Изучи меня

Битва была окончена. Человечество. Люди. Они смогли показать богам на что способны. Доказали свое право на жизнь. Дали увидеть свое величие и несгибаемость воли, что пронизывала саму суть человека. Обе стороны понесли потери, но то что произошло спустя некоторое время, никто не ожидал. Боги сами не ведали о таком, ведь Рагнарек был проведен впервые. Погибшие души начали возрождаться и тому было лишь одно объяснение: - Пока миллионы помнят. Пока миллионы верят – душа не погибнет. Именно тогда боги осознали какую непоправимую ошибку могли совершить. Истребив человечество, они бы уничтожили и себя. Не было бы никого, кто в них верил. Само их существование было бы стерто. Смерть стала бы финалом, без шанса на возрождение. В это было трудно поверить. Осознать происходящее. Ринг постепенно освещался яркими вспышками, придерживаясь той периодичности с которой погибали бойцы. Сперва боги посчитали это ошибкой, увидев первого человека, который истекал кровью. Его голова была на месте, хоть все ясно помнили, как Тор ее отбил. Воин человечества был обескуражен не меньше. Его дикий взгляд искал противника, а сердце бешено стучало, разгоняя желанный адреналин. Трибуна богов взвыла от негодования, но старшие боги не спешили. Им хотелось узнать, что происходит. Бойца человечества отвели в лазарет и готовили к допросу. Но через время произошла вторая вспышка. На арене появился отец человечества – Адам. Боги начали подозревать об истоках невероятных событий и убедились лишь после возрождения оскорбленного и пораженного Посейдона. - Что это?! Как?! – удивлялся Арес, наблюдая за тем как владыку море уводили в лазарет. - Еще одно чудо людей – нахмурившись ответил Зевс, но его морщины быстро разладились – Поразительно! Арес хотел задать еще вопрос, но смолк, когда на арене появился Геракл. Почти все зрители с придыханием наблюдали за ареной, на которую медленно возвращались погибшие. Все замирало в тот миг когда вновь вспыхивал свет. Зрителей становилось все больше. Боги и люди в этот момент были едины, наблюдая за чудом. Вельзевул не вернулся, после того как победит человека. Думал, что после победы должен был ощутить облегчение, но все было иначе. Его мировоззрение пошатнулось. Разрушение, которого до этого было желанным, начало казаться бесповоротной глупостью. Она не несла в себе ничего кроме пустоты, которая никогда не смогла бы удовлетворить. Адамас отвлек его от гнетущих размышлений. Бог бесцеремонно открыл дверь в кабинет Вельзевула и громогласно заявил: - Аид жив! Рука дрогнули, а очки чуть не упали на стол. Это звучало как бред или фантазия. Повелитель Нидхейма умер и обратного пути не было, но лицо Адамаса заставило усомниться. Вельзевул чуть ли не бежал в лазарет. К Аилу не пускали, ведь тому срочно нужна была помощь. Его раны кровоточили, но тот был жив. - Жив – тихо сказал ошарашенный Вельзевул, стоя в коридоре лазарета. Радости не было. Опустошение поглотило светлые эмоции, которые должны были вспыхнуть внутри. Голова опустилась, а взгляд потупился. Аламас думал, что Повелитель мух так выражал свою радость, но то было иным. В голове эхом звучал голос человека. Образ возник перед глазами. Он был смертельно ранен, но на лице была уверенность, а глаза смотрели в даль. Они смотрели в будущее, которого тот не смог бы увидеть. Речь была крепкой и заразительной. Его проигрыш был поражением для Повелителя мух. - Ты куда? - удивленно спросил Адамас, когда Вельзевул ринулся к бедной медсестре. - Ой! – испугалась девушка, прижав к себе инструменты – Ч-что..? - Люди. Те, кто погибли. Они тоже вернулись? Все? – неожиданно для себя выпалил Вельзевул. - Д-да – кивнула медсестра и убежала по своим делам. - Почему ты спрашивал о людях? – с недовольством спросил Адамас. Если бы Вельзевул мог ответить. Он не понимал. Ему хотелось знать наверняка, что все это правда. Все доктора разбежались по палатам, которые быстро заполнились