Спор на любовь

Через день Джисон сидел в такси по дороге в ресторан Минхо и поймал себя на том, что улыбается. С того вечера у Хёнджина прошло всего два дня, но он не мог перестать думать о Минхо. О том, как тот сидел на диване, откинувшись на спинку, с лёгкой скукой на красивом лице. О том, как его глаза оживали, когда он смотрел на Чана. О том, как он улыбнулся один раз - мельком, но Джисон это заметил. Эта улыбка засела в нём, как заноза. И теперь он ехал в его ресторан. Не только ради еды. - Приехали, - сказал таксист. Джисон расплатился и вышел. Он поправил куртку, пригладил волосы и толкнул дверь. Феликс уже ждал его за столиком у окна и радостно замахал рукой. - Джисон! Ты пришёл! - Я же обещал, - Джисон сел напротив, оглядывая зал. - Красиво тут. - А еда ещё лучше! - Феликс пододвинул к нему меню. - Смотри, вот "Ноктюрн" - это фирменное блюдо Минхо. Ты должен попробовать! - Обязательно, - Джисон пробежался глазами по меню, но мысли его были не о еде. - А где Минхо? - На кухне, конечно. Скоро должен выйти. Джисон кивнул, стараясь выглядеть спокойным. И действительно, через пару минут из служебной двери появился Минхо. Джисон сразу его заметил - эту прямую спину, эту лёгкую небрежность в походке, этот взгляд, которым он окинул зал, прежде чем увидел их. Сердце Джисона пропустило удар. Минхо подошёл к их столику, и Феликс тут же вскочил, заключая его в объятия. - Минхо! Мы с тобой не виделись сегодня целый день, - он отстранился, - Помнишь Джисона? Я с ним приходил к Хёнджину позавчера. Минхо перевёл взгляд на него. Тёплый? Нет. Скорее вежливый. Профессиональный. Но Джисон успел заметить, как на секунду в его глазах мелькнуло узнавание. - Привет, - Минхо кивнул. - Привет, — Джисон улыбнулся своей самой тёплой улыбкой. - Феликс столько о тебе рассказывал. И о ресторане, и о "Ноктюрне". Пришлось лично убедиться. - Надеюсь, не разочаруешься, - Минхо кивнул с обычной своей сдержанностью. - Уверен, что нет. Он смотрел прямо в глаза Минхо, не отрываясь. Хотел, чтобы тот заметил. Запомнил. Чтобы этот взгляд задержался в его памяти. Феликс, ничего не подозревая, снова уселся на место и начал рассказывать про десерты. Джисон слушал вполуха, краем глаза наблюдая за Минхо. Тот записывал заказ, профессионально, отстранённо. Но Джисон заметил, как дрогнули его пальцы, когда он поймал его взгляд. Заметил. Значит, не всё равно. - Два "Ноктюрна", - тараторил Феликс. - И бутылку совиньона. Минхо записал, кивнул и уже собрался уходить. Джисон не мог позволить ему уйти вот так. - Минхо, - позвал он. Минхо обернулся, и в его взгляде отразилось лёгкое удивление. - Феликс говорил, ты стажировался в Париже. Это правда? - Правда. - Я тоже там был. По работе. Обожал местные кафе. Наверное, это сильно повлияло на твой стиль? - Возможно. Коротко. Сухо. Но Джисон не сдавался. - Может, как-нибудь расскажешь? - он улыбнулся, вкладывая в улыбку всю свою природную харизму. - Мне интересно, с кем дружит Феликс. - Если будет время, - Минхо ответил и быстро ушёл на кухню. Джисон смотрел ему вслед, пока дверь не закрылась. Внутри разгорался азарт. Он ответил. Не послал сразу. Значит, есть шанс. Когда принесли "Ноктюрн", Джисон пробовал и чувствовал, как вкус взрывается на языке. Это было действительно невероятно. Как и тот, кто это приготовил. - Ну как? - спросил Феликс, жуя. - Правда вкусно? - Это невероятно вкусно, - закатывая