Часть 23 Ограбление банка
4 марта 2026 г., 14:35
Робб понимал, что ему нужно поговорить с лисой. Он двигался по коридорам здания Шале, а Серый Ветер шел рядом, волчий нос обнюхивал пол, пока они выслеживали ее запах. След привел их вверх по лестнице и в конце концов вывел на крышу.
«Выходите», — приказал он.
Вакамо появилась во вспышке розовых цветов. Она мгновенно опустилась на колени, выполнив догеза — поклон настолько глубокий, что Робб был поражен. Для его вестеросского сознания это было странное и тревожное проявление почтения, гораздо более экстремальное, чем любое преклонение колен.
«Ваше Высочество», — прошептала она.
Серый Ветер подошел к ней, обнюхал ее одежду, затем скучающе фыркнул и отвернулся. Для волка она не представляла угрозы, которую нужно нейтрализовать; она была просто настойчивой и надоедливой. Вакамо бросила на лютоволка быстрый, детский взгляд, даже высунув ему язык.
«Почему ты намекнула леди Рин, что между нами были отношения?» — прямо спросил Робб.
Вакамо не поднялась. «Чтобы защитить вашу честь, Ваше Величество. Чтобы отпугнуть её».
«Защитить мою честь? Запятнать вашу и мою ложью?» — возразил Робб. «Рин — верный товарищ. Зачем тебе было обманывать её?»
«Эта собака из Главного командования питает к вам чувства, Ваше Величество», — сказала Вакамо, её голос был приглушен. «Я почувствовала это от неё. Она посетила ваши покои и оставалась там до рассвета. Моё сердце не могло вынести мысли о том, что она займет место, которое… которое принадлежит вашей верной слуге».
«Ты совершенно неправильно оценил ситуацию», — процедил Робб, его раздражение нарастало. «Рин — моя подруга. Она осталась, чтобы помочь мне пережить трудную ночь. Не… „в таком смысле“. Боже, женщина! Ты что, принимаешь меня за Роберта Баратеона?»
(П.п Бобби Б)
«Роберт Баратеон, Ваше Высочество?» — пробормотала она, недоуменно подергивая ушами.
«Он был королем моего королевства еще до того, как я надел корону, — объяснил Робб с усталым вздохом. — Человек, который топил свои печали в вине и проститутках. Мой отец уважал его как воина, но я всегда видел в нем лишь жалкого толстяка».
«Ты никогда не будешь таким!» — возразила Вакамо, ее золотые глаза расширились от внезапной, яростной преданности. Она снова опустила взгляд, нервно теребя рукава. «Я только жалею… я жалею, что это не я...».
Робб протянул руку через связь, закрыв глаза, чтобы увидеть мир глазами Серого Ветра. Он почувствовал, как мир превратился в полотно жара и вибраций. Он сосредоточился на Вакамо.
Истина. Честность. Обожание. Жар.
Волк не почувствовал ни предательства, ни коварного заговора ради власти. Вместо этого в ней была лишь ужасающе чистая, безудержная преданность. Она не была блудницей, стремящейся к титулу; она была девушкой, потерявшей рассудок из-за «пылающей любви», которую она не могла контролировать. Если бы он приказал ей идти в бой, она бы сделала это с улыбкой, лишь бы он наблюдал за ней.
Он выдохнул, пытаясь очистить свой разум, как учила его Рин. «Ты поклялась мне. Это значит, что ты должна подчиняться моему слову, верно?»
«Во всем, Ваше Высочество», — мгновенно ответила она.
«Тогда я приказываю тебе прекратить эту вражду с Рин», — окончательно сказал Робб. «Никогда не намекай ей — или кому-либо ещё — на то, что между нами существует неподобающая связь. Вы будете вести себя как член моей домашней гвардии, работая в тандеме с GSC для обеспечения нашей общей безопасности».
«Я… я понимаю», — прошептала Вакамо, выглядя по-настоящему испуганной. Она прикусила губу, румянец её кожи усилился до самых кончиков лисьих ушей. «И… насчёт котёнка?»
