Лето Дракона

— Драко, ты уже готов? — крикнула его мать из гостиной, пока он переодевался в парадную мантию для свадьбы.   — Секунду!   На самом деле Малфой был далеко не готов. С тех пор как он встретился с Филиппом накануне, ему было трудно сосредоточиться хоть на чём-нибудь. Они встретились выпить, и Филипп сразу же сделал Драко предложение поработать в «Синкс». Его главным аргументом было то, что не существует лучшего способа восстановить имя Малфоев, чем работать в корпорации, чьей единственной целью является помощь магглорождённым.   Хотя Драко ещё не дал ему ответа, но всерьёз обдумывал согласиться на предложение. Он бы солгал, если бы сказал, что мысль работать под началом Филиппа его нисколько не раздражала, но в Мире определённо существовали и гораздо худшие начальники. А после того, что случилось в поместье с его отцом, Малфоям был необходим новый путь, если они хотели вернуть уважение к своей фамилии.   Когда с этим вопросом было покончено, вторым делом Филипп передал ему фотографии с их с Софи свадьбы, на чём настояла сама Софи. Естественно, это означало, что Драко пришлось снова столкнуться с колдо, на которой они с Гермионой целовались. Он был уверен, что это был намеренный ход со стороны этой коварной французской гениальной особы. Несмотря на то, что любой мог бы сказать, что их инструктировал кто-то за кадром, то есть Софи, они всё равно выглядели чрезвычайно счастливыми, когда обнимали друг друга и целовались так, будто это был не их последний день вместе.   Драко вздохнул, а затем спрятал фотографию и переоделся в парадную мантию. Малфой уже собирался выйти из комнаты, когда снова схватил её и сунул в карман. Почему-то ему становилось легче, когда он знал, что Гермиона рядом.   Нарцисса улыбнулась, увидев его.   — Ох, Драко, ты выглядишь великолепно. Разве что… — она облизнула пальцы и пригладила ими волосы на затылке сына.   — Мам! — он оттолкнул её руку.   — Прости, дорогой. Просто хочу, чтобы ты выглядел идеально для Астории. Тебе действительно повезло с ней. И теперь главное ничего не испорть.   — Ну, конечно, — язвительно бросил Малфой и направился к камину, чтобы отправиться на свадьбу.   Правда заключалась в том, что он не видел Асторию с того утра, когда случайно назвал её Гермионой. Она ушла на работу, сказав, что вечером не придёт. По её словам, накануне свадьбы ей нужно было остаться у сестры. Хотя Драко не исключал, что в тот вечер она могла искать себе другого чистокровного жениха.   Когда они с матерью прибыли на свадьбу, там уже вовсю кипела жизнь. Их тут же встретили несколько домовиков, которые очищали прибывающих через камин гостей от сажи. Уже через несколько секунд на мантиях Драко и Нарциссы не осталось ни пылинки.   Оглядевшись, Малфой пришёл к выводу, что здесь собрались все чистокровные волшебники страны, если не континента. За исключением предателей крови. Все они были на свадьбе Поттера. Когда они направились к своим местам, их заметили мистер и миссис Гринграсс и сразу подошли.   — Ах, Нарцисса, ты, как всегда, прекрасно выглядишь, — сделад комплимент мистер Гринграсс, галантно целуя ей руку.   — А ты, Драко, выглядишь настоящим джентльменом, — добавила миссис Гринграсс. — Надеюсь, вы добрались без проблем?   — Никаких проблем, — с улыбкой ответила Нарцисса. — Мне очень понравилась идея с домовиками, которые очищают гостей от сажи. Надо будет взять её на заметку, когда придёт очередь свадьбы Драко. Правда, дорогой?   — Эээ, несомненно, — рассеянно отозвался Драко, уже оглядываясь в поисках чего-нибудь поинтереснее.   — Кстати, — добавил мистер Гринграсс, — я слышал, Драко, что ты проводишь много времени с нашей маленькой Асторией. Она только о тебе и говорит.   Малфой обернулся и увидел, что родители Астории радостно улыбаются ему.   — Она замечательная девушка, — искренне сказал он.   Их улыбки стали ещё шире.   — Мам, пап, что вы делаете?   Все обернулись. К ним подошла Астория в длинном платье подружки невесты цвета слизеринской зелени. Драко ещё никогда не был так рад кого-либо видеть.   — Ничего, дорогая, — ответил мистер Гринграсс и с нежностью поцеловал дочь в лоб. — Мы просто беседуем. Эм... всё уже готово?   Астория кивнула.   — Да, всё внутри. Не могли бы вы с мамой проводить миссис Малфой...   — Пожалуйста, зови меня Нарциссой.   Астория улыбнулась.   — Хорошо. Не могли бы вы с мамой проводить Нарциссу? Мне нужно на минутку поговорить с Драко.   Все трое взрослых с готовностью оставили их наедине.   Как только они отошли, Астория отвела Драко в сторону.   — Я должна сразу тебя предупредить. Папа говорил о твоём отце. Они заставили меня подёргать за несколько ниточек, чтобы вытащить его из больницы на свадьбу. — Оу… — только и смог вымолвить Драко. — Я знаю, что сейчас ты не в восторге от него, но он всё-таки твой отец. И смена обстановки пойдёт ему на пользу. Малфой застонал. — Я не хочу его видеть. Ты ведь знаешь, что в прошлый раз я пришёл к нему только потому, что ты меня попросила. Астория улыбнулась. — Знаю. И сейчас я снова прошу тебя. Пожалуйста, просто потерпи. Не успеешь оглянуться, как этот вечер закончится, и он снова вернётся в Мунго, и тебе ещё долго не придётся с ним встречаться. Поэтому, пожалуйста, просто веди себя достойно. Если не ради меня, то хотя бы ради своей мамы. Драко долго молча смотрел на неё. Его лицо было напряжено, но постепенно черты смягчились. Он кивнул. Астория взяла его за руку. — Спасибо, — она бросила взгляд на часы, висевшие на стене. — Мне пора возвращаться к невесте. Она в панике, потому что эта журналистка, Рита Скитер, должна была освещать их свадьбу для «Ежедневного пророка», но её начальник только что сообщил, что она не придёт. Оказывается, больше месяца назад она уехала собирать материал для какой-то книги, которую пишет, и с тех пор о ней никто ничего не слышал. Драко с трудом удержался от смеха. Какая-то часть его так и подмывала сказать, что, возможно, именно она и виновата в исчезновении Скитер. Но он благоразумно промолчал. Астория была слишком доброй девушкой, и возненавидела бы себя за то, что она, возможно, убила кого-то, даже если это было непреднамеренно.   — Но, Драко, есть ещё кое-что, о чём я хочу с тобой поговорить. Я найду тебя после тостов, хорошо?   Он снова кивнул.   — Отлично. Тогда до встречи, — Астория отпустила его руку.   Драко наклонился, чтобы поцеловать её в губы, но в последний момент коснулся губами лишь её щеки. Она безрадостно улыбнулась ему, и ушла, оставив Малфоя одного.   Когда она скрылась из виду, Драко достал из кармана старые карманные часы отца. Они всё ещё не шли, хотя теперь уже не было причин держать их остановленными, когда Гермиона исчезла из его жизни. Малфой уже собирался снова завести их, когда почувствовал, как фотография будто прожигает карман. Он вытащил снимок и долго смотрел на то, каким счастливым был всего несколько недель назад. У него защемило сердце. Вздохнув, Драко убрал обратно в карман и фотографию, и незаведённые часы. После этого он вошёл внутрь, где ему волей-неволей пришлось встретиться лицом к лицу с отцом.   — Ах, Драко, сын мой, — сказал Люциус, поднимаясь со стула. — Должен признать, парадная мантия тебе очень к лицу.   — Тебе тоже, — ответил Малфой младший, переводя взгляд на трость, на которую опирался отец.   Люциус проследил за его взглядом.   — Не беспокойся, Драко. Внутри ничего нет. До особого распоряжения мне запрещено пользоваться палочкой.   — И правильно, — сказал Драко, занимая своё место.   Люциус и Нарцисса переглянулись, затем вздохнули и молча опустились рядом с ним.   Свадебная церемония оказалась вполне достойной. Всё было украшено лучшими декоративными элементами, какие только мог предложить Магический Мир. Но Драко никак не мог отделаться от ощущения какой-то чопорности происходящего. Никто не плакал так, как на свадьбе Софи и Филиппа, а невеста всё время оглядывалась по сторонам, как будто ей было скучно. Астория постоянно бросала на неё пронзительные взгляды, заставляя сосредоточиться на церемонии. Блейз сттакой же настойчивостью сверлил взглядом самого Драко. Как и Пэнси. Тео всё это замечал и каждые несколько секунд посмеивался себе под нос. Чувствовать на себе внимание большей части свадебной процессии было не слишком приятно, но теперь уже ничего нельзя было изменить. Малфой сделал более чем достаточно, чтобы эти люди больше никогда не стали его друзьями, и, более того, ему было совершенно всё равно.   Когда церемония закончилась, всех гостей пригласили в большой банкетный зал, расположенный по соседству.  Несмотря на то, что приглашение Малфоям досталось в последний момент, их места оказались довольно близко к молодожёнам. Драко невольно задумался, кого пришлось пересадить ради них. И тут он заметил мать Блейза, сидевшую в самом конце зала рядом со своей очередной жертвой... то есть мужем. Ответ стал очевиден.   Тосты получились такими же сухими и чопорными, как и сама свадьба. За одним исключением. Астория. Между ней и Грегори явно существовала настоящая братско-сестринская привязанность, и она с искренней теплотой приветствовала его в своей семье. Когда тосты закончились, Дафна и Грегори вышли на танцпол, а Астория подошла к Драко. Она протянула ему руку, и когда он принял её, она потащила его на танцпол. Нарцисса проводила их улыбкой, тогда как Люциус остался совершенно невозмутим. — Это единственное место, где мы можем спокойно поговорить, — сказала Астория, притягивая Драко ближе, несмотря на то, что песня была довольно быстрой.   Пэнси и Блейз сверлили их взглядами из-за своего столика. — Кажется, твоему отцу я совсем не нравлюсь.   Драко обернулся. Взгляд Люциуса был немногим мягче, чем у Пэнси с Блейзом. — По-моему, он предпочёл бы, чтобы сейчас ты танцевал с Грейнджер. Малфой расхохотался.   — С чего ты это взяла? — Потому что она приходила к нему на днях.   Драко так резко замер, что Астория, кружившаяся вместе с ним, тоже остановилась. Он отстранился и посмотрел ей в глаза.   — Что? — спросил Малфой.   — Она приходила к нему, — повторила Астория. — Он даже извинился перед ней за то, что пытался её убить. Разве Гермиона тебе не рассказала?   Драко удивлённо поднял брови.   — Мы уже несколько недель не разговариваем. Ты ведь это знаешь.   Астория улыбнулась.   — Наверное, я всё это время думала, что ты просто врёшь. Почему ты не разговариваешь с ней, Драко?   Он скептически посмотрел на неё.   — Почему ты спрашиваешь меня об этом?   — Потому что начинаю думать, что зря трачу на тебя время, — как ни в чём не бывало ответила она и снова заставила его продолжить танец. — Мне просто нужно услышать, как ты сам в этом признаешься.   Драко не знал, что ответить. Если Астория искала мужа, то, возможно, не теряла времени даром, но если она искала того, кто полюбит её... Это был совсем другой разговор.   Он перевёл взгляд на танцующих неподалёку Грегори и Дафну. Они двигались по залу, почти не глядя друг на друга, оставляя Драко с ужасным чувством жалости. Астория проследила за его взглядом и тоже нахмурилась, глядя на не слишком восторженную пару.   — Знаешь, он сказал мне, — негромко сказал Малфой. — Про брак по расчёту.   Глаза Астории расширились. — Он рассказал тебе?   Драко кивнул.   — Лучше не говори об этом Дафне. Она без колебаний убьёт его. Скажи мне, Астория. Что ты чувствуешь сейчас, глядя на то, как твоя сестра танцует с мужем, которого никогда не сможет полюбить?   Гринграсс вздохнула.   — Я не знаю, правда ли это. Грегори хороший волшебник. И ведь это был не какой-то случайный выбор, — начала она защищать их. — У Дафны были варианты, и так получилось, что из всех предложенных ей парней, он просто понравился ей больше всех остальных.   Малфой усмехнулся.   — Как романтично. Но даже ты должна признать, если однажды они с Дафной и полюбят друг друга, их любовь никогда не будет страстной. Она всегда будет скорее... удобной. — Почему мне кажется, что сейчас ты говоришь не о них, а отвечаешь мне? — спросила Астория, глядя ему прямо в глаза. Драко побледнел. — Я не это имел в виду. — Именно это. У нас с тобой никогда не будет такой любви. Такой страстной, как у вас с Гермионой. Хотя, я уверена, что смогла бы перевернуть твой Мир, если бы ты мне позволил. — Астория, я никогда не говорил... — Тебе и не нужно было. Я видела, как ты смотрел на неё в поместье. Ты ни разу не смотрел так на меня. И, более того, я не думаю, что когда-нибудь посмотришь. — Возможно, посмотрю. — Нет, не посмотришь. И вот почему. Потому что сейчас ты возносишь Гермиону на пьедестал, — Астория подняла руки высоко над головой, показывая, насколько высоко он её вознёс, — и никто другой никогда не сможет до неё дотянуться. Даже я. А я ведь ещё та находка. — Я знаю, ты такая. Астория улыбнулась ему, а затем перевела взгляд на Люциуса, который внимательно наблюдал за ними. — Послушай, Драко, я могу тебе точно сказать, что, если бы отец моего парня когда-нибудь попытался меня убить, я бы сразу ушла. Без разговоров. Поэтому тот факт, что Гермиона всё ещё рядом с тобой и даже готова пойти повидаться с ним, значит, она правда тебя любит. — Я всё ещё не понимаю, зачем ты мне всё это говоришь. — Потому что ты мне нравишься, Драко. Всегда нравился, — сказала Астория, заставляя Малфоя её покружить. Когда Астория снова оказалась в его объятиях, она продолжила: — Веришь или нет, но я хочу, чтобы ты был счастлив. Со мной или с кем-то другим. Но я не думаю, что ты когда-нибудь будешь счастлив со мной. — Астория... я... — Дай мне закончить, — сказала она, приложив палец к его губам, чтобы заставить Малфоя замолчать. Когда он больше не попытался заговорить, она убрала руку и продолжила: — К сожалению, я сделала свой шаг к тебе с опозданием примерно на три месяца. Когда я заполучила тебя, ты уже был влюблён в другую. И, несмотря на все мои усилия, я не думаю, что ты разлюбишь её в ближайшее время. Так почему бы тебе просто не быть с ней? Это ведь именно то, чего ты хочешь. — Но... я не понимаю, — снова сказал Драко. — Ты чистокровная. Она магглорождённая. Ты должна её ненавидеть. — Почему? Она мне никогда ничего плохого не делала. Разве что опередила меня и добралась до тебя первой, — Гринграсс подмигнула ему. — Почему ты подталкиваешь меня к ней? — спросил Драко, всё ещё не понимая, откуда у Астории такие мысли. Она пожала плечами. — Потому что ты её любишь. А я... ну... — Астория замолчала и пристально посмотрела Драко в глаза. И именно тогда Малфой осознал истину. — Ты мне нравишься больше всего из всех предложенных мне вариантов. Она вздохнула. — К сожалению, да. — И я тебе нравлюсь больше всего из всех вариантов, которые предложили тебе? Астория вздохнула громче.   — И снова да. Но я должна предупредить тебя, что если из-за моего благородства мне в итоге придётся выйти замуж за Блейза, я не стану сдерживаться и буду проклинать тебя каждый день до конца моего жалкого существования.   Драко бросил взгляд на своих родителей, которые всё ещё внимательно наблюдали за ними.   — Астория, тебе не придётся выходить за Блейза, потому что я уже принял решение.   Гринграсс рассмеялась.   — Я надеюсь, что это не предложение, потому что, если это так, боюсь, мне придётся отказаться. Я в некотором роде безнадёжный романтик и требую, чтобы перед предложением руки и сердца потенциальный жених ставал на одно колено. Даже если это человек, с которым мы встречаемся всего три недели.   — Не волнуйся, это не оно, — Драко вздохнул. — Но Гермионе будет лучше без меня. Из-за меня она пострадала, и я не хочу снова рисковать...   — Мерлина ради, может, ты уже заткнёшься? — крикнула Гринграсс, снова останавливая их посреди танца. — Перестань вести себя как какой-то благородный рыцарь, ладно? Ты хочешь её, а она хочет тебя. Я имею в виду, ты же Драко блядский Малфой! Ты знаешь, чего хочешь, так, драккл, иди и возьми это! Ты всегда так делал. Почему сейчас должно быть как-то иначе?   Впервые с начала их разговора слова Астории действительно начали до него доходить. Он был Драко блядский Малфой, и, если он хотел Гермиону Грейнджер, почему он не мог быть с ней? Ему больше не было дела до того, что подумает его дальняя родня или сторонники превосходства чистоты крови. Откровенно говоря, это было не совсем правдой, но теперь Драко был готов признать, что из правил есть исключения, и Гермиона была одним из них. Хотя деньги по-прежнему имели для него большой вес. К счастью, у него всё ещё оставалось хорошее предложение о работе. — Ты права, — сказал он, и его лицо озарилось пониманием. — Почему я должен быть несчастным только потому, что кучка людей, которые мне не нравятся, будет расстроена моим выбором? — Вот именно! — воскликнула Астория. Проведя три недели в одиночестве, Драко уже понял, что не сможет жить счастливо без Гермионы. Именно в этот момент он принял решение.   — Завтра я найду Гермиону и сделаю всё возможное, чтобы вернуть её!   — Да... Подожди. Почему завтра? — спросила Астория, остановившись прямо посреди движения.   Другая пара врезалась в них, недовольно нахмурилась и продолжила танцевать. Но ни Драко, ни Астория даже не обратили на них внимания.   — Почему не прямо сейчас?   — Потому что сейчас она на свадьбе Поттера.   — И что?   — Она там, а я здесь. Что я могу с этим сделать?   Астория скрестила руки на груди.   — Ты реально готов рискнуть и ждать до завтра, когда сегодня вечером она будет проводить весь вечер на романтичной свадьбе со своим бывшим? Я вообще не любитель азартных игр, но если есть хоть какой-то шанс, что они снова сойдутся, я бы поставила на то, что сегодняшний вечер будет для них подходящим. Малфой поморщился. Он не мог этого допустить. — И что ты предлагаешь? Мы ведь даже не знаем, где проходит свадьба. На лице Астории появилась хитрая улыбка. — Это предоставь мне. Один из работников кейтеринга хвастался мне, что их компания ещё и обслуживает свадьбу Гарри Поттера. Очевидно, он совершенно не знал свою аудиторию, — сказала Гринграсс, закатывая глаза. — Если он не знает, где гуляют свадьбу, я уверена, что сможет узнать, — она достала палочку и поправила помаду. Астория убрала палочку, затем поправила грудь в обтягивающем платье, чтобы оно сидело ещё более эффектно, и сказала: — Дай мне пять минут. Астория исчезла в толпе. Не зная, что делать, Драко остался у края танцпола, наблюдая, как его отец, пошатываясь, танцует с матерью. Люциус всё ещё был очень слаб. — Получилось! — гордо воскликнула Астория, подбегая к нему через несколько минут. — Нам просто нужно сказать моей сестре, что мы уходим. Она схватила Драко за руку и потянула его через весь зал. — Подожди. Ты тоже идёшь? — удивился Малфой. — Конечно! Если бы не я, ты бы даже не решился на это, так что, думаю, я заслуживаю того, чтобы увидеть её лицо, когда ты там появишься. — Возможно, Гермиона не обрадуется, увидев меня. Гринграсс закатила глаза. — Не глупи. Ты же знаешь, что она обрадуется. Она решительно направилась прямо к сестре и Грегори, которые танцевали неподалёку. Подойдя к ним, они остановились.   — Дафна, мы с Драко идём сорвать свадьбу Гарри Поттера.   — Хорошо! Повеселитесь! — громко ответила уже порядком подвыпившая Дафна, судя по всему, даже не осознав, что именно только что сказала её младшая сестра.   А вот Грегори всё прекрасно понял.   — Зачем? — спросил он.   Когда никто не ответил, Гойл посмотрел на Драко и покачал головой.   — Ты собираешься вернуть Грейнджер, да?   Глаза Драко сказали всё за него.   — Неужели она правда стоит того, чтобы ради неё отказаться от всей своей прежней жизни?   — Ой, перестань драматизировать, Грегори, — сказала Астория, легонько ударив его кулаком по руке. — То, что он будет встречаться с магглорождённой, вовсе не означает, что вы больше не сможете общаться.   Гойл покраснел, и Астория довольно улыбнулась.   — Только не говори, что думал, будто я не замечаю, насколько счастливее ты стал с тех пор, как вы снова начали дружить.   — Я...   — Не забивай себе этим свою бестолковую голову. Я никому не расскажу, что ты размяк, — Астория подмигнула. Грегори улыбнулся и покачал головой.   — Да идите уже отсюда.   Астория в последний раз улыбнулась ему и снова потянула Драко за собой.   — ПОКА!— крикнула им вслед пьяная Дафна.   Нарцисса, танцевавшая неподалёку с Люциусом и успевшая услышать часть их разговора, оставила мужа и поспешила за ними.   — Драко! Куда это ты собрался? — спросила она, ускоряя шаг.   — Я иду за девушкой, которую никогда не должен был бросать, мама. И, скорее всего, никогда бы ней не расстался, если бы не ты со своей душераздирающей историей.   — Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?! — закричала она, преграждая им путь с Асторией. — Я рассказала тебе эту историю от всего сердца. Я любила Итана, и... — НЕТ! — выкрикнул Драко ей прямо в лицо. — Даже не смей сравнивать то, что было у тебя с тем магглорождённым любителем травологии с тем, что есть между мной и Гермионой! Я люблю её сильнее, чем ты когда-либо любила его!   — Ты не можешь этого знать!   — МОГУ.   Раздувая ноздри от гнева, Малфой грозно посмотрел матери в глаза и сказал:   — Если бы Гермиона исчезла, я бы никогда и ни за что не прекратил бы её искать!  Я бы отправился за ней на край света, если бы пришлось! А ты... ты даже не попыталась выяснить, что с ним случилось! Возможно, он до сих пор где-то жив, а ты даже не удосужилась узнать, о его положении! Ты просто жила дальше, как ни в чём не бывало! — Разве ты не этим занимался последние несколько недель? — холодно спросила Нарцисса, бросив взгляд на Асторию. Драко покачал головой. — Нет. Не проходило и минуты, чтобы я не думал о Гермионе. Я люблю её... и я буду с ней. Чего бы мне это ни стоило, — он крепче сжал руку Астории и, протиснувшись мимо матери, потянул её к каминам, через которые прибывали гости. — Драко, прошу, подожди! — умоляла Нарцисса, продолжая идти за ними. — Ах да, и кстати! — крикнул он через плечо. — Мне предложили работу в компании, которая занимается внедрением маггловских технологий в Магический Мир... и я думаю, что соглашусь там работать. Нарцисса побледнела так резко, что едва не потеряла сознание. К счастью, Люциус успел подойти к ней сзади и подхватил её, пока она не успела упасть. — Люциус... пожалуйста... сделай что-нибудь. Драко обернулся и встретился взглядом с отцом. Малфой старший долго смотрел на решительное лицо сына, а затем медленно покачал головой, обращаясь к жене: — Мы должны отпустить его, Нарцисса. — Ч-что?.. — Драко всю жизнь делал всё, о чём мы его просили. Он заслужил право быть счастливым. — Мне казалось, что целители говорили, что ты ещё восстанавливаешься после того, что случилось с твоим рассудком? — Я не безумен. Я просто рассуждаю здраво. Мы не для того рисковали своими жизнями во время войны, чтобы в итоге обречь собственного сына на несчастье. — Но... его выжгут с семейного древа! Они придут за ним! Они отнимут его у нас! Я не могу потерять его, Люциус! — Нарцисса заплакала. Люциус прижал голову жены к своей груди и ласково погладил по волосам. — Тогда мы защитим его. Настолько, насколько сможем. Пока Нарцисса рыдала, уткнувшись ему в грудь, Люциус оглянулся на сына и сказал: — Иди. Драко всё ещё пребывал в лёгком потрясении, но сумел сдержанно кивнуть отцу. Подойдя к камину, он достал летучий порох. Малфой уже собирался спросить Асторию, куда они направляются, когда услышал странный чавкающий звук. — Ты это слышишь? — спросил он, озираясь по сторонам. Астория тоже прислушалась и в конце концов ахнула, когда увидела в углу полуобнажённых волшебника и волшебницу. Драко проследил за её взглядом и едва не вырвал, когда Блейз и Пэнси посмотрели на них. — Отвратительно, — сказали они с Асторией в унисон. — А я-то думал, у тебя всё же есть какие-то принципы, Забини, — бросил Драко, а затем потянул Асторию к дальнему камину. Не дав никому возможности снова их остановить, они бросили в огонь летучий порох и исчезли в зелёном пламени. Как оказалось, свадьба Поттера и Уизлетты должна была состояться в доме Уизли, поскольку они хотели, чтобы торжество было небольшим и по-настоящему семейным. Вокруг дома было наложено бесчисленное количество защитных чар, не подпускавших ни журналистов, ни незваных гостей, ни особо рьяных