Игра в отношения

Как только Джон скрылся из столовой, атмосфера тут же из напряжённой превратилась в холодную. Лололошка молчал, делая вид, что медленно ест, однако он ждал. Ожидал первый ход. — Ты, должно быть, устал? — Наконец нарушил тишину Габриэль, и парень сдержал улыбку. — Нет, всё хорошо. Дорога сюда не такая и долгая. — Я не об этом. Конечно, Дейвисон знал, о чем мужчина говорит на самом деле. План Джона, как тому казалось, был прост и хорош, однако там на самом деле было много «дыр». Ло не стал говорить об этом Харрису, решив, что разберётся со всем сам. Раз он так легко обнаружил эти обстоятельства, то Габриэль Харрис и подавно. — Но тогда о чём? — Он продолжал играть дурачка. Мужчина медленно опустил столовые приборы. — Отбрось свою игру. Я всё знаю. Дейвисон прекратил делать вид, что ест, и взглянул на Габриэля, не выглядя при этом испуганным, как ожидал старший Харрис. — Если вы надеялись оказать на меня психологическое влияние с помощью этой фразы, то вы ошиблись. Под вашими словами скрывается непонятная формулировка того, о чём именно вы знаете. — Ха, мой сын связался с поистине удивительным человеком, — Габриэль усмехнулся, но после вернул себе серьёзный вид. — Я знаю, что ваши отношения с Джоном фиктивные. Можешь не отпираться. — Да я так-то не собирался, — Ответил парень, сложив руки на груди и чуть повернувшись на стуле. Он вёл себя вольно, потому что мог, да и Джон тогда сказал просто быть собой. — Вот и прекрасно. Думаю, у нас выйдет короткий и приятный разговор. — Возможно, — Ло слегка пожал плечами. — Но позвольте спросить: как вы узнали об этом? — Джон думает, что придумал план, осуществил некоторые детали, и всё дальше само пойдёт отлично. Но, к сожалению или к счастью для меня, он не подумал о некоторых деталях. — Джодах Ави? — Предположил Лололошка, хотя уже сам знал ответ. — Верно, — Мужчина кивнул, его глаза слегка щурились, будто он пытался просканировать парня перед собой. — Я как-то лично оставил ему свой номер, чтобы он говорил мне, если у Джона будет странное поведение или не свойственные для него поступки. Господин Ави сразу сказал мне, что вы с Джоном были врагами три года, а потом вдруг неожиданно стали встречаться. Конечно, я сразу всё понял. Мой сын пытался разыграть хороший спектакль, водя тебя везде с собой и даже оставив жить. Я знаю своего сына, он никогда не искал свою родственную душу. Если бы его план был более проработан, то, думаю, мне было бы труднее догадаться об этом, но ненависть к Джодаху сыграла против него злую шутку, ведь он совершенно забыл про него. Дейвисон слушал и не перебивал. Да, это были именно те «дыры», про которые он упоминал ранее. Джон считал, что простого плана будет достаточно, и со временем всё наладится само, но так работает далеко не всегда. — Однако мы всё равно являемся родственными душами. Да и к тому же сейчас наши отношения уже перестали быть фальшивыми, — Ло не нужно было, чтобы ему верили. Он просто ждал подходящего момента, чтобы кое-что сказать. Мужчина внимательно смотрел на него, едва ли не без отрывисто. Любой почувствовал бы себя под таким цепким взглядом неуютно, поэтому, несмотря на всю отстранённость Дэйвисона к данной ситуации, он едва удержал себя, чтобы не передёрнуть плечами. Всё-таки хорошо, что Джону досталась внешность матери, а не отца. — Если бы не твои предыдущие ответы, я бы подумал, что ты мне врёшь. Однако не могу теперь быть уверенным, что это так. — Потому что в этом я с вами честен. Верить или нет - это уже ваши проблемы. — То есть ты влюбил в себя моего сына? — Надо же, вы такой догадливый, — Лололошка улыбнулся, положив ногу на ногу. Студент