The Sensei of the North and Trident

«Вы работаете быстро…» — заметила Юука, не отрывая взгляда от клинка. Меч лежал на специально оборудованном рабочем месте — странном, тяжелом столе, на котором были установлены, судя по всему, промышленные плиты. Она удивленно подняла бровь, глядя на это странное приспособление, но результат был очевиден: меч снова стал целым. В ней закипела гордость и нервное предвкушение. Я хочу увидеть выражение лица Робба-сэнсэя, когда верну наследие его семьи. Ее щеки покраснели от этой мысли. Я хочу увидеть его улыбку. Я хочу, чтобы он знал, что я — Хаясэ Юука — помогла ему, когда никто другой в этом мире не смог. «Да, насчет этого…» — начала Котори, ее голос дрожал от тревоги. «Когда вы принесли нам два маленьких меча, наши датчики обнаружили нечто… уникальное». «Магию», — перебила Утаха бесстрастным тоном. Лицо Котори окрасилось в ярко-красный цвет. «Мы договорились не называть это так! Это „неизвестный магический элемент“!» — возразила Котори. «Магия», — с торжественной окончательностью повторила Хибики. «Магия?» — скептически повторила Юука. Она помнила, что мечи были необычайно лёгкими, но не считала их магическими. «Именно», — объяснила Утаха, скрестив руки. «Мы обнаружили поле, вплетённое в сталь — не только на поверхности, но и на субатомном уровне. Именно этот „элемент“ делает металл таким прочным». «Очень прочный», — добавила Хибики, указывая большим пальцем на искорёженную кучу металлолома в углу. «Он выдержал десять тысяч PSI», — заметила Утаха, взглянув на разбитый гидравлический пресс. «Это… статистически невозможно. Не от мира сего!» «Как вы могли бросить его мечи в гидравлический пресс?!» Юука вспылила, её защитные инстинкты разгорелись. «А что, если бы они разлетелись на куски?!» «Да ладно, это всё равно не имело бы значения», — ответила Котори, пренебрежительно махнув рукой. «Мы бы всё равно их переплавили и перековали заново». Юука резко вздохнула, устало кивнув и соглашаясь с ним. «Хорошо. Продолжайте». «Перековка была настоящим кошмаром», — призналась Утаха, звуча искренне раздраженно. «Нам пришлось построить совершенно новую печь, чтобы достичь необходимой температуры плавления. После четырех часов плавки нам удалось добиться нужной формы, но процесс закалки был… проблематичным». «Дрон взорвался», — услужливо добавила Хибики. «Так в чем проблема?» — спросила Юука, подойдя ближе, чтобы осмотреть оружие. «На мой взгляд, оно выглядит идеально». «Тауматургический элемент…» — начала Котори. «Магия», — поправила Утаха. «Прекрати!» — прошипела Котори, прежде чем снова повернуться к Юуке. «Элемент… ну, сейчас его нет». «Нет?» Сердце Юуки сжалось. В животе образовался холодный ком вины. Неужели я все испортила? Он никогда не говорил мне, что его фамильный меч был магическим! «Не совсем нет», — уточнила Утаха. «Представьте, что вы находитесь в состоянии анабиоза. Свойства меча никуда не делись, но двигатель заглох». «Это как механическая коробка передач», — вмешалась Хибики. «Если заглохнуть на первой передаче, двигатель глохнет. У меча есть двигатель, но у нас не было ключа зажигания. До тех пор, пока…» «Ему нужна кровь!» — объявила Котори. «И огонь!» «Кровь и огонь?!» — закричала Юука, её голос эхом отразился от стен лаборатории. «Как ты вообще мог сделать такой вывод?» Хибики смущённо подняла указательный палец, обнажив небольшой пластырь с отпечатком лапы. «Я порезалась, когда мы его двигали», — пробормотала она. Юука замерла. «Это… невероятно». «Именно», — закончила Утаха. «Наши нимбы должны были предотвратить такую ​​чистую рану, если только мы сами не захотим быть порезанными. Но этому клинку? Ему было всё равно на нимб. Когда кровь Хибики-чан коснулась стали, магия сработала на микросекунду». «Пожар тоже был случайностью», — быстро добавила Котори, чувствуя, как у Юуки поднимается давление. «Немного ракетного топлива пролилось на рабочее место, паяльник заискрился, и — бац. Жар вызвал пульсацию в стали». Юука помассировала виски, чувствуя, как начинает болеть голова. «Значит, твой план — намеренно истекать кровью, поджигая его?» «Мы немного брезгливы насчет самой части, где нужно резать», — призналась Котори. «Мы собирались бросить жребий, но тут вошла ты…» Юука хлопнула себя по лбу. Конечно. Ее однокурсники из Инженерного клуба были гениальны, но они все еще были студентами Миллениума — боялись крови. Она посмотрела на меч, затем на свою руку. «Часть меня будет в его мече», — подумала она, и тайное, головокружительное волнение пробежало по ее нервам. «Я буду с ним всякий раз, когда он будет носить его». Она сняла черную перчатку и потянулась к краю молочно-белого, рябящего лезвия. Она надавила большим пальцем на холодную сталь — ровно настолько, чтобы почувствовать резкое, внезапное покалывание. Она поморщилась, увидев, как ее собственная кровь налилась и капнула на металл. Меч словно дрожал. Рябь на стали пульсировала, темная и голодная, впитывая багрянец. Хибики тут же перевязала руку Юуке, пока Утаха стучала по ноутбуку. «Котори! Зажги его!» Котори повернула вентиль. Струи под мечом зарычали, окутав оружие контролируемым, интенсивным синим пламенем. Меч не просто нагрелся; он начал петь — низкий, вибрирующий гул, который пронизывал половицы. Юука с благоговением наблюдала, как бело-серые волны на лезвии начали меняться, превращаясь в насыщенный, светящийся фиолетовый цвет. «Он изменил цвет?» — прошептала Котори, завороженная. «Эта штука жуткая, чувак». «Магия стабилизировалась», — объявила Утаха, закрывая ноутбук с довольным щелчком. «Это очень красивый фиолетовый…» — пробормотала Хибики, глядя на результат. «Надеюсь, сэнсэю понравится цвет», — пошутила Котори. Юука смотрела на перекованный клинок. Он выглядел… живым. Она не могла объяснить это ощущение, но знала, что частичка её души вплетена в эту сталь. Она с нетерпением ждала возвращения Робба из его миссии в Абидосе.