«Котёнок? Вы имеете в виду Изуну?»
«Да. Она неуклюжая и наивная. Слабачка, которой требуется руководство надлежащего опекуна», — заметила Вакамо. «Разрешите мне говорить честно, Ваше Высочество?»
Робб замялся, понимая, что, скорее всего, пожалеет об ответе. «Да. Говорите».
«Я знаю, ты страдаешь в темноте», — сказала она, голос её стал тише, почти застенчивее. «Леди Рин принесла тебе лекарства, но я… я верю в другие способы залечить твое сердце. Я не прошу ничего скандального, мой король. Я лишь хочу быть твоей спутницей. Идти с тобой рядом. Позволь мне завоевать твоё сердце».
Она подняла на него взгляд, крепко сжав руки на сердце. «Я хочу быть твоей „особенной“. Я бы ждала тысячу лет ради одного доброго слова от тебя».
Робб посмотрел на неё — на эту прекрасную, неуравновешенную девушку, которая выглядела так, будто вот-вот упадёт в обморок, просто высказав свои чувства. Ему следовало сказать «нет». Ему следовало пресечь эту одержимость в зародыше. Но воспоминание о холодной постели в Винтерфелле и призрачное прикосновение Джейн Вестерлинг заставили его остановиться.
Он смотрел, как она исчезает в ночи, оставляя после себя лишь слабый аромат вишнёвых цветов. Робб прислонился к перилам, положив руку на голову Серого Ветра, и вздохнул.
***
«Доброе утро всем. Давайте начнём наше заседание оперативной группы», — объявила Аяне чётким голосом. Робб формально кивнул и сел на своё обычное место рядом с Широко, которая поприветствовала его едва заметным, озорным взмахом пальцев. Серика и Нономи тепло и приветливо улыбнулись, а Хосино ответила ему сонной, но искренней улыбкой. «Первым пунктом повестки дня является вот что», — продолжила Аяне, подвигая несколько листов пергамента по столу. «После тщательного анализа оборудования, изъятого в ходе нашей последней битвы, я определила, что эти модели — сильно модифицированные образцы, приобретенные на вторичном рынке. Они не являются стандартным вооружением ни одной крупной академии». «И очевидно, что этих девушек из Геенны наняли, чтобы нас выгнать», — вмешалась Серика. «Есть ли у нас какие-нибудь зацепки относительно того, кто мог бы организовать покушение на Абидос?» «Думаю, я могу дать ответ на этот вопрос», — заметил Робб, подвигая телефон к Широко. «Леди Каёко…» «Эта вредина?» — проворчала Серика, прижав кошачьи уши. «Что с ней?» «Мы можем просто спросить её напрямую», — предложил Робб. «Широко, не могли бы вы быть так любезны? Я всё ещё борюсь с нюансами этой „переписки“; мне понадобится целая вечность, чтобы написать целый вороний текст». «Нн. Понял, сэнсэй». Широко с привычной лёгкостью постучал по телефону. «Каёко… и смайлик кошки. Вы зарегистрировали её таким образом, сэнсэй?» «Нет. Леди Каёко взяла устройство и ввела свою собственную „контактную информацию“, как вы это называете». «Ах, понятно», — пробормотала Широко. — «Она говорит: „Здравствуйте“. Я отвечу: „Приветствую вас, моя дорогая Кайоко, это я, Робб из дома Старков. Вы мне очень нужны“». Робб протянул руку, едва сдерживая желание выхватить устройство из её лап. «Пожалуйста… не надо». «Никакого удовольствия», — вздохнула Широко, хотя её пальцы продолжали бегать. Через мгновение её взгляд стал острее. «Она говорит, что это был Кайзер». «Ч-Что?» — спросила Хошино, побледнев. «Нн. Она утверждает, что заказ был сделан представителем Кайзера. Она не знает подробностей „почему“, только цель: выгнать нас. Она говорит, что на них оказывают