Техническое название

ЭПИЗОД 10: СЛИШКОМ МНОГО СОВПАДЕНИЙ Часы на прикроватной тумбочке показывали чуть больше девяти, но будильник молчал — в выходной он был ей не нужен. Солнечный свет просачивался сквозь неплотно задернутые шторы, ложась тёплыми полосами на пол и край кровати. Где-то за окном перекликались птицы, а с улицы доносился далекий шум редких машин и чьи-то приглушенные голоса. Тэрри спала, зарывшись лицом в подушку, раскинув одну руку поверх одеяла. Рыжие пряди выбились из хвоста и разметались по подушке, дыхание было ровным и спокойным — таким бывает только тогда, когда человеку наконец некуда спешить. В квартире царил лёгкий, почти уютный беспорядок. На кухонном столе остались две кружки с засохшими кругами от чая и пустая бутылка из-под вина, небрежно отставленная к краю. На спинке стула висела её куртка, брошенная туда накануне, рядом — рюкзак, наполовину открытый, с торчащими тетрадями и зарядкой. В гостиной на полу лежала книга, раскрытая где-то на середине, как будто Тэрри собиралась дочитать главу и уснула прямо с ней в руках. Но этот беспорядок не раздражал — наоборот, он казался живым. Дом выглядел обжитым, тёплым, немного неуклюжим, но своим. Солнечный луч медленно дополз до её лица, коснулся ресниц, и Тэрри тихо вздохнула во сне, чуть поморщившись, но так и не проснулась. Выходные были редкой роскошью, и она цеплялась за каждую лишнюю минуту сна, будто за маленькую передышку между прошлым и будущим. Резкий, настойчивый звонок в дверь ворвался в сон. Тэрри вздрогнула, недовольно перевернулась на другой бок и на секунду решила, что ей просто приснилось. Но звонок повторился — громче, требовательнее. — Мм… да чтоб тебя… — пробормотала она в подушку и нехотя приподнялась на локтях. Голова была тяжёлой, мысли путались, и только через пару секунд до неё дошло: это действительно в дверь. Настоящую. В ее квартиру. Сонно щурясь, она прошлёпала босыми ногами по коридору, даже не удосужившись посмотреть в глазок. — Иду… — буркнула она больше для себя, чем для того, кто стоял за дверью, и повернула замок. Дверь распахнулась — и Тэрри замерла. В коридоре стоял мужчина в полицейской форме. Высокий, с каштановыми волосами, чуть растрепанными ветром, которые падали на лоб и уши. Куртка расстегнута, в руках папка, взгляд внимательный и настороженный, но вовсе не агрессивный. Он тоже на секунду замер, оценивая картину: заспанная девушка, в большой футболке, босиком, с растрепанными волосами и совершенно потерянным выражением лица. — Мисс Уильямс? — начал он, но договорить не успел. Тэрри моргнула… и только в этот момент поняла, в чём она стоит перед полицейским. Щёки мгновенно вспыхнули. — Ой… боже, простите… — выпалила она, поспешно отступая в сторону. — Проходите… я… сейчас… Она буквально влетела обратно в квартиру, оставив мужчину стоять в прихожей, и исчезла в спальне. Послышался глухой стук ящика, шорох ткани, тихое: — Господи, Тэрри, молодец… просто великолепном Тэрри… Через минуту она вернулась — уже в штанах, с наскоро собранными в хвост волосами и всё ещё слегка покрасневшим лицом. — Извините, я спросонья… не подумала… — пробормотала она, неловко улыбнувшись и жестом указав в сторону гостиной. — Проходите, пожалуйста. Офицер кивнул, делая шаг внутрь, и бегло оглядел квартиру — беспорядок, кружки, книга на полу, разбросанные вещи. — Ничего страшного, — спокойно ответил он. — Простите, что побеспокоил так рано. Но по его тону было ясно: пришёл он не просто так. — На будущее… всё-таки лучше сначала спрашивать, кто за дверью. Тэрри неловко улыбнулась и кивнула. — Да… вы правы. Простите, я просто… не совсем проснулась. В её взгляде уже читался вопрос — тревожный, настороженный. И Ник это заметил. Он явно не собирался тянуть. — Мисс Уильямс, прошу прощения за беспокойство, — начал он уже официальнее. — Меня зовут Николас Уайлд, я офицер полиции Эштона. Мне нужно задать вам несколько вопросов. И я бы попросил вас проехать со мной в участок. Слова прозвучали спокойно, почти буднично, но для Тэрри они ударили, как холодной