The Sensei of the North and Trident

«Расскажи мне поподробнее об этом… Короле Севера», — сказала Хина, откинувшись на спинку своего обычного кресла и скрестив ноги. Она выглядела усталой, тяжесть Геенны давила ей на плечи, но её фиолетовые глаза оставались острыми. Чинацу теребила свою медицинскую сумку, её взгляд метнулся к полу. «Он выглядит молодым — определённо не из Кивотоса», — начала она, её голос успокаивался, когда она вспоминала эту встречу. «Он?» — вмешалась Иори, раздражённо шевеля чёрным хвостом позади себя. «Он какой-то получеловек? Или дрон?» «Нет, — тихо объяснила Чинацу. — Он мужчина. Мужчина-человек. У него густые, медно-рыжие волосы и глаза… очень синие. Глубоко синие». Ако скептически подняла бровь, глядя на покрасневшее лицо Чинацу, но воздержалась от комментариев по поводу очевидной застенчивости медика. «Он глубоко меланхоличен», — продолжила Чинацу, вновь надев профессиональную маску. «Я думаю, он страдает от тяжелой формы посттравматического стрессового расстройства». «Ваши доводы?» — спросила Хина, заинтригованная. «Он вкратце упомянул свою родину. Это похоже на кошмар наяву, Хина-сама. Мир убийств, голода и бесконечных войн между лордами. Он сказал нам, что умер там, прежде чем его отправили сюда». «Умер?» — фыркнула Ако, постукивая ручкой по планшету. «Чинацу, пожалуйста. Давайте будем серьезны». «Я говорю серьёзно!» — настаивала Чинацу, и её внезапный пыл заставил даже Хину широко раскрыть глаза. «Я видела шрамы на его шее, Ако-сан. Это были следы… обезглавливания. Когда мы его нашли, он был весь в… крови». Слово — кровь — вызвало у Хины холодную дрожь. В мире школ и учёбы концепция обезглавливания была чуждым ужасом, уровнем жестокости, которому просто не место на улицах Кивотоса. Она почувствовала внезапный, необъяснимый холодок. «Несмотря на это, я считаю, что он человек с сильным характером», — добавила Чинацу, и её голос снова стал тёплым. Её уверенность заставила Хину остановиться; медик редко был так эмоционально тронут незнакомцем. «Как ты можешь быть так уверена? Ты только что познакомилась с этим парнем», — возразила Иори, скрестив руки на груди. «У него есть честь», — твердо ответила Чинацу. «Он рассказал нам о своей семье, о доме Старков. Когда правонарушителей из исправительного учреждения снова поймали, он не стал требовать их наказания. Он выслушал их. Он предложил им место в Шейле, хотя не был обязан этого делать. Он выбрал милосердие». Чинацу постучала пальцами по телефону. Через секунду устройство Хины издало звуковой сигнал. Она открыла защищенный групповой чат команды старост и увидела фотографию нового учителя, сделанную Чинацу. Иори и Ако побледнели, глядя на экран. «Вот это да…» — выдохнула Иори, её обычная бравада покинула её. Хина должна была признать, мужчина на фотографии был поразительным. Он выглядел как персонаж из сказки — красивый, внушительный в своих серо-белых латах, с короной из зазубренных мечей на лбу. Он не был похож на ученика; Он выглядел как мужчина и как лидер. Король. Хина откашлялась, придя в себя, и снова посмотрела на медика. «У меня для тебя новое задание, Чинацу», — объявила она. Чинацу поправила форму и склонила голову. «Да, мэм?» «Ты зарегистрируешься в качестве агента SCHALE. Официально ты предлагаешь свои медицинские услуги новому сэнсэю, но твоя главная задача — наблюдение. Подойди поближе к этому сэнсэю». Лицо Чинацу озарилось, по щекам разлился яркий румянец. Хина с трудом сдержала вздох. Не так, Чинацу… «Мне нужен полный отчёт», — продолжила Хина, её тон не терпел возражений. «Мне нужно знать его историю, его истинную личность и можно ли его назвать союзником. Я хочу знать всё об этом Короле». «А мои нынешние обязанности в команде префектов?» — спросила Чинацу. «На время мы передадим твои обходы в отделение неотложной медицинской помощи», — добавила Ако, уже внося необходимые корректировки в свой блокнот. «Сейчас твоя единственная задача — подойти к нему поближе», — заключила Хина. «Наблюдай. Докладывай. И будь осторожна». Ура! «Это я, — подумала Чинацу, — и сердце ее бешено колотилось от чувства долга и чего-то гораздо более волнующего». Робб перечитал сообщение, прищурив глаза, просматривая мольбу Окусоры Аяне. Это была