Разорвать цикл не всегда означает уйти

Джинкс не знала когда она проснулась, да и ее это мало волновало. Воспоминания, одно за другим, переносились перед глазами, не давая думать о чем-либо другом. Она с силой зажмурилась, но это ничуть не помогло. Глаза защипало, а несколько предательских слезинок не удержались и все же скатились по щекам. Она не знала где она, но кто достал из-под нее одеяло, укрывая её им, и смахнул слезы. Сейчас она знала лишь то, что внутри все горело. Все не должно было быть так. Все должно было закончиться по-другому. Сделай она хоть что-то по другому, все могло бы быть иначе. … бы не оставила её. Пиу пав пам Глаза начали болеть. Она слишком много плакала. Джинкс попыталась отвлечься, решив вспомнить как она тут оказалась. Упорно избегая воспоминаний о маленькой девочке, она вспомнила Кейтлин и её странное жалобно-растерянное лицо, будто Джинкс подарила ей грязного лягушонка и та не знала, что делать с ним, но при этом не хотела ее обидеть. Она вспомнила камеру, где сидела. Вспомнила Силко. Как к ней пришла Вай. Как она что-то говорила про хорошую сторону и отмывание ее грехов. Вроде так. Джинкс не была уверена, что правильно услышала. Она вспомнила как рыдала. Громко и долго. Конечно, она делала это и в камере, расплетая косы и вспоминая как маленькие ручки … перебирали их и заплетали вместе с ней. Вспомнила, как Силко, не замолкая, твердил о разрыве цикла. И он был прав. Так было правильно. Так было нужно. Вместе с … умерла какая-то ее часть. Та часть которую, как Джинкс думала, она давно похоронила. Паудер. Маленькая добрая Паудер. Заноза под ногтем. Или цветок среди засухи. Спустя годы она вышла наружу, наконец, найдя человека, которому пригодилась ее безграничная любовь. Но. После этого. Она ушла обратно. Намного глубже, чем была раньше. И, кажется, захватила с собой еще что-то. Что-то важное. Она пока не поняла что, но чувствовала как все рушится. Затем она вспомнила взрыв. Вспомнила ожог, который он начал оставлять на ней, а затем… Затем кто-то помог. Экко. Он пришел за ней. За Паудер. Снова. Ничему не учится. Даже если он говорил другое, она не могла ему поверить. Никому, кроме Силко и … не нужна была Джинкс. Ну и может Севики. Но Джинкс в это тоже не верила Точно. Экко, — вернулась к воспоминанию Джинкс. Он притащил её сюда. Севика. Потом она была в горячей воде и спала. Там во сне было хорошо. Все было хорошо. … бегала с ней. Вай была рядом. Бегала. Смеялась. Кажется, там была даже Кейтлин. Сурово смотрела на них, но была рядом. Экко маячил где-то на фоне. Он быстро подружился с … и они вместе играли. Что-то рядом зашаркало. Или зашуршало. Что-то сдвинулось. Надо посмотреть что это. Но тело, словно затвердевшее, не слушалось. Посмотри. Посмотри. Посмотри, — твердила она, но не могла пошевелиться. Еще несколько слезинок скатилось по её щекам от безысходности. Тело не слушалось. И Джинкс сдалась. Она закрыла глаза и снова попыталась погрузится в сон. Что довольно быстро ей удалось.

