Я не такая

Наступило время выступать с короткой программой. Арена гудела. Все фигуристы были напряжены: первая программа, облажаться было нельзя. Она не прощала ошибок, а иначе на произвольной пришлось бы работать до потери пульса. Хотя, в любом случае так и было. Все разминались и готовились. Особенно переживали Алиса с Адель. Первая стояла в углу и делала разминку с Ильёй. А вторая сидела на скамейке, зашнуровывая коньки. Они даже не смотрели друг на друга, но в воздухе витало напряжение. Каждая жаждала выиграть и доказать, что лучше. Первой выступала Адель. Это был идеальный прокат. Она «выключила» в себе человека. Судьи ставили огромные плюсы за технику. Все прыжки выглядели так, будто это картинки из учебника. Сумасшедшая скорость вращения, идеальная вертикаль и мягкое приземление были спутниками Петросян на протяжение всей программы. Но вот компоненты хромали — за всё выступление на лице Петросян не дрогнул ни один мускул. Казалось, что она даже моргнула лишь пару раз. Но трибуны всё равно ликовали, это был чистейший прокат. За счёт прекрасной технической части она вышла на первое место.  Через пару номеров на лёд вышла Лью. Её прокат был напротив — бурей эмоций. Её прыжки были резче, выше, вращения — быстрее. А дорожки выглядели так, будто бы она хотела сбежать отсюда. Она не каталась, а боролась с этим льдом. Лью горела лихорадочным желанием набрать больше баллов чем Адель, доказать, что техника Петросян ничего не стоит. Но из-за этого взрыва эмоций её катание выглядело хаотичным и неидеальным с точки зрения техники, даже немного «грязным». А за компоненты баллов было предостаточно. Она не просто выступила, а прочувствовала, прожила этот номер. Но… на табло светилось 2 место. План Алисы продолжал разрушаться, не успев начаться. Выходя с катка, взгляд Лью пересёкся с взглядом Петросян. Внутри Адель всё сжалось от одного только вида Алисы, но собравшись, она натянула на себя надменную улыбку. Глаза Лью заслезились, когда она увидела на её лице усмешку. Она сразу отвернулась и быстрым шагом ушла. Она не хотела и не могла поверить, что машина может быть лучше живого человека. Это просто не состыковалось с мировоззрением Лью, которая привыкла вкладывать в лёд всю свою душу. Эта была только первая часть, но Алиса уже чувствовала вкус поражения. Но Адель улыбалась недолго. Каори выступала после и сдвинула всех. В отличии от Петросян и Адель, у неё не было никах личных драм. Она была взрослой, уравновешенной и уверенной. В её прокате было идеально всё: стабильная правильная техника и прекрасная презентация. Она была золотой серединой между «идеальной» Адель и эмоциональной Алисой. На табло высветились результаты: 1. Каори Сакамото 2. Аделия Петросян 3. Алиса Лью Адель сидела и видела на табло цифру 2. Она со всей силы била по самолюбию Адель. Она сделала всё идеально, думала, что непобедима, но первое место не её. Усилий Петросян оказалось недостаточно. Она буквально дрожала от злости, сжав зубы. Илья, видя 3 место Алисы, светился от счастья, прижав её к себе. Но Алиса была опустошена, в её взгляде читалось только обречение. Она сидела неподвижно, даже не чувствуя объятий Малинина, смотря только на строчку выше: «2. Аделия Петросян». Всего балл, один бал и она была бы на её месте. На месте той, кто унизил её уже во второй раз. Монитор переключился на призёров и победителя. Каори сидела в Kiss & Cry, сияя от счастья. В который раз она шла к победе. Адель всё так же была холодна и серьезна, без эмоций на лице. «Я уже выиграла её» — твердила она себе про Алису. Но когда она увидела её на экране крупным планом, заплаканную, но такую живую, что-то в Адель закололо и заныло. Она видела, как Илья её обнимает и поддерживает. Петросян почувствовала, как она одинока. Ей так хотелось чтобы сейчас кто-то обнял её и похвалил, но рядом никого не было, она потеряла всех. Превосходство над Лью ничего ей не принесло, лишь мимолётную радость, которая растворилась сразу после выступления Сакамото. «Нет! Я не нуждаюсь в друзьях, я справлюсь сама», — пыталась Адель развеять эти мысли, которые, как она считала могут помешать ей победить. «Сейчас не время ныть». После объявления результатов у участников брали интервью. Вопросы были разные: о программе, перспективах на будущее, в общем — про фигурное катание. Но вдруг Адель задали личный вопрос: — Адель, после олимпийских игр, когда вы опоздали на самолёт, многие заметили, как вы часто появлялись в объективах камер с Алисой Лью. Как вы с ней познакомились? Вы стали близкими друзьями? Адель застыла. Она совсем не ожидала таких расспросов. На несколько секунд повисла тишина. — Ну… Мы познакомились в лифте, — Адель не знала, что сказать, так что ответила на первый, лёгкий вопрос, но после в её голове возник единственный ответ на второй, — Но я могу сказать только одно — в спорте нет места для дружбы, — сказала Петросян тоном, в котором не было ничего, кроме пустоты. Ответ Адель, для проходящей мимо Алисы стал ударом в спину. Она вспомнила, как в тихой обстановке, где были только они вдвоём, Адель говорила, что Алиса поменяла её мнение. И Лью действительно поверила в это, но… похоже, в тот вечер она же и вернула его. Алиса не стала дальше слушать интервью и просто ушла. Ведь каждая секунда, когда в поле зрения была Петросян, приближала её к срыву. Адель продолжала отвечать на вопросы и была горда собой, что защитила репутацию «правильной» спортсменки, но когда она обратила внимание отдаляющуюся фигуру Лью… пальцы почему-то задрожали.