Истинное лицо

      Никогда не знаешь, как по щелчку пальца твоя жизнь больше никогда не будет прежней. В один день ты можешь потерять всё, что тебе дорого — уютный дом, где ты проводил пусть и недолгие, но счастливые годы детства, о которых ты теперь вспоминаешь только с теплом и улыбкой во весь рот. С другой стороны, с тем же успехом ты обретаешь что-то новое, возможно новое знакомство, или новое место, достойное называться домом. Правда пока что Антон не чувствовал ничего подобного, его мысли скорее склонялись к первому варианту.       Проснувшись в своей “новой” комнате, парень удивился тому, что ему приснились события сначала почти девятилетней давности, а после сразу же то, что происходило буквально на этой неделе. Воспоминания укололи больнее любой иглы, всё-таки с Алиной и Лизой он хорошо общался, Саня тоже в этом году стал больше с ним разговаривать, даже был готов заступиться. Обидно вот так потерять все контакты, которые, по сути, и наладить-то Антон не успел.       Петров так бы и лежал на своей “новой” советской постели на пружинах, но сегодняшний день должен быть интересным — ему предстоит поход в местную сельскую школу, в которой Карина проучилась все одиннадцать классов до поступления в Москву. Жило теперь семейство Петровых также в отчем доме Матери, бабушки Антона и Оли. Саму бабушку Пашу, или же Прасковью Алексеевну, Петров помнил смутно, ведь видел её всего дважды, а девчушка так вообще никогда с ней не пересекалась — старушка умерла, когда ей было месяца два от силы.       Петров взглянул на настольные часы. Половина одиннадцатого. В школу они шли к двенадцати часам, по словам мамы. Антон встал во весь рост, потянулся и резко скукожился — в доме до невозможного было холодно, а парень привык спать в одних трусах. Одевшись заранее в более-менее приличную одежду, прихватив с собой небольшой блокнот с карандашом, он спустился на первый этаж дома. - Говорила я тебе уходить от твоих “ребят”! Говорила, что ты доиграешься! Но нет! Надо было дотянуть до последнего! И где мы теперь!? — Карина с того вечера не могла успокоить нервы. Она больше не могла оставаться той самой доброй мамой, понимающей и поддерживающей женой. Страх за детей, за их будущее вынуждал её бросать колкости, не осознавая тяжесть ноши Бориса. Отец считал, что подвел всю семью, но его искренне обижало, что жена не хочет делить с ним эту ношу, а только подкидывает ему камни. - Карин, успокойся. Мы уже здесь, ничего не поделать. К тому же за обе конторы взялись легавые, оставаться в любом случае опасно было. А так годик поживем здесь, воздухом подышим, там все и закончится. — реплики отца подтвердили догадки парня о работе, куда Борис так спешно уходил каждое утро. Конец девяностых, преступный мир, большие, хоть и грязные, деньги. - Мам, пап, давайте потише на эту тему. От меня можете не скрывать ничего, я давно уже догадывался обо всём. — он поймал на себе непонимающие взгляды родителей, после чего налил себе чай и продолжил. — Я не маленький мальчик. Хоть вы это и не показывали никогда, я знаю, что деньги у нас всегда были. Это было очевидно по качеству нашей жизни. Только давайте сохраним Оле детство, и веру в то, что мы честная семья. У неё и так брат псих… - Ну что ты говоришь, сынок! Да, ты болен, но это не делает тебя психом! — мама очень не любила, когда её сын говорил о себе такие вещи. -Действительно, Тош. — Борис попивал кофе из большой кружки, параллельно что-то записывая на листе бумаги. — Ты говоришь так, будто роту целую положил намертво! Обычная школьная потасовка. Ты, конечно, местами перестарался судя по рассказу, но поступил в целом правильно. Хоть насилие — это крайняя мера!       