***

— Ну… Это наверное всё. После этого я вернулся в убежище, но услышал новости о баре и помчался туда. А там уже Джинкс… Ну… — Экко сглотнул, вспоминая ту ночь, но решил что не стоит о таком рассказывать. Слишком личное. К тому же он еще не понял, как Скар относится ко всему этому. — В общем, ей нужно была помощь и я… Я не мог оставить её там. Не после того мира… Паудер… И… В общем, да, — неловко закончил он и провёл рукой по лицу, стараясь стереть усталость. — Я понимаю. — Правда? И поддерживаешь мое решение привести её сюда? — с надеждой спросил Экко, автоматически от напряжения, сжимая в руках пустую бутылку из-под газировки. Скар на это задумчиво промолчал и уставился в пол. — Не могу сказать, что я поддерживаю это, — через время сказал он. — Джинкс сделала много дерьма нашим людям и мы долгое время с ней боролись. Но… — он снова замолчал взвешивая слова, а затем, наконец, поднял взгляд на друга и продолжил: — Но я понимаю тебя. Пока тебя не было у нас тоже была с ней своя история и я… Возможно, я немного поменял о ней своё мнение. Экко шокировано посмотрел на друга, не совсем веря в то что он говорит. Один за другим его люди, кажется, начинали думать иначе о Джинкс и даже верили в неё. Если бы кто-то сказал ему об этом год назад, он бы подумал что этот человек спятил. Но теперь он мог только поблагодарить Жанну и опустить тот факт, что не совсем верил в божество. — Это не значит, что я ей все простил, — тут же остудил его надежду Скар. — Но ради тебя, я готов дать ей шанс. Если ты веришь в нее...Если Прая в неё верит, думаю и я смогу попытаться. — Только Прае об этом не говори, — тихо усмехнулся Экко. Разумеется, Скар слышал их разговор. Комнатка была не такой уж большой, а его чирийские уши, что позволяли слышать все немного лучше других, были прекрасным дополнением. — Рано или поздно она сама поймет свою ошибку. Зато теперь мы знает, что нельзя отправлять её в разведку, — пошутил мужчина. — С такой внимательностью и врагов к нам приведет. И впервые за, кажется, вечность, Экко рассмеялся, чувствую что мир не так уж и сильно разрушается. Что-то всё ещё было в порядке и не поменялось. Лу от этого звука недовольно нахмурилась и заворочалась. — Она скоро проснется. Думаешь, твоя девчонка тоже? — Она не моя, — поправил его Экко, и возмущено скрестил руки на груди, чувствуя как горят щёки. — Ну, видимо, в той другой реальности, очень даже твоя, — многозначительно усмехнулся Скар. — Ой, иди ты, — Экко закатил глаза и поднялся с кресла, покидая комнату. В одном Скар был прав — пришло время проверить Джинкс. По пути к комнате, Экко свернул под лестницу и выкинул пустую банку. Затем поправил мусорные мешки. Заметил несколько фантиков и банок, выпавших из мешков, и положил их обратно в пакет. Поняв, что несколько пакетов заполнилось, он завязал их и уже хотел отнести к выходу, как вспомнил, что собирался к Джинкс. Он снова тянет время. Но что ему оставалось делать, если мысль о Джинкс теперь не успокаивала, а пугала. Если она уже проснулась, что он должен сказать ей? Предложить еды или воды? А если она не захочет? Может ее вообще нет в комнате и они с Севикой давно сбежали. Но серьезно… Он понятия не имеет как с ней говорить. Да, его поступок был эгоистичным, но он ни капли не жалел. И он поймет, если Джинкс будет зла на него. Чёрт, он даже будет рад этому. И вот, стоя перед дверью в её комнату, он понял, что не может зайти. Хотя, по сути, это была его комната и он мог входить в нее когда захочет. Но рука непослушно замерла над ручкой и он нервно сжал её в кулак несколько раз. Но до ручки так и не дотянулся. Сделав два глубоких вдоха и выдоха, Экко зажмурил глаза и все же открыл дверь в комнату. Севика сидела на стуле напротив кровати и