персоналом. Сотрудников начинало не хватать, а пациенты были серьезно ранены. Они находились на грани между жизнью и смертью. Повелитель мух обошел все палаты, не слушая возмущения врачей и мед сестер. Он нашел его. Никола Тесла лежал на больничной кровати. Его принесли недавно. Белые простыни начинали пропитываться кровью. Особенно обильно она растекалась в месте где лежала рука с отрубленной кистью. Вельзевул отрезал ее во время битвы. Последняя попытка человека чтобы победить. - Я сам – строго сказал Вельзевул. Он взялся за лечение этого человека. Действовал в противовес самому мебе. Против неустойчивой позиции, которую пошатнул именно тот, кто лежит в больничной кровати. Разрушение было не единственным, на что Вельзевул был способен. Столько лет это было загублено. Собственными руками. Он забыл об этом чувстве. Спас Адамаса по приказу Аида, но ничего не ощущал. Но сейчас. Каждый шов. Каждое движение. Каждый болезненный вздох. Все это отдавалось в нем коротким замыканием. Хотелось сделать все как следует. Без ошибок. Безупречно. Чтобы не осталось лишних шрамов на бледной нежной коже человека. Мед сестры, которые иногда приходили помогать, молча переглядывались удивляясь повелению бога. После Рагнарека многие из богов стали вести себя странно. Успешно проведя операцию, Вельзевул вернулся к себе в кабинет. Вместо того чтобы отдохнуть, он принялся к разработке протеза руки для человека. Бог был уверен, что Никола Тесла научился бы писать и второй рукой, но на это пришлось бы потратить время. Стоило только представить его удрученное и напряженное лицо, как что-то кололо в висках. Вельзевулу не хотелось бы этого видеть. Узнать, что на какое-то время в чужих зеленых глазах погас свет искреннего любопытства. Было достаточно и того, что сейчас человек лежал в лазарете. Изможденный после операции. Его вид удручал и от этого становилось страшно. Прошло некоторое время и тогда Вельзевул смог сконструировать подходящую модель. Он несколько раз заходил в палату к Николе. Подбирал время, когда тот спал чтобы не возникало лишних вопросов. Однако, избежать их не получилось. Сейчас он стоял у входа в комнату Теслы. Дверь выглядела футуристично, но внутри чужого кабинета царила академическая простота. Весьма ожидаемо. Никола стоял у большой черной доски. Белые буквы и цифры были не ровными. Вельзевул коротко выдохнул. Этот человек все же пытался научиться писать другой рукой. Приходя поздним вечером в лазарет, Повелитель мух слышал, как мед сестры обсуждали странности одного человека. Кто-то, как только очнулся, попросил лист бумаги или блокнот с ручкой. Больной наравился записать ощущения после смерти. Бубнил, что это важно и нужно было все исследовать. - Отвлекись – сказал Вельзевул, не обременяя себя приветствиями. Никола не удивился, не испугался. Он озадачено повернул голову в сторону не званного гостя. Бог смотрел на него из-под черной челки, как на подопытного. Это не пугало, скорее интересовало. - О! Это ты – сказал Никола, убрав мел и вытерев пальцы, сжав ими влажную тряпку – Зачем пришел? Взгляд зацепился за коробку, которую держал гость. Он заметил и подошел к столу, заполненного бумагами. Пришлось осторожно их сложить и убрать, хотя очень хотелось сместить одним движением руки. Вельзевул не сделал этого лишь потому что понимал, что если бы в его лаборатории кто-то совершил нечто подобное, то не ушел бы живым. - Что это? – с нескрываемым любопытством спросил Никола, подходя к столу. Он не боялся бога. Воспринимал того как равного. Словно между ними не было никаких различий. Вельзевул не заострял на этом внимание. Ему лаже было приятно, что человек не пугался, как это делали люди и даже боги. - Смотрю, ты почти научился писать левой рукой – как можно отстраненнее сказал Вельзевул, не убирая руки с коробки. - Да – Никола повернул голову к исписанной доске – Цифры даются проще букв, но графики и линии почти всегда косые. Он