водой. Внутри всё сжалось. Участок. Полиция. Вопросы. Она лихорадочно перебирала в голове последние дни, встречи, разговоры — и не находила ничего, что могло бы привести к такому утру. А значит… мысль, от которой перехватило дыхание, всплыла сама собой. Отец или бывший парень. Сердце неприятно екнуло, и Тэрри настороженно посмотрела на офицера. — А… а мы не можем обойтись без участка? — осторожно спросила она. — Я просто… я не хочу… Слова повисли в воздухе, так и не сложившись в полноценное объяснение. Мужчина тут же поднял ладонь в успокаивающем жесте. — Пожалуйста, не нервничайте. Я вас ни в чем не обвиняю, если вы этого боитесь. Мне действительно нужно задать вам всего пару вопросов. Обычная формальность, ничего больше. Он говорил уверенно, без нажима, без угрозы. На вид ему было около двадцати пяти, может, ближе к тридцати: мягкие черты лица, спокойный взгляд, чуть усталая, но доброжелательная улыбка. Совсем не похож на человека, который пришел с плохими новостями… хотя именно это пугало еще сильнее. Тэрри колебалась несколько секунд, чувствуя, как внутри борются тревога и здравый смысл. Если она ни в чём не виновата — то скрываться ей точно не от чего. — Хорошо… — наконец выдохнула она. — Я поеду. — Спасибо, — кивнул Николас. — Я подожду здесь, пока вы соберётесь. Он остался в гостиной, а Тэрри ушла в спальню, на ходу натягивая худи и засовывая ноги в кроссовки. Руки чуть подрагивали, когда она застегивала молнию и проверяла, на месте ли телефон и кошелек. Через десять минут они уже спускались по лестнице. Утренний воздух был прохладным и свежим, солнце всё ещё стояло низко, заливая двор мягким светом. Тэрри поймала себя на странной мысли: ещё полчаса назад она мирно спала в своей кровати, а теперь едет в полицейский участок, не имея ни малейшего понятия — зачем. И это пугало куда сильнее, чем если бы она знала причину. Мужчина открыл ей дверь машины и, почти по-старомодному, подал руку. Тэрри на секунду замешкалась, потом осторожно вложила ладонь в его и неловко опустилась на пассажирское сиденье. Рюкзак она прижала к себе, будто это было единственное, что удерживало её в реальности. Ник закрыл дверь, обошел капот и сел за руль. Двигатель завёлся тихо, почти мягко, и машина плавно тронулась с места. В салоне повисла неловкая тишина. Тэрри смотрела в окно, избегая встречаться с ним взглядом. Дома, витрины, деревья — всё скользило мимо, будто кадры из фильма, который она смотрела, не совсем понимая сюжет. Пальцы сжимали лямку рюкзака так крепко, что побелели костяшки. — Ещё раз скажу, — спокойно произнёс Ник, не отрывая глаз от дороги, — вам не о чем беспокоиться. Это обычная процедура. Никаких обвинений, никаких проблем. Тэрри кивнула, хотя он этого не видел. — Я понимаю… — тихо ответила она, больше для себя, чем для него. За окном начал накрапывать дождь. Сначала редкие капли, потом чуть гуще. Дворники лениво смахивали влагу со стекла, оставляя за собой чистые дуги. И именно в этот момент в сознании Ника всплыло воспоминание. Совсем неожиданно и совсем не к месту. Тогда тоже шел дождь. Такой же мелкий, противный, цепляющийся за куртку и волосы. И тоже было начало сентября — еще тепло, но уже с ощущением, что лето ушло и не собирается возвращаться. Тогда он был стажером. Слишком молодым, слишком уверенным в том, что мир делится на простое «правильно» и «неправильно». И слишком плохо понимал, что некоторые истории не имеют четких границ. Он давно не думал об этом дне. И уж точно не ожидал, что память решит напомнить о нем именно сейчас. Ник мельком посмотрел на девушку рядом — рыжие волосы, напряженная поза, упрямо сжатые губы, взгляд, приклеенный к стеклу. И тут же мысленно одернул себя. Глупости. Совпадение. Просто дождь и сентябрь. Прошлое не имеет отношения к настоящему. А работа полицейского — опираться на факты, а не на всплывающие образы и старые тени. Он глубже вдохнул, сосредотачиваясь на дороге, и загнал воспоминание куда-то на задворки сознания, туда, где ему и следовало оставаться. По крайней мере… так он хотел думать.