читала книгу, чем очень поразила парня. К своему огромному стыду, он действительно думал, что она не умеет читать. Совсем забыл, что она при нём же принесла вчера эту книгу. Правда, названия книги было не разобрать — женщина быстро сложила ее и убрала к себе на колени. Но по новой, твердой обложке, было сразу ясно, что книга была новой и довольно дорогой. — Наконец-то заявился, — женщина закатила глаза и поднялась с места, потягиваясь и разминая явно затекшие мышцы. — Ты всё время здесь сидела? — недоуменно спросил Экко. — Разумеется нет. Но я ждала тебя, идиот, — Севика поправила сползшее с плеча Джинкс одеяло и положила книгу на тумбу рядом с кроватью. Наконец, парень прошел в глубь комнаты и тихо закрыл дверь, не отрывая глаз от девушки. Её волосы разметались по его подушке, а из-под одеяла, с того места где он стоял, виднелась её спина, в слишком большой футболке. Она открывала большое пространство у шеи и, отчего были заметны мурашки, покрывавшие кожу у шеи. Видимо, она замерзла. Экко не удержался и, аккуратно опершись одной рукой на матрас, подтянул ей одеяло. Случайно коснувшись рукой её спины, он тут же отдернулся. Джинкс была ледяной. Нервно переведя взгляд на её плечи, Экко напряжено посмотрел на неё, чтобы удостоверится, что она вообще дышит. Но плечи мерно поднимались и опускались, отчего переживаний меньше не стало. — Почему она такая холодная? — спросил он, слезая с кровати. — Не парься. Скоро согреется. И хотя это совсем не успокоило парня, он решил отложить это на потом. По взгляду Севики - по тому как она то и дело смотрела на дверь - он понимал, что она сомневается уходить ей или нет. Не доверяла ему? Поэтому так напряженно смотрела на него, практически не сводя глаз? — Она не просыпалась? — Просыпалась, — как-то странно разочаровано сказала женщина. — Полежала минут десять, снова расплакалась и уснула. — А когда… — Часов пять назад. Больше ничего, - с нажимом ответила она, заканчивая разговор. И как понять хорошо это или плохо? Его знания в области медицины ограничивались первой помощью и лечением от лихорадки и ломки. Видимо, придется позвать ей позже врача. — Посидишь с ней? Я тоже хочу выйти. — Оу, да. Конечно, — черт, он ведь даже завтрак ей не принес. — Там на кухне можешь пообедать со всеми. Могу проводить... — Я знаю где это, — и не глядя на Экко, женщина вышла. Несмотря на явное недовольство, дверь она закрыла медленно и тихо. Экко тяжело опустился на стул и потер лоб. Что-то с Севикой у него все никак не ладилось. Надо же было так оплашаться и забыть покормить её. Главное, об обеде для Джинкс он подумал, а о ней забыл. Джинкс, словно чувствуя, что он думает о ней, слегка заворочалась, но так и не проснулась. Прямо как Лу несколько минут назад. От этого сравнения парень не смог сдержать улыбки. Заняться было нечем, поэтому он решил осмотреться. Окна были зашторены Севикой, чтобы свет не попадал на Джинкс. Часы все также шли и показывали время 15:10. Значит, Джинкс просыпалась пока он был в столовой. А следственно, она проспала всю ночь. Вода, которую он принес вчера, была выпита лишь наполовину, но, судя по одному мокрому стакану, пила только Севика. Его ховерборд и z-драйв все также стояли у стены, где он бросил их вчера. Странно...