экологического курса и директор крупной компании сейчас были похожи на людей, которые вели друг с другом светские беседы. Эта ситуация смотрелась крайне странно, и любой был бы в замешательстве, став наблюдателем такой картины. — Ты должен знать, что мой сын довольствуется лишь короткими связями. — Знаю, так было раньше. Сейчас же он пообещал никогда меня не бросать. — И ты веришь в это? — Вполне. Ну, если вдруг Джон меня бросит, то он столкнётся с последствиями, я его уже предупредил. Однако преследовать я его не буду в случае чего. Лололошка видел, как Габриэль задумался. Перед ними словно стояли невидимые шахматы, и парень сейчас сделал свой ход, «съев» несколько пешек противника: — Если вы думаете, что сможете повлиять на Джона, то отбросьте эту идею. Характером он пошёл в вас - такой же упёртый. Так что вряд ли вы так добьётесь своего. Мужчина замер, а после его губы растянулись в ухмылке, и он покачал головой. — Ты пугающе проницательный мальчишка. — Приму за комплимент. — ... Хорошо, ты прав, — Подумав, вдруг сказал Габриэль и сложил руки в замок перед собой. — Тогда я хочу договориться с тобой. — И о чём же? Парень всё понимал. На самом деле он ждал этого предложения. — Сколько ты хочешь, чтобы расстаться с моим сыном? Ло улыбнулся. Его взгляд стал немного «лисьим». Кажется, он был довольным, и Харрис не мог этого не заметить. Он усмехнулся. Как и предполагалось, деньги решают всё. — А сколько вы предлагаете? — Не больше пяти миллионов. Однако и это наверняка больше, чем предложил тебе мой сын. Что скажешь? — Харрис уже предвкушал скорую победу. Обещания, отношения - всё это уходит на второй план, когда тебе предлагают такую сумму. Лололошка отвёл взгляд в сторону, на дверь, и о чём-то задумался. Лишь спустя секунд пятнадцать он повернулся обратно и сказал: — Габриэль, прежде чем я дам ответ... Можно задать вам один вопрос? — Конечно. — Вы когда-нибудь хотели быть похожим на своего отца? Габриэль застыл. До этого он бесцельно разглядывал еду в своей тарелке, ожидая чужого ответа и никак не мог предположить, что услышит подобный вопрос. — Какое отношение это имеет к нашей теме? — Возможно, никакое, а может быть, и самое прямое. Просто ответьте на вопрос, и тогда вы получите свой желанный ответ от меня. Мужчина нахмурился, выдавая явное нежелание делиться чем-то. Однако Лололошка просто терпеливо ждал, напрягая одним своим выжидающим взглядом. В итоге Харрис ответил, взвесив все «за» и «против»: — Я никогда не хотел быть похожим на него. Это не тот пример, к которому я когда-то стремился. Дейвисон состроил сочувственное выражение лица. — Тогда вынужден вас разочаровать: вы уже им стали. — Что? О чём ты? — Габриэль приподнял бровь, было видно, как только начало разговора на эту тему раздражало его. — Ну как же? Ваш отец тоже не одобрял отношения вас и вашей будущей жены, не так ли? — ... Молчание послужило согласием, поэтому Ло продолжил, сделав глоток сока, чтобы смочить горло: — Я просто веду к тому, что... А не задумывались ли вы, что когда-то ваш отец сделал точно так же? Предложил вашей жене деньги, чтобы она бросила вас, когда истратил все попытки на то, чтобы это сделали вы. Возможно, она тогда отказалась от денег, и только поэтому вы остались вместе. Наблюдая за потрясением на чужом лице, он понял, что правильно сделал ставку. Это был шанс 50 на 50. — Нет... Он не мог... — Ну вы же мне сейчас смогли это предложить. Значит, ваш отец и подавно, раз вы так его недолюбливаете, — Дейвисон со стуком поставил стакан обратно на стол. — Задумайтесь, были ли такие случаи, когда вы оставляли свою жену наедине с вашим отцом? Габриэль опустил