* * *

Полицейский участок, за последние годы едва ли претерпел какие то изменения. Шеф сменился, сотрудники новые появились, но само здание и работа живут в своем ритме. В коридоре гудели лампы, отдавая резким белым светом, а где-то за стенами доносились приглушённые голоса и редкие шаги. Короткое объяснение у стойки, фамилия, кивок дежурного — и вот они уже заняли место на жесткой лавке под дверью кабинета дежурного. Уэйд устроился, прислонившись спиной к стене, вытянув ноги и скрестив руки на груди. Он то и дело бросал взгляд на часы — не демонстративно, а скорее по привычке, как человек, который всегда считает время, даже когда от него уже ничего не зависит. Телефон в кармане завибрировал. Он машинально достал его, глянул на экран — Венди. Большим пальцем смахнул вызов, быстро набрал сообщение: “позже перезвоню”. И тут же убрал телефон обратно в сумку, словно боялся, что если задержится на секунду дольше - сорвется и уйдет. Перед ним, не находя себе места, ходил взад вперед Энди. Он то запускал пальцы в волосы, то резко останавливался, будто собирался что-то сказать, но в последний момент передумывал. Нога подрагивала, шаги отдавались глухо по полу, и от этого ритма становилось только хуже. Уэйд наблюдал за ним пару секунд, потом всё-таки выпрямился и спокойно сказал: — Да придёт он. Сейчас всё узнаем. Просто… подожди, ладно? Энди резко остановился. — Я не понимаю, сколько можно, — голос его был уже на грани. — Он ещё час назад должен был прийти. Какого чёрта вообще… Он махнул рукой в сторону двери, будто там сидел лично виноватый во всём мире человек. Уэйд, чтобы хоть чем-то занять руки, потянулся к зеленой резинке на запястье, собрал свои длинные волосы на затылке и снова сцепил пальцы. — Ты себя накручиваешь, — ровно сказал он. — Это никогда не помогает. — А сидеть и делать вид, что всё нормально — помогает?! — огрызнулся Энди, но злости в голосе было меньше, чем отчаяния. Он снова прошёлся по коридору и сел рядом, резко, будто больше не было сил ходить. — Она пропала, Уэйд, — выдохнул он. — Просто… исчезла. И никто ничего не знает. Уэйд посмотрел на него уже внимательнее. — Мы пока не знаем, что она пропала, — спокойно, почти упрямо ответил он. — Мы знаем, что она не отвечает на звонки. Это не одно и то же. Энди хмыкнул, без капли веселья. — Ты сам в это веришь? Ответить Уэйд не успел. Из холла донеслись голоса — негромкие, служебные, вперемешку с шагами. Оба почти одновременно повернули головы. По коридору к ним шёл офицер. Каштановые волосы чуть растрепаны, форма сидит аккуратно. Они оба его прекрасно знали. Энди этого было достаточно. Он вскочил с лавки так резко, что та скрипнула под ним, и шагнул навстречу офицеру. — Эй! — голос сорвался громче, чем он собирался. — Вы издеваетесь? Мы тут уже чёрт знает сколько сидим! Мне кто-нибудь вообще собирается объяснить, что происходит?! Уэйд сделал движение, будто хотел его остановить, но опоздал. Пока Энди шёл прямо на Уайлда, почти упираясь в него грудью, взгляд Уэйда скользнул чуть в сторону. Чуть поодаль, за спиной офицера, стояла девушка. В большой куртке, с рюкзаком, прижатым к груди, она неловко переминалась с ноги на ногу, разглядывая участок — стены, людей, коридоры, словно пыталась понять, куда вообще попала и что здесь делает. Уэйд чуть склонил голову, прищурился, вглядываясь внимательнее. И в