глаза от удовольствия, ответил Хан. Пока Хан и Феликс ели, наслаждаясь "Ноктюрном" и вином, дверь ресторана открылась, и в зал вошёл Чан. Джисон заметил его сразу. Высокий, уверенный, с лёгкой усталостью после рабочего дня. Но улыбки, которую Джисон ожидал увидеть, не было. Чан выглядел... напряжённым. Его взгляд быстро скользнул по залу, остановился на их столике, и Джисон успел заметить, как на секунду сжались его челюсти. - О, Чан! - Феликс помахал рукой, не замечая ничего. - Ты уже закончил? - Да, - Чан подошёл к их столику. Дружески хлопнул Феликса по плечу, но когда перевёл взгляд на Джисона, в его глазах мелькнуло что-то холодное. - Привет. - Привет, - Джисон улыбнулся, стараясь выглядеть дружелюбно. Но внутри сразу включилась защита. Этот взгляд он узнал. Взгляд собственника. - Минхо ещё на кухне? - спросил Чан у Феликса, игнорируя Джисона. - Ага. Должен скоро закончить. - Тогда я подожду, - Чан оглянулся в поисках стула. - Садись с нами! - Феликс подвинулся, освобождая место. - Мы как раз доедаем. Чан поколебался секунду. Джисон видел, как он смотрит на свободный стул, потом на него, потом снова на стул. Ему явно не хотелось сидеть с ними. Но ради Феликса он согласился. - Ладно, - Чан сел рядом с Феликсом, напротив Джисона. Сел так, чтобы видеть и дверь кухни, и его одновременно. Повисла неловкая тишина. Феликс, кажется, наконец что-то почувствовал. - Как запись прошла? - спросил он, пытаясь разрядить обстановку. - Нормально, - коротко ответил Чан. Его взгляд снова скользнул к кухне. Джисон молчал, делая вид, что изучает бокал с вином. Но краем глаза следил за Чаном. Тот был напряжён: плечи сведены, пальцы барабанят по столу. Он даже не пытался скрывать, что присутствие Джисона ему неприятно. - Как еда? - спросил Чан вдруг, глядя прямо на Джисона. Вопрос был вежливым, но тон - ледяным. - Потрясающе, - ответил Джисон, выдерживая взгляд. - Минхо действительно лучший шеф-повар. - Я знаю, - Чан чуть прищурился. - Я каждый день это вижу. Феликс заерзал на стуле, чувствуя напряжение. Он переводил взгляд с одного на другого и, кажется, наконец начал понимать, что происходит. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент дверь кухни открылась. Вышел Минхо. Он увидел Чана сразу. Лицо его потеплело, он направился к их столику. Но когда подошёл ближе, заметил напряжение, повисшее в воздухе. Взгляд Минхо скользнул с Чана на Джисона и обратно. - Ты пришёл, - сказал он Чану, игнорируя остальных. - Обещал же, - Чан поднялся и, не смущаясь никого, чмокнул Минхо в щёку. Но в этом жесте было что-то демонстративное, собственническое. - Устал? - Немного, - Минхо прикрыл глаза на секунду. - Ещё минут двадцать, и буду готов. - Я подожду, - Чан улыбнулся, но его рука легла на поясницу Минхо, задерживаясь чуть дольше, чем нужно. Минхо кивнул, бросил быстрый взгляд на Феликса и Джисона и ушёл на кухню. Но Джисон заметил, как он чуть нахмурился, уловив атмосферу. Джисон сделал глоток вина, проводив взглядом Минхо, скрывшегося за дверью кухни. Внутри щёлкнуло что-то азартное, почти звериное - предвкушение охоты. Чан сидел напротив. Тот самый Чан, который только что положил руку Минхо на поясницу так, будто ставил клеймо. Собственнически. Властно. Без права обжалования. Джисон знал эту историю. Феликс рассказывал достаточно: они с Минхо неразлейвода, Чан - его главный человек, его опора, его всё. Но одно