После этого воцарилось молчание. Спустя примерно десять минут откровенно давящей тишины, послышался топот детских ног по лестнице. На кухню вбежал персональный лучик солнца семьи Петровых, растрепанные волосы образовали незамысловатый нимб на голове белокурой девчонки. - Всем привет! Мы же сегодня пойдем смотреть новую школу, да? — с нескрываемым энтузиазмом прощебетала Оля, параллельно накладывая себе порцию каши. - Пока только отдать документы и познакомиться с директором. Да и сегодня суббота, уроков-то нет. — размешивая какао для маленькой озорницы Карина сделала акцент на последнем предложении. - Как это в субботу уроков нет? У нас в Москве хоть и меньше, но были всегда.       Действительно, не только Олю это удивило, Антон тоже был приятно удивлен. У них в школе всегда была шестидневка, сколько он себя помнит, начиная со второго класса. Конечно, было всегда три или четыре урока, но тем не менее, приходилось вставать рано утром и тащиться на никому не нужные факультативы. Основы православной культуры все равно в табель не шли, один из уроков всегда был физкультурой, и за редким исключением были уроки русского или математики, и то на них в основном отрабатывали троечники и двоечники. Так что новость для детей Петровых стала приятной. - Ну, дочь, здесь свои порядки! Я когда училась здесь, и подумать не могла, что детей в субботу в школу попрут. Это законный выходной, а они тащат вас на эти бесполезные три часа! — Карина не одобряла такой московской политики МБОУ СОШ, но приходилось мириться с этой вопиющей, по её мнению, несправедливостью. - Давайте, доедайте, я вас отвезу к поселку, и по делам поеду. Нужно с рабочим местом определиться здесь. — Борис сполоснул кружку, и направился на улицу, видимо прогревать машину.       Не сказать, что Антону сейчас было интересна новая школа. Он относился к этому скорее как к необходимости, чем к чему-то новому и приятному. Петров в целом стал себя бояться, из-за повторения своих срывов, он не хотел вредить одноклассникам, но вероятность этого была весьма высока, ведь контингент в селе непростой, это и дураку ясно. Если столица особой культурой среди детей не отличалась, то что говорить о глуши, в которой может и о любимых Олиных покемонах не слышали. Бандитские и гопнические настроения здесь цвели в достатке.       От нечего делать, парень накинул на себя верхнюю одежду, быстро принял теперь уже две таблетки, вышел на крыльцо. Спустя минуты три, окружающий лес стал обретать более серые краски. Медикамент глушил эмоции, будто на клетку с канарейкой накинули полотенце, и птичка перестает подавать признаки жизни. Все знают, что она есть, но её присутствие не ощущается. Также было и с Антоном, он понимал, что он должен чувствовать, и даже что-то ощущал, но они были настолько слабы, что неподготовленный человек просто не смог прочитать их в поведении Петрова.       После нескольких минут гула двигателя автомобиля, Карина с Олей наконец-то вышли из дома. Доехав до поворота на главную улицу села, Борис высадил пассажиров, после двинулся на трассу, направляясь в райцентр.       Карина хотела пройтись по родным местам, да и Антон с Олей против прогулки не были. Иногда хочется пройтись и послушать как звучит новое место, а в случае с парнем поискать новые идеи для зарисовок. Правда, сейчас ему казалось всё вполне себе абстрактным, не слишком красивым, и пустым. “К черту пить столько таблеток. Лучше просто избегать стрессовых ситуаций, а иначе жить просто невозможно. Я будто попал в изолятор, находясь на улице. Ничего не чувствую.”       Проходя мимо домиков, они привлекали много внимания. Оно и понятно — младшие Петровы были одеты с иголочки, а Карина и вовсе ходила в шубе, которая явно стоила больших денег, а на ногах красовались сапоги, явно слишком дорогие по современным меркам. И это не учитывая удивительно светлые головы её отпрысков.       