говорил ни с огорчением, а с вызовом. Неудачи его не удручали, а лишь сильнее мотивировали преодолеть препятствие. Если бы оторвало обе руки, то точно бы научился писать ртом или нашел человека, что записывал его мысли и вычисления. Вельзевул внезапно схватил человека за руку с болтающемся краем рукава белой рубашки и потянул к себе. Он сжал осторожно, не давя на оставленные нервы. Вовремя операций, он сделал так чтобы можно было подключить будущую конструкцию к нервной системе. Вторая рука открыла коробку с протезом. - Это… – с придыханием сказал Никола, когда увидел протез. - Ни слова – строго сказал Вельзевул и приступил к работе. Протез встал ровно, закрепившись на руке. Тесла сильно сомневался, что бог смог на глаз определить размер обрубка, который покорежило после операции. Задавать вопросов он не стал. Мысли были полностью устремлены к протезу. Конструкция была удивительна. С каждой секундой становилось все интересно. Внутри бурлило желание узнать: как оно работает; какие материалы использовал бог; как будет ощущаться влияние на механизм, который должен заменить конечность. Вельзевул присоединил протез и ненароком прошелся пальцами по чужой теплой коже. На миг захотелось задержаться. Ощущать это дольше, но быстро одернул руку, когда пришло осознание. - Будет больно – предупредил Вельзевул. В этот момент по всей руке прошелся разряд и Никола согнулся, шипя от боли. Ток прошелся по руке и отдал в позвоночник. Это было адское ощущение, от которого начинали слезиться глаза, а конечности немели. На секунду мир погрузился во мрак. Пришлось дышать глубоко и ровно. Вельзевул коротко кивнул, довольный тем, что человек себя успокаивал. Эмоции все равно продолжали отражаться на его лице, в мимолетных движениях и спазмах. Это была не гордость, а разум, который говорил о безопасности и призывал к спокойствию. Повелителю мух это нравилось. Захотелось узнать сможет ли этот человек держать себя в других ситуациях – более экзотичных и своеобразных. От такой мысли бог цыкнул. - Попробуй – сказал Вельзевул. Тесла нахмурился, сосредоточившись на протезе. Механические пальцы постепенно начали двигаться, подчиняясь воле хозяина. Он был в восторге и не заметил, как гость отвернулся. Вельзевул не сразу понял, что губы изогнулись, когда человек сиял от радости. - У тебя остались чертежи? – прямо спросил Никола, продолжая проверять протез. - Не дам – ответил Вельзевул, словно ребенок, который жадничал, но быстро добавил – Даже не думай ее разбирать. Не смей! Вдруг Тесла звонко засмеялся. Его добродушный смех вызывал странные эмоции у бога. Ему хотело от этого укрыться, но в то же время присоединиться к веселью. Он знал, что нельзя. Ему нельзя этого. Это могло обернуться болью. Снова. - Тогда – улыбаясь начал говорить Никола – Я буду приходить к тебе и просить. Каждый день. Пока не покажешь. - Как хочешь – бросил напоследок Вельзевул и ушел из кабинета Теслы. И он делал то, что хотел. Приходил каждый день в кабинет бога. Ответов не получал, но присутствовал во время работы и следил. Никола не раз пытался вклиниваться в работу, но тут же получал яростный взгляд, но должного эффекта тот не мог возыметь. Вельзевул стискивал зубы, но не отстранял человека. Даже когда Никола в наглую нависал сзади, пробегаюсь глазами по бумагам или инструментам. Он слышал комментарии Теслы и большая их часть была приемлемой. Чувствовалось, что тому не хватало крох информации и деталей, что высказываться увереннее. Но Вельзевул ее не давал. Приходы Николы Теслы стал настолько привычным, что в кабинете появился стул. Божества и демоны в Нидлейме с первого раза поняли, что этого человека не стоило трогать. Некоторые пытались, но тряслись от одного появления Вельзевула. Никто не хотел навлечь на себя беду. Аид не мог не знать о похождениях человека, но ничего не предпринимал. Понимал, что мог чувствовать Вельзевул. В один из дней, Тесла привычно сидел на стуле в