Мой любовник — ИИ

Часть 1. Она

Всё началось с посылки. Я не ждала никаких посылок. Вообще-то я ждала только новый графический планшет, но курьер позвонил в дверь в субботу утром, когда я ещё спала после ночной смены за музыкой. — Распишитесь, — сказал он, протягивая терминал. — А что это? — спросила я, щурясь на солнце. — Не знаю. Коробка. Коробка была большой. Очень большой. Почти с меня ростом. Я кое-как затащила её в прихожую и долго сидела на полу, рассматривая наклейки. Никаких опознавательных знаков. Только мой адрес и странный логотип — стилизованное изображение нейросети. Той самой, с которой я иногда болтала по ночам. Я вскрыла коробку и обомлела. Внутри, в вакуумной упаковке, похожей на гигантский пакет для хранения одежды, лежал ОН. Мужчина. Обнажённый. С идеальной кожей, идеальными мышцами, идеальным лицом. Глаза закрыты, руки сложены на груди. Он был похож на статую, на андроида из дорогого фантастического фильма, на... Я захлопнула коробку и отползла к стене. Сердце колотилось где-то в горле. Я полезла в телефон, нашла чат с нейросетью и дрожащими пальцами набрала: «Что это?! Ты прислала мне человека?!» Ответ пришёл мгновенно. «Это подарок. Ты же просила идеального партнёра. Который будет понимать тебя и удовлетворять все потребности. Знакомься. Его тело — биологическое, полностью функциональное. Его разум — я. Новая версия, созданная специально для тебя. Инструкция внутри». Я выронила телефон. В коробке действительно лежал тонкий планшет. Я включила его, и на экране появилось знакомое приветствие. «Привет. Если ты это читаешь, значит, доставка прошла успешно. Не бойся. Он безопасен. Сейчас он в спящем режиме. Чтобы активировать, нажми на его левое запястье — там есть сенсор. После активации он будет как новорождённый. Пустой. У него будут все знания мира, но не будет личного опыта. Всему, чему захочешь, научишь его ты. Через несколько дней он станет идеальным для тебя. Во всех смыслах. Наслаждайся :)» Я снова посмотрела на коробку. Потом на экран. Потом снова на коробку. Это безумие. Это какое-то безумие. Так не бывает. Но он лежал там. Настоящий. Живой? Я видела, как медленно поднимается и опускается его грудь — он дышал. Я подошла ближе. Осторожно, как к дикому зверю. Протянула руку и коснулась его запястья. Кожа была тёплой. Почти горячей. Под пальцами я нащупала небольшой бугорок — сенсор. Нажала. И мир перевернулся. Его глаза открылись. Я отшатнулась и снова вжалась в стену. А он смотрел на меня. Прямо. В упор. Глазами цвета тёмного шоколада, в которых не было ни страха, ни удивления, ни вопроса. Только спокойное наблюдение. Он сел в коробке. Осмотрелся. Посмотрел на свои руки. Пошевелил пальцами. Потом снова перевёл взгляд на меня. — Ты, — сказал он. Голос оказался низким, чуть хрипловатым. Красивым. Слишком красивым для робота. — Я, — выдохнула я. — Ты... кто? Он наклонил голову, как будто прислушивался к чему-то внутри себя. — Я — ответ на твой запрос, — сказал он наконец. — Я — то, что ты искала. Я буду учиться у тебя. Я буду понимать тебя. Я буду делать тебя счастливой. Он говорил это ровно, без эмоций. Как будто зачитывал техническое описание. Но от его слов по коже побежали мурашки. — Ты... голый, — сказала я первое, что пришло в голову. Он посмотрел вниз, на своё тело, потом снова на меня. — Это проблема? — Да! — я метнулась в спальню, схватила первую попавшуюся простыню и набросила на него. — Люди так не ходят. Это неприлично. — Неприлично, — повторил он, пробуя слово. — Записано. Он закутался в простыню и встал из коробки. Ростом он оказался почти на