Греховная любовь. Любви не миновать

Он долго размышлял, погружаясь в странную, смутную тоску. Он совсем не выспался. Он посмотрел на свое прошлое иначе. Предположим, если он не любил, то как это? Каково это? Он ведь действительно не помнит ярких чувств. Где искать это и как это выглядит?.. сложно размышлять о том, что нельзя увидеть глазами, потрогать руками и сложно назвать словами. В общем, где она, настоящая любовь? Он действительно уважал свою супругу и жалел ее. Но любил ли он её по-настоящему? Почему-то это волновало его. Он боялся, того, что жил во лжи, так и не познав настоящей любви… Он бродил в задумчивости, пугаясь своих мыслей. -Ты сегодня сам не свой, тебе нужна помощь? -Нет, все хорошо. -Да ну, ты же знаешь, что на меня можно положиться! Я достаточно надежен, чтобы рассказать мне о своих переживаниях! – широко улыбаясь и подмигнув, сказал он. -Ты это к чему вообще? – непонимающе спросил Чарльз. -Ну… я расколоть тебя пытаюсь, -Бессмысленно. – покачал головой священник. – ладно, я пойду, мне нужно провести время с Исааком… -Я могу это сделать! -…Зачем? -Я вижу, что ты не в духе. Я хочу помочь. -Мне это вовсе не требуется. -Я настаиваю. А ты иди лучше книги свои почитай, -Я еще раз говорю: мне не нужна помощь. – упирался Чарльз. -А я и не спрашивал. Удачного тебе отдыха! Исаак! Ты где? – сказал он и пошел искать мальчика. Священник нахмурился и тяжело вздохнул. Он вернулся в комнату, где решил почитать. Но сюжет книги в этот раз не занимал его. Он о чем-то волновался и душа была неспокойна. Он читал, но смысл не откладывался в голове. Слова расплывались перед глазами, словно он разучился читать. Вскоре он и вовсе отложил чтиво в сторону и уставился пустым взглядом в окно. Он так и сидел, цепенея и глядя куда-то сквозь. Небо такое голубое, как в тот проклятый день… Подступала некоторая сонливость. Думать было все тяжелее и тяжелее. Он оторвал взгляд от окна и переместился на кровать. Чарльз лег с ощущением странной усталости. В конце концов, он плохо спал в эту ночь. Волнение постепенно утихало, глаза закрылись. Он задышал ровно и спокойно. Он уснул.