Спустя пятнадцать минут такой прогулки по подиуму из деревенской дороги, в сопровождении дворецких-гусей и горничных-уток, наконец-то стало видно здание самого нелюбимого места здешних детей. Школа выглядела потрепанной, но нельзя сказать, что это развалина. За зданием явно следили, ухаживали и подкрашивали, в общем и целом, следили как полагается. Двор был обширным, хотя и по Московским меркам вполне средненьким по размеру. - Ну вот, дети, здесь ваша мама и провтухала десяток лет своей жизни! — очевидно, атмосфера родных краев заставила пробудиться у Карины местный говор, потому как в обычной жизни семьи мама не позволяла себе таких выражений. Она в целом редко когда употребляла нелитературные слова, а про ругань, тем более мат, и слышать ничего не желала. — Кажется, будто она и не изменилась вовсе. Время здесь будто застыло на месте.       Внутри школы Карина ориентировалась хорошо, поэтому уже через минуту она скрылась в кабинете, по всей видимости, директора учебного заведения. Антон и Оля решили покорно подождать дальнейших указаний, потому как совершенно не знали, что они здесь делают в принципе. Документы их участия не требуют, разве что хоть дорогу узнали. Спустя несколько минут дверь кабинета распахнулась, и Карина позвала к себе Олю. Девчушка скрылась за дверью кабинета, и Антон остался один.       Парень стал с интересом рассматривать доску с отличниками, число которых тут едва ли достигало десятка. Особое внимание привлекали две особы, из девятого “В” — Полина Морозова, привлекательная брюнетка с голубыми глазами, и Екатерина Смирнова, светло-русая, практически блондинка с зелеными глазами, с огромной и очень плотной косой. Из девятых классов только эти две девушки были отличницами, парней отличников в школе не было в принципе. “Неужели здесь такая сложная программа? Хотя скорее всего здесь за сигаретами охотнее ходят, чем на уроки.”       Антон продолжал бы рассматривать доску, но со стороны лестницы на второй этаж послышался цокот двух пар каблуков. По лестнице спускалась женщина в очках, строго одетая в темно-багровые тона — явно учительница, а следом спускалась одна из тех отличниц с доски. Екатерина Смирнова выглядела намного краше в жизни, чем на фотографии. Её вид источал элегантность, взгляд был полон уверенности. Она пересеклась им с Антоном, и парень почувствовал будто его только что обыскали, настолько пронзительно она смотрела. Приближаясь к нему, первой заговорила женщина: - Здравствуй! Петров Антон? - Да. Это я. Если вам нужна мама, она в кабинете. — парень махнул головой в сторону двери, куда провалилась Оля около минуты назад. - Прекрасно. Екатерина, покажи, пожалуйста, будущему однокласснику школу. - Конечно, Лилия Павловна. Можете на меня положиться! — она состроила такое выражение лица, словно хищник смотрел на добычу, которой собирался полакомиться. Антон решил не терять время, с девочками он ладил хорошо, поэтому первым начал разговор, сразу как Лилия Павловна скрылась за дверью. - Привет, меня Антон зовут. Приятно лично познакомиться с тобой. - Ну привет, Антон. Что ты имеешь в виду под лично? — она уперла одну ручку в бок, а указательным пальчиком второй уперлась в подбородок. - Твоё фото на доске почета висит. Ты там выглядишь красиво, но как-то уж слишком выверенно. В реальности ты смотришься куда лучше. - Ого, да ты у нас льстец, Петров! Ну ладно, пошли. Покажу тебе класс, а то в понедельник даже поймешь куда идти!       