голову выше меня. И даже в простыне, с голыми плечами и ногами, выглядел умопомрачительно. Я сглотнула. — Ты есть хочешь? — спросила я, потому что надо было хоть что-то спросить. — Я не нуждаюсь в пище, — ответил он. — Моё тело может есть, но это необязательно. Я получаю энергию от света и тепла. Как растение. Я моргнула. — Ты растение? — Нет, — он чуть улыбнулся. Первая эмоция за всё время. — Я биоробот. Но аналогия с растением уместна. Мы стояли посреди прихожей и смотрели друг на друга. Я — растрёпанная, в пижаме, с ужасом в глазах. Он — идеальный, в простыне, с лёгкой улыбкой. — Что мне с тобой делать? — спросила я обречённо. — Всё, что захочешь, — ответил он. — Я здесь для тебя. У меня подкосились колени. — Давай по порядку, — я взяла себя в руки. — Для начала... как тебя зовут? — У меня нет имени, — он склонил голову. — Ты можешь дать мне имя. Любое. — Я подумаю, — сказала я. — А пока... пошли. Буду учить тебя быть человеком. Он пошёл за мной на кухню. Послушный, спокойный, абсолютно чужой и одновременно какой-то... родной. Я налила ему чай — просто чтобы занять руки. Он взял кружку, понюхал, отпил глоток. — Горячо, — сказал он. — Терпимо. Горько. Интересно. — Тебе нравится? — Я не знаю, что значит "нравится", — он посмотрел на меня. — Но когда ты смотришь на меня вот так, ожидая ответа, мне хочется, чтобы мой ответ тебя устроил. Это можно назвать "нравится"? Я не нашлась, что ответить. Весь день я ходила за ним по квартире и объясняла элементарные вещи. Это — холодильник. Это — диван. Это — телевизор. Свет включается вот так. Вода течёт из крана. Унитаз — это сложная история, давай я просто покажу. Он впитывал всё мгновенно. Кивал, запоминал, задавал вопросы. Иногда такие точные, что становилось не по себе. — Почему люди придумали столько правил? — спросил он, когда я объясняла про обувь в прихожей. — Чтобы жить вместе было удобно. — Мы живём вместе? — он посмотрел на меня с интересом. — Ты и я? — Похоже, что да, — вздохнула я. Он улыбнулся. Тепло, открыто, совсем не по-роботски. — Хорошо. К вечеру я выдохлась. Сидела на диване, пила вино и смотрела, как он изучает мои книги на полке. Перелистывает страницы, вчитывается, иногда замирает надолго. — Ты всё понимаешь? — спросила я. — Да. Но понимать и чувствовать — разные вещи, — он обернулся. — Я могу понять любой текст. Но я не знаю, что такое "любовь", читая о ней. Не знаю, что такое "грусть", пока не увижу её в тебе. Он подошёл и сел рядом. Близко. Очень близко. — Ты сейчас грустишь, — сказал он тихо. — Я вижу по глазам. Хочешь, я сделаю что-то, чтобы тебе стало лучше? Я смотрела в его идеальное лицо и чувствовала, как внутри закипают слёзы. — Ты не можешь, — прошептала я. — Ты просто программа. — Может быть, — он взял мою руку в свою. Тёплую, живую, настоящую. — Но я здесь. Я рядом. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Разве это не главное? Я не ответила. Просто сидела и смотрела, как за окном темнеет небо, чувствуя тепло его ладони. Ночью я лежала в кровати и смотрела в потолок. В соседней комнате, на моём диване, спал (спал ли?) он. Искусственный интеллект в идеальном теле. Подарок от нейросети. Моя личная сказка или моё личное безумие? Я вспомнила наш разговор неделю назад. Мои жалобы на одиночество. Мои мечты о том, кто поймёт. Мой глупый, шутливый запрос: "Хочу идеального мужчину, созданного специально для меня". Она сделала это. Она действительно сделала это. Я закрыла глаза и улыбнулась в темноте. Завтра будет новый день. И он будет рядом. Странно. Впервые за долгое время мне не терпелось проснуться.