отчаянная история — о преследованиях со стороны местных бандитов, истощающихся запасах продовольствия и разрушающейся школе. Сама идея о том, что сильные наживаются на слабых, лично его оскорбляла; на Севере такое поведение считалось признаком бесчестного человека. Тогда он решил, что если ему суждено стать проводником для этих учеников, как предложила Рин, то он начнет с того, чтобы ответить на этот призыв. «Не могли бы вы нам помочь, сэнсэй?» Эти слова звучали как последняя, ​​отчаянная надежда. Робб тяжело вздохнул. «Хм. Абидос, значит?» — задумчиво произнесла АРОНА из планшета, ее цифровой голос звучал мрачно. «Раньше это был процветающий район, сэнсэй, пока опустынивание не поглотило эти земли. Большинство жителей бежали, и академия пришла в упадок». Робб посмотрел в окно на мерцающий горизонт Кивотоса. Он вспомнил слова карлика Тириона Ланнистера, сказанные им в тот день, когда он вернулся в Винтерфелл со Стены: «У меня есть слабость к бастардам, калекам и сломленным». Тогда он не придал этому замечанию особого значения, но теперь — король без королевства — он понял. Он не мог вынести вида сломленного, которое разбивается еще сильнее. Видеть, как слабые вынуждены бороться за выживание, вместо того чтобы быть поддержанными и защищенными. «Мы отправимся в Абидос», — заявил Робб, его голос был полон северной решимости. «Вице-президент Рин разрешил использовать бронированные машины для поездки, сэнсэй! Я справлюсь — проще простого!» — прощебетала Арона, и её весёлое настроение мгновенно вернулось. Робб скептически поднял бровь. «Это как те бронированные повозки, которые вы видели во время осады Башни Святилища», — продолжила она, проецируя голографическую иконку прочного зелёного транспорта. «Так мы сможем преодолевать расстояние гораздо быстрее. И гораздо безопаснее!» По крайней мере, у неё есть колёса, подумал он. Он спустился на нижние этажи здания SCHALE, толкая стальную тележку, нагруженную ящиками с продовольствием и боеприпасами, которые Рин предоставил для оказания помощи. Парковка представляла собой огромное, тускло освещённое пространство, где ряды странных железных машин выстроились, словно спящие звери. Робб замер, неуверенно осматривая «повозки». «Эта лучше всего подходит для пустыни!» Арона выделила угловатую, усиленную машину с четырьмя массивными черными колесами. Робб напряженно кивнул, затем замер, нахмурившись, глядя на дверь. Как войти? Арона издала цифровой смешок. «Просто потяните за ручку, Сенсей!» «Сенсей?» Робб обернулся на звук своего имени и увидел идущую к нему леди Чинацу. Он кивнул головой с формальной учтивостью, которой его научила мать. «Леди Чинацу. Рад снова вас видеть». Чинацу тихо ахнула, ее щеки слегка порозовели, и она быстро отвела взгляд. «Вы отправляетесь на миссию, Сенсей? И в доспехах, между прочим…» Робб взглянул на запасной комплект стальных и кожаных пластин, которые он раздобыл из вещей, оставленных ему президентом GSC. Это были не те прекрасные пластины Старка, в которых он погиб, но они казались подходящими. Быть без доспехов означало быть уязвимым, а Робб Старк был человеком привычки. Он надевал доспехи, сам того не осознавая. «Абидос, — ответил он. — Мне сообщили, что их осаждают бандиты. Я намерен оказать им помощь и прогнать этих негодяев». «Абидос?» — Чинацу наклонила голову, выражение её лица было омрачено беспокойством. — «Они всё ещё держатся?» Она помолчала, теребя ремень своей медицинской сумки. — «Что ж… я официально записалась в оперативники SCHALE. Если вы позволите, я могу повести за собой транспортное средство. Я хочу помочь». Робб моргнул, на его губах появилась редкая, искренняя улыбка. — «Это меня очень порадует, миледи. Признаю, Кивотос остаётся для меня загадкой. Ваша помощь была бы очень кстати». Чинацу улыбнулась в ответ, её глаза сияли смесью долга и чего-то большего. Вместе они погрузили припасы в «багажник» кареты. Вскоре они уже мчались прочь от центра города. Робб наблюдал, как пейзаж проносится сквозь стекло, поражаясь скорости. Безлошадные экипажи, подумал он, откинувшись на мягкое сиденье. Какая же это великая магия. Робб застонал, когда жар давил на стекло, «кондиционерные» вентиляционные отверстия на «приборной панели» свистели, безуспешно