поклонников Гарри Поттера. Поэтому им пришлось воспользоваться камином в доме соседей Уизли. Астория уверяла, что хозяев дома, семьи Лавгудов, сейчас не будет, так как они тоже были приглашены на свадьбу. — Ты уверена, что их здесь нет? — спросил Драко, пригибаясь почти до пола, пока они крались по дому. Гринграсс оглянулась на него и рассмеялась. — Абсолютно. Дочь Лавгуда — одна из подружек невесты. Мы с Дафной, наверное, миллион раз сталкивались с Луной, пока готовились к свадьбе. Они без происшествий выбрались наружу, но, поскольку уже начинало темнеть, врезались в куст, рядом с которым висела табличка: «Держитесь подальше от дирижабельных слив». Очистив себя с помощью палочек от плодов, похожих на маленькие редиски, они одновременно произнесли: — Люмос. На кончиках их палочек вспыхнул свет, и они попытались отыскать дорогу. К сожалению, ни Драко, ни Астория толком не знал, куда идти дальше. Работник кейтеринговой компании дал Гринграсс очень расплывчатые указания. По его словам, защитные чары были установлены только прошлой ночью, а дом Лавгудов служил одним из входов, через который прибывали многие работники и гости. Но вся эта информация была лишь слухами. Изрядно поплутав и несколько раз пройдя по кругу, они наконец наткнулись на нужное место. Праздничный банкет был уже в самом разгаре, но с этой стороны защитного барьера не доносилось ни единого звука. Драко и Астория подошли ближе и начали искать в чарах хоть какое-нибудь слабое место. Именно Гринграсс заметила крошечное отверстие размером всего с кнат, и, взмахнув палочкой, она расширила его ровно настолько, чтобы через него можно было пролезть, но при этом никто ничего не заметил. Когда работа была закончена, они оба посмотрели на образовавшуюся дыру и нахмурились. — Через это я точно не пролезу, — сказал Драко. — Ты уверена, что её нельзя сделать хоть немного больше? — Абсолютно уверена, — ответила Астория. — Хочешь, я сама зайду и выведу её? Есть шанс, что она запустит в меня проклятием, как только увидит, но после всего, через что мы прошли, чтобы добраться сюда, было бы глупо не попробовать. — И ты правда думаешь, что сможешь вытащить её сюда? — с сомнением спросил он. Астория ободряюще улыбнулась. — Конечно. Всё, что мне нужно сделать, это упомянуть твоё имя, и я уверена, что она прибежит. Не дожидаясь его согласия, Астория опустилась на колени и начала протискиваться в маленькое отверстие, едва не задевая его края. Оказавшись по другую сторону барьера, она обернулась, подняла большой палец вверх, показывая, что всё в порядке, и направилась к месту проведения праздника. Стараясь не привлекать к себе внимания, Астория взяла бокал шампанского с проплывавшего мимо подноса и принялась осматривать шатёр в поисках Гермионы. Атмосфера на свадьбе Гарри и Джинни была намного приятнее, чем на свадьбе Дафны и Грегори. Казалось, все и правда веселились. На мгновение Астории даже захотелось присоединиться к танцующим. Наконец она заметила Гермиону, которая сидела одна за столиком, бездумно уставившись на салфетку, которую крутила в руках. Как и следовало ожидать, она выглядела несчастной. Астория уже направилась к ней, когда дорогу ей неожиданно преградил рыжеволосый волшебник с веснушками. Положив руку ей на плечо, он отвёл её в сторону. — Какого драккла ты здесь делаешь? — спросил парень, в котором она сразу узнала Рона Уизли. — Пришла, чтобы добить Гермиону? Похвастаться ей своим начинающимся романом с Малфоем? — Нет, нет! — закричала Астория, вскинув руки в знак защиты. — Совсем наоборот! Драко просто хочет с ней поговорить! Неужели ты настолько зол, что откажешь ему в этой единственной просьбе? Рон остановился и развернул её к себе. — Малфой здесь? — спросил он. Астория кивнула. — Клянусь, между нами ничего нет. Ему просто очень нужно с ней поговорить. Он хочет всё исправить. — И тебя это устраивает? Она снова кивнула. — Но я думал, ты вроде как его девушка. — Мы встречались всего три недели. Так что, честно говоря, моё сердце не успело разбиться, — Астория улыбнулась ему. — При всей моей симпатии к этой романтической драме, вообще-то именно ты должен сейчас расстраиваться. Разве нет? — с любопытством спросила она. — Конечно, я расстроен! — огрызнулся Рон. Он оглянулся на Гермиону, которая уже положила голову прямо на стол, бессильно уткнувшись лбом в скатерть. Позади неё на полу сидел Грохх, пытаясь её утешить, положив руку ей на плечо, но в итоге только придавил её спину так, что она оказалась пригвождённой к месту. В этот момент подошёл Хагрид и увёл великана прочь. Рон вздохнул. — Сначала отведи меня к нему. Мне нужно поговорить с ним до того, как он поговорит с ней. Астория скептически посмотрела на него. — Ты же не собираешься проклясть его, я надеюсь? — Не собираюсь, — пообещал Рон. — Я просто хочу поговорить. Астория ещё раз посмотрела через его плечо, пытаясь привлечь внимание Гермионы, но безуспешно. Голова Гермионы по-прежнему лежала на столе, из-за чего она совершенно ничего не замечала вокруг. Поняв, что другого выхода нет, Астория наконец сказала: — Ладно. Она повела Рона к Драко, по дороге успев прихватить с проплывавшего мимо подноса ещё один бокал шампанского. Похоже, вечер переставал быть томным, и теперь без алкоголя не обойтись. Когда они прошли через барьер, Драко с удивлением увидел рядом с Асторией вовсе не Гермиону, а Рона. — Меня заметили! — крикнула Астория, едва оказавшись по эту сторону звуконепроницаемого барьера. Драко не успел ничего ответить, как Рон оказался перед ним и ударил его кулаком в лицо. Удар был настолько мощным, что Малфой упал на землю. За их спинами пронзительно закричала Астория. — Ты же обещал, что не причинишь ему вреда! — Я обещал, что не буду его проклинать, — ответил Уизли, растирая ушибленную руку. — А вот насчёт кулаков я ничего не говорил. Думаю, я заслужил право на этот удар. — Угу... вполне справедливо, — простонал Драко, поднимаясь на ноги. — Ладно. Думаю, я более или менее его заслужил. — Более или менее? — повторил Рон, а его голос дрогнул, когда он уставился на Драко с холодной яростью. Это звучит несколько противоречиво, но именно это выражение лучше всего описывало его взгляд. — Хорошо, пусть будет по-твоему. Я правда заслужил это. То, что я сделал с тобой, было... — Со мной? Ты реально думаешь, что дело во мне? — Разве нет? — Конечно нет! — закричал Рон. — Дело в драккловой Гермионе! Она совершенно несчастна с тех пор, как вернулась! Драко с любопытством посмотрел на него. — Ты серьёзно сейчас хочешь сказать, что злишься, потому что я с ней порвал? Я думал, ты воспримешь это как шанс вернуть её. — Я не хочу снова её завоёвывать, Малфой. Между нами всё кончено. Всё закончилось ещё до начала лета. Я просто... — он сглотнул, — просто не хотел её отпускать.   