дело - слушать чужие сказки, другое - видеть эту хватку вживую. И видеть, как Минхо принимает её как должное. Как будто иначе и быть не может. Джисон усмехнулся про себя. Интересно, Минхо вообще замечает, как сильно его сжимают? Или привык настолько, что перестал чувствовать границы? - Феликс, - Джисон отставил бокал и подался вперёд, понизив голос до заговорщицкого шёпота, но ровно настолько, чтобы Чан тоже слышал. - Ты не говорил, что Чан настолько ревнивый. Я думал, они просто встречаются, а тут прямо боевой режим. - Джисон, заткнись! Ты чего творишь? - Феликс округлил глаза. - Да ничего, - Джисон рассмеялся, легко и открыто, откидываясь на спинку стула. - Просто наблюдаю. Красиво даже. Такая преданность... - Он мечтательно закатил глаза к потолку. - Хотя, если честно, такие повара с такими глазами сами по себе редкость. Я понимаю, почему за него держатся. Чан замер. Его пальцы, только что барабанившие по столу нервную дробь, остановились. Он медленно повернул голову к Джисону, и в этом движении было что-то от хищника, почуявшего чужака. Взгляд - острый, как лезвие ножа, которым Минхо режет овощи. - К чему ты клонишь? - спросил Чан ровно. Слишком спокойно. Опасно спокойно. - Ни к чему, - Джисон пожал плечами, разыгрывая идеальную невинность. - Просто мысли вслух. Феликс столько о вас рассказывал, мне стало интересно посмотреть на эту историю вживую. Феликс под столом пнул Джисона по ноге. Джисон даже бровью не повёл. Только улыбнулся шире. Чан сжал челюсть - на скулах заходили желваки. Он перевёл взгляд на дверь кухни, потом снова на Джисона. В его глазах читалось чёткое, без вариантов: "Ты на моей территории. Иди отсюда, пока цел". - Я не люблю, когда кто-то пытается влезть между нами, - отрезал Чан. Жёстко. Без тени улыбки. - А кто лезет? - Джисон поднял руки в примирительном жесте, но улыбка стала ещё шире. - Я просто ценю красивое. Это не преступление. Тем более я знаю, что он твой. Чан ничего не ответил. Он просто отвернулся - демонстративно, резанув взглядом, как по живому. Джисон видел: Чан то и дело скашивает глаза на дверь кухни. Ждёт. Нервничает. Злится. И это было лучше любого десерта. Джисон отпил ещё вина, пряча улыбку в бокале. - Ну, мы, наверное, пойдём, - Феликс встал, чувствуя напряжение. - Уже поздно. - Приятно было увидеться, - сказал Джисон Чану, поднявшись. Чан кивнул. Сухо. Официально. Никакой улыбки. Феликс быстро попрощался и вытолкал Джисона на улицу. - Ты чего творишь? - зашипел он, как только дверь закрылась. - Я? - Джисон изобразил невинность. - Я ничего не делал. - Тебе понравился Минхо? - нахмурился Феликс. - А что если да? - с вызовом спросил Хан. - Лучше забудь, - ответил Феликс. - Ты сам видел, как они смотрят друг на друга. - Это может быть не вечным, - пожал плечами Хан. "Если Минхо узнает о том, что Чан поспорил на него, бросит его," - подумал Хан.                                    