давление, требуя второго удара, но они отказались. Видимо, их бизнес охотников за головами гораздо прибыльнее, чем быть задирами». «Но это же бессмысленно!» — возразила Нономи. «Кайзер — наш кредитор. Зачем им тратить йены на выселение, когда мы всё ещё выплачиваем долг?» «Наверное, им нужно что-то другое», — предположил Робб. — «Возможно, документы на землю? Или что-то зарытое на территории, что стоит больше нашего долга». Хосино замолчала, её взгляд опустился на деревянный стол. «Сейчас мы должны выяснить источник этого оружия», — заявила Аяне. — «Мы пока не можем официально подтвердить причастность Кайзера, но поставщик этого оружия может привести нас к кукловоду». «Разумная стратегия», — согласился Робб. — «Сузить круг поиска, следуя по цепочке поставок». Внезапно из-за его пояса раздался резкий, ритмичный щебет. «Нн, тревога?» — заметил Широко. «Ах, да. Пора принять лекарство. Леди Рин очень настаивала», — объяснил Робб. Он полез в свою сумочку и достал несколько серебристых квадратиков в фольгированной упаковке с маленькими таблетками. «Лекарства?» — бодро спросила Нономи. «Только не говорите, что у вас насморк, сэнсэй!» Она наклонилась, чтобы рассмотреть этикетку, и её весёлое настроение мгновенно испарилось. «П-Прозак…» — прошептала она. Уши Серики дернулись от беспокойства, когда пальцы Аяне быстро скользнули по клавишам ноутбука. Через мгновение лицо Аяне смягчилось, и на нём отразилась глубокая печаль. «Это для…» — Аяне замолчала, не в силах закончить предложение. Робб посмотрел на них обоих, искренне недоумевая. «Это опасно? Не думаю, что Рин предложит мне что-нибудь вредное». «Нет! Это совсем не опасно», — быстро поправила Нономи, натянуто улыбаясь. Она с нежностью протянула ему свою ярко-жёлтую бутылку с водой. «Пей, сэнсэй. Это полезно для тебя. Правда». Она медленно и ласково поглаживала его по спине, пока он глотал таблетку. «Нн. Сэнсэй, посмотри», — перебила Широко, повернув к нему экран телефона. На картинке был изображен пёс в крошечной шляпке-цилиндре. «Надо бы найти шляпу для Серого Ветра. Он бы выглядел элегантно». Робб от души рассмеялся. «Он бы выглядел как дурак, Широко! Я уже слышу, как он фыркает от унижения». Серый Ветер, раскинувшийся на полу неподалеку, тихонько фыркнул, словно понял каждое слово. Девочки смотрели, как он смеется, на их лицах читалось одновременно облегчение и вновь обретенная забота. «Нн. Эта Каёко снова спрашивает, как прошел твой день», — заметил Широко, снова переводя взгляд на свой телефон. «Я скажу ей, чтобы она отстала, хорошо?» «Я бы предпочел, чтобы ты этого не делал», — возразил Робб. «Она моя подруга». «Она твоя подруга?» — спросила Серика, в ее голосе промелькнула резкая, ревнивая нотка. «Сенсей, она…» «Я знаю. Это не ее вина», — твердо заявил Робб. «Она честная, и она мне нравиться». «Конечно, сенсей. Вы слишком добры», — сказала Нономи, ее голос дрогнул от странной, полугримасы. «Так… кто твоя лучшая подруга? Твоя самая любимая на свете? Моя — Хосино, к сожалению, но я люблю вас всех!» Хосино притворно схватилась за грудь от боли. «К сожалению, — говорит она. — Моё сердце ранено». «Мой лучший друг — мой брат, Джон», — без колебаний ответил Робб. «Как бы я хотела с ним познакомиться. Если он твой брат, то он наверняка такой же замечательный, как и ты, сэнсэй!» — прощебетала Нономи. «Он угрюмый человек», — тихо сказал Робб. «Вспыльчивый, но при этом невероятно самоотверженный. Я