Не ты ищешь кицунэ, а кицунэ - выбирает тебя

Некоторое время спустя. Гонка Семи Холмов началась на закате. Участники съезжались к подножию первого холма с полудня. Машины, от старых масло-каров до новейших спорткаров, выстраивались в очередь. Кучка незнакомых альф, бет и омег толпилась вокруг. Все они пили, громко что-то кричали, делали ставки на любимчиков. Шейн, как всегда, приехал на своём «Челленджере». Илья же - на «Мустанге». По плану они должны были держаться вместе, но не слишком близко, чтобы не привлекать внимания. Шейн - альфа с омегой. Илья - это просто ещё один глупый омега в компании сильного альфы. Илья изменил внешность с помощью лисьей магии. Его хвосты исчезли, глаза стали обычными карими, клыки спрятались. Только запах остался прежним: сладким, омежьим, дразнящим. – Держись рядом, – шепнул Шейн, когда они смешались с толпой. – Если что: прыгай в машину и жми до упора педаль газа. – Окей, – Илья оглядывался по сторонам, принюхивался, ощущая с каждым новым вдохом смесь различных ароматов. – Они здесь. Я чую их. Серебро, кровь, смерть. – Сколько? – Трое. Может, четверо. Стоят по периметру. – Шейн также незаметно огляделся. В толпе мелькали лица: обычные гонщики, зеваки, девушки. Но были и другие - слишком спокойные, слишком внимательные, слишком не пьющие. Охотники. – Ты знаешь, где держат брата? – Где-то в холмах. Я пойму, когда мы будем близко. – Понял. – Старт дали, когда на холмы спустились густые сумерки. Машины резко рванули вверх по склону, взрывая землю массивными колёсами. «Челленджер» Шейна шёл третьим, «Мустанг» Ильи – пятым. Они держались в группе, не вырываясь вперёд, но и не отставая. Первый холм. Второй. Третий. На четвёртом произошло то, чего они ждали. Две машины вдруг синхронно вильнули в сторону, прижимая «Мустанг» к обочине. Шейн увидел это в зеркале и нажал на тормоза, пропуская их, чтобы зайти сзади. – Илья! – крикнул он в рацию. – У тебя хвост торчит! – Вижу! – голос Ильи был пугающе спокойным. – Охотники. Они знают. – Машины, прижимающие «Мустанг», были чёрными, без опознавательных знаков. В боковом окне одной из них Шейн увидел ствол. Не ружья, а чего-то помельче. Осознание резко и болезненно кольнуло в груди. Это был самый настоящий пистолет. И не просто пистолет, а с серебряными пулями в барабане. – Ложись! – заорал альфа, выжимая из бедного автомобиля весь газ. «Челленджер» врезался в заднюю машину охотников с разгону. Удар и скрежет металла смешался с визгом тормозов. Чёрная машина закрутилась на месте и улетела в кювет. Но расслабляться было рано, так как вторая тут же открыла огонь. Пули громко застучали по кузову «Мустанга». Илья маневрировал, уходя от выстрелов, но дорога была узкой, а скорость — слишком высокой. – Шейн! – закричал он. – Миша там! На пятом холме! Я чувствую! – Понял! Держись! – Шейн рванул вперёд, выходя на прямую. «Челленджер» взревел диким воем, набирая скорость. Охотники за ним не гнались — их целью был Илья. – Они отстали? – спросил Шейн, игнорируя дрожь во всём теле. – Двое в кювете, один преследует. Я справлюсь. Езжай к Мише! Быстрее! – Шейн колебался секунду, а потом нажал на газ.