🖍🖍🖍 Чан остался за столиком один. Он смотрел на дверь, за которой только что скрылись Феликс и Джисон, и медленно сжимал кулаки под столом. Этот взгляд Джисона. Эта его улыбочка. Чан не был дураком. Он видел, как Хан смотрел на Минхо. Слишком пристально. Слишком жадно. Слишком похоже на то, как смотрел он сам в самом начале. Мысль о том, что кто-то другой может смотреть на Минхо так, вызвала в груди глухую, тягучую боль, смешанную с яростью. Минхо мой. Чан откинулся на спинку стула, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Глупо. Этот Джисон - просто приятель Феликса, который зашёл поесть. Ничего больше. Минхо даже не смотрел на него. Чан знал Минхо. Знал эти его короткие, вежливые ответы, этот отстранённый взгляд. Он так со всеми. Кроме него. Кроме Чана. И именно это сейчас успокаивало. И одновременно пугало. Напрягло то, как Джисон не скрывал свою заинтересованность. Чан провёл рукой по лицу, прогоняя наваждение. Он устал. День был тяжёлым, и всё, чего он хотел, - это забрать Минхо домой, прижаться к его тёплому боку, зарыться носом в его волосы и забыть о существовании всего мира. И всех этих Джисонов. Он посмотрел на дверь кухни. Минхо обещал двадцать минут. Чан встал и, не в силах ждать, направился туда. На кухне было жарко и шумно. Повара заканчивали уборку, гремела посуда, шипела вода. Минхо стоял у своего стола, перебирая какие-то бумаги. Он не обернулся на звук шагов - узнал походку. Чан подошёл сзади, положил руки ему на плечи, чуть сжал. Минхо выдохнул, чуть откидывая голову назад, позволяя Чану массировать затёкшие мышцы. - Твой друг, - тихо сказал Чан, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Феликс. Он часто сюда приводит... гостей? Минхо замер на секунду, потом повернул голову, взглянув на Чана снизу вверх. В его глазах мелькнуло понимание. - Ты про Джисона? - Про кого же ещё, - Чан убрал руки, обошёл стол и прислонился к нему бедром, оказавшись напротив Минхо. - Он пялился на тебя. - Он просто вежливый, - Минхо пожал плечами, возвращаясь к бумагам. — Феликс рассказывал обо мне, ему стало интересно. - Интересно, - Чан усмехнулся, но усмешка вышла злой. - Ему было интересно не что ты готовишь, Минхо. А кто готовит. Я такие взгляды знаю. Минхо поднял на него глаза. Спокойные, чуть усталые, но внимательные. - Ревнуешь? - Да, - выдохнул Чан без колебаний. - Бешусь. Хочу вышвырнуть его в окно, когда он так на тебя смотрит. Тень улыбки тронула губы Минхо. Настоящей, не той вежливой, которой он награждал посетителей. - Глупо. - Знаю. Чан потянулся и взял Минхо за руку, переплетая их пальцы. Большой палец поглаживал костяшки, успокаиваясь от одного только прикосновения. - Просто... иногда мне кажется, что я не заслужил тебя. Что в любой момент появится кто-то лучше, моложе, и ты посмотришь на него так, как смотришь на меня. Минхо молчал долгую секунду, потом сжал его пальцы в ответ. - Не посмотрю, - сказал он просто. - Потому что я уже смотрю на тебя. Только на тебя. Чан закрыл глаза, чувствуя, как от этих слов отпускает напряжение, скрутившее плечи. - Идём домой, - тихо попросил он. - Идём, - Минхо встал, увлекая его за собой. - Только дай пять минут, переоденусь. Чан кивнул, но руку не отпустил. Притянул Минхо ближе, коснулся губами его лба, задержался на секунду, вдыхая родной запах. - Я люблю тебя, - прошептал Чан в его кожу. - До одури. До зубного скрежета. До желания убивать всяких... Джисонов. Минхо тихо фыркнул, но в этом звуке была нежность. - Ненормальный. - Твой ненормальный, - Чан обнял его крепче. Минхо мягко высвободился и ушёл в подсобку. Чан остался стоять, глядя ему вслед. Чувство собственничества никуда не делось, но теперь оно было приправлено чем-то тёплым и успокаивающим. Минхо сказал, что смотрит только на него. И Чан верил. Но на всякий случай запомнил имя "Джисон". И лицо. Надолго запомнил. Пусть только попробует появиться