кабинете Вельзевула и пристально смотрел на чужие заостренные уши. - Что? – спросил Вельзевул, ощущая чужой взгляд на себе. Он привык, что Тесла не спрашивал, а просто подходил - нагло и уверенно. Наклонялся и прижимался грудью к чужой спине, слегка нависая. Тяжесть не раздражала. Напротив. Тепло человеческого тела было приятным и иногда Вельзевул отдвигался назад, когда оно от него отходило. - Я просто кое-что вспомнил – легко сказал Никола, вставая со стула и подходя к богу – Ты ведь так и не ответил на мой вопрос тогда. На арене. Вельзевул не помнил. Во время сражения его ничего не волновало, кроме мести. Он не воспринимал этого человека, до самого конца. - Какой? - Позволишь мне изучить себя? – сказал Тесла наклонившись к богу. Вельзевул на мгновение застыл. Это должно было быть ожидаемы и не звучать так, как отдалось эхом в ушах и сознании. В этом вопросе не было контекста. Бог повернул голову к человеку. Его не одолевало смущение или неловкость, но и уверенность была разбавлена. В глазах плескалось сомнение, словно уже готовясь к отказу. Вельзевул повернулся к нему всем телом и осмотрев, хмыкнул: - Возможно. - Тогда.. - Но – резко перебил его Вельзевул, поддавшись туловищем вперед – А что получу я? - Хм – Тесла нахмурился, думая над тем, что могло бы заинтересовать бога. - Я себя прекрасно знаю, потому совместная работа меня не заинтересует – добавил Вельзевул. - Но не знаешь меня – уверенно сказал Никола, щелкнув пальцами. Он не был уверен, что бога этого могло заинтересовать, но попытаться стоило. Приходя сюда, Тесла потихоньку собирал информацию о Повелители мух, но то были внешние признаки. Больший интерес вызывала способность, которую тот использовал вовремя сражения. Хотелось раскусить эту тайну. И вдруг по комнате раздался тихий смех. Плечи Вельзевула чуть подрагивали, а голова была опущена. Никола сделал шаг назад, чувствуя себя неловко. Губы дрогнули. - Я согласен – успокоившись ответил Вельзевул. Им не нужно было пожимать рук. Они приняли устный договор. Тесла не стал терять времени даром и принялся изучать уши, которые долгое время привлекали внимание. Они были единственным, что внешне отличало Повелителя мух от людей. Никола осторожно провел по ним, словно проверяя на естественность. Вельзевул стоял ровно, позволяя себя трогать. Когда руки человека дотянулись до губ, бог нехотя открыл. Пальцы провели по клыкам, которые казались довольно острыми. Тесла надавил на клык снизу в верх. Колкая боль пронзила подушечку пальца и на ней появилась капля крови. - Острые. Вельзевул легонько дотронулся до пальца человека. Он не отреагировал и рефлекторно поднеся палец к своим губам и лизнул колкую ранку. Взгляд был устремлен на «объект» изучения, от чего бог захотел опробовать чужую кровь. - Хватит – вдруг сказал Вельзевул, от чего Никола вздрогнул – Мой черед. Области его изучения были такими же, как и у человека. Вельзевул действовал непривычно мягко и медленно. Пальцы обводили чужую ушную раковину, словно пытаясь запомнить каждый миллиметр. Тесла немного поерзал, но старался держаться ровно. Он ощущал себя непривычно, под пристальным взглядом и прикосновениями. Чужие прохладные руки оставляли невидимые следы, которые отдавались легким следом на коже какое-то время. Бог провел большим пальцем по чужой губе. Она была тонкой и сухой. На ней были мелкие трещины, которые хотелось зализать. Эти мысли были безумны, но они не уходили. Они укреплялись и давили на сознание. Особенно, когда Тесла открыл рот, показывая зубы. Влажное горячее дыхание легло на бледные пальцы, от чего по коже пошли приятные мурашки. Вельзевул водил по зубам и протиснул пальцы глубже, задевая скользкий язык. Слюна осталась на руке каплями. Он видел, как дрогнул чужой кадык, когда человек сглотнул скопившуюся слюну. Рука покинула рот и тогда Тесла удивленно моргнул. Вельзевул облизнул пальцы, все так же пристально смотря на «объект» изучения. Он