голову, поджав губы. Эта реакция послужила лучше всяких слов. Такие случаи явно были, и, возможно, не единожды. Это всё, что Лололошке нужно было. — Ваша жена отказалась от денег и выбрала любовь, которую вы оцениваете в не более чем пять миллионов. Разве не смешно? — Ло усмехнулся, но потом стал безэмоциональным. — Хоть я и не могу понять этого полностью, но я представляю, каково это - потерять любимого человека и к тому же свою родственную душу. Однако это не значит, что вы должны были ставить крест на своём сыне и полностью забить на него. Наверное, так же с вами поступил и ваш отец когда-то. Возможно, вы считаете, что такова ваша судьба, всей вашей семьи, однако вы не должны ей следовать. Вы могли всё изменить и стать для Джона опорой, примером, да просто любящим отцом. Но вы выбрали образ холодного, незаинтересованного в судьбе своего ребёнка родителя. Вы самолично загубили всю его любовь к вам. А ведь ваша жена наверняка хотела, чтобы вы заботились о вашем ребёнке. — Хватит... — Процедил Габриэль сквозь стиснутые зубы. Лололошка вдруг ухмыльнулся. — Что, правда глаза колет? Только сейчас осознали, когда я вам всё разжевал и расставил по полочкам? — Заткнись. — Почему я должен? Вы своего сына не могли выслушать все эти годы, так что слушайте теперь меня. Джону не нужны были ни богатства, ни прислуга, ни какие-то дорогие вещи. Ему нужно было внимание, поддержка и любовь своего отца. Но вы не смогли ему этого дать, — Лололошка резко встал со стула и сверху вниз посмотрел на притихшего мужчину. — Поэтому это сделаю я. Парень направился к двери, не собираясь больше вести диалог, ведь всё, что он хотел, он сказал. Нужно лишь подождать эффекта. — Я не знаю, волнует вас это или нет, но если Джон для вас важен, то попытаетесь хоть немного стать менее отвратительным в его глазах. Хоть когда-нибудь поступите, как нормальный отец, — Дейвисон остановился перед дверью. Он схватился за ручку и перед тем, как выйти, обернулся и сказал: — И, кстати, я любовь за деньги не продаю. Под этими словами крылось, что он ни за что не бросит Джона. И тот не оставит его. Последний ход, и король был «съеден». Габриэль не останавливал его, не кричал что-то вслед, он просто тихо сидел, уперев взгляд в пол. В карих глазах что-то промелькнуло. Маленькая искра. Похожая на ту, которая отражалась во взгляде на огромной картине за его спиной. Его сын нашёл себе... Действительно удивительного человека.

***

Когда Лололошка вышел из столовой, то совершенно не ожидал увидеть сидевшего перед дверью Джона, который, облокотившись спиной о стену, явно слышал весь их разговор. Но ещё больше он не ожидал того, что глаза Харриса будут заплаканные и покрасневшие от слез. — Эй, ты чего? — Ло растерянно присел рядом напротив него на корточки, потеряв тут же всю свою холодность. Он взял чужое лицо в свои ладони и сжал, большими пальцами вытирая дорожки слёз. Джон шмыгнул и уставился на своего возлюбленного. — Ты... Ты не представляешь, как я испугался, когда услышал твои слова... О сумме... Дейвисон нахмурился, но потом понял, о чём речь, и вздохнул. Он хотел объясниться, однако Харрис вдруг прижал его к себе, заставляя упасть на колени. — Меня никто так не защищал... Никто не пытался помочь... И я так счастлив был услышать, что ты не променяешь любовь на деньги... Ты любишь меня..? Ло слушал этот сбивчивый голос и медленно обнял парня в ответ. Он успокаивающе погладил его по спине, прошептав: — ... Люблю. Я правда люблю тебя, Джон. Признание сорвалось с губ так легко... Чужая хватка стала сильнее. Лололошка совершенно не считал, что плакать мужчине это стыдно. Это совершенно нормально. Ведь