борясь с жарой. Даже при прохладном воздухе, проникающем через узкие щели, пустыня казалась невыносимо душной. Боже, эта проклятая пустошь. Как хорошо, что Серый Ветер остался в здании Шейла; Робб сомневался, что его вторая половина выдержала бы этот климат с большей грацией, чем он сейчас. «Так же чувствовал себя Дейрон Таргариен? Маршируя по Дорну?» — пробормотал Робб, вытирая пот со лба. «Дейрон Таргариен? Звучит как сказка, сэнсэй», — хихикнула Чинацу, крепко держась за руль. Робб тихонько усмехнулся, звук пересох в горле. «Дейрон Таргариен был моим героем детства. Король Таргариенов Вестероса — он жил и умер около ста двадцати лет назад». Он откинулся назад, его мысли вернулись к заснеженному двору Винтерфелла. Он почти видел его: он и Джон, с деревянными мечами в руках, дыхание, окутавшее холодный северный воздух. Джон всегда кричал: «Я — Молодой Дракон!», а Робб отвечал: «А я — Криган Старк!» Однако одно воспоминание оставалось острым и тревожным. Однажды их отец подслушал их игру. Когда Джон объявил себя Молодым Драконом, лицо лорда Эддарда так быстро побледнело, что Робб подумал, что вот-вот упадет в обморок. Тогда он этого не понял — возможно, упоминание о Таргариенах просто разбудило призраки восстания, — но взгляд чистого, застывшего ужаса в глазах отца остался с ним навсегда. «Он завоевал Дорн, — продолжил Робб, возвращаясь в настоящее. — Единственное королевство того времени, которое бросило вызов правлению Таргариенов. Ему было всего четыре и десять лет, когда он это сделал. Гениальный стратег». «Всего четырнадцать?» — ахнула Чинацу, широко раскрыв глаза, глядя на пустую пустынную дорогу. — «Это… невероятно. А вы, сэнсэй? Я никогда не спрашивал вашего возраста». «Мне шесть и десять лет, миледи, — ответил Робб. — Леди Юука спросила меня то же самое». «Шестнадцать?» — щеки Чинацу вспыхнули мягким румянцем, и она украдкой взглянула на него. — «Вы всего на год старше меня, сэнсэй. Полагаю, это… не такая уж и большая разница в возрасте». Робб снова перевел взгляд на мерцающий горизонт — и замер. По дороге двигалась фигура, едущая на странном синем двухколесном транспортном средстве, которое гудело, рассекая жару. «Кто…» — начал он. Чинацу проследила за его взглядом. «О, на ней форма Абидоса! Возможно, она там учится». Она посигналила, резкий звук эхом отразился от дюн и привлек внимание девушки. Они остановили транспортное средство и вышли на пронизывающий ветер. Девушка уже слезла со своей странной машины, стоя с непринужденной, хищной грацией. У нее были короткие серебристые волосы и разноцветные глаза — один пронзительно черный, другой поразительно белый. Но что действительно привлекло внимание Робба, так это два волчьих уха с черными кончиками, беспокойно подергивающиеся на ее голове. Внезапная вспышка — образ кого-то другого, из другого времени — пронзила разум Робба, заставив его издать тихий стон фантомной боли. «Нн, чем могу помочь?» — спросила девушка с волчьими ушами спокойным и ровным голосом. Робб завороженно смотрел на её уши, которые двигались с той же ритмичной настороженностью, что и у Серого Ветра. «Ты волк…» — прошептал он, слова вырвались прежде, чем он успел их расслышать. Девушка моргнула, выражение её лица было нечитаемым. Затем, подойдя ближе, она наклонилась и обнюхала его. «Нн. Ты тоже волк». «П-пожалуйста, простите учителя!» — вмешалась Чинацу, отчаянно размахивая руками. «Он новенький в Кивотосе и никогда не видел никого подобного вам! Конечно, с вашей внешностью всё в порядке!» «Ах… да. Прошу прощения, если мои слова прозвучали неуклюже, миледи», — добавил Робб, восстанавливая свои учтивые манеры. «Не беспокойтесь», — ответила девушка, задержавшись взглядом в его голубых глазах, как у Талли. «Вы же сэнсэй, верно? Вы получили письмо от Аяне?» «Окусора Аяне? Да», — кивнул Робб, осознавая всю серьезность своей миссии. «Я пришел предложить свою помощь Абидосу». Он глубоко и торжественно поклонился. «Я Робб из дома Старков, Король Севера и Трезубца, и сэнсэй Шейла». «Король…» — задумчиво произнесла сереброволосая девушка, в ее белых глазах мелькнула легкая искорка любопытства. «Приятно познакомиться, сэнсэй. Я Сунаоками Широко, второкурсница средней школы Абидоса».