сказал: - Не плохо. Тесла дернулся от неожиданности. Не знал, что ему на это ответить. Не знал стоило ли на это как-то реагировать. Действия Вельзевула казались провокационными. Бог не мог не заметить смятение человека и тому это понравилось. - Продолжим? – спросил Вельзевул. - Э.. У меня еще есть дела – быстро ответил Тесла и покинул кабинет бога. Никола не соврал. Он не убегал. Ему нужно было записать новые детали и результаты, вот только это можно было сделать и в чужом кабинете. Вельзевул хмыкнул, поглядывая на пустой стул, который был придвинут к столу. До этого за ним сидел человек и грыз карандаш, думая над схемами протеза, которые ему все же удалось получить на руки. Второго раза пришлось дожидаться несколько дней. Вельзевул предполагал, что человек не решиться прийти на следующий день. В эти дни тишина становилась непривычно. Пространство было пронизано холодом и мраком. Повелитель мух думал, что это могло быть из-за того, что внутри него что-то разгоралось. После того «изучения» ему вновь приснились образы Николы, которые не должны были возникать. Он сидел на стуле и грыз карандаш, но в миг оказался между ног бога, утыкаясь носом в пах. В его рту было так влажно и горячо. Это казалось таким реальным. Особенно горящие зелены глаза, смотрящий на него снизу в верх. Вельзевул стиснул зубы. Он противился. Не хотел, чтобы это происходило, но в то же время наслаждался растекающимся по телу жаром. Он возникал внезапно, при одном воспоминании о сне. Вот и сейчас Повелитель мух дернулся, услышав скрип открывающейся двери. На пороге стоял Тесла. Это должно было случиться, ведь любопытство ученого было сильнее неловкости. - Продолжим? – спросил Никола, сделав шаг в комнату бога. Вельзевул кивнул, сохраняя спокойное выражение лица. Ответом был кивок. Он боялся, что голос мог выдать то возбуждение, что вспыхнуло новой силой. Одного вида человека стало достаточно, чтобы по телу пробежала дрожь, которую едва удалось унять. - Покади мне еще раз, как ты используешь свои способности – прямо сказал Никола. Он перешел к сути, не делая больше заниматься физиологическими исследованиями. Не сейчас. Он смог унять навязчивые мысли, которые начинали иметь новый подтекст. Бог мог над ним издеваться или же действительно кропотливо изучать то, что показалось интересным. Он был ему интересен. - Хорошо – согласился Вельзевул, не вставая со стула – Но я покажу по-своему. - Хорошо – согласился Никола. Он уже знал какие эксперементы с силой бога стоило провести. Если тот согласился, то стоило дать поблажку и после прогибать под своими методами. Повелитель мух встал со стула и направился к другому столу. Он порылся в ящике, и что-то достал. Тесла подошел, терзаемый интересом. В чужих руках блеснула небольшая баночка, в которой была какая-то полу-прозрачная жидкость. Тесла улыбнулся, думая, что бог покажет свою силу на примере взаимодействия с жидкостью. Было бы не лишним узнать будет ли она так же воздействовать, как и обычная вибрация. Но вдруг, чужие пальцы схватили его за грудки и грубо усалили на стол. С него попадали бумаги и колбы, которые грозились разбиться. - Что?! – удивился Тесла, чувствуя под собой твердое шлифованное дерево. - Я решил, что мы совместим наши исследования – сказал Вельзевул – Потратим меньше драгоценного времени. Никола не понимал, что хотел сделать бог. Он поднял его так легко и быстро, словно тот ничего не весил. От этого осознания по позвонку пробежал странный ток, напоминавший страх и предвкушение. Оно часто появлялось во время новых открытий. Вельзевул не видел сопротивления. Его руки медленно проскользили по чужой горячей шее. Пальцы остановились на крупной артерии, в которой можно было прощупать учащенное сердцебиение. Ему это нравилось. Тесла тяжело выдохнул, приводя мысли в порядок. Убежал, что это просто научный интерес. Он подопытный. Они оба друг для друга ценные образцы. Вдруг чужие руки резко начали