Астория с большим интересом наблюдала за Роном со стороны. С того самого момента, как он ударил Драко, она не могла отвести от него взгляда.   — Иногда ты столько всего переживаешь вместе с человеком, что не хочешь даже самому себе признаться, когда искра уже погасла. Я понял это только после того дурацкого письма, которое ты прислал. Тогда я осознал, что сам уже не хочу её вернуть так же сильно, как и она не хочет возвращаться ко мне. И, как бы мне ни хотелось это признавать, по какой-то непонятной причине Гермиона хочет быть именно с тобой. — Значит ли это, что ты позволишь мне войти? — с надеждой спросил Драко.   Рон покачал головой.   — Нет. Я не собираюсь тебя впускать. Но если ты пообещаешь, что больше никогда её не бросишь и... и сделаешь всё, чтобы защитить её от своей семьи, тогда я зайду туда и приведу её к тебе.   Драко искренне посмотрел ему в глаза и кивнул.   — Обещаю.   Малфой никогда в жизни ни в чём не был так уверен. Гермиона была всем, чего он хотел, и Драко был готов сделать всё возможное, чтобы быть с ней.   Рон посмотрел на него в ответ и тоже кивнул.   — Я тебе верю. Два волшебника продолжали смотреть друг на друга, понимая, что впервые с момента знакомства у них наконец появилось что-то общее. Они оба очень заботились о Гермионе и хотели, чтобы она была счастлива.   — Ты должен сразу понять, Малфой, что мы с тобой никогда не будем друзьями.   Драко одарил его своей фирменной малфоевской ухмылкой.   — Я знаю. Но я когда-то пообещал Гермионе, что постараюсь нормально к тебе относиться. Есть шанс, что ты сделаешь то же самое?   — Посмотрим, — усмехнулся Рон, разворачиваясь обратно к банкету. — Я скоро вернусь.   Как только Рон ушёл, Астория подошла к Драко и взмахом палочки немного залечила его лицо до прихода Гермионы.   — Может, мне оставить маленький синяк в качестве напоминания? — рассмеялась она. Малфой прищурился, глядя на неё.   — Серьёзно, что ты за целитель такой?   — Самый лучший, — ответила она и, сдавшись, полностью исцелила его лицо.   Несколько минут спустя Драко разглядел, что к нему направляется Рон, а рядом с ним красивая ведьма в струящемся алом платье. Его сердце забилось быстрее. Она о чём-то спорила с Роном, но он ничего не мог разобрать, пока они не прошли через барьер.   — Честное слово, Рон, я не понимаю, зачем тебе понадобилось показывать мне это именно сейчас. Я уже миллион раз видела гномов, и это далеко не первый случай, когда они снимают штаны, шлёпают себя по маленьким задницам и... О! Драко! — Гермиона замерла.   Драко тоже. Он уставился на неё с открытым ртом, не в силах подобрать слова. Гермиона перевела взгляд на Асторию, которая улыбалась, ни к кому конкретно не обращаясь, а затем посмотрела на неё.   — Ой, я! — внезапно сказала Астория. — Я здесь только для моральной поддержки.   После этого Гермиона перевела взгляд на Рона, который слабо улыбнулся ей, а затем направился обратно к гостям. Астория попыталась последовать за ним, но сразу же остановилась, ударившись о барьер. Рон вернулся и наложил на её руку какое-то заклинание. После этого она смогла пройти внутрь.   Как только они ушли, Гермиона оглянулась на Драко и спросила:   — Почему ты здесь?   — Я... ты... ты ходила к моему отцу, — всё что он смог сказать.   Гермиона подняла брови, глядя на него.   — Это правда единственная причина, по которой ты здесь?   Драко ничего не ответил. — Что ж, если это единственная причина, тогда я должна сказать тебе, что моё появление там было всего лишь случайностью. Я просто вышла прогуляться, а в следующий момент уже оказалась внутри Святого Мунго. На самом деле, мне кажется, что я подсознательно пошла туда, чтобы проклясть Асторию, но когда меня спросили, кого я хочу увидеть, я запаниковала.   Драко рассмеялся.   — И мой отец — лучшее, что ты смогла придумать?   Гермиона пожала плечами.   — Я вообще не думала, что мне разрешат с ним встретиться.   — По какой-то причине из-за этой истории ты нравишься мне только больше, — сказал Драко, смеясь ещё громче. — Ты правда собиралась проклясть Асторию из-за меня?   — На самом деле я никогда не собирался этого делать, но мне было приятно об этом думать. Драко сделал шаг к ней, но Гермиона отступила назад. — Ты всё ещё не сказал мне, зачем пришёл. — Я хотел тебя увидеть, — ответил он, замедляя шаг. На этот раз Гермиона не отстранилась. — Зачем? — спросила она. — Я думала ты занят, трахаясь со своей новой девушкой. Драко улыбнулся. — Она не моя девушка. Гермиона снова попыталась отступить, но он протянул руку, поймал её ладонь и притянул к себе, сокращая расстояние между ними. — Ты бы меньше меня ненавидела, если бы я сказал тебе, что никогда с ней не спал? — Не знаю. Это была бы ложь? Всё ещё улыбаясь, Драко покачал головой. — Нет. Я никогда ни о ком не думал, кроме тебя, — он протянул руку и заправил выбившийся локон ей за ухо. У Гермионы подкосились колени, но Драко тут же успел её поймать. — Это нечестно, — сказала она. — Я уже решила, что попытаюсь вернуть тебя, но вот, пожалуйста, ты опередил меня. Гермиона замолчала и пристально посмотрела в его серые глаза, которые сверкали серебром в лунном свете. — Почему ты здесь, Драко? — снова спросила она почти шёпотом. — Потому что я хочу быть с тобой, — ответил он и наконец заполнил последнее расстояние между их губами и поцеловав её.