знал в глубине души, что он лучший мечник, но он бросал наши поединки, лишь бы увидеть мою улыбку. Я скучаю по нему каждый день». «Нам следует отправиться на Чёрный рынок», — вмешалась Хосино. «Кошкоеко спрашивает, когда вы сможете встретиться снова», — сообщила Широко. «Нн. Она работает быстро…» «Кошкоеко?» — недоуменно повторил Робб. «Нн. Она использует слишком много смайликов с котиками. Это довольно раздражает. Я скажу ей в субботу?» «Суббота подойдет. Скажи ей, что я должен завтра посетить академию леди Юуки». «Нн. Я говорю ей, что ты больше никогда не захочешь видеть ее лицо», — безэмоционально произнесла Широко. Робб побледнел. «Шучу. Видишь?» Она повернула экран, чтобы показать вежливый ответ. Робб издал долгий, усталый вздох облегчения. «Этот черный рынок звучит как место, где могут возникнуть проблемы», — заметила Серика, ее голос слегка дрожал. «Это рассадник мерзости и злодейства», — уточнила Аяне. «Отчисленные, преступники и нелегальные клубы. Если там перемещают оружие, то след начинается именно там».***
Когда они вошли на рынок, Робб замер, парализованный хаотичной суматохой студентов, снующих вокруг, — и существ, которые явно не были студентами. Он наблюдал, как люди-собаки, люди-птицы и люди-лисы шли сквозь толпу рядом с девушками, украшенными нимбами. Больше всего его тревожили железные люди — странные человекоподобные мужчины из железа со светящимися линиями вместо глаз и ртов, которые загорались, когда они говорили странным тоном. «Это Чёрный рынок? Здесь куча людей!» — проворчала Серика. «Нн. Большая операция», — заметила Широко, её разноцветные глаза метались по сторонам. «Честно говоря, мы почти никогда не выезжаем за пределы Абидоса. Возможно, это нормально для остальной части Киватоса», — заметил Хосино. «Ты когда-нибудь ходила по этим улицам раньше, Хосино?» — спросил Робб. «Нет! Но я слышала слухи о всяких чудесах, спрятанных в городе. Оказывается, неподалеку есть огромный аквариум», — ответила Хосино, ее глаза загорелись редким для нее проблеском восторга. «Эй, сэнсэй, не хотели бы вы как-нибудь посетить его со мной?» «Аквариум?» — повторил Робб, произнося это слово как-то непривычно. «Это как зоопарк, только для рыб!» — объяснила она, широко жестикулируя. «А, значит, зверинец», — понял Робб, — «я помню, как мейстер Лювин рассказывал мне и моему брату Джону о Морском Владыке Браавоса и его зверинцах. Он держал пятнистых обезьян и гигантских зубастых ящериц из джунглей Соториоса». «Уааа… гигантские ящерицы?» — вслух удивилась Нономи. «Все будьте начеку. Мы должны сохранять бдительность. Это место…» — голос Аяне потрескивал по рации, но его тут же заглушил внезапный, резкий залп выстрелов. РАТАТАТАТАТАТАТ Из-за угла внезапно выбежала девушка с каштаново-светлыми волосами. К ним бросилась девушка в безупречной форме, сжимая в руках громоздкую сумку, украшенную жёлтыми деталями. «Иду!» — закричала она, врезавшись прямо в Широко. К её чести, Широко не сдвинулась с места, оставаясь непоколебимой, в то время как девушка в белом отскочила от неё и упала на тротуар. «Ой… Мне так, так жаль!» «Эй, ты! Прекрати бежать, маленькая девчонка!» — крикнул один из преследующих её студентов, выглядывая из-за угла с поднятым оружием. Нономи и Широко двигались с синхронной, хищной грацией. Прежде чем преследователи успели прицелиться, двое студентов из Абидоса метко ударили их по затылкам. Воры рухнули на асфальт. «Операция