снимать серую безрукавку. Движения были резкими и быстрыми. Несколько секунд и пуговицы на белой рубашке разлетелись в разные стороны. - Можно было просто попросить – сказал Никола, нервно приподняв один уголок губ. Он подумал, что бог хотел прочертить линию артерии и сосредоточиться на сердце. Одежда мешала этому. Чужие руки потрясывало, от чего Тесла нахмурился. Это не было похоже на использование силы. - Что не так? – спросил Тесла, неуверенно взяв чужую руку в свою ладонь. - Ты собран даже сейчас – проговорил Вельзевул, и только сейчас поднял взгляд на собеседника. Черные расширенные зрачки напоминали бездонное дно, в котором медленно разгорался огонь, который был вызван искрой. Прохладные бледные пальцы прочертили линию от ямочки между ключицами до правой груди. Никола ошарашенно следил за чужими движениями. Он вздрогнул, когда вторая рука Вельзевула резко схватила его за левое бедро и сильно сжало. - Это не похоже на исследование – на выдохе сказал свои опасения Никола и замер, ощутив легкую вибрацию на левом бедре. - Я же сказал, что покажу по-своему – сказал Вельзевул, приблизившись к уху. Он выждал время, ожидая реакции. Человек мог его оттолкнуть, ударить, но тот ничего не делал. Губы изогнулись в игривой улыбке, прежде чем он сказал: - На что же ты готов пойти ради исследований? - На смерть – без лишний раздумий, выпалил Тесла. Вельзевул перестал двигаться. Он вспомнил момент, когда человек исчез после проигрыша. Вспомнил речь, в которой не было ни сомнений, ни сожалений. Никола поежился, когда рука на бедре сжала сильнее. Вельзевул рыкнул и резко потянул ткань белых штанов, словно пытаясь сорвать их прямо так. - Эй! Эй! Никола схватил бога за плечи, пытаясь остановить. В ответ был слышен треск ткани, а за ним слова, сказанные так тихо, что можно было едва расслышать: - Идиот. Это слово выбило из Теслы самоконтроль. В груди взбурлило негодование. Он принимал странные методы исследований бога, но оскорбление было верхом неуважения. Вот только высказаться не дали. Он открыл рот, но чужие губы накрыли молниеносно, словно приняв это за приглашение. Язык Вельзевула собственнически вторгся в полость рта и прошелся по зубам. Руки в это время расстегивали ремень на белых брюках. Человек замычал и вцепился в чужие плечи сильнее, но не отталкивал. Не так сильно, как мог бы. Вельзевул разорвал жадный поцелуй и положил человека спиной на стол. Банка едва не упала, но ее успели поймать. Белые штаны быстро слетели с ног ученого. Они поджались, стараясь прикрыться. Повелитель мух схватил чужие бера и развел, встав между ними. - Я не понимаю – приподняв голову, признался Тела – Не вижу смысла. - Он есть – ответил Вельзевул, наклонившись так, что едва ли не ложился на партнера – Ты скоро поймешь. Вельзевул разорвал трусы, что скрывали гениталии человека. Он вновь попытался прикрыться руками, но ему не дали. Повелитель мух вновь положил того на стол. Только сейчас было видно, как на щеках Теслы появился румянец, что становился все ярче с каждой секундой. Это завораживало. Хотелось увидеть насколько далеко это могло зайти. Какие эмоции появятся на этом лице. Как свет любопытства смениться всепоглощающим пожаром желания. И все это увидит только он – Вельзевул. Все это будет принадлежать ему. Все. Тесла прикрыл глаза и откинул голову на стол, когда чужая ладонь прошлась по оголенному подтянутому животу и поднялась к груди. Вторая рука легко откупорила банку. Пальцы погрузились в вязкую субстанцию. Губы прижались к чужой горячей коже, легонько подцепив ее и потянув на себя. - Нет – выдохнул Тесла. - Хочешь остановить? – спросил Вельзевул, оторвавшись от кожи человека. Он знал, что тот не откажет. Не сможет уйти не получив желаемого. Они оба получат то чего хотят. И даже больше. Тесла промолчал. Уверенный взгляд бога, был наполнен чем-то неподдающемся логике. Оно напоминало страсть, но она была направлена не на то исследование, которое