Если пропаду на час, тоже не удивляйся, — сказал он барменше и направился в туалет.              Он тихо прошёлся мимо кабинок, а после остановился у закрытой. Его костяшки неуверенно постучали.              — Это я.              Замок отворился. Минхо открыл дверь. На закрытом унитазе сидел разгорячённый Джисон со спущенными штанами и двумя пальцами в себе.              — Блять, — тут же зашёл внутрь Ли, закрывая дверь.              — Слишком долго ждал, за это тебе наказание.              Джисон встал со своего места, сразу усаживая на него старшего. Его губы взяли в плен чужие, жадно и слегка грубо целуя. Минхо тяжело выдохнул и положил руки на узкую талию, притягивая к себе парня и заставляя сесть на колени. Джисон прервал поцелуй, хмуро отстраняясь.              — Наказание — не прикасаться ко мне.              — Ты шутишь, — вновь потянулся Ли, но Хан отодвинулся.              — Не-а. Либо ты убираешь свои руки, либо я ухожу.              Почему он всегда даёт выбор без правильного варианта.              — А ты справишься?              — Главное, чтобы ты с этим справился, милый.              И откуда в Джисоне столько уверенности и коварства, не знал ни один из них.              Тем не менее, Минхо принял эту игру и убрал руки. Губы Джисона начали изучать шею, целуя за ухом, в кадык, опускаясь ниже и отодвигая ворот. Порвать длинное платье не хотелось, ведь старшему за это, вероятно, влетит, поэтому Джисон пообещал, что вот в следующий раз точно увидит его голый торс со всех сторон. Он подвигался попой по промежности, примыкая вновь к сладким губам. Минхо еле сдержался, чтобы не начать гладить в ответ или хотя бы усмирить юркого парня на своих ногах.              Рука Хана проходилась по груди, осознавая, что на нём женское бельё. Ему такое не нравилось, мешало дотронуться. Он расцепил поцелуй, сходя с ног и опускаясь на колени. Минхо прикусил губу от одного лишь вида младшего на коленях.              Сейчас Джисон благодарен, что у платья нет ширинки или типо того, достаточно просто поднять. Хотя своя прелесть в возне со штанами тоже есть, некая прелюдия или ритуал перед сокровенным. Медленно оголяя бёдра Минхо, челюсть Джисона падала всё ниже и ниже. Хоть торс он не рассмотрел в полной мере, сейчас может полностью проникнуться крепкими мышцами на ногах.              Джисон не сдержал стон, когда полностью убрал ненужное платье вверх. Бёдра, это, конечно, очень вкусно, но что насчёт леденца под трусами. Он начал медленно, поглаживал ноги, иногда впиваясь ногтями. Потом пошёл дорожкой поцелуев по одной из них, поднимаясь достаточно высоко, чтобы Минхо тяжело выдохнул. Сильный укус у линии боксеров заставил старшего вздрогнуть.              — Ты издеваешься.              — Ты только сейчас это понял? — положил голову на бедро Хан, смотря вверх.              — Я сейчас тебя выебу.              — Такой ты несдержанный, фу.              Джисон коварно улыбнулся, доходя до основного блюда. Он высунул кончик языка, будто не трусы снимает, а занимается чем-то очень кропотливым, требующим всей концентрации. И когда член был освобождён, он ахнул от размера. А это точно поместится в него? Похуй, впихнём.              Джисон не трогал его рукой, он прошёлся языком по головке, чувствуя дрожь по всему телу старшего. Он подул, будто то одуванчик, который разлетится белыми зонтиками. Хотя, если так продолжится, то это правда произойдëт, только не зонтиками. Джисон подобрал слюнки и попробовал вобрать часть. Толстый, венистый настолько, что он ощущает каждую кривую линию. Без руки не обойтись. Он взял член, насаживаясь глубже под стон. Минхо до судорог хотелось схватить того за голову и начать двигаться, но он терпел.              С громким чмоком Хан выпустил член изо рта, вновь играясь язычком, а после вобрал уже увереннее, игнорируя рвотный позыв. Он взглянул вверх, и головка дёрнулась. Минхо точно нравится такой вид.              Однако, мучить Минхо это мучить себя, ведь собственный член требовал ласки, а дырочка охотно сокращалась, желая вернуть себе наполненность. Он отстранился, облизывая губы и встал. В мутных глазах Минхо появился блеск желания, такого сильного, что руки чуть не притянули этого сорванца к себе.              — Давай, — сказал он.              — Попроси правильно.              — Не дождёшься.              — Тогда только наблюдай.              Джисон достал из кармашка на груди баночку, выливая жидкость себе на руку и на член старшего, совсем не растирая. Он поднёс пальцы к дырочке и громко простонал, закатывая глаза и вставляя их в себя.              — Блять. Выеби себя моим членом, а не своими пальцами.              — А волшебное слово?              — Малыш.              Не то ожидал услышать Хан, но старший застал его врасплох обращением, поэтому тут же прижался губами к его, мыча в поцелуй. Он сел поверх, вынув пальцы, но всё ещё не вставляя член Минхо. Он лишь потирался, пока старший был явно недоволен, кусая губы. Джисон разорвал поцелуй и привстал, аккуратно целясь, а после начал мелено опускаться, чувствуя огромную разницу между пальцами и Минхо. Презервативы были ни к чему, никто даже не вспомнил об этом. Джисон просто знал, что хочет полностью чувствовать старшего, а не через какую-то тугую резину. Опускаясь ниже, у обоих будто замерло дыхание. Минхо не хотел навредить, поэтому лишь смиренно сидел, пока лицо Хана морщилось от боли.              