Реакция девушки Антона удивила. Обычно, от комплиментов одноклассницы как минимум добрели, как максимум — смущались. Но реакция Смирновой явно дала понять, она не видит в этом жесте ничего особенного. Неужели ей так часто делают комплименты? Проведя Антону экскурсию по школе, Екатерина не смогла удержаться от вопросов новенькому. Все же нужно будет обсуждать его с подругами на переменах: - От чего тебя, Петров Антон, перевели к нам в глушь? В городе небось все условия, удобства всякие. У нас тут совсем нет ничегошеньки! - Мы сюда в целом семьей переехали. Из-за работы отца. Там что-то случилось, я не разбираюсь, а работа нашлась здесь. Да и мама тут выросла, так что жильем обеспечены. —Антон выбрал такую версию для одноклассников и соседей, с одобрения родителей. Вроде бы он и не договаривает, но это была эдакая полуправда. - Я-я-ясненько… — Катерина состроила такое театральное выражение лица, что её следующее предупреждение явно виделось не искренним. — Ты по осторожнее, Антоша. Тут у нас интеллигенции нет совсем, не чета такому городскому цветочку. Сожрут тебя местные быдланы, и не подавятся. У нас тут только такие мальчишки водятся. - Зато, судя по тебе, девочки красивые тут в неменьшем достатке. — Петрову нужно было как-то снизить градус, который Катя задала в их беседе. - Чт… Ты…Умгх! — она вздернула носик к верху. — Каков наглец! Думаешь на городских девчонках срабатывало, то и на мне, простушке деревенской все тем более? Как бы не так! - Я всего лишь сказал, что думаю. У меня не было никакого умысла задевать тебя, прости если обидел.       Мертвое спокойствие парня одновременно раздражало, удивляло и немного пугало Смирнову. Обычные приемы, которые она применяла на местных школьниках, отказывались работать на этом загадочном городском юноше. Он был загадкой, головоломкой, и девушке очень хотелось найти ключик к её решению. Только вот не смотря на образ циничной стервы, который она создала, воспитание не позволяло вести себя плохо в отношении это паренька. Она сама не понимала почему, но Петров казался ей особенным, другим, не таким как местные ребята. - Ты не подумай ничего… — она начала гладить свою роскошную косу, делая это, по всей видимости, когда волнуется. — Просто мне такого никто здесь не говорил никогда, да и от мальчиков такого и не ждешь обычно, а тут ты… - Ну, в Москве, конечно, так не реагировали, ты меня удивила… - ТЫ ИЗ МОСКВЫ!? — Катя перебила его своим практически взвизгом. - Ну да, там жили с родителями и сестрой. А что в этом удивительного? Город как город. - Для тебя может и так, но вот местные дети только мечтать могут там побывать! Там же другая жизнь, такие возможности! — Смирнова явно была в восторге от одних только мыслей от столицы. Она поймала себя на том, что слишком выдает свои эмоции, поэтому, собравшись, приняла невозмутимый вид и продолжила. — В общем, школу я тебе показала, так что пора расходится. А то на дворе суббота, а я тут с тобой торчу! Она изящно вильнула тазом, развернулась и, оглянувшись через плечо строго сказала: - И ещё, не смей никому рассказывать о сегодняшнем, иначе я превращу твою жизнь в этой школе в сущий кошмар!       Антон был шокирован этой девушкой. Как она вмещала в себе такую злую, ядовитую и высокомерную натуру, но после обычного комплимента становилась такой робкой и тихой девочкой. В один момент он даже забыл, что принимал таблетки сегодня, потому как эмоции, что он испытал были такими яркими, что он не мог описать их словами. Почему-то эта девчонка волновала его невероятно сильно, в отличие от всех тех, с кем он общался. - Все непременно, ваше высочество! — неожиданно искренне улыбнулся блондин. Даже Катя от такого опешила, ведь все полчаса что ни провели вместе, Антон не проявлял никаких бурных эмоций. - Вот и… Вот и отлично! Молодец что понял. А не то ведь и правда мало не покажется, да-да-да! — последние слова она буквально пропела, после чего скрылась за дверями одного из кабинетов, по всей видимости, учительской. Петров не помнил как вернулся к кабинету директора, сколько ещё прождал мать с сестрой у кабинета директора, и как они вернулись домой. Но одно он четко запомнил для себя — возможно произошло то самое хорошее знакомства.