Волк в овечей шкуре

После разговора на стадионе Нил ждал последствий. Он просчитывал варианты: Эндрю мог использовать знание о нем в своих интересах, мог просто наблюдать, мог в конце концов решить, что игра не стоит свеч, и забить. Последний вариант был бы идеален, но Нил почему-то знал, что этого не случится. Миньярд не производил впечатления человека, который забывает то, что однажды заметил. Прошла неделя. Нил продолжал ходить на пары, носить старый рюкзак и улыбаться Мэтту, который искренне считал его лучшим другом. Но теперь, садясь в аудитории, он краем глаза всегда фиксировал местоположение Эндрю. Тот обычно сидел у окна, в наушниках, и смотрел на всех так, будто они были не более чем насекомыми под стеклом. Эш, парень с экономического, решил, что Нил — отличная мишень для шуток. На прошлой неделе Нил "случайно" пролил кофе на его курсовую. Эш тогда психанул и при всех пообещал, что Нил "пожалеет". Нил очень ждал, когда Эш начнет действовать. Эш действовал тупо. В пятницу вечером, когда Нил возвращался из библиотеки, его перехватили в безлюдном коридоре общежития. Эш и двое его дружков. — Ну что, Джостен, — Эш поигрывал бейсбольной битой, — поговорим? Нил испуганно вжал голову в плечи, прижимая рюкзак к груди. Идеальная жертва. — П-пожалуйста, я не хочу проблем, я извинился за ту курсовую... — Извинился? — Эш шагнул ближе. — Да я три ночи не спал, переделывал! А ты тут ходишь, строишь из себя невинного... Дальше Нил слушал вполуха. Он уже прикидывал, как именно "поможет" Эшу познакомиться с последствиями. У Эша был младший брат, который нелегально торговал рефератами. Нил нашел его две недели назад, когда искал, за что зацепиться. Телефон брата, переписки, схема... Если аккуратно слить информацию в деканат, Эша попрут за компанию. Слишком большая ответственность для родственника, который не умеет молчать. — ...поэтому ты сейчас встанешь на колени и... — Он не встанет. Голос раздался из темноты лестничного пролета. Эндрю вышел в коридор, заложив руки в карманы. На нем была та же толстовка, что и всегда, и выражение лица, которое яснее всяких слов говорило: "Вы отнимаете мое время". Эш обернулся. — Миньярд? Вали отсюда, это не твое дело. — Ты прав, — Эндрю остановился в паре метров. — Это не мое дело. Но он стоит на моем пути к выходу. Эш скривился. — Потерпишь. Или хочешь присоединиться? Эндрю посмотрел на Эша. Потом на его друзей. Потом на Нила, который все еще изображал перепуганного кролика. — Нет, — сказал Эндрю спокойно. — Я просто хочу пройти. Но если ты продолжишь орать, у меня заболит голова. А когда у меня болит голова, я становлюсь раздражительным. В его голосе не было угрозы. Он просто констатировал факт. Но Эш, видимо, обладал максимальным инстинктом самосохранения. Он оглянулся на друзей, потом снова на Эндрю. — Ладно, — буркнул он, отступая. — Джостен, мы еще поговорим. Компания скрылась в общаге. Нил выдохнул, расслабляя плечи. Маска жертвы сползла, уступая место легкому раздражению. — Я справлялся, — сказал он Эндрю в спину. — Я знаю, — Эндрю даже не обернулся. — Мне просто надоело слушать этот цирк. — Ты помешал моему плану. — Твой план был идиотским. — Эндрю наконец остановился и повернулся. — Ты хотел, чтобы он тебя ударил. Чтобы потом уничтожить его через брата. Нил моргнул. Он не говорил об этом никому. Он вообще не говорил об этом вслух. — Откуда ты... — Я же сказал: я слежу. — Эндрю сунул руки обратно в карманы. — Ты специально полез к нему с этим кофе. Ты знал про брата. Ты хотел спровоцировать драку, чтобы получить запись на камеру. У тебя в рюкзаке диктофон, кстати, до сих пор включен. Нил медленно расстегнул рюкзак. Диктофон в боковом кармане действительно работал. Красный огонек горел ровным светом. — Ты рисковал, — продолжил Эндрю. — У них бита. Один удар