тот же миг узнал. Рыжие волосы. Те же зелёные глаза. Та самая девчонка, в чьей квартире он застал свою помощницу, на прошлой неделе. Она сидела на диване, пила вино и смущённо улыбалась, тогда он ведь так нелепо сбежал. Она, будто почувствовав на себе взгляд, подняла глаза — и на долю секунды встретилась с ним взглядом. И тут же отвела его. Слишком быстро. Слишком резко. Уэйд напрягся. А тем временем Энди продолжал: — Если вы думаете, что можете вот так просто держать нас тут и… — Мистер, — спокойно, но уже заметно строже перебил его Уайлд. — Понизьте тон, пожалуйста. Он перевёл взгляд с Энди на Уэйда, потом снова на Энди. — Я понимаю, что вы на нервах. Но сейчас вы мне не помогаете. Энди сжал челюсти. — Тогда объясните. Офицер выдохнул, будто собираясь с мыслями, и повернулся к Тэрри. — Мисс Уильямс, подождите, пожалуйста, здесь. Я сейчас вернусь. Тэрри кивнула — тихо, почти незаметно — и сделала шаг в сторону стены, будто стараясь стать как можно менее заметной. Уэйд проводил её взглядом, и в груди неприятно сжалось ощущение, что всё это — не совпадение. Совсем не совпадение. Уайлд снова повернулся к Энди, открыл дверь кабинета и кивнул внутрь. — Пройдемте. Энди даже не стал оглядываться — шагнул сразу, с той самой решимостью, которая появляется, когда страх уже почти догнал. Дверь закрылась. Тэрри осталась стоять у стены, чувствуя себя здесь максимально неуместно. Слишком много форменной одежды, слишком резкий свет, слишком чужие лица вокруг. Всё внутри требовало либо сбежать, либо хотя бы сделать вид, что её здесь нет. Уэйд заметил это почти сразу. Он откашлялся, будто собираясь с духом, и повернулся к ней. — Привет… Тэрри? — осторожно сказал он. — Я правильно запомнил? Она слегка кивнула и, помедлив, опустилась на лавку рядом. Сидеть оказалось проще, чем стоять под этим бесконечным светом. — Меня Уэйд зовут, — продолжил он. — Прости, кажется, наше знакомство сразу не задалось. Так что предлагаю начать заново. — Приятно познакомиться, Уэйд, — тихо ответила она. — Венди много про тебя рассказывала. — Надеюсь, хорошее, — уголок его губ приподнялся в лёгкой улыбке. Он говорил спокойно, без резких движений, и это неожиданно действовало успокаивающе. — Не ожидал тебя тут увидеть. — Да я тоже… как-то, — Тэрри неловко пожала плечами. — Офицер толком и не сказал зачем. Просто… задать пару вопросов насчет мисс Лейн. Я сама не понимаю, если честно. Он даже не сказал, кто это. Я не стала спрашивать… не люблю я такие места. Имя прозвучало будто между делом. Но Уэйд его услышал. На мгновение он замер. Совсем чуть-чуть — ровно настолько, чтобы это заметила только она. Взгляд скользнул в сторону, челюсть чуть напряглась, но уже в следующую секунду он снова повернулся к ней, будто ничего не произошло. — Да уж, — выдохнул он. — Участок - не самое приятное место. Особенно утром в выходной. Не переживай, тебе тут никто ничего плохого не сделает. Всё не так страшно, как кажется. Он сам не понял, как это вышло — просто потянулся и на короткое мгновение приобнял её за плечи. Легко, почти неловко, будто сам тут же собирался отдернуть руку. Но Тэрри не отстранилась. И даже, кажется, чуть расслабилась. — Спасибо… — выдохнула она и впервые за всё утро слабо улыбнулась. Уэйд хотел сказать что-то ещё, но в этот момент дверь соседнего кабинета открылась. На табличке значилось: ШЕФ Г. Ч. Ройс. В коридор вышел мужчина солидного вида — аккуратная форма, очки, ровные усы, спокойный, тяжёлый шаг человека, которого здесь слушаются без лишних вопросов. Он задержал взгляд на них. Особенно — на девушке. Внимательно. Оценивающе. Но без открытой враждебности. Ничего не сказал. И просто прошёл мимо. Уэйд, сидящий рядом, в этот момент отвел взгляд и не попытался поздороваться. Даже не посмотрел ему вслед. Тэрри это заметила. И это ей совсем не понравилось. Слишком много в последнее время странного внимания к ее персоне. Неловкость между ними повисла в воздухе — та самая, когда вроде хочется что-то сказать, но любое слово кажется лишним. И в этот момент дверь кабинета распахнулась. На пороге стоял Энди. Лицо напряженное, челюсть сжата, движения резкие, будто он всё это время держал себя в руках и вот-вот сорвется. Он окинул взглядом коридор и тут же заметил Уэйда… и девушку рядом с ним. На секунду нахмурился — явно собираясь что-то спросить, — но тут же отбросил эту мысль, словно сейчас это было самым неважным из возможных вопросов. — Пошли, — бросил он Уэйду. — Съездим ещё в одно место. Никто ничего не знает, но… — он нервно провел рукой по волосам. — Но будут её искать. Он говорил быстро, рвано, с плохо скрываемым раздражением — не столько на людей в этом здании, сколько на саму ситуацию, в которой никто не мог дать ему внятного ответа. — Я понимаю, что у них пока слишком мало информации, но… — он резко выдохнул. — Чёрт, мне от этого не легче. Уэйд уже поднялся. Он коротко посмотрел на Тэрри, кивнул ей и тихо сказал: — Увидимся, ладно? Она успела только кивнуть в ответ, и в следующую секунду он уже шагал вслед за Энди по коридору, не оглядываясь. Их шаги быстро затихли. Тэрри осталась одна. — Мисс Уильямс, — раздался голос сбоку. Она вздрогнула и повернулась. Офицер Уайлд стоял в дверях кабинета, придерживая её рукой. — Прошу, пройдемте. Тэрри сделала глубокий вдох и шагнула внутрь, даже не представляя, что именно ей сейчас придется услышать. Дверь закрылась за её спиной. Ник указал ей на стул напротив стола и сам вернулся на своё место. Кабинет был небольшим, но аккуратным. На стенах висели карты города с отмеченными районами, несколько фотографий в рамках —, судя по всему, с коллегами, — и стандартные полки с папками, подписями и номерами дел. На столе — компьютер, стакан с ручками, стопка документов и кружка с уже остывшим кофе. Ничего личного. Тэрри опустилась на стул, поставила рюкзак у ног и чуть поерзала, стараясь устроиться удобнее, хотя удобным это место быть не могло по определению. Она тяжело выдохнула и сцепила пальцы на коленях. Ник сел напротив, открыл папку и на секунду посмотрел на неё поверх очков, словно еще раз оценивая, как лучше начать разговор. — Итак, как и обещал, — спокойно сказал он, — я просто задам вам пару вопросов. Тэрри кивнула, хотя внутри всё сжалось. — Вчера в парке мы нашли тело девушки. Слова прозвучали спокойно. Тэрри вздрогнула, но сделала логичный вывод что офицер явно не первый день работает. Воздух будто резко стал тяжелее, и на секунду ей показалось, что она не может вдохнуть. Но вместе с этим пришло и странное облегчение — внезапное и почти стыдное. Это не отец, не бывший парень. Это не прошлое, которое догоняет её. Но вместо этого появилось другое, куда более пугающее «почему». — Но… — она сглотнула. — Но