рядом с Минхо снова. Чан ждал Минхо у выхода, прислонившись плечом к стене и прокручивая в голове разговор. Слова Минхо действовали лучше любого успокоительного. Из подсобки вышел Минхо уже в чёрной кожаной куртке. Чан отклеился от стены, и они направились к чёрному выходу, где была припаркована машина Чана. Машина Минхо была всё ещё на ремонте. Ночь встретила их прохладой и тишиной. В переулке за рестораном было пусто, только где-то вдалеке шумел проспект. Двигатель завёлся с тихим рокотом. Чан вырулил со двора, бросив быстрый взгляд на Минхо. Тот сидел, откинув голову на подголовник, прикрыв глаза. В тусклом свете приборной панели черты его лица казались мягче, чем обычно. - Устал? - спросил Чан, сворачивая на знакомую улицу. - Немного, - Минхо не открыл глаз. - День был длинный. - Мой тоже. Эта запись... - Чан поморщился, вспоминая. - В общем, было сложно записывать капризных айдолов. Минхо приоткрыл один глаз, глянул на него с ленивым любопытством. - Настолько плохо? - Представь группу из пяти человек, каждый из которых уверен, что именно его партия самая важная, - Чан покачал головой. - И продюсер, который кивает каждому, лишь бы не ссориться. Я чувствовал себя детсадовским воспитателем. - Но ты же любишь свою работу? - в голосе Минхо прорезались нотки лёгкой насмешки. - Люблю, - Чан согласно кивнул. - Когда работаю с музыкой, а не с эго. Минхо хмыкнул, но ничего не сказал. Чан покосился на него - Минхо снова закрыл глаза, откинув голову на подголовник. В тусклом свете приборной панели черты его лица казались мягче, чем обычно. Квартира встретила их темнотой и тишиной. Чан щёлкнул выключателем в прихожей. Они разделись, разулись, приняли душ и переоделись. - Есть хочешь? - спросил Минхо, проходя на кухню и открывая холодильник. - Я хочу тебя, - Чан подошёл сзади, обхватывая руками его талию и утыкаясь носом в затылок. Минхо замер на секунду, потом его плечи расслабились, и он откинулся назад, прижимаясь к груди Чана. - Я серьёзно, - сказал он, но в голосе уже прорезались хриплые нотки. - Ты сегодня почти не ел. - Поем позже, - Чан повернул его к себе, заглядывая в глаза. - Сначала мне нужно убедиться, что ты здесь. Что ты мой. Он не стал ждать ответа и припал к его рту, сначала нежно, почти благоговейно, но когда Минхо ответил с той же жадностью, поцелуй стал глубже, требовательнее. Язык скользнул внутрь, встречая такой же горячий, влажный, нетерпеливый. Чан застонал ему в рот, чувствуя, как кровь приливает к паху. Руки сами нашли дорогу под футболку Минхо - по горячей коже поясницы, выше, по позвонкам. Минхо выгнулся навстречу, и Чан сжал пальцы на его ягодицах, притягивая ближе, давая почувствовать, как сильно он хочет. - В спальню, - выдохнул Минхо, отрываясь от его губ. Голос был хриплым, низким, срывающимся. - Не могу, - Чан усмехнулся, но тут же прикусил мочку его уха, дразня языком. - Слишком хочу. Здесь. - Чан, - Минхо попытался возразить, но тут же задохнулся, когда Чан прижался бёдрами, и слова превратились в стон. - Здесь, - повторил Чан, толкая его обратно к холодильнику. Металл против лопаток Минхо, горячее тело напротив, и Чан уже не мог ждать. Он стянул с него футболку в одном резком движении, и Минхо остался стоять перед ним абсолютно голый, если не считать спущенных пижамных штанов, которые Чан тут же сбросил на пол. Секунду он просто смотрел: на разгорячённую кожу, на