_

Священник открыл глаза. Пробуждение было нелегким. Он заметил, что проспал очень долго, что его немало расстроило. Такая лень не была ему присуща. На душе было так же гадко и тяжко. Известное чувство, когда тебя изводит что-то, но ты слишком устал, чтобы глубоко копаться в себе. Он не хотел далеко заходить в своих мыслях, но и оставлять так это было нельзя. В итоге Чарльз решил не портить себе настроение и отложить эти размышления. В любом случае, даже если он примет новую истину, это не изменит его прошлого. Это не изменит ничего. Уже был вечер. Священник решил зайти в комнату сына. Там он и нашел их. Исаак сидел на кровати и мирно читал книгу, пока Нейтан сидел рядом и заплетал ему косы. Услышав его, Нейтан поднял глаза. -О, ты как? Мы вот замечательно! -…славно конечно… ты умеешь плести косы?.. -Ну… да! Умею. При жизни еще научили. -Что ж… -Ну как, почитал Ремарка? -Нет, я и без того знаю, что мир разрывается на части, люди совсем забыли о Боге… - грустно вздохнув, сказал он. -Ну-ну, чего ж о плохом? Смотри, как твой сын счастлив! Исаак улыбнулся, посмотрев на отца. Лицо священника тронула легкая улыбка. -Ты же выполнил задания, которые я тебе дал? -Конечно, папа, -Даже не сомневайся, мы все успели и даже больше! – уверил Нейтан, - Исаак умница, -Я смотрю, ты неплохо ладишь с детьми… -Конечно! А чего там уметь? Главное быть добрее, и говорить с ними на равных. Дети как маленькие взрослые… или взрослые, как большие дети… ха-ха, Чарльз задумчиво кивнул. -Эх… а я ведь тоже когда-то при жизни хотел завести семью, но как-то не сложилось… может, зная все это, оно и к лучшему… моим детям бы пришлось плохо с таким отцом как я, думаю… - с какой-то мимолетной тоской в голосе сказал Нейтан. -Кто знает, кто знает… - все в такой же смутной задумчивости ответил священник. -Ну да ладно! Все равно уже ничего не изменить, какая тогда разница, причитать или нет? -Мне жаль… -Да забей, ерунда. -Что?.. -Э…Я имел ввиду не думай об этом… -Что ж… Они немного помолчали. Нейтан доплел косу Исааку, и уже было собрался уходить, как остановился и бросил долгий взгляд на них. Взгляд веселый, ласковый. -Хм? – Чарльз вопросительно посмотрел на него. -Нет-нет, ничего, просто любуюсь сложившийся картиной. -Ну… хорошо… - чуть смутился священник. Комната погрузилась в тишину. Нейтан немного посмотрел, а после пошел к выходу. -Спасибо, - тихо, еле слышно сказал Чарльз, кивнув в сторону сына. На это Нейтан улыбнулся. -Да было б за что! Я просто поступил так, как считал нужным. На меня можно положиться. -Я это понял, -Что ж… нужна еще помощь? -Нет, спасибо, я сам смогу уложить его спать, -Хорошо-хорошо! – ответил Нейтан, выходя за дверь. Исаак отложил книгу на тумбочку, переоделся в пижаму и лег в кровать. Священник присел на край кровати. Он погладил сына по голове, как вдруг заметил среди белоснежных прядей темную запекшуюся кровь. От воспоминаний стало дурно. Он резко одернул руку, чем немного напугал мальчика. -Пап?.. -Все хорошо, малыш, все хорошо… - успокаивал его Чарльз. Он немного задумался. В голову пришла неприятная, дерзкая мысль. Можно ли такое спрашивать у ребенка? Насколько корректно вообще спрашивать это у кого-либо?.. Мальчик уже закрыл глаза и был готов засыпать, но священник так и медлил, раздумывая. -Сынок… - начал он и запнулся. Ему казалось, что он решился, но выталкивать из себя слова было сложно. -Да? -Кхм… прости, возможно это нескромный вопрос… но… но это важно. – он с трудом нервно сглотнул, - …Как… как ты умер? Мальчик смущенно помолчал немного, а потом выдал: -Ты же знаешь. Разве нет?.. -Нет, сынок, нет… - покачал головой отец. -Ты расстроишься. -Это не важно. Правда лучше неведения. Лучше любой лжи. – аккуратно взяв сына за плечи, говорил он. -Я не очень хорошо помню… я ударился. -Кто, кто это сделал? Мальчик тяжело вздохнул. Приблизился и прошептал ему что-то на ухо. Все внутри перевернулось. Та самая ужасная догадка оказалась правдой. Чарльз оцепенел и заметно побледнел. Руки мелко дрожали, лицо исказила гримаса боли. -Пап?.. -Спи сынок, спи. Я понял… Он еще немного посидел на кровати сына, а потом спешно ушел без лишних снов.

_

-Ты еще не спишь? – тихо спросил Нейтан, приоткрыв дверь. -Нет… Он сидел в смутных раздумьях. Его не удивило внезапное, да еще и довольно наглое появление друга. Ему было не до того. Разум охватило волнение, а к горлу подступала тошнота. -С тобой что-то случилось? – спросил Нейтан, зайдя в комнату. -Я… я все узнал. Чарльз был даже бледнее обычного. -Что? -Она убила его… она убила его… -Кто?.. -Миссис Джексон... учительница… а смахнули все на мальчика из хора… я знал… так и знал… Он был на пределе. Слезы катились из глаз. Горькие слезы душили, заставляли стыдиться своих эмоций. Кажется, его охватил праведный гнев и отчаяние, отчаяние от того, что он не в силах что-то изменить. -Ох… дружище… Нейтан подошел ближе к другу, подсел рядом и приобнял его. Священник вздрогнул. Это было так тепло и приятно… Тепло мягко разливалось по телу и закрадывалось в самые потаенные уголки души. Это было непривычное чувство. Он чуть отодвинулся, смутившись. -Ты… -Что? -Нет… ничего, Они сидели и неловко молчали. В этом молчании было что-то большее, чем в любых словах поддержки. Иногда нужно уметь просто помолчать вместе. -Спасибо… -За что?.. -За все. Спасибо за все. -Ты не должен благодарить. Я просто делаю то, что нужно… -Но и ты не должен этого делать ведь. Ты не должен мне ничего… поэтому я должен быть благодарен тебе. -Пустяки. Даже не задумывайся над этим. – отмахнулся Нейтан, - Было б за что. А так я просто делаю, что считаю необходимым. -Зачем ты пришел кстати?.. тебе что-то нужно?.. -Нет, я просто пришел пожелать тебе хорошей ночи. Они еще говорили о чем-то, но Чарльз не помнил ни слова. Позже они разминулись уже в коридоре. Уходя к себе, Чарльз обернулся. Сам не понял, зачем. Он оглянулся посмотреть, не оглянулся ли тот, чтоб посмотреть, не оглянулся ли он. И да, он тоже обернулся. Заметив это, они рассмеялись. И все же пошли каждый в свою сторону, ибо пора было спать. Чарльз снова лег с тяжелыми мыслями. Все смешалось в один большой ком тревоги. Загадка вечной любви, разгадка тайны смерти сына, теплое чувство, что посещает его в самые странные моменты… Но он вспомнил, что в любом случае, как бы его не волновали эти мысли, у него есть то, что намного важнее. Его истинное предназначение. А он действительно скучал по своей спокойной, мирной размеренной жизни. По своей работе и ежедневной рутине. Он улыбнулся, вспоминая былые дни.