какое отношение я к этому всему имею? Ник чуть наклонился вперёд. — Мы установили личность погибшей, — сказал он мягче. — Кэсседи Лейн. Кэсси, как ее называли друзья. Тэрри замерла. Глаза расширились, и она машинально закрыла рот ладонью, будто боялась, что сейчас вырвется крик. Несколько секунд она просто смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Ник дал ей эту паузу. Затем продолжил: — На днях она была в баре. Мы поговорили с барменом, который рассказал, что в тот вечер она уехала с девушкой. — он сделал короткую паузу. — И, как мы выяснили, это были вы. Тэрри медленно опустила руку. Сердце билось где-то в горле. — Мисс Уильямс, — спокойно сказал он, — что вы можете рассказать о том вечере? Ник откинулся на спинку стула, давая ей немного пространства, и кивнул — спокойно, без нажима. — Это была пятница. Я в городе недавно… мне хотелось отвлечься. А в баре… время было уже заполночь, я уже хотела уйти домой, как вдруг заметила, что к ней пристает какой-то мужик. Я влезла и спросила, всё ли у неё хорошо. Бармен ведь вам это рассказал? — Тэрри посмотрела на офицера так, будто боялась что-то забыть, упустить, не сойтись в показаниях со свидетелем. Ник медленно кивнул, делая пометку в блокноте. — Да. Он также сказал, что вы помогли ей вызвать такси. — Я проводила её до машины. Хотела уже уйти, как она вдруг попросила поехать с ней. Говорила, что ей страшно… Ник поднял взгляд. — Вы ведь тоже пили в тот вечер? Тэрри чуть сжала губы, но кивнула. — Да. Но не настолько, чтобы не соображать. Понимаете, я хотела ей помочь… мне вдруг так жаль её стало. Я согласилась, назвала водителю адрес, который мне Кэсси в баре продиктовала, и поехала с ней. Уже в машине она назвала мне свое имя. — Помните адрес? — Нет, простите. Я тогда написала его на салфетке. Я не очень знаю географию города, но мне показалось, что это окраины. В машине мы почти не говорили… кажется, она плакала, но всё равно пыталась сделать вид, что всё нормально. Кажется, так… — Что было потом? Вы просто проводили её до дома? Тэрри нахмурилась, словно перебирая в голове разрозненные кадры той ночи. — Нет… точнее, да. Она попросила побыть с ней. Кэсси пыталась казаться дружелюбной, кажется. Она долго не могла найти ключи, когда мы вошли — извинялась за бардак. По всему дому были неразобранные коробки, мне показалось, что она недавно переехала. Ник снова что-то быстро записал, потом поднял на неё внимательный взгляд. — О чём вы говорили в ту ночь? Тэрри замялась. Пальцы сжали край рюкзака, будто ей нужно было за что-то держаться. — Я… я не знаю… ну то есть… мне показалось это странным, и я, наверное, не до конца помню… — Говорите как есть, — мягко, но настойчиво сказал Ник. — Сперва она рассказала мне о каком-то парне. О том, как по её глупости закончились их отношения. Понимаете, ей хотелось выговориться, а я просто слушала. — Она называла имя? — Нет. Но она показала их фото. У него татуировка большая на левой руке и волосы тёмные… длинные, кажется. Кэсси выглядела такой несчастной. Она всё твердила о том, что хотела начать сначала… всё. Тэрри вдруг замолчала, уставившись в пол. Ник сразу понял — это не всё. Он отложил ручку, сцепил пальцы и чуть подался вперёд: — Мисс Уильямс… мне важна любая деталь. Даже если вам кажется, что это не имеет значения. Тэрри глубоко вдохнула, словно собираясь с