***

Внутри шатра, где проходил приём, Рон сидел один за столом и дулся. Астория наблюдала за ним через весь зал, а затем наконец взяла два бокала шампанского и подошла к нему. — Кажется, тебе нужно выпить, — она протянула ему бокал. — Спасибо, — ответил он и осушил его одним глотком. — Как изысканно, — заметила Астория и сделала то же самое. Мимо проплыл поднос с напитками, и она взяла ещё два бокала. — Если тебя хоть немного утешат мои слова, я считаю, что ты поступил очень благородно. Гермионе повезло, что у неё есть такой друг, как ты, — Астория успокаивающе положила руку ему на ногу. — Она даже не понимает, чего лишается. Рон опустил взгляд на её руку, которая теперь медленно поглаживала место чуть выше его колена. Ему потребовалось мгновение, но вскоре он понял, что Астория с ним флиртует. Он уже собирался сказать что-то, что, по его мнению, должно было быть остроумным, но тут появилась Джинни, ведя за собой Гарри. — Рон! Что она здесь делает? Судя по всему, уже все знали о новой пассии Драко Малфоя. — Она моя гостья, — спокойно ответил Рон. — Мне ведь разрешено пригласить гостя, правда?   — Ну... да, но...   — Где Гермиона? — спросил Гарри, только сейчас заметив, что она больше не сидит, уткнувшись лицом в стол.   Рон поднял палец и сказал:   — Угадайте с первого раза. Гарри и Джинни переглянулись.   — Он здесь? — одновременно спросили они.   Рон кивнул.   Джинни перевела взгляд на Асторию.   — Но... разве ты не...   — Его девушка? — закончила за неё Гринграсс.   Гарри и Джинни кивнули.   — Нет.   — Но вы же трахаетесь? — спросила новоиспечённая Поттер.   Астория рассмеялась.   — О, Мерлин, нет! Не то чтобы я не пыталась, но в тот единственный раз, когда мы хоть немного к этому приблизились, он в итоге назвал меня Гермионой и... ну, сами понимаете, настроение это немного испортило. Если не считать лёгких поцелуев, он был абсолютно верен.   — Разве сегодня не свадьба твоей сестры?   Астория отмахнулась.   — О, да, но она пьяна. Скорее всего, даже не заметила, что я ушла, хотя я прямо в лицо сказала ей, что ухожу.   — Рон, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Гарри.   Рон кивнул, несколько раз бросив взгляд в сторону Астории, чтобы они поняли намёк.   Джинни первой всё поняла и широко улыбнулась своему брату. Было приятно видеть, что он снова возвращается в игру, даже если на этот раз его избранницей оказалась слизеринка.   — Пойдём, Гарри, потанцуем, — сказала она, уводя своего новоиспечённого мужа.   — Вы сказали, что Драко здесь? — спросила француженка Софи, появляясь из ниоткуда..   — Эм... да, — ответил Рон. — Они с Гермионой у сада.   Софи издала восторженный визг, затем схватила своего мужа, который в этот момент болтал с профессором Макгонагалл, и потащила его в сторону сада. Как только они ушли, мимо прошла Луна Лавгуд в мечтательном состоянии. Она повернула голову, заметив Асторию, подошла к ней и спросила: — Ты недавно ела сливы-дирижабли? На тебе полно мозгошмыгов. Астория подняла на неё брови. — Прости? Рон рассмеялся. — Не знал, что мозгошмыги любят сливы-дирижабли. — О да, они их обожают. Именно поэтому мы выращиваем их возле нашего дома. — На случай, если тебе вдруг срочно понадобятся мозгошмыги? — спросила Астория. Луна кивнула, а затем её взгляд куда-то уплыл. — О, я обожаю эту песню, — она ушла, но направилась совершенно не в сторону танцплощадки. Астория с Рон переглянулись и рассмеялись. — Кажется, я наступила на её куст слив-дирижабль, пока шла сюда, — сказала Астория. От этого они рассмеялись ещё сильнее. Когда всё стихло, они оба повернули головы и стали наблюдать за танцующими людьми. Через некоторое время Астория повернулась к Рону и сказала: — Я должна спросить. Он весь обратился в слух. — Ты ведь не спал с Пэнси Паркинсон, правда? Рон разразился новым приступом смеха и покачал головой. — Я действительно выгляжу настолько отчаявшимся? — спросил он. Астория улыбнулась. — Просто проверяю. Она оглянулась на танцующих гостей. — Все здесь выглядят такими счастливыми. На свадьбах слизеринцев никогда не бывает настолько непринуждённой атмосферы. — Это твой тонкий намёк мне, что ты хочешь потанцевать? Астория искоса взглянула на него и ухмыльнулась. — Это зависит от того, предлагаешь ли ты мне? Рон встал и протянул ей руку. Астория слегка покраснела, а затем вложила свою ладонь в его. — Подожди минутку, хорошо? — она достала палочку и укоротила своё платье заклинанием. — Вот так гораздо лучше, — сказала Астория, покружившись на месте. — В этой длинной юбке было ужасно неудобно двигаться. Понятия не имею, о чём думала Дафна. Рон рассмеялся. — Для слизеринки ты довольно забавная. — Я предпочту сделать вид, что не услышала этого замечания, — ответила Гринграсс, снова взяв его за руку и выводя на танцпол. — Вы ведь, Уизли, чистокровные, верно?