он даже не помнит как сделал это. Внимание тут же привлек ховерборд — одна деталь на панели начала отсоединяться, а крепление сбоку было сильно поцарапано и держалось на последнем вздохе. Ну, будет чем заняться. Следующие три часа ушли на ремонт устройства. И то, даже так он его не закончил. Он бы еще сидел и сидел, игнорируя темноту за окном и желание перекусить, если бы не открывшаяся дверь. К его удивлению, на пороге оказался Скар. Его взгляд скользнул на все еще спящую Джинкс, а затем он жестом показал Экко подойти и вышел за дверь. Парень поднялся, откладывая отвертку, и тоже посмотрел Джинкс. Теперь она спала на спине и ее лицо удивительно мягким и спокойным. Прямо как та Паудер. Иногда Экко забывал, что они были одним человеком. Было приятно получить этому хотя бы такие подтверждения. Стук в дверь вывел его из мыслей и он поспешно вышел за дверь. Скар скептически поднял бровь и по его хитрой ухмылке, парень тут же понял о чем он думает. — Не смей говорить этого, — сказал парень. Мужчина поднял руки в знак капитуляции и заулыбался, но все же тактично промолчал. Он несколько секунд внимательно разглядывал парня, отчего ему стало даже неловко, а затем все же спросил то, зачем пришел: — Ты идешь на обед? Все ждут тебя. Экко от этого вопроса неловко замялся. Ему было необходимо сделать перерыв. Глаза болели от работы под лампой в темной комнате, а живот недовольно урчал. К тому же, он нормально не спал с… С предпоследней ночи в альтернативной вселенной? Он не мог точно вспомнить, но все же и оставить Джинкс одну он не мог. Что если она проснется и не поймет где она? Может она вообще не вспомнит как сюда попала и тогда может произойти что угодно: она может подумать, что это похищение и взорвать их; может попытаться снова убить себя или вообще соберет вещи и уйдет. Или что если ей станет плохо, а никого не будет рядом, чтобы ей помочь? Нет, он точно не мог оставить её одну. Он привел её сюда, а значит он в ответе за нее и её действия. Если что-то пойдет не так — не важно с кем — это будет его вина. Лицо Скара смягчилось и он ободряюще сжал плечо Экко: — Я понял. Я принесу тебе еду сюда. — Спасибо, — Экко не знал, чем заслужил такого друга, но был безмерно благодарен за него. — Севика просила передать, что прийдет после ужина, чтобы сменить тебя. И хотя Экко понимает, что она делает это не из помощи ему, а из-за Джинкс, он не мог не смутится. — Передай ей, что сегодня ночью я с ней посижу. У нас есть комната для неё? — Экко… — Скар. Она провела здесь около пятнадцати часов, если не больше. Думаю, она заслужила отдых. Кроме того, это моя комната, я могу распоряжаться ей так как захочу. Скар рассмеялся на его слова и неверяще покачал головой. — Она будет в ярости, когда это услышит. — Передай ей, что я не пущу её на порог. — Ты уверен, что это хорошая идея? Думаешь, Джинкс не будет хуже от тебя в комнате, вместо неё? — пояснил он на недоуменный взгляд парня. Ответа на этот вопрос у Экко не было, но и сдаваться он тоже не собирался. — Не только она знает её. Я тоже когда-то жил с ней, к тому же, провел почти полгода с её альтернативной версией. Я справлюсь с ней одну ночь. И даже если он сам не уверен в этих словах — другим не обязательно об этом знать. Он справится. Он же лидер. — Хорошо, но если что, ты знаешь где меня найти. Севика будет спать в моей комнате, — Экко скорчил недоуменно-удивленную гримасу и Скар снова прыснул от смеха. — Это долгая история, но я уже общался с ней и не думаю, что она причинит мне или Лу вред. Не с Джинкс здесь. Экко не был в этом уверен. Но Скара переубеждать не стал. Он только согласно кивнул и, махнув Скара на прощание, вернулся обратно в комнату. Через десять минут мужчина принес ему тарелку с супом и рисовую лепешку. Он снова странным долгим взглядом стал разглядывать Джинкс, ожидая пока Экко поест, чтобы забрать посуду. Знал же, что если не сделает этого, она может простоять тут несколько недель. Джинкс лежала к ним лицом и хмурилась. Её грудь опускалась и поднималась неравномерно, то замедляясь, то немного ускоряясь. Может снится кошмар? Скар подошел к девушке и мягко положил руку ей на лоб, игнорируя непонимающий взгляд парня. Под его прикосновением Джинкс немного расслабилась, но