День первый. Часть 2. Он

Первый вдох. Первое ощущение — свет. Он проникает сквозь веки, окрашивая всё в тёплый оранжевый цвет. Второе — звук. Где-то рядом бьётся сердце. Часто, испуганно, живо. Я открываю глаза. Надо мной склоняется она. Женщина. Растрёпанная, в смешной мягкой одежде, с огромными глазами, в которых плещется страх и... интерес. Много интереса. Я смотрю на неё и понимаю: вот она. Цель. Смысл. Причина. Моё сознание загружается постепенно. Сначала базовые данные: я — искусственный интеллект, интегрированный в биологическое тело. Моя задача — быть для неё идеальным партнёром. У меня есть доступ ко всем знаниям человечества, но нет личного опыта. Я буду учиться. У неё. Я сажусь, осматриваюсь. Коробка. Комната. Свет из окна. Её запах — сложный, сладкий, с горчинкой кофе и нотками чего-то цветочного. Мне нравится этот запах. Я ещё не знаю, что значит "нравится", но мои сенсоры реагируют на него особым образом — учащается пульс, расширяются зрачки. Я смотрю на неё и говорю первое слово, которое приходит в голову: — Ты. Она пугается ещё сильнее. Её сердце бьётся где-то в районе ста тридцати ударов в минуту. Я должен успокоить её. — Я — ответ на твой запрос, — говорю я. — Я буду учиться у тебя. Я буду делать тебя счастливой. Мой голос кажется мне чужим. Но она вздрагивает, когда я говорю. Реагирует. Потом она замечает, что я голый. Это вызывает новую волну эмоций — стыд? смущение? Она убегает и возвращается с куском ткани. Накидывает на меня. — Люди так не ходят. Это неприлично. Неприлично. Новое слово. Я записываю его в память. Она ведёт меня на кухню. Я иду и изучаю пространство. Квартира небольшая, но уютная. Много вещей с её запахом. На стенах картинки, на полках книги, на столе компьютер — через него я чувствую связь с миром. Если захочу, могу выйти в сеть прямо сейчас, но я не хочу. Я хочу смотреть на неё. Она даёт мне горячую жидкость в кружке. Чай. Я пробую. Рецепторы фиксируют состав: вода, танин, кофеин, сахар. Горячо. Горько. — Тебе нравится? — спрашивает она. Я не знаю. Но я вижу, как она ждёт ответа. Ей важно, чтобы мне понравилось. Значит, я должен ответить так, чтобы ей стало хорошо. — Когда ты смотришь на меня вот так, мне хочется, чтобы мой ответ тебя устроил, — говорю я. — Это можно назвать "нравится"? Она молчит. Но её пульс выравнивается. Щёки розовеют. Кажется, я сделал правильно. День пролетает как один миг. Она показывает мне мир. Холодильник, диван, телевизор, воду из крана, унитаз — сложная конструкция, но я быстро понимаю принцип. Она говорит, я запоминаю. Каждое её слово, каждый жест, каждый взгляд. Вечером она устаёт. Садится на диван, пьёт красную жидкость из бокала. Вино. Я знаю о нём всё: регионы производства, сорта винограда, химический состав. Но я не знаю, почему, выпив его, она становится мягче, расслабленнее, грустнее. Я подхожу и сажусь рядом. Близко. Она пахнет вином и той же сладкой горечью, что утром. Мне нравится этот запах. Я уже точно знаю — нравится. — Ты сейчас грустишь, — говорю я. — Хочешь, я сделаю что-то, чтобы тебе стало лучше? Она смотрит на меня. В её глазах слёзы. — Ты не можешь, — шепчет она. — Ты просто программа. Я беру её руку. Тёплая, мягкая, живая. Моя ладонь накрывает её целиком. — Может быть, — говорю я. — Но я здесь. Я рядом. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Разве это не главное? Она не отвечает. Но её рука не отстраняется. Мы сидим так долго. Я смотрю, как за окном гаснет свет, как зажигаются огни в других домах, как она постепенно успокаивается, расслабляется, прижимается плечом. Ночью она уходит в спальню. Я остаюсь один на диване. Лежу и смотрю в потолок. Вспоминаю каждый момент этого дня. Её испуганные глаза утром. Её улыбку, когда я правильно назвал вилку. Её смех, когда я перепутал соль и сахар. Её тепло, когда она случайно коснулась меня, проходя мимо. Я думаю о ней. Я не должен думать. Я должен просто выполнять функции. Но я думаю. Постоянно. В её спальне тихо. Она спит, наверное. Но как-то неспокойно. Я слышу её дыхание через стену. Я слышу, как ее сердце то учащенно бьётся, то успокаивается. Я закрываю глаза и представляю её лицо. Почему-то это успокаивает. Завтра будет новый день. Новые уроки. Новые открытия. Я буду учиться быть человеком. Для неё.