завершена!» — беззвучно воскликнула Широко. «Плохих девочек нужно наказывать, хи-хи!» — хихикнула Нономи, поправляя юбку. «С-спасибо большое!» — пробормотала девушка в белом, вскакивая на ноги и отчаянно кланяясь. «Меня зовут Аджитани Хифуми!» «Почему эти негодяи преследовали вас, леди Хифуми?» — спросил Робб, протягивая руку, чтобы помочь ей удержаться на ногах. «Ах! Вы же учитель из SCHALE! Ханако-сан мне о вас всё рассказала!» — воскликнула Хифуми, широко раскрыв глаза и указывая на него. Затем её взгляд переместился на Серого Ветра, стоявшего рядом. «И его волка тоже!» Робб почувствовал резкое смущение при упоминании имени Ханако, а Хифуми сочувственно, смущённо рассмеялась. «Ха-ха… Простите…» — извинилась Хифуми ради Ханако. «Эй, Хифуми, верно?» — вмешалась Хосино, наклоняясь ближе. «Что делает студентка Тринити в таком месте?» «Да… довольно долгая история. Я пришла за чем-то очень конкретным». «Запретными веществами?» — предположила Нономи. «Тактическим танком?» — предположила Широко. «Запретной литературой? Порно?» — усмехнулась Хосино. «Что?! Нет! Конечно, нет!» — пискнула Хифуми, её лицо покраснело. «Это… плюшевая игрушка Пероро-сама из лимитированной серии!» «Пероро… что?» — спросил Робб. Хифуми ахнула и вытащила из сумки фигурку из ткани и пластика. Это была абсурдная уточка-монстр с пустым взглядом и длинным розовым языком, высунутым из клюва. На секунду это зрелище вызвало у него болезненное воспоминание о людях Карстарков, которых он приказал повесить. Он увидел их фиолетовые, опухшие лица, языки, высунутые наружу, когда они задыхались от веревки. «Прекрати!» — приказал он себе. Он сосредоточился на воспоминании о запахе Рин и жаре её присутствия. «Это лимитированная серия!» — радостно продолжила Хифуми, не обращая внимания на внутреннюю борьбу. «Ух ты! Я люблю МомоФрендс!» Нономи вмешалась: «Пероро такой милый! Хотя лично я больше люблю господина Николая». «Я понятия не имею, о чём вы все говорите», — вздохнула Хосино с притворным раздражением. «Да. Каждый день какое-нибудь новое, нелепое чудо застает меня в расплох. Боюсь, я никогда по-настоящему не пойму Кивотоса», — добавил Робб с сухой, насмешливой улыбкой. «Ребята, приближаются новые враги!» — предупредил голос Аяне по рации. «О нет!» — ахнула Хифуми. «Похоже, ты хорошо знаешь этот лабиринт, Хифуми-чан, так что мы пойдём за тобой», — решила Хосино. «Хорошо! Сюда!» — скомандовала Хифуми, ведя их через лабиринт улиц, пока звуки преследователей не затихли вдали.***
Пока они переводили дыхание, Хосино с расчетливым блеском в глазах наблюдала за ученицей Тринити. Робб почувствовал неловкость; он узнал этот взгляд. «Хифуми-тян, ты, кажется, прекрасно осведомлена о планировке этого рынка», — заметила Хосино, в её голосе слышалась заинтересованная сладость. «Я… я провела большую исследовательскую работу, чтобы найти своего Пероро-сама», — смущенно призналась Хифуми. «Тогда решено!» — прощебетала Хосино, хлопая в ладоши. «Хифуми-тян будет сопровождать нас в качестве проводника, пока мы не достигнем своей цели!» «Ч-что?» — пискнула Хифуми, её взгляд метался между вооруженными девушками из Абидоса. «Ух ты! Какая блестящая идея, Хосино-тян!» — добавила Нономи, её улыбка сияла. Разве это не… похищение? — подумал Робб. «Нн. Похищение», — Широко одобрительно кивнула. «Отличная идея, Хосино». Робб вздохнул. «Нет, нет», — вмешалась Серика, пытаясь успокоить тревогу Хифуми. «Они