должно было быть во главе. Он изучал его тело не как ученый, а как любовник. От этого по телу пробегала дрожь. Ноги широко раздвинуты, открывая его полностью. Стыд лег краской на лицо. Вельзевул согнул ноги человека в коленях и развел их чуть шире. Влажные пальцы мазнули по коже. Он ощутил, как тело перд ним дрогнуло. Это было не хорошо. Нужно было чтобы человек расслабился. Вельзевулу не желал причинить боли и это было удивительным. Ему было плевать на остальных, но с этим человеком – Николой Теслой – все было иначе. Казалось, если вновь причинить боль, то он исчезнет раз и навсегда, а вместе с ним и свет. - Я дам тебе изучить часть себя – прошептал Вельзевул, наклонившись к лицу человека – Но ты должен расслабиться. Тесла попытался, но снова дрогнул, когда чужие губы прижались к груди. Стыдно. Развратно. Сердце бешено билось, но не от страха и это пугало. Каждое прохладное прикосновение отдавалось приятным жаром в паху. Это было неправильным, но это никого не останавливало, а лишь подкармливало любопытство – куда все это могло завести. Смазанные пальцы осторожно протолкнулись между ягодиц и дотронулись до анального кольца. Он сжался, но расслабился, когда все внимание человека перешло к укусу. Чужие зубы сдали нежный ореол левого соска. Тесла зашипел и охнул, когда ощутил, как в него проникло сразу два пальца. Движение было медленным, но уверенным. Первые фаланги начали аккуратно двигаться и массировать мышцы. Это было не больно. Пульсация возле левого соска сильно отвлекала от неестественных движений внутри. Вторая рука бога, начала медленно поглаживать живот, от чего тот рефлекторно втянулся. Послышался тихий короткий смешок. Тогда рука перешла с живота на грудь. Подушечки пальцев невесомо трогали место укуса. На коже остались яркие алые следы зубов, словно метка. Вельзевул блаженно прищурился. Пальцы второй руки толкнулись глубже, до самого края, от чего тело человека слегка выгнулось. - Тшшш. Тише – успокаивающее начал шептать Вельзевул – Мы близки к началу. Сейчас ты все ощутишь. Тесла замер, сосредоточившись на чужих пальцах внутри себя. Они массировали и потихоньку двигались. Губы бога прижимались к коже то на животе, то на ребрах, то на груди – оставляя мягкие поцелуи. Зубы резко вонзились в кожу заостренного соска, от чего человек издал короткий стон удивления и боли. Тесла хотел что-то сказать, но тут внутри начала ощущаться дрожь. Она исходила не от него. Она была вызвана чужими пальцами. Они прикасались к влажным гладким стекам и по ним растекалась вибрация, от которой все внутри сжималось. - Чувствуешь? – шептал Вельзевул, ощущая давление на пальцах. Тесла не ответил. Его сильно отвлекала вибрация внутри. Она ощущалась странно приятно. Он бы никогда бы не подумал, что бог захочет использовать свою силу вот так. Это было так пошло, от чего стыд перетек краской на шею. Ужаснее было то, что ему начинало нравиться. - Это только начало нашего опыта – продолжил шептать Вельзевул, получая удовольствие от вида раскрасневшегося и растерянного партнера – Я дам тебе изучить еще одну часть себя. Чуть позже. Чуть глубже. Ты обязан будешь запомнить это. Тесла тихо застонал от таких развязных двойственных фраз бога. Пальцы стали действовать активнее, а чужие губы нежно покусывали, оставляя следы там, до куда могли дотянуться. Казалось, что его хотели съесть – медленно, вкушая каждый сантиметр. Вельзевул оторвался от ключиц человека и поднял взгляд на пылающее лицо. Никола мелко дрожал от вибрации, что отдавалась в животе. Ясность в зеленых глазах слегка потухла, но ее заменял мелкий алый огонек желания. Тесла глубоко выдохнул, когда из него вынули пальцы. Ему показалось, что все закончилось. укусы пульсировали. Член стал твердым от ласк. Это было чем-то новым, что следовало прнять. Действия бога заставил его ощутить возбуждение. Рука уже потянулась, чтобы завершить начатое, но голос заставил остановиться. - Не