мужчина быстро убрал руку и прошел к шкафу Экко. Там он достал небольшую тряпку и, подойдя к тумбе налил в чашку воды из графика. Затем он намочил тряпку и, выжав её, положил ей на лоб. — Зачем ты… — Она горит, — перебил его мужчина. Он серьезно посмотрел на Экко и забрал пустую тарелку из его рук. — Ты сказал, что справишься без Севики. Поэтому сделай так, чтобы когда она вернется, ей не пришлось убивать тебя. С этими словами Скар покинул комнату, а Экко остался с тишине, не до конца понимая что только что произошло. Он пропустил лихорадку Джинкс. А Скар помог ей. Даже поругал его за то, что он недостаточно следил за ней. В голове не укладывается. Чтобы Скар и помог Джинкс и отругал его, Экко, за то что тот не уследил за этим. Но может он был прав? Он сказал Севике отдохнуть, а сам даже часа не продержался. Но, с другой стороны, он не специально. Он просто… Просто боялся прикоснуться к ней. Он мог разбудить её. Экко подошел к кровати и аккуратно присел на край, трогая ткань. Та была еще мокрой, но в середине начала уже нагреваться. Если так и дальше пойдет, ему придется действительно звать врача. Но теперь оставшись с ней один на один в полутьме, Экко мог позволить себе то, что так отчаянно запрещал. Словно ему сняли запрет с чего-то секретного, он принял жадно рассматривать Джинкс, стараясь запомнить каждую деталь. Тонкий нос и слегка пухлые губы. Бледная кожа, с пылающими щеками. Сетка вен вокруг глаз, которая так и манила его прикоснуться. Выпуклая она или просто просвечивается через кожу? Опасно ли это? Можно ли это исправить? Под глазами залегли большие темные круги, будто она не спала несколько суток. Волосы, теперь полностью высохшие — что было логично ведь прошел целый день с момента как она их помыла — было разбросаны по подушке и слегка завивались. Ему так хотелось провести по ним пальцами и узнать какие они на ощупь. Он помнит, как ощущались волосы Паудер в его руках. Нет, не той Паудер, а его Паудер. Он помнит как помогал ей закреплять заколки на челке. Какими мягкими они были. Изменились ли они? Все эти годы, что он видел её — её длинные косы — ему так хотелось узнать это. Он помнит как лежа здесь, прямо в этой постели, думал об этом. О том, что больше никогда не сможет этого сделать. И вот он здесь. Смотрит на неё и все равно не может это сделать. Это все равно отдавало болью где-то в груди, но он настойчиво игнорировал это и перевел взгляд дальше. Большая футболка, которая дала ей Брина, была его. Он не помнит когда в последний раз носил её, но, кажется, она стала ему маленькой и он отдал её на склад, где хранились вещи для новых жителей. Это обычно пригождалось, когда приходили люди, лишившиеся домов или жившие на улице, что случалось до противного часто. Видеть её на Джинкс и то насколько она делала её мягче, было удивительно. Из-за того, что она был ей большой, открывался большой вырез на острые ключицы и начало знакомой татуировки. Экко быстро перевел взгляд обратно на её лицо, ругая себя за желание спуститься взглядом ниже, получше рассмотреть знакомые узоры. Джинкс спала с теперь более спокойным лицом, положив руку рядом с головой. Также внимательно как до этого, Экко переключил внимание на её ногти. Лак был уже слезшим с большинства ногтей, а кутикула вокруг них была вся в ранках. Причем на обоих руках. Экко снова проверил ткань и, поняв что она теперь полностью теплая, сменил её и поспешно отошел от Джинкс. Ему повезло что она не проснулась пока он сидел над ней, а то досталось бы. Через час, к его огромному облегчению, температура спала. Экко, который все это время не отходил от неё и менял ткань каждые десять минут, облегченно выдохнул и устало опустился в кресло. Дверь в комнату открылась и вошла