силами, и заговорила тише: — Понимаете… в какой-то момент мне показалось… нет, думаю, точно — она как будто говорила не со мной. Называла меня Эм… просила прощения. Простите, я, наверное, не смогу вспомнить всё… я с трудом понимала, о чём она говорит. Ей нужно было сказать, а я просто слушала. Она сглотнула, взгляд скользнул в сторону окна. — Ближе к утру мы просто сидели на диване, и она плакала. Около четырёх часов она уснула. Меня тоже начало вырубать, но я решила, что лучше будет поехать домой. Я… перед уходом написала своё имя и номер на бумажке и оставила на столе. Написала, что она может позвонить мне в любой момент. Мне не хотелось её бросать, но я ужасно устала… Голос дрогнул. Тэрри поспешно вытерла выступившие слёзы рукавом. — Офицер… то есть вы же не хотите сказать, что… Ник мягко поднял ладонь, останавливая её. — Нет, мисс Уильямс. Я ни в чём вас не обвиняю. И вы себя не вините. Но мне важно знать всё, что вы можете вспомнить. Тэрри кивнула, шумно выдыхая. — А вы… понимаете, о чём она говорила? Ник на секунду замер. В голове всплыли собственные догадки, цепляясь одна за другую, но он тут же загнал их глубже. — Пока рано делать выводы, — уклончиво ответил он и сменил тему. — Спасибо, ваши сведения действительно могут помочь пролить свет на случившееся. Но, мисс Уильямс… расскажите мне о себе. Как вы сами сказали вы в городе недавно. — Я просто решила что-то поменять в своей жизни. Вот и приехала сюда, — в её голосе мелькнуло раздражение, почти защита. — Это что, преступление какое-то? Ник внимательно посмотрел на неё. — Нет, конечно нет. Просто мне хотелось бы видеть полную картину. Всё-таки так внезапно перебраться в нашу глушь… тем более молодой девушке… — он чуть склонил голову. — Я, признаться, нахожу это странным. — В вашем деле вряд ли имеют значение мои решения, — холоднее ответила Тэрри. — Всё, что знала, я вам рассказала. Ник медленно кивнул. Он чувствовал: дальше она не пойдёт. Но и отпускать ситуацию полностью не собирался. — Хорошо. Тогда оставьте, пожалуйста, свой номер. И пока прошу вас не уезжать из города. Возможно, нам понадобится ещё раз поговорить. Тэрри кивнула, записывая номер на листке, и протянула его через стол. Ник взял бумажку, посмотрел на неё ещё раз — и тихо сказал: — Спасибо, мисс Уильямс. Вы очень помогли. Тэрри попрощалась с офицером, вышла в коридор и тут же уткнулась взглядом в рюкзак, на ходу пытаясь найти телефон. Мысли всё ещё путались, слова Ника эхом крутились в голове, и потому она совсем не смотрела вперёд. Столкновение получилось резким. Она буквально врезалась в грудь мужчине, который шёл в сторону кабинета. — Ой… простите! — выпалила она, машинально отступая на шаг. Он был значительно выше её. В форме, с черными волосами, аккуратно зачесанными назад, и тем самым выверенным спокойствием в движениях, которое сразу выдавало человека, привыкшего всё держать под контролем. Неброский, не холодный — просто слишком собранный, слишком правильный, словно каждая деталь в нём стояла на своём месте. Тэрри успела уловить это за долю секунды — и тут же покраснела от собственной рассеянности. — Извините… я просто… — она неловко улыбнулась и поспешно направилась к выходу, не поднимая глаз. Мужчина ещё несколько секунд смотрел ей вслед, он выглядел так будто призрака увидел, но тут же поспешил вернуть себе невозмутимый вид.