Тени мафии: игра Розали

- Ирма... Ирма, мне кажется, что я схожу с ума... — раздался приглушённый дрожащий голос в трубке. - Что случилось, Алекс? - Ирма обеспокоенно поглядывала на яркий экран смартфона: подруга отказалась связываться по видео впервые за весь период их знакомства. Её голос был настолько неправильным, нехарактерным для её Алекс, что женщина даже сначала не поверила, что это звонит именно она. - Я... У меня начались галлюцинации, — Алекс снова прервалась и стала судорожно вдыхать воздух, словно она до этого задыхалась. Ирма начала подозревать у неё остаточную истерику. - Какие галлюцинации? Что произошло? На другом конце трубки наступила тишина. И когда уже Крамер собиралась вызывать наряд скорой помощи по адресу Александры, та неожиданно ответила:  - Мне кажется... Нет. Я уверена, что сегодня на улице вила Доменико. Ирма нахмурилась. Какого Доменико? Она не помнила никого из окружения Алекс, кто мог бы называться этим именем, разве что... - Погоди. Доменико? Это твой муж? - До женщины медленно начала доходить основная проблема: — Разве ты не видела его... мёртвым? — помедлила она. Алекс выдохнула и тихо ответила: - Да. Ошибки быть не могло. Мы с моей свекровью видели трупы всей семьи, и в том числе моего супруга. На опознании пришлось смотреть ещё раз. Он точно был мёртв, Ирма. А час назад я видела его на побережье Санта-Маринеллы. Крамер задумалась. Какова была реальная вероятность, что муж её подруги жив? Слишком мала: ведь они точно с Алекс знали, как можно организовать собственные похороны. Тот человек, по словам Лерад, был трупом, причём опознанный несколькими свидетелями. Так что вариант с подделкой Ирма отмела быстро. То, что Алекс сошла с ума — она даже не рассматривала. У этой женщины была слишком крепкая психика. Александра Лерад не тот человек, который мог бы травмироваться только от видов Италии. Поэтому Ирма поспешила поделиться своими размышлениями с подругой. Алекс немного успокоилась. В какой-то степени благотворным оказался и сам голос Ирмы, абсолютно уверенной, что в этой ситуации есть разумное объяснение. - Могу тебе на миллион процентов сразу сказать — мне не показалось. - Поспешила предвосхитить дополнительные вопросы от Ирмы, — если этот человек не Доменико, в чём ты, наверное, меня всё же убедила. И он не моя галлюцинация. То тогда кто он? Как две капли воды похожий на моего покойного мужа? - Близнец? - Выдала самое логичное объяснение женщина. - У Доменико не было близнеца. - Вздохнула Алекс, — когда мы поженились, у него был только младший брат. Ирма сразу зацепилась за такую странную формулировку: - Что значит «когда поженились»? А раньше? Раньше был кто-то ещё?   - Да. Был старший сын, он погиб в авиакатастрофе. - Так может...? - Нет. Это точно не он. Про него не распространялись, но Лука -самый младший, однажды вскользь мне рассказал про него. Томаззо, насколько я помню, был сильно старше их всех. И умер, когда ему не было семнадцати. Ирма вздохнула: такая версия провалилась. Но получалось, что оставался только один вариант: - Ты же понимаешь, что это остаётся единственным объяснением? Твоя «Галлюцинация», — женщина выделила это особо, чтобы собеседница на том конце планеты чётко осознавала, что Крамер думает о её мнимом сумасшествии, — это точно не клон, не воскресший брат, и не твой почивший муженёк? Услышав положительный ответ, она продолжила: - Тогда единственно верным остаётся самое простое объяснение: либо ты умудрилась обнаружить на морском курорте двойника своего бывшего благоверного, либо это его брат-близнец. - Если это так, то почему их мать об этом не знала? - Алекс постепенно стала приходить в себя. Вопросы и выводы Ирмы настроили её на процесс рассуждений, тем самым отведя от глупых мыслей. - А с чего ты взяла, что она не знала? - Ирма желала выяснить подробности. Всё-таки подруга редко рассказывала про ту жизнь, из-за которой ей вновь пришлось посетить берега некогда родной ей Италии. - Её горе было слишком велико, — ответила Алекс, уверенно продолжив: — она тогда потеряла всех, и внуки оставались её единственной надеждой... Она точно не знала. - Я сейчас скажу скорее невероятное, больше похожее на сюжет мыльной оперы, но всё же: какова вероятность, что второго мальчика могли выкрасть? Или подменить? - О! Госпожа Крамер умела настраивать на нужный лад. «Шестерёнки» в голове у Александры заработали гораздо быстрее: - Исключать такую возможность, конечно, нельзя, но... Чёрт, Ирма, ты же понимаешь, насколько это всё нереально? Александра Его взгляд, направленный на меня… Он был словно в прострации, когда смотрел на меня. И, думаю, что я была не лучше. Мы столкнулись на том же побережье Тирренского моря, где я оказалась из-за своего прошлого. Всё же оно меня настигло. Хоть и не тем ужасным способом, от которого я пыталась спастись.  Крэг действительно прислал мне тот самый виноградный лист. Но он не думал, что я жива. А я и не собиралась его в этом разубеждать. Ирэн связалась с ним сама и сообщила, что в курсе просьбы покойной Розали. Она договорилась встретиться с ним здесь, в курортной зоне региона Лацио, там, где было многолюдно и достаточно туристов, чтобы быть на виду. Меня она отправила по легенде в последний момент в качестве почтового голубя: я должна была забрать у дона информацию и отдать карточку с остатком оплаты. Я мучилась в догадках, что же могло такого произойти и какую информацию нашёл мафиози, из-за чего решил отдать «посмертный долг» Розали. Ответов не находилось. Опасная встреча была назначена на неделе, однако я предпочла приехать пораньше, чтобы хотя бы морально подготовиться к встрече: он всё ещё не должен был меня узнать. Конечно, образ моего покойного мужа с побережья изрядно подкосил мою нервную систему. Единственный мужчина, которого я по-настоящему любила...и тот, что меня предал, вдруг живой. Так не бывает. Я уже была склонна поверить в откровенно дурацкую версию Ирмы про близнеца. Мысли в голове снова стали путаться. Череда воспоминаний о Доменико нахлынула волной, и горячие слёзы вновь обжигали мне щёки... С этим надо было что-то делать! Вот уже третий день я сидела в закрытом номере отеля, абсолютно индифферентно разглядывая кружащих над волнами чаек, прямо со своего балкона. Столько лет я старалась ограждать себя от мыслей о покойном муже, потому что у меня банально не было на это времени: я спасалась от гибели и прятала своих детей. Когда же наступило долгожданное спасительное затишье, я просто погрузилась в новую жизнь. И вот берега Италии напомнили мне о былом — моей семье. Говорят, своему страху нужно смотреть в лицо — именно с этой мыслью я намеренно пошла на побережье. Медленно прогуливаясь, я, повернув голову, посмотрела на море: вода мягко омывала коричневые камни, лежащие по всему берегу скалистой бухты. Дорожка, по которой я шла ближе к берегу, была устлана старинной резной плиткой, что неожиданно заканчивалась почти у пирса, переходя в тёмную брусчатку. Засмотревшись на виды, я случайно столкнулась с человеком, в буквальном смысле уткнулась носом ему в рубашку. Начав быстро извиняться, автоматически переходя на итальянский, я подняла глаза и застыла: это был он...