просто хотят, чтобы ты стала нашим проводником — если ты не против!» «Ах, в таком случае, я согласна», — ответила Хифуми, и её улыбка вернулась, когда паника утихла. Они пробирались сквозь толпу на рынке, воздух был наполнен аппетитным ароматом жареного мяса и сладкой выпечки. Желудок Робба издал отчетливое урчание, которое тут же повторилось в низком скулении Серого Ветра. «Знаю, мальчик. Я тоже это чувствую», — пробормотал Робб, почесывая волка за ушами. «Голодный, сэнсэй?» — бодро спросила Нономи. «Впереди киоск с тайяки. Угощаю!» «Нономи, если ты снова вытащишь эту золотую карту, у меня сетчатки выгорят!» — поддразнила Серика. «Не будь такой драматичной, Серика», — рассмеялась Нономи. «Мы всегда можем заставить Сенсея заплатить», — предложил Хошино, лениво пожав плечами. Робб не возражал. У него было более чем достаточно йен, чтобы накормить небольшую армию, благодаря тщательному учету Юуки. Он отдал деньги и вскоре обнаружил в руках теплую выпечку в форме рыбы. Она была сладкой, и он одобрительно кивнул. Он бросил кусок жареного мяса из соседнего ларька Серому Ветру, который с привычной легкостью поймал его в воздухе. Тогда Роббу пришло в голову, что Рин последние несколько недель утоляла голод волка. Заказывает ли она мясо оптом? — подумал он. Лютоволку требовалось значительное количество пищи, и всё же Серый Ветер выглядел здоровее, чем за последние несколько месяцев. «Странно, что мы не нашли ни единой зацепки, — заметила Хифуми, — как будто кто-то полностью стёр все следы. Кто-то определённо пытается что-то скрыть. Видишь это здание?» Она указала на чёрное зеркальное здание, возвышавшееся над небольшими прилавками, словно монолит. «Это печально известный Стигийский банк. Это один из крупнейших центров незаконных доходов во всём Кивотосе. Около пятнадцати процентов всех незаконных транзакций проходят через эти хранилища». «Этот бронированный автомобиль…» — заметила Широко, её разноцветные глаза сузились. Робб почувствовал знакомый холодок по спине. «Нет, — строго приказал Робб, используя тот же тон, что и при исправлении Рикона. «Нн. Злюка...» — пробормотала Широко, не отрывая взгляда от машины. «Подождите! Этот номерной знак!» — голос Аяне прозвучал в рации, её дрон приблизился, чтобы запечатлеть мага, управляющего транспортным средством. — «Это тот же самый автомобиль, который собирает наши ежемесячные проценты!» «Вы уверены?» — встревоженно спросила Хосино. «Подождите, вы должны Кайзеру?» — спросила Хифуми дрожащим от страха голосом. — «Стигийский банк принадлежит Кайзеру и управляется им». «Значит, мы финансировали нападения на нас своими собственными деньгами», — прорычала Серика, сжимая в кулаке винтовку. «Пока мы не можем утверждать это наверняка», — попыталась возразить Аяне, хотя в её голосе не было уверенности. «Но счета-фактуры бы нам это показали», — заметила Хифуми. — «Если бы мы могли увидеть, кто на самом деле подписывает документы на получение денег… но эти бумаги заперты внутри банка». Хосино посмотрела на Широко с опасным блеском в глазах. «Похоже, твой план с самого начала был верным, Широко-чан». О боги… — подумал Робб, заметив перемену в воздухе. «Наконец-то пришло время», — заявила Широко. Она полезла в сумку и вытащила синюю маску с цифрой «2» на лбу. Робб стоял между смехом и комическим отчаянием. Он полез в свою сумку и вытащил серую волчью маску, которую она подарила ему несколько недель