по голове — и ты бы ничего не записал, потому что был бы в отключке. — Я бы увернулся. — Ты бы не успел. Наступила тишина. Нил смотрел на Эндрю и чувствовал то, чего не чувствовал очень давно. Его просчитали. Не просто заметили игру, а просчитали ходы наперед. Это было... интригующе. — Зачем ты вмешался? — спросил Нил наконец. Эндрю пожал плечами. — Скучно было. — Не ври. — А ты не учи меня, что мне чувствовать, Джостен. Нил шагнул ближе. Теперь между ними было меньше метра. Он мог бы разглядеть цвет глаз Эндрю, если бы тот не прятал их за дурацкими солнцезащитными очками даже в коридоре общежития. — Ты не хочешь, чтобы я пострадал, — тихо сказал Нил. — Почему? — Самоуверенность — опасная черта. — Ответь. Эндрю молчал долго. Потом снял очки и посмотрел на Нила в упор. В его глазах не было тепла, но не было и враждебности. Только усталое любопытство. — Потому что ты единственное интересное, что случилось в этом гребаном университете за последние два года, — сказал он ровно. — И если ты сломаешь себе шею, пытаясь доказать, что ты самый умный, мне снова станет скучно. Он развернулся и пошел к выходу. — Эндрю, — окликнул его Нил. Эндрю остановился. — Я все равно доведу дело с Эшом до конца. — Я знаю. — Но в следующий раз, когда буду рисковать, учту, что ты можешь заскучать и помешать. Эндрю хмыкнул. Это не было похоже на смех, но Нил почему-то засчитал это как победу. — Учти, Джостен. И еще кое-что. — М? — Тот диктофон в рюкзаке. — Эндрю обернулся через плечо. — Если когда-нибудь решишь записать меня, убедись, что я об этом не узнаю. Нил улыбнулся. Впервые за долгое время — открыто, без расчета. — Договорились. Эш исчез из университета через две недели. Дело о торговле рефератами его брата получило неожиданную огласку, и, поскольку Крис был совершеннолетним и активно помогал младшему, последствия оказались серьезнее, чем просто отчисление. Поговаривали, что ему грозит уголовка. Нил сидел в столовой, пил отвратительный кофе и листал ленту новостей университетского паблика, где уже вовсю обсуждали "громкое разоблачение". — Ты доволен? Эндрю плюхнулся напротив, ставя поднос с апельсиновым соком. — Я не понимаю, о чем ты, — механически ответил Нил, не поднимая глаз. — Прекрати. Нил поднял взгляд. В глазах плясали веселые искры. — Доволен, — признался он. — Аккуратно вышло. Никто не докопается. — Кроме меня. — Кроме тебя, — согласился Нил. — Но ты же не расскажешь. — А ты в этом уверен? — Абсолютно. — Нил отложил телефон. — Потому что если ты расскажешь, мне придется тебя убить. А мне бы не хотелось. Эндрю медленно отпил сок. — Ты угрожаешь мне? — Предупреждаю. — Нил улыбнулся той самой улыбкой, которую никто, кроме Эндрю, никогда не видел. — Это разные вещи. — Для тебя — да, — Эндрю поставил стакан. — А для меня угроза — всегда угроза. — И что ты сделаешь? Вопрос повис в воздухе. Эндрю смотрел на Нила, Нил — на него. Вокруг шумела столовая, кто-то звал Мэтта, кто-то смеялся над шуткой Дэн. А здесь, за столиком у окна, двое хищников мерились взглядами, решая, кто первый моргнет. Эндрю моргнул первым. Но не потому, что проиграл. — Ничего, — сказал он. — Пока. — Пока? — Пока ты не решишь, что твоя игра важнее моих границ. — Эндрю поднялся, забирая поднос. — А когда это случится, Джостен, ты узнаешь об этом первым. Нил проводил его взглядом. В груди поселилось странное тепло — то ли от предвкушения, то ли от того, что впервые за долгое время у него появился кто-то, кто видел его настоящего. И не сбежал. Вечером, когда Нил вернулся в комнату, в телефоне мигнуло уведомление. Новый друг вконтакте. Заявка от Эндрю Миньярда. В графе "сообщение" было пусто. Но Нил почему-то знал, что это значит. Я слежу за тобой. Продолжай играть. Нил принял заявку, улыбнулся в темноту и выключил телефон. Игра только начиналась.