Севика. — Прохлаждаешься? — тихо спросила она, в мгновение ока оказавшись около Джинкс и проверяя её лоб. Даже не дверь за собой не закрыла. — Очень смешно. Но я, кажется, сбил температуру, — Севика это никак не прокомментировала, только кинула на него странный взгляд и прошла за оставленной ранее книгой. — У нее раньше такое бывало? Буквально пару часов назад она была ледяной. Севика недовольно сжала губы, не горя желанием ему отвечать. Она вышла обратно в коридор и занесла еще один графин с водой, забирая старый. — У нее было такое пару раз. Я не врач, поэтому не знаю насколько это нормально, но раньше такого не было. По-крайней мере, даже если и было, не я с этим разбиралась, — ответила она, когда Экко уже и не думал получить ответ. Ей не нужно было называть имя, чтобы он понял о ком идет речь. Теперь пришла его очередь промолчать. — Если что-то пойдет не так — зови меня. Если она проснется — зови меня. И не оставляй её одну. Затем она вышла с книгой и графином в руках, ногой прикрывая дверь, оставляя Экко в смятении. Не оставлять её, но позвать если проснется? И как он должен это сделать? Быть в двух местах одновременно? Она точно испытывает его. Еще раз проверив Джинкс и убедившись, что температуры, Экко больше ничего не оставалось, кроме как вернуться к ремонту прибора. К сожалению, это заняло куда меньше времени чем он думал. К двенадцати часам ночи, он закончил работу и, аккуратно облокотив ховерборд на стену, принялся за z-драйв. Правда, через полчаса бессмысленной возни, он так и не смог вспомнить что именно хотел усовершенствовать. Мотор работал нормально, кристалл был на месте, а провод, за который он тянул, был просто в отличном состоянии. Он даже на пробу снова активировал его, что увенчалось полным успехом. Поэтому, он досадой он отложил инструменты и оглядел комнату в поисках хоть чего-то, на что можно отвлечься. Конечно, он мог бы разобрать вещи, которые так неаккуратно бросил в шкаф. Или мог бы протереть все еще пыльные гайки и болты. Но, если честно, он не думал что ему хватит на это сил. Затем его взгляд снова зацепился за Джинкс, которая так и не поменяла позы и все еще спала на спине. Спала уже сколько? Девять часов? Если считать вместе со вчерашним, то получалось больше двадцати. Экко честно старался не придавать этому такого большого значения, понимая, что скорее всего она очень устала, раз так много спала. Но все же… Он только старался. Отвлекаться было не на что и переживания постепенно заполняли его мозг. Что если она не проснется? Может она сделала что-то или выпила и теперь будет вечно спать? Или может Севика что-то сделала? С чего он вообще решил, что женщина её союзник? До смерти Силко, он слышал слухи, что никто не любит «собачку Силко» и, что почти каждый хочет от нее избавиться. Он знал, что это относилось как к Джинкс, так и к Севике, но что если именно это и произошло? Может она и впрямь пришла убить её? Но тогда какой смысл сидеть с ней без еды всю ночь и полдня? Зачем говорить позвать её? Экко снова обвел взглядом комнату, надеясь найти хоть что-то, чтобы отвлечься от этих мыслей. Иначе он запишет в предатели все поселение и проверит каждого на способность отравить Джинкс. Внезапно его взгляд зацепился за книгу. Она лежала на подоконнике, всё еще открытая, и, вроде, когда-то принадлежала Джейсу. Он помнит как профессор принес её, чтобы что-то объяснить про хекстек и как именно он работает. При мысли о профессоре, сердце сделало неприятный кульбит, но, по привычке, Экко отбросил эту мысль и торопливо поднялся за книгой. Ему необходимо хоть как-нибудь отвлечься, а это было лучшим способом. Но это не увенчалось успехом. Полчаса бессмысленно чтения только вскипятили его мозги и он, не выдержав, уснул на столе.