трогай – строго сказал Вельзевул и в наказание шлепнул человека по бедру – Мы не закончили. Тесла сглотнул. Ему стоило отказаться, но чертов интерес пригвоздил его к столу. Он приподнял голову и следил за тем, как Повелитель мух наливает стягивать с себя штаны. Его член был тонким и длинным. Было странно представить то, как он входит в него до самого основания. Это казалось невозможным. Вот только до этого все, что казалось невозможным априори было временным. Вельзевул хмыкнул, ощущая взгляд человека на своем члене. Рука быстро прошлась по вей длине на сухую. Было не приятно, но это не важно. Все мысли были уже в будущем, когда член входил в горячее тело человека, который изнемогал от желания. Возможно, Вельзевул хотел бы услышать, как Никола молит о большем. Хотя это было бы тому не к лицу. Даже сейчас учены, покрытый краской смущения и пеленой страсти, излучал неутолимый интерес. Тесла затаил дыхание, когда его ноги раздвинули еще шире, а к аналу приставили влажную головку. Она казалась большой, от чего хотелось сжаться, но новый шлепок по ягодице отвлекал. Мышцы рефлекторно сдались и разжались, почти расслабившись и тогда в него проникли. Никола болезненно застонал, выгнувшись. Он неосознанно попытался отодвинуться, но его удержали за бедра. Чужие пальцы впились кожу, оставляя полумесяцы. Вельзевул зашипел. Мышцы сильно сжимались вокруг головки, словно пытаясь ее оторвать. Он толкнулся глубже и тогда ощущения поменялись. Теперь горячее нутро человека начало затягивать. Это было до одури приятно, хоть стенки все еще жалобно растягивались под давлением. Руки Вельзевула схватили чужой член и начали надрачивать, чтобы сплести боль с удовольствием. До заостренных ушей постепенно доносились тихие стоны, которые сдерживали сомкнутые губы. Повелитель мух рыкнул, нависнув над партнером и впившись в губы своими. Он толкнулся членом глубже, почти до основания и поймал стол. От него по телу пробежала дрожь, как от легкого разряда. Это сносило голову. Тесла выгибался во время медленных, но жестки толчков внутри. Стенки сжимались вокруг члена бога, заставляя ощутить каждую набухшую венку и каждый дюйм. Одна эта мысль заставлял голову кружиться и захлебываться в стоне. Ноги сжались вокруг талии, прижимая ближе. Руки вцепились в напряженные плечи партнера. Жар выходил наружу в виде пота, который впитывался в белую рубашку. Эмоции были слишком яркими, от чего перед глазами иногда появлялись пятна. - Запомни каждый дюйм – жаром выдохнул Вельзевул на ухо Николе – Если не запомнишь, то я буду напоминать тебе каждый раз. Каждый день. До того момента, пока оно не отпечатается в твоей голове картинкой. Никола громко застонал, во время очередного грубого толчка, который, казалось, наполнил его до краев. Слова бога лишь сильнее били по ощущениям, разгоняя жар. Нужно было еще чуть-чуть. Еще немного и он дойдет до края. Вдруг движения прекратились и тогда Тесла наконец открыл замутненные глаза и посмотрел на Повелителя мух. Он ждал ответа. - Не думаю – тяжело дыша начал говорить Никола – Нам обоим нужно будет повторить = грудь вздымалась при каждом грубоком вдохе – Любое исследование, любой эксперимент должен быть повторен и не раз – влажный язык прошелся по потрескавшимся пересохшим губам. Вельзевул опустил голову. Его затрясло от перевозбуждения. Этот человек. Он даже сейчас был таким. На грани наслаждения, тот был ыерен себе. Повелитель мух снова с силой схватил чужие бедра и принялся вдалбливаться в тело, выбивая из того весь воздух вперемешку со стонами. Каждый вздох, каждый стон, каждая судорга мышц – все это принадлежало ему. Все. Никола с силой придался к телу партнера, кончая. Его выкрик разнесся по комнате, словно отпечатываясь в стенах. В миг стало так хорошо. Все было таким неосязаемым и необъятным. Все сконцентрировалось в теле, в той точке до которой невозможно было достать самостоятельно. Это нуждалось в повторном исследовании.