Методом тыквы

Прошло две недели. Две недели с тех пор, как Кагеяма наконец сказал всё, что должен был сказать. Две недели с тех пор, как Хината перестал изображать Цукишиму и начал просто быть собой. Две недели с тех пор, как Нишиноя наконец выдохнул и перестал чувствовать себя виноватым. Жизнь вошла в новое русло. Они по-прежнему ходили в школу, тренировались, ели карри в кафе. Но теперь между ними было что-то ещё. То, что не видно со стороны, но ощущается кожей. — Кагеяма, — сказал Хината однажды вечером, когда они сидели в пустом спортзале после тренировки. — М? — А ты помнишь тот день, когда я подслушал вас с Нишиноей-саном? Кагеяма поморщился: — Я стараюсь забыть. — А я нет. — Хината улыбнулся. — Я тогда чуть не умер со смеху, когда ты сказал про "приёмные навыки, затрагивающие сердце". — Заткнись. — Ни за что. — Хината засмеялся. — Это теперь моё любимое воспоминание. Как ты репетируешь признание, а рядом стоит бедный Нишиноя-сан и пытается сделать из тебя актёра. Кагеяма закрыл лицо рукой: — Я ненавижу тебя. — Неправда. — Хината отодрал его руку от лица. — Ты меня любишь. — Это не мешает тебя ненавидеть. — Значит, будем любить друг друга и ненавидеть одновременно. — Хината чмокнул его в нос. — Это даже интереснее. Кагеяма вздохнул, но улыбнулся. — Знаешь, — сказал он, — я тогда очень боялся. — Чего? — Что ты откажешь. Или засмеёшься. Или расскажешь всем про осьминога. — Про осьминога я всё равно рассказал, — напомнил Хината. — Но это не со зла. — Я знаю. — Просто он слишком милый, чтобы молчать. — Он не милый. Он просто игрушка. — Ага. — Хината хитро прищурился. — Которую ты обнимаешь по ночам. Кагеяма открыл рот, чтобы возразить, но передумал. Спорить с Хинатой было бесполезно. — Ладно, — сдался он. — Пусть будет милый. — Вот видишь. — Хината довольно кивнул. — Прогресс налицо. Они посидели ещё немного, глядя на пустую площадку. — Кагеяма, — сказал вдруг Хината тихо. — Что? — Я правда рад, что ты тогда решился. Что не убежал, не спрятался, не придумал очередной дурацкий план. Просто сказал. Кагеяма повернулся к нему: — Я тоже рад. — И что теперь мы вместе. — И что теперь вместе. — И что у нас всё впереди. — Всё впереди, — эхом отозвался Кагеяма. Хината потянулся и поцеловал его. Легко, невесомо, но с таким чувством, что у Кагеямы перехватило дыхание. — Ты чего? — спросил он, когда Хината отстранился. — Просто так. — Хината улыбнулся. — Потому что могу. — Можешь, — согласился Кагеяма и поцеловал его в ответ. В спортзале было тихо. Только гудели лампы под потолком да где-то далеко хлопнула дверь. — Слушай, — сказал Хината, уткнувшись носом ему в плечо. — А что скажет Нишиноя-сан, если узнает, что мы тут целуемся? — А зачем ему знать? — Ну, мало ли. Он же теперь наш главный болельщик. — Пусть болеет на расстоянии. — Жестокий ты. — Хината засмеялся. — Он столько для нас сделал. — Он сделал дурацкий план, из-за которого я мучился две недели. — Зато теперь у нас есть история. — Хината поднял голову. — Классная, смешная, глупая история. Будет что внукам рассказывать. — Каким внукам? — опешил Кагеяма. — Ну, не знаю. — Хината пожал плечами. — Внукам наших внуков. Когда-нибудь. Кагеяма представил эту картину и понял, что Хината снова несёт какую-то чушь. Но чушь эта почему-то грела. — Ты невыносим, — сказал он. — Знаю. — И я тебя люблю. — Тоже знаю. — Хината улыбнулся. — Поэтому мы и вместе. *** Они вышли из спортзала, когда на улице уже стемнело. В коридоре было пусто. Только длинные тени от фонарей за окном. — Проводишь меня? — спросил Хината. — Провожу. Они пошли к выходу, держась за руки. В вестибюле их ждал сюрприз. На скамейке у входа сидел Нишиноя. В руках у него был телефон, и вид у него был такой, будто он только что выиграл в лотерею. — О, ребята! — радостно сказал он, вскакивая. — А я вас жду! — Нишиноя-сан? — удивился Хината. — Вы чего здесь делаете в такое время? — Жду вас, — повторил Нишиноя. — Хотел убедиться, что у вас всё хорошо. — У нас всё отлично, — сказал Кагеяма. — Вижу. — Нишиноя покосился на их сцепленные руки. — Очень рад. Он помолчал, потом добавил: — Я хотел извиниться. Ещё раз. За тот дурацкий план. Я правда не думал, что всё так обернётся. — Всё обернулось хорошо, — напомнил Хината. — Это сейчас хорошо. А могло быть плохо. — Но не было. Нишиноя посмотрел на них и улыбнулся: — Вы хорошие. Оба. Я рад, что у вас получилось. — Спасибо, Нишиноя-сан, — сказал