Когда его попа коснулась чужих ног, он расслабился окончательно, тяжело выдыхая и окольцовывая шею парня в объятия. Поднявшись и опустившись на пробу, Хан понял, что привык, и сделал ещё пару медленных движений, подтверждающих это.              — Вот ты и попался, — сказал на самое ухо Минхо, а после схватил за ягодицы парня, начиная двигаться уже в собственном темпе.              Стоны Джисона прерывались от быстрых движений. Те были так глубоко, что казалось, видны через его живот. Терпение Минхо вышло из-под контроля, и возможно Хан пожалел бы об этом, если бы это не было так горячо и приятно. В туалет кто-то вошёл, и Минхо тут же остановился, закрывая чужой рот ладонью. Джисон смотрел самым жалобным взглядом, внутри всё кипело, его тело желало, нет, требовало продолжения, но не получало.              Джисону крайне не понравилось, что их прерывают уже второй раз, поэтому начал собственные движения. Минхо тихо зашипел и взглянул на парня. В нём не было ни капли стыда, только безрассудство и страсть. За стенкой кто-то есть, кто-то может услышать их. Кто-то точно услышит их.              — Похуй, — сказал Ли, возобновляя толчки.              Голос Джисона больше ничего не сдерживало, и он продолжал скакать на старшем, как на самой захватывающей карусели. Этот кто-то за стеной явно не ожидал подобного, поэтому закопошился. Обоим нет до него дела. Он их слышит, он их слушает, его проблемы, пусть завидует молча.              Джисон хватался за шею, выгибался, когда член попадал по простате, и боялся, что кончит раньше, поэтому изо всех сил сдерживался. Туалет снова оказался пуст и по помещению эхом разносились звуки шлёпающихся тел и сладкие стоны. Колечко мышц сильнее сжималось вокруг члена, когда тот пытался не кончить, и Минхо прекрасно это понимал, кусая в шею за такую глупость. Хоть это и было крайне мило со стороны Джисона.              — Не сдерживайся, — на ухо сказал он.              — Не хочу, — прерывисто отвечал Хан, — без тебя.              — Я уже.              Джисон почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло, и это довело его до пика, позволяя оргазму завладеть телом. Минхо сделал всего пару толчков, сливаясь своим низким стоном с высоким голосом младшего и кончая внутрь под одобрительные быстрые кивки. Джисон чувствовал, как внутри него становится теплее, как жар проходится по всему телу до кончиков ушей.              Он упал на крепкую грудь, громко выдыхая, пока Ли заключил его в свои объятия, прижимая ближе. Оба тяжело дышат, оба полностью поглощены друг другом, оба безумно счастливы, что слово «счастье» здесь звучит слишком просто. Не думал Джисон, что потеря девственности произойдёт в туалете, но это однозначно того стоило. Джисон отстранился первым, чтобы легко поцеловать старшего. Тот улыбнулся в поцелуй, чувствуя, как пальцы нежно выводили какие-то узоры на его шее.              — Мне нужно вернуться, — оторвался Ли, тихонько поднимая с себя Джисона под кивок.              Он быстро вытер себя и надел трусы, пока младший еле стоял. Одёрнув платье, он поднялся с места, вместе с тем подхватывая крышку унитаза, и посадил на место разгорячённого парня. Звуки вытекающей спермы прямо в воду заставили Джисона засмущаться и увести взгляд. Только вот Ли взял его за подбородок, нежно целуя.              — Подожди меня, и мы пойдём домой вместе.              — Домой?              — Ко мне домой. В наш дом.              Джисон ярко улыбнулся и кивнул, а после остался один, всё ещё слыша иногда, как неприятный звук разносится по помещению, когда сгустки спермы покидали его тело.       

***

      — Ты чего вернулся? — спросил Хан, сидя за компьютером в его комнате.              — Забыл флешку с музыкой.              — В твоём-то возрасте неудивительно, — посмеялся младший.              — Эй.              — А, подожди, вот же она.              Джисон поднял край футболки, демонстрируя, как та зажата резинкой его трусов. Минхо хитро улыбнулся, наклоняясь за флешкой и поцелуем парня.              — Вечером я тебе подскажу, что лучше вставлять себе.              — Иди уже, — посмеялся Хан, ударяя ладошкой.              Минхо подмигнул и покинул их квартиру. Спустя несколько лет после начала отношений, Джисон нашёл себе работу в интернете, начал писать треки. Минхо же уволился из кафе и работал в танцевальной студии, пока его талант не заметили. Теперь он известный хореограф, возраст которого никого не смущает, с годами он стал только ярче. Они купили квартиру и жили только вдвоём, хотя Сухëн с Сарой были постоянными гостями.              Они прошли через множество трудностей и преград, и Джисон ни разу не усомнился в своём выборе. И Минхо даже не подозревал, что те слова, сказанные несколько лет назад о нежелании детей и жены, были истинной правдой.              Джисон подошёл к окну, лениво потягиваясь. Всё-таки его петушиный окрас сработал на ура.