Шёлк под нефритовым небом

Стоило разговору с Юанем закончиться, Шэнь Цинцю решил направиться к Юэ Циньюаню. Может он и сделал вид перед братом, что всё в порядке, но проблема с тёмными знаниями не закрылась полностью. Нужно решить это до того, как это дойдёт до других. Стоило ему ступить на Цюндин, многие адепты напряглись, зная, что лорд Цинцзин никогда не придёт сюда по своей воле, что-то явно произошло. Это что-то может создать множество проблем. Кто-то из адептов решился подойти, чтобы сохранить формальности и проводить своего шишу к главе Юэ. Как и следовало ожидать, глава школы находился в своём кабинете. Цинцю сразу заметил, что на его столе лежат не только свитки и отчёты пика Цюндин, но и дела Линьюй. Похоже, что шицзе-Дуань ещё не вернулась с задания или находится в лазарете после взрыва. Сейчас это не так важно. — Сяо-Цзю, что-то произошло с Юанем? — поднявшись из-за стола и подойдя к названному брату, спросил Юэ Циньюань. — Мой брат в порядке, я здесь, чтобы обсудить текущие дела — заявил Цинцю, пройдя мимо Юэ Циньюаня и сев на одно из кресел. Глава школы сдержал вздох и вместо этого сел в кресло рядом с Шэнь Цинцю. Тот нахмурился и взмахнул своим веером. Он выглядел хмурым, но старший мужчина делал вид, что не видит этого, вместо этого спросил: — Ты сам знаешь, что Юань раскрыл свои знания о тёмных искусствах. Если об этом узнают другие лорды или, что ещё хуже, другие школы, то это может ему навредить — заявил заклинатель Шэнь пристально посмотрев на другого. — Сяо-Цзю, я работаю над тем, чтобы скрыть это — ответил тому глава Юэ смотря прямо в лицо. — Ци-гэ, почему бы тебе не использовать Трактат тысячи тайн, чтобы скрыть это? — поинтересовался Шэнь Цинцю сложив веер другой рукой. Юэ замер, то ли от просьбы, то ли от обращения. Шэнь Цинцю не обращался так к нему с тех самых пор, как он носил имя Юэ Ци в доме Цю. Внутри что-то болезненно укололо. Но в то же время просьба использовать трактат школы. — Ты ведь понимаешь, что это может вызвать ещё больше проблем — попытался Юэ Циньюань. Шэнь Цинцю нахмурился. Его взгляд так и сочился холодом.. и болью.. Казалось, что, будь у него возможность, он бы вцепился в горло своего шисюна, даже не пытаясь этого скрыть. Он давно не старался скрывать своего отношения к этому человеку. — Этот Шэнь был слишком наивен, раз поверил, что глава школы может на это пойти — со скрытым разочарованием сказал Шэнь Цинцю. Видя это поведение, по спине Юэ Ци прошло стадо неприятных мурашек. Казалось, что вместе с этим отказом он сломал то последнее, что держало их вместе. Не думая о последствиях, мужчина ухватился за руку названного брата будто пытаясь отменить свои предыдущие слова. — Сяо-Цзю, трактат школы заставит всех молчать об этом, но разве это сможет обезопасить младшего брата? — вновь пытался он. Его прикосновение было крепким, почти нуждающимся, что лишь больше злило лорда Цинцзин. Руки Шэнь Цинцю были холодными и гладкими, как камни нефрита, будто под стать своему хозяину, что сильно контрастировало с тёплыми и сухими руками Юэ Циньюаня. — Ты всё ещё не желаешь рисковать собой из-за Юаня, даже тогда, из-за твоего страха, ему пришлось остаться одному в городе. Господин Юэ действительно выдающийся глава школы — заявил Шэнь Цинцю вырвав руку из чужой хватки и поднявшись с места направился к дверям. Видя как его Сяо-Цзю уходит и, скорее всего, никогда не вернётся Юэ Циньюань не смог остаться на месте. Резко поднявшись он поспешил догнать Шэнь Цинцю, но стоило ему ухватиться за него, как тот резко направил на него свой веер, даже выставив лезвия. — Господин Юэ, мы не в тех отношениях, чтобы вы прикасались ко мне — заявил тот, чем нанёс ещё один удар по сердцу своего названого брата. — Я знаю, что виноват, знаю, что все мои решения приводили к тому, что ты и Юань страдали. В этот раз я сделаю так, как ты того хочешь — заявил тому Юэ Циньюань. — Этот Шэнь надеется на это — всё так же холодно ответил лорд Цинцзин. С этими словами Шэнь Цинцю покинул зал, оставив главу школы одного. Юэ Циньюань тяжело выдохнул, он так и остался стоять на месте. Не пытался пойти следом, не мог вернуться к работе. Пальцы устало дрожали. Он вновь вздохнул и вместо этого устало сполз на пол по стене. Закончив разговор, лорд Цинцзин вернулся на свой пик. Ученики, как и полагается по правилам, направились отдыхать перед завтрашними занятиями. На пике воцарилась смертельная тишина, вместе с холодными снежными сугробами атмосфера казалась до ужаса одинокой. Покачав головой, мужчина молча направился в свою хижину и комнату. Лишь на секунду он подошёл к комнате брата и взглянул через приоткрытую дверь. Шэнь Юань уже спал и явно не слышал возвращения своего брата. Оставшись совершенно один Цинцю задумался, что было бы если бы тогда всё было по-другому. Если бы Юэ Ци не сбежал, или если бы Юань ушёл вместе с ним. Смог бы тогда Цинцю выжить в одиночку? Смог бы встретиться с ними или так бы и остался в доме Цю до конца своих дней? Было тяжело думать об этом. Оказавшись в своей комнате мужчина первым делом снял тяжёлый гуань с головы. Пальцы скользнули по холодному серебру и нефритовым пластинам. Казалось, что с него сняли груз всего дня, отчего он облегчённо вздохнул. Следом он скинул многослойные одежды и давящий пояс. После чего он направился в купель. Ещё в годы юношества он привык ополаскивать тело до сна. В те далёкие дни он ускользал из школы и отправлялся в цветочный дом, где обучался Шэнь Ши, а тот тут же отправлял его в купель. Возможно, помня об этом, он первым делом решил заняться пристройкой с купелью в бамбуковой хижине. Набрав в ладонь тёплой воды он наблюдал, как она стекает по ладони вниз. Стоило видеть выражение лица этого плаксы Шан Цинхуа, когда он увидел стоимость оборудования этой купели. Чего стоило приобрести и доставить саму купель, а ещё дороже сделать всё, чтобы в неё набиралась и грелась вода. Мысли об этом вызвали усмешку на лице Цинцю. Возможно, сделать ванную комнату действительно стоило всех расходов.