это показывает, что у человека есть чувства. — Всё-всё, успокойся, — Дейвисон помог подняться парню и взял его за руку, переплетая их пальцы. — Пойдём к машине, хорошо? — Мгм, — Джон отвёл взгляд, вытирая остатки влаги с щёк. — ... Прости за это... — Не извиняйся. Не за что. Я всё понимаю, — Ло с редкой нежностью поцеловал своего парня в губы, этим окончательно успокоив его. Лололошка понимал, что Харрис не будет разговаривать со своим отцом, а значит, можно уже и уехать. Всё равно ведь всё сложилось так, как он и хотел, за исключением слёз Джона. За руль сел Дейвисон, благо права присутствовали, и они выехали с огромного двора загородного дома. Всё это время Харрис, сидящий рядом на пассажирском сидении, не отпускал его руки. Только лишь когда Ло переключал передачи. — Ну вот и всё. Финальный этап выполнен, — Подбадривающе улыбаясь, сказал Лололошка, нарушая тишину. Джон слегка улыбнулся. — Это всё лишь твоя заслуга. Я... Был здесь бесполезен. — Это неправда. Ты важен, Джон. Важная часть моей жизни, — Дейвисон поцеловал парня в тыльную сторону ладони, как тот любил делать с ним. Харрис, к удивлению, немного смутился и отвернулся к окну. — Кхм... Да, я знаю... Мне очень приятно... Лололошка хихикнул и сказал: — Ты же осознаёшь, что я вижу твоё лицо через отражение в стекле? — ... Чёрт... Ло засмеялся в голос, а вскоре и Джон присоединился к нему. Они ехали на немного высокой скорости, и, честно говоря, Харрис немножко боялся, что они точно куда-нибудь врежутся, ведь Лололошкой немного гнал. Спасибо хоть есть ремни безопасности... Когда они уже заехали на парковку многоэтажного дома, телефон Джона звонил. На дисплее высветилось «Отец». — ... Ответить?.. — Помедлив, спросил парень, на что Ло сказал: — Решай сам. Харрис поджал губы и нажал на зелёный кружок. — ... Джон, — Голос на той стороне был немного хриплым. — ... Что? — ... Прости меня. Я был неправ. Джон застыл, а Ло отвёл взгляд. — Ты вправе встречаться с тем, кого любишь. Я не могу и не буду тебя больше заставлять. Живи как считаешь нужным, главное, чтобы ты был счастлив, — Возникла тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием. — Я не прошу тебя меня прощать и тем более любить. Хаа... Твоя мама всегда лучше умела поддерживать разговор... Просто... М... Передай, пожалуйста, трубку Лололошке. Харрис прикусил губы, отдав телефон в руки своего парня, а сам задумался. Ло прислонил смартфон к уху и услышал тихий голос: — ... Спасибо. — Не стоит меня благодарить. Главное, чтобы вы понимали, что уже мало что можно исправить. — Я знаю. Поэтому прошу... Как ты и сказал, подари ему любовь и заботу за меня. Стань ему значимым человеком, на которого он сможет положиться. — Обязательно, не сомневайтесь в этом. — Хорошо. Я рад. На этом разговор завершился. Лололошка отдал телефон Джону и внимательно посмотрел на него. — Ты как? — Всё нормально. Знаешь, мне было бы немного больнее, если бы он просто сказал, что любит меня, потому что я бы воспринял это за очередную ложь, — Криво усмехнулся Харрис, а после посмотрел на Лололошку нежным, любящим и благодарным взглядом. — Ну, сейчас для меня даже это не важно, пока ты рядом со мной, думаю, мне всё будет нипочём. Дейвисон улыбнулся, смотря в эти всё ещё немного красные глаза, почувствовал прилив счастья. — Я могу сказать то же самое, — Ло кивнул на выход, и они наконец покинули машину. Лололошка переплёл их пальцы и крепко сжал, прижимаясь к Джону. Сердца обоих наконец были наполнены желанным счастьем и теплом, а буквы на запястье светились нежным светом. Они, являясь родственными душами, наконец счастливы, отдавая свою любовь друг другу.