назад. «Полагаю, теперь я вне закона», — подумал он, натягивая на голову ватные уши. «Фальшивые волчьи уши? Разве это не… оскорбительно для учеников-волков?» — спросила Хифуми, моргая при виде этого. «Я волк, и я считаю, что это нормально», — ответила Широко из-за своей маски. «Сенсей тоже волк». «Ура! Пора в хранилище! Кристина из банды в купальниках в масках, докладывает о готовности!» — Нономи приняла эффектную позу. «Теперь это моя жизнь», — простонала Серика, хотя и неохотно надела свою маску. «Хорошо, все, внимание!» — скомандовала Хошино. — «Хифуми-чан, пока что сойдет!» Быстрым движением она схватила пустой коричневый пакет из-под тайяки и натянула его на голову Хифуми, наспех проделав в пергаменте два отверстия для глаз. Робб не смог сдержаться; из него вырвался короткий, резкий смех. «Сенсей, вы окажете нам честь?» — спросила Широко, ее глаза сияли от волнения. «Вперед, банда в купальниках в масках!» — объявил Робб с улыбкой. «Э-эй! Мы никогда не договаривались так называться!» — закричала Серика, когда они бросились к входу. Робб быстро мысленно отдал команду Серому Ветру: «Иди подожди с Аяне, мальчик. Ты слишком узнаваем для этого». Волк повернулся и исчез в тени рынка, когда группа вошла в банк.***
Когда они вошли в главный зал банка, Хосино взмахнула рукой в воздух. «Это ограбление, дураки!» — захихикала она. — «Поднимите руки так, чтобы я их видела!» «Или же!» — сказала Нономи с улыбкой на лице. Робб ничего не сказал, он не был уверен, что сможет сдержать смех. «Ч-что она сказала! Пожалуйста, просто делайте, как мы говорим!» — дрожащим голосом сказала Хифуми. «Хорошо сказано, Фауст, наш безжалостный лидер! Вы все слушаете? Если вы не будете делать, как мы говорим, то Фауст вас накажет!» — сказала Хосино, выстрелив из дробовика в воздух. «Ф-Фауст?!» — спросила Хифуми, умирая от нервозности. Один из странных жестяных человечков начал пищать: «Ви-ву! Внимание! Внимание!» «Это бесполезно, дурак!» Хошино, маниакально смеясь, сказала: «Ваша система безопасности отключена!» «Так что ложитесь на пол! Любые шалости — и я заставлю вас неделю испражняться свинцом!» — сказала Серика, указывая на сотрудницу банка своим оружием. Когда Робб оглядел комнату, его взгляд встретился с взглядом Каёко. «Подожди, Каёко?!» — Он посмотрел на неё. Она сидела рядом со своими друзьями. Каёко сразу узнала его и вопросительно раскрыла ладони. Он почувствовал, как завибрировал телефон, и прочитал её сообщение. Каёко: Что ты делаешь? 🙀🙀🙀🙀 Он понимал, что не успеет ответить достаточно быстро, поэтому спрятал телефон в карман и пожал плечами самым небрежным образом. Каёко хлопнула себя по лбу и вздохнула, но Робб видел улыбку на её лице. «Хорошо, ты, болван», — сказала Широко банковскому служащему, — «принеси нам транспортные документы с того грузовика и положи их в эту сумку. Поторопись!» «Д-да!» Железный человечек сделал, как просили, — «Пожалуйста, не причиняй мне вреда!» Робб снова посмотрел на Каёко и её друзей и чуть не расхохотался, увидев мечтательное, восхищенное выражение лица Ару. Она была погружена в свой собственный мир. «Эй, э-э, Ши… то есть… Блю. У тебя есть товар?» «Да. Орел приземлился», — серьезно сказала Широко. «Тогда пошли, вперед!» — сказала Хошино. Робб в последний раз повернулся к Каёко. Она закатила глаза, подмигнула ему и помахала на прощание. Он повернулся, чтобы уйти, и не заметил, как она послала ему озорной воздушный поцелуй.