***

Софи и Филипп в полном восторге побежали в сад. Когда они добрались туда, Гермиона и Драко всё ещё самозабвенно целовались. Оставшись по свою сторону защитного барьера, чтобы друзья не услышали их приближения, они незаметно отошли в тень и с улыбками наблюдали за ними. Гермиона и Драко наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, и прижались лбами друг к другу. Они смотрели друг другу в глаза, пока Малфой нежно гладил Гермиону по щеке. Она улыбнулась. — До того, как мы решим начать всё сначала, мне нужно, чтобы ты сначала сделал одну вещь. Что-то вроде испытания. — Назови что угодно, и я это сделаю, — ответил Драко, отчаянно желая доказать ей, что достоин её. Гермиона мягко высвободилась из его объятий и достала свою палочку. — Экспекто Патронум, — сказала она, и из палочки вырвалась полупрозрачная выдра. — Теперь ты. И обязательно думай обо мне, когда будешь колдовать. Драко достал свою новую палочку, в которой Гермиона сразу узнала ту, что вырезала сама. — Экспекто Патронум, — сказал он, вспоминая их последнюю ночь во Франции. Его дракон появился и стал немного меньше, чем в прошлый раз, но по-прежнему выглядел таким же величественным и сильным. Когда выдра подплыла к нему, дракон не попытался на неё напасть. — Довольна? — спросил он. — Пока нет, — ответила она, хватая его за воротник и притягивая к себе для страстного поцелуя. Драко с готовностью ответил на её пыл, умело лаская её язык своим, а затем снова поднял руки и обхватил её лицо ладонями. Её выдра и его дракон начали кружиться в танце. Гермиона и Драко нехотя отстранились друг от друга, тяжело дыша, и снова встретились взглядами. Оба улыбались. — Что заставило тебя передумать? — спросила Гермиона, крепко обнимая его за талию. Она больше не осмелится его отпустить. — Я не знаю, был ли я когда-либо полностью в этом убеждён, — признался он. — Это риск, Гермиона. Мне нужно, чтобы ты это поняла. — Я понимаю, — сказала она, прижимаясь к нему ещё крепче. — И я готова рискнуть, если это означает, что я смогу быть с тобой. Я люблю тебя, Драко. По щеке Малфоя скатилась слеза. Он наклонился и поцеловал её в лоб. — Я тоже люблю тебя, Гермиона. Больше всего на свете. До этого момента Гермиона была в состоянии держать себя в руках, но услышав от него эти слова — слова, которые уже не надеялась услышать вновь, — больше не смогла сдерживаться и расплакалась от счастья. — Твой отец сказал, что не отречётся от тебя, — проговорила она, смеясь сквозь слёзы. — Знаю, — ответил Драко, смеясь вместе с ней. — Я думаю, дементоры здорово прочистили ему мозги. — Или он просто очень любит тебя. Внезапно по всему саду заиграла музыка. Вокруг запорхало несколько светлячков, и звук, казалось, исходил от них. Гермиона и Драко огляделись, пока не заметили два знакомых силуэта, притаившихся в тени кустов. — Софи! — крикнула Гермиона. — Фип! — одновременно с ней крикнул Драко. — Фип? — переспросил Филипп, поднимаясь на ноги. Он впервые услышал, как Драко называет его этим прозвищем. — Не обращайте на нас внимания, — сказала Софи, снова усаживая мужа обратно. — Просто представьте, что нас здесь нет. Гермиона и Драко рассмеялись. Вновь посмотрев друг на друга, Малфой протянул ей руку. Она вложила свою ладонь в его, и он закружил её, а затем заключил в объятия и они начали танцевать в такт музыки. Филипп обнял Софи за плечи, и молодожёны с радостью на лицах наблюдали, как перед ними танцуют их друзья первый из многих танцев, которым ещё только предстояло случиться. — Ты знаешь, со вчерашнего дня лето официально закончилось. Значит ли это, что у нас больше не будет летнего романа? — спросил Драко, приподняв брови. Гермиона рассмеялась, уткнувшись лицом ему в плечо. — Похоже, что так. А как насчёт осеннего романа? — Только если ты не против, чтобы за ним последовал зимний. Она улыбнулась. — А там и весна наступит раньше, чем мы успеем оглянуться. — А за ней снова придёт лето… Может, тогда устроим роман длиною в целый год? — До тех пор, пока не надоедим друг другу. Драко потёрся носом о её щёку. — Что-то не сходится. По-моему, за это лето мы успевали надоедать друг другу чуть ли не каждый день, и всё равно сейчас стоим здесь. Гермиона хихикнула. С этим было трудно поспорить. Он завладел ею. — Не хочешь продолжить этот танец уже на празднике? Там, между прочим, есть настоящий танцпол. Малфой ухмыльнулся. — Какая же ты язва. Грейнджер ухмыльнулась в ответ. — Училась у лучшего. Ну что, идём? — спросила Гермиона, прекращая танец и протягивая ему руку. — Не думаю, что Уизли будет в восторге от моего появления… так что да, — ответил Драко, беря её за руку. — Пойдём. Гермиона закатила глаза. — Поверь, Рон — наименьшая из наших проблем. Никто не станет швырять в нас проклятиями, как это было бы на свадьбе слизеринцев, но дружелюбного приёма тоже не жди. — С недружелюбным отношением я справлюсь, — усмехнулся Малфой. — Если помнишь, я и сам никогда не был образцом приветливости. — Правда? Кто бы мог подумать. — Ой, замолчи. — Заставь меня. И Малфой действительно заткнул ей рот своим собственным. Когда поцелуй закончился, они обменялись немного нервными улыбками. Затем Гермиона наложила на него чары приглашения, и, держась за руки, они направились к свадебному шатру. — Догоняйте, мистер и миссис Прайор! — крикнул Драко друзьям через плечо. — Кажется, сегодня вечером нам не помешает пара высококвалифицированных телохранителей. — С удовольствием! — выкрикнула Софи, первой бросаясь вперёд с высоко поднятой волшебной палочкой. Филипп мчался следом, тоже размахивая палочкой. — Ваша задача — защищать нас, а не запугивать всех вокруг! — крикнула им вслед Гермиона. — Да, мамочка! — хором ответили они и, послушно убрав палочки, продолжили путь. Гермиона оглянулась на Драко, и они обменялись улыбками. — Ну что ж, будь что будет, — сказала она, крепче сжимая его руку. — После того, как мы поймали пару драконов, это и правда кажется сущей мелочью, — сказал он, сжимая её руку в ответ. Они обменялись ещё одним коротким поцелуем и вместе пошли дальше. Несмотря на трудности, которые, без сомнения, ждали их впереди, Гермиона и Драко были готовы. Они знали, что их совместная жизнь не будет лёгкой, поскольку многие волшебники и ведьмы уже желали им провала. Но, тем не менее, они собирались попытаться. Когда лето только началось, ни один из них не ожидал, что влюбится. Но теперь, когда это произошло, они собирались сделать всё возможное, чтобы сохранить свою любовь. Война изменила многое. Гермиона Грейнджер и Драко Малфой не стали исключением.