Ты моя цель

Святочный бал Музыка разливалась по Большому залу густо и вязко, оседая на плечах, в складках мантии, в светящихся гирляндах инея под потолком. Хогвартс играл в зимнюю сказку, в сияние и хрусталь, но за столами сидели те же люди — просто сегодня их амбиции были лучше причесаны. Адриан Пьюси не танцевал. Он стоял у колонны — не из желания скрыться, а по привычке выбирать место, откуда видно всё. Его учили смотреть так же рано, как держать палочку. В их роду сначала наблюдают, потом делают ход. Он заметил её не по платью. И не по шёпоту что сопровождал ее от лестницы и не по тому, как заиграли лица девчонок, когда она вошла. Он заметил момент, когда несколько взглядов сместились одновременно. Гермиона Грейнджер стояла рядом с Виктором Крамом и разговаривала с ним без неловкости. Не как девочка, случайно попавшая в чужой блеск, а как равная. Она не искала одобрения. Не растворялась в нём. И в её спокойствии было не везение, а привычка опираться на собственный ум. Адриан видел её в библиотеке. Видел, как она перебирает источники быстрее, чем некоторые чистокровные успевают вспомнить родословную. Видел, как она спорит — спокойно, но так, что оппонент начинает сомневаться в себе. Видел, как Поттер невольно ищет её взгляд перед тем, как принять решение. Сегодня это увидел не только он - все. Не красоту, хотя чего уж скрывать, маглокровка красивее большинства находящихся здесь девиц, за исключением вейл. Сегодня многие впервые увидели влияние, то которое уже есть у этой ведьмы, и то которое когда нибудь будет. Он перевёл взгляд на Поттера. В выражении того мелькнула растерянность — не ревность, а потеря ориентира, как у брошенного хозяйкой щенка. Грейнджер на мгновение вышла за пределы их привычной связки, и равновесие качнулось. В зале этого не понимали. Они видели платье, прическу, заучку, что неожиданно оказалась красивой девушкой. Адриан же видел потенциал. Ведьму, что стала бы прекрасным приобретением для любой чистокровной семьи. И ,что важнее , отсутствие у нее родового груза. Его семья жила слишком долго, чтобы позволять себе ошибки. В древних ветвях Пьюси было всё: сила, власть, договоры, долги. И проклятия — старые, вязкие, переходящие по крови, как наследственные долги. Несколько поколений назад одна из брачных сделок принесла им не союз, а тень, которую до сих пор приходилось сдерживать ритуалами. Роду требовалась свежая магия , а не блестящая фамилия, и не политический расчёт. Вы Чистый поток силы без темных хвостов прошлого. Грейнджер не принадлежала к их миру по крови. Но её магия была ясной, прямой, как линия, проведённая без колебаний. Она не опиралась на древние печати. Она строила себя сама, и рано или поздно не заметят и другие, кому как и Пьюси нужна свежая кровь. Он наблюдал, как слизеринцы перешёптываются. Как Малфой задерживает на ней взгляд дольше обычного , с удивлением, которое он сам бы никогда не позволил себе показать. Как гриффиндорцы теряются, не понимая, почему их «своя» вдруг стала чем-то большим. Она не просила разрешения войти в пространство, которое столетиями считалось закрытым. Она просто вошла и сделала это весьма запоминающимся. Музыка сменилась. Пары снова закружились в вальсе. Грейнджер двигалась аккуратно, не стремясь впечатлить, а лишь не уступая. Она не держалась за Крама как за опору. Она сохраняла дистанцию, ровно ту, что позволяет оставаться собой. Достойное поведение и воспитание. Значит е нее семья как минимум выше среднего класса в мире простецов. В груди Адриана отозвалось тепло. Нет это не влюблённость, не сеюмтнутный порыв. Это магия рода среагировала на его намерения привести невесту в род. Нужно лишь подумать, как подступиться к этой крепости. Решение пришло практически сразу, ибо было на поверхности. Она вложится в подготовку к Турниру полностью , он в этом не сомневался, слишком привязана к Поттеру , а Поттер будет в центре. Поттер получит лавры. Так устроен их мир: герои всегда ярче тех, кто выстраивает для них путь. Но она запомнит, если кто- то увидит её вклад. Когда музыка стихла и пары разошлись, Грейнджер на секунду осталась одна. Её взгляд скользнул по залу — не торжествующе, а настороженно, словно она проверяла, не изменилось ли к ней отношение. И в этом коротком напряжении мелькнуло сомнение человека, который знает: внимание — вещь нестабильная. Вот где была трещина, которую он будет ковырять. Не в ревность к Краму. Не в комплименте платью. В признании не заслуг, а интеллекта, усилий. Адриан медленно оттолкнулся от колонны, но не приблизился. Сейчас ещё рано. Любой шаг, сделанный на эмоции, обесценивает стратегию. Он подождёт. Бал закончится. Турнир продолжится. Победа Поттера станет громкой. А он выберет момент тишины — тот самый, когда Грейнджер впервые почувствует, что её усилия снова стали фоном. И тогда рядом окажется не герой, а как человек, который видит ее. А не " золотое трио". Он не спешил, род Пьюси умел ждать. И сегодня Адриан не просто нашёл девушку. Он нашёл решение и поставил перед собой цель.