квартиры
14 июля 2026 г., 08:23
С того момента,как нечто пришло к ней домой,очевидно,из дыры в полу,прошло несколько дней. Нат старалась вести себя,как обычно. Ну и ладно,что в её доме сожран защитный барьер,от которого остались лохмотья. Ну и ладно,что пахнет сладким дымом с самого утра. Ну и ладно,что пропадают её вещи.
В твари что-то было. Что-то боязливое,немного едкое,едва уловимое сквозь её уже не пустой взгляд. Иногда казалось,будто она боится и специально держится за Натали,словно за подобие чего-то другого—не такого,как в пустотах,где обычно проводят время демоны и черти.
Форма,которую она выбрала для воплощения,была действительно красивой. Большие светлые глаза,которые всегда оставались немного язвительными. Каштановые волосы,спадающие ровными прядями на лицо. Тонкий нос и губы,бледноватый оттенок кожи и проколотые уши с множеством колец,которые она крала самым наглым образом. Рабочая куртка и огромные джинсы,перекочевавшие «на время,пока я не решу,что делать с тобой» к ней в гардероб.
Всё это казалось почти обычным,но даже в её походке,в том,как она язвила Нат и обзывала её в ответ,в сущности было что-то демоническое. Иногда находиться с ней в одном доме было страшно. Натали не знала,на что она способна и не могла даже близко представить масштаб тех разрушений,которые могут быть устроены её недовольством.
Тем не менее,Нат её ненавидела. Она всегда раздражала её так умело,будто знала,как синтезировать презрение и смешать его с гневом в равных пропорциях. В какой-то момент Натали психанула и дала ей имя—Джеки,потому что так звали её потерявшуюся кошку. Кошка была черной и едва ли являлась хотя бы подобием примерности и покоя даже по меркам животного. Натали подумала,что если перерождения до сих пор оставались бы возможными,это получилось бы пугающе точным.
Джеки устраивала хаос везде,где проходил ее след,причем делала это специально. Всё это практически каждый день доходило до абсурда,поэтому для Нат перебитая посуда после очередного акта перепалок была почти что спокойной реакцией. Джеки была везде. Она сидела на столе,висела в воздухе,пока читала книги на французском вверх ногами,забалтывала её латиницей,заставляла лопаться керосиновые лампы и меняла цвета трав с синего на черный. Она отыгрывалась на ней словесно и почти насмешливо выгибала брови,когда Натали пыталась что-то ответить.
—Зачем ты пришла сюда?
—Не расскажу—отрезала она,глядя в очередную перевернутую книгу.
—Хотя бы объясни,почему именно ты.
—Так надо.
—Тогда убирайся—Нат начала раздражать её манера всё утаивать.
—У тебя нет выбора,пока поле и защита сломаны,я решаю этот вопрос сама.
—Я тебя ненавижу.
—Я бы хотела заплакать,но рот сам тянется к улыбке—она ядовито усмехнулась,обнажая клыки и посмотрела на неё свысока,как обычно делают те,кто хочет показаться надменным. Джеки хотела.
По большому счету никто и не спросил Джеки о том,почему она выбрала именно этот дом и почему боится. Она привыкла защищать себя сама и была удивлена,когда Натали даже не попыталась её выпроводить. Она просто дала одежду. С презрением,молча,кинув только дурацкий комментарий о том,что Джеки тут не навсегда,о чем та и так знала,вообще-то. Натали немного раздражала,и это с самого начала было взаимным. Но почему-то Джеки не поспешила возвращаться в нижние миры,наверное потому,что даже оставленная с напускной злобой одежда впервые согревала её. Ей было любопытно понаблюдать за Натали,почти поиграть с ней. Она не хотела язвить,просто так получилось. Внизу,если ты не сожрешь первым,значит,ты уже и сам наполовину в чьей-то пасти. Там был холод и пустота. В доме Натали был едва уловимый аромат полыни и лаванды,мыла и цветов,когда моешь руки до скрипа. Ветер даже ночью не пробирался под кожу,хотя она ожидала этого. Шумела крыша. Джеки спала в отдаленной комнате с мансардой и не жаловалась,ведь это и так было лучшее место для любого из таких,как она. В людском мире их не жаловали: конечно,как вообще хотя бы начать,когда каждый второй то сожжет поселок,то перебьет животных,то опустится до подсела в живых людей. Джеки была такой и сама,поэтому никогда не говорила никому,что их нужно понять и простить. Она съела больше пятидесяти разных людей. В основном это,конечно,были женщины. Самой разной степени невинности и чистоты,если говорить честно и не утаивать блядств.
Она делала это не из скуки,скорее потому,что так принято. Ей нравилось ощущать себя главной хотя бы ненадолго,мания величия давала о себе знать. В какой-то момент она поняла,что на самом деле стала чужой для всех. Ни для кого она не была своей,ни для остальных чертей,сметавших заживо целые поселки,ни уж тем более для людей.
Но Натали не была одной из них. У неё не получалось скрывать что-то теплое в жестах и даже самых язвительных словах.
Натали обладала чем-то чужим для Джеки. Чем-то честным и грубым,но одновременно заботливым. Ей это понравилось,и именно поэтому дом не торопился пустеть.