Кагеяма. Серьёзно, без обычной своей хмурости. — Да ладно. — Нишиноя махнул рукой. — Я просто мимо проходил. В смысле, специально ждал, но это неважно. — А что у вас в телефоне? — спросил Хината, заметив, что Нишиноя прячет аппарат за спину. — В телефоне? — Нишиноя сделал невинное лицо. — Ничего. Так, фото. — Какие фото? — Разные. — Нишиноя попятился к выходу. — Ладно, мне пора. Удачи вам, ребята! До завтра! И он выбежал на улицу, прежде чем они успели спросить ещё что-то. — Странный он какой-то, — заметил Хината. — Он всегда странный, — пожал плечами Кагеяма. — Наверное. — Хината посмотрел на дверь, за которой скрылся Нишиноя. — Ладно, пойдём. Они вышли на улицу. Было прохладно, звёзды ярко светили на небе. — Кагеяма, — сказал Хината, когда они подошли к его дому. — Что? — Завтра увидимся? — На тренировке. — А после тренировки? — Можно в кафе. — С карри? — С карри. — С осьминогом? — НЕТ! — Ладно-ладно. — Хината засмеялся. — Я просто проверяю, не забыл ли ты, что я люблю пошутить. — Я помню. — И что ты меня любишь? — И это помню. Хината подошёл ближе и обнял его. — Я тоже тебя люблю, — сказал он тихо. — Очень. — Я знаю. — И это самое главное. — Самое главное, — согласился Кагеяма. Они постояли так немного, потом Хината отстранился. — Иди уже, — сказал он. — А то сестра будет волноваться. — Она не волнуется. Она с тобой переписывается. — Тоже верно. — Хината улыбнулся. — Тогда до завтра. — До завтра. Кагеяма пошёл к подъезду, но на полпути обернулся. — Хината! — Что? — Спасибо. — За что? — За то, что ты есть. Хината улыбнулся так ярко, что, казалось, звёзды померкли. — Это тебе спасибо, — крикнул он. — За то же самое! И помахал рукой. Кагеяма зашёл в подъезд и поднялся на свой этаж. Дверь открыла сестра. — Ну как? — спросила она с порога. — Всё хорошо. — Целовались? — Сестра! — Что? Я имею право знать. — Она улыбнулась. — Ладно, иди есть. Пирожки свежие. Кагеяма прошёл на кухню, сел за стол. Сестра налила чай, придвинула тарелку. — Тобио, — сказала она серьёзно. — Я правда рада за тебя. — Я знаю. — Он хороший. Этот твой Хината. — Знаю. — И осьминог у него теперь будет друг. Кагеяма поперхнулся чаем: — Какой друг? — Ну, Хината же будет приходить. Значит, у осьминога появится компания. Кагеяма представил эту картину: Хината и осьминог сидят на кровати и ждут его возвращения. Почему-то стало смешно. — Ты чего? — удивилась сестра. — Ничего. — Кагеяма покачал головой. — Просто подумал, что жизнь иногда бывает странной. — Жизнь всегда странная. — Сестра убрала посуду. — Особенно когда рядом есть те, кого любишь. — Это точно. *** Поздно вечером Кагеяма сидел в своей комнате и смотрел на осьминога. — Ну что, — сказал он, — теперь нас будет двое. Точнее, трое. Осьминог молчал, но, кажется, одобрял. — Он будет приходить. Иногда. И вы подружитесь. Осьминог, кажется, был не против. — И сестра будет печь пирожки. И фоткать нас. Осьминог, кажется, смирился. — И всё будет хорошо. — Кагеяма лёг на подушку и придвинул игрушку ближе. — Правда? Осьминог молчал. Но Кагеяма знал, что тот согласен. *** На следующее утро Хината прислал сообщение: «я уже у твоего дома выходи быстрее а то карри без нас съедят» Кагеяма улыбнулся и набрал ответ: «Выхожу». Осьминог остался на кровати. Смотреть в окно и ждать вечера. *** **Титры:** Через час в общем чате волейбольной команды появилось сообщение от Нишинои: «Нишиноя-сан: ребята я всё снял клянусь это лучшее что я видел в жизни» Через минуту пришло ещё одно: «Нишиноя-сан: они целовались в спортзале я заснял момент теперь это моё сокровище» И третье: «Нишиноя-сан: осьминог теперь официально член команды» Танака ответил первым: «Танака: ГЯАААА ПОКАЖИ!!!» Цукишима добавил: «Цукишима: Я же говорил, что они долго не продержатся. В смысле, в статусе "просто друзья".» Ямагучи поставил смайлик. Сугавара написал: «Сугавара: Я за них так рад! Нишиноя, скинь в личку, я маме покажу» Дайчи ответил: «Дайчи: Главное, чтобы на тренировках это не мешало. Хотя, судя по последним играм, только помогает.» Асахи добавил: «Асахи: Они такие милые...» Киёко поставила сердечко. А Хината, прочитав всё это, написал в личку Кагеяме: «Хината: нас уже обсуждают во всех чатах ты готов к славе?» Кагеяма ответил: «Кагеяма: Я готов к карри. Остальное подождёт.» Хината засмеялся и убрал телефон. Впереди был целый день. И карри. И ещё много всего. А осьминог ждал дома. *** **Конец.**