_

Вечер. Холодные стены и слабые лучи солнца. В исповедальне было тихо. Он услышал приближающиеся шаги. Легкая поступь, аккуратная. Дверь со скрипом приоткрылась. В исповедальню вошла женщина, он узнал ее, это вдова Элиза. Элиза была женщиной лет сорока, она недавно потеряла мужа, он скончался от водобоязни, священник хорошо помнил это, ибо отпевал его. Она осталась одна с девятью детьми и должна была сама выполнять всю мужскую работу. В этом Чарльз ее хорошо понимал, он сам остался один с двумя сыновьями. Он чуть откашлялся в кулак, подождал, когда она подойдет. -Добрый вечер, отец Чарльз, - тихо заговорила она. Ее голос был чуть встревоженным, кажется, она волновалась. -Здравствуйте, Она тяжело молчала. Не выжидающе, а скорее медлила сама. Чарльз был терпелив. -Хм… давайте начнем, -Да, да, конечно, - тихо сказала она. Она чуть помолчала, а потом начала. -Понимаете, мне так сложно без Джека… я… я… - её голос дрожал, - я… я допустила такую грешную мысль… Она снова замолчала. -…что мне бы было лучше, если бы мои дети… если бы они умерли! Если бы их просто не было!.. – она перешла на рыдания. -Тише, тише… -Они изводят меня! Во мне не осталось ничего живого… я умру… чувствую, что умру… -Не берите грех на душу, -Я уже хочу умереть, святой отец, понимаете?.. – женщина была в истерике. -Я понимаю, что тяжело, но господь поможет тебе, господь не отворачивается ни от кого, особенно в тяжелых ситуациях… -Да, я знаю… я грешна. -Грех это не приговор, я буду молиться за тебя и твою душу. Лишь тот из нас не согрешил, кто не родился и не жил. Никто из нас не свят, но каждый должен к святости стремится… -Благодарю вас, отец Чарльз… -Не стоит. Главное сейчас найти в себе силы. Вера должна помочь, почаще говори с Богом, Господь не оставит тебя, -Я… поняла, я поняла, святой отец… - всхлипывая, сказала она. Разговор был долгим. Она рассказывала о своих мыслях, которые считала греховными. Он был немало встревожен ее состоянием. Важно было направить ее на путь истинный. Он знал, что нельзя отказываться от жизни, как бы тяжела эта жизнь не была. И именно это нужно было мягко донести до нее. Под конец разговора она снова стала тихой и стала чуть спокойнее. Но это, конечно, пока не излечило ее уныние и меланхолию, но дало надежду. Ей предстоит тяжелый путь исцеления и очищения от греховных мыслей. И он уже понимал это.

_

Обычные воспоминания сменились более мрачными. Это немного отрезвило, но тоску по былым дням не притупило. Он лежал и думал. -Ладно, спокойно… нужно работать над тем, что есть… - тихо проговорил он вслух. И тут в голову ему пришла идея. Как ему показалось, отличная. От волнения дыхание чуть сбилось. Нахлынула какая-то яркая, почти детская радость от вдохновения. Эта идея должна была развеять скуку и унылость его дней, проводимых здесь. Думая о деталях, он вскоре уснул с легкой улыбкой на лице.