соски, затвердевшие от воздуха и возбуждения, на член, уже напряжённый и влажный на кончике. - Красивый, - выдохнул Чан. Минхо дёрнул его за футболку, требуя того же, и Чан послушно стянул её через голову, а следом расстегнул джинсы, выпуская на волю свою ноющую плоть. Они столкнулись в новом поцелуе - грязном, влажном, с прикусами и языком. Чан одной рукой сжимал ягодицу Минхо, пальцами впиваясь в упругую плоть, а второй потянулся к ящику рядом - там, он знал, Минхо держал смазку. Потому что такие моменты случались у них везде. Чан открыл смазку, щедро выдавил на ладонь и провёл ею по себе, разогреваясь, готовясь. Минхо следил за этим движением затуманенными глазами, облизывая пересохшие губы. - Повернись, - попросил Чан хрипло. - К холодильнику. Руками обопрись. Минхо повернулся, поставил ладони на гладкую поверхность, чуть прогнулся в пояснице, отставляя зад. Поза была откровенной, почти неприличной, и Чан зарычал, глядя на это. - Боже, какой ты... Он шагнул ближе, прижимаясь грудью к спине Минхо, проводя рукой по его боку, по бедру. Второй рукой направил себя, коснулся головкой нужного места, и оба замерли на секунду. Чан вошёл медленно, хотя каждое движение хотелось сделать резким и глубоким. Он контролировал себя, давая Минхо привыкнуть, чувствуя, как тот дрожит под ним. - Ах... - Минхо уткнулся лбом в холодильник, пальцы скользили по гладкой поверхности. - Хорошо? - спросил Чан, замирая. - Двигайся. Чан усмехнулся и начал двигаться - сначала плавно, раскачивая бёдрами, потом всё быстрее и глубже. Холодильник под ладонями Минхо слегка вибрировал, добавляя странных ощущений. Комната наполнилась звуками - влажными хлюпающими ударами тела о тело, сбитым дыханием, сдавленными стонами. Чан одной рукой держался за бедро Минхо, а второй обхватил его член, начиная двигать в такт толчкам. - Не надо, - выдохнул Минхо. - Я и так... - Хочу, чтобы ты кончил так, - Чан прикусил его лопатку. - Чтоб от моих движений. Он ускорился, входя глубоко и резко, и Минхо уже не сдерживал стонов - они срывались с губ громкие, отчаянные, перемешиваясь с ругательствами. - Чан... Чан, бля... - Давай, - прохрипел Чан ему в ухо. - Кончай. Я чувствую, ты близко. Минхо кончил громко, выгибаясь, вжимаясь задом в бёдра Чана. Чан поймал его член рукой, помогая, чувствуя, как горячие капли брызгают на ладонь и на холодильник. И это зрелище стало последней каплей. Чан уткнулся лицом ему в шею и кончил следом, глубоко внутри, чувствуя, как Минхо вздрагивает от каждого толчка. Несколько секунд они стояли ,тяжело дыша, мокрые от пота. Чан целовал его шею, плечи, лопатки. - Живой? - хрипло спросил он. - Почти нет, - так же хрипло ответил Минхо. Чан отстранился, и они оба поморщились от потёкших по ногам последствий. - Пойдём в душ, - решил Чан. - Вместе. Минхо только кивнул, всё ещё не в силах говорить. Он повернулся, и Чан увидел его раскрасневшееся лицо, с припухшими губами, с глазами, всё ещё затуманенными. И почувствовал, как сердце сжимается от нежности. - Иди сюда, - Чан притянул его к себе, обнимая, не обращая внимания на липкую кожу. - Обниму хоть по-человечески. - Мы грязные, - пробормотал Минхо ему в плечо. - Плевать. Они стояли посреди кухни, голые, липкие, с каплями смазки на бёдрах, и Чан чувствовал себя абсолютно счастливым. - Люблю тебя, - сказал он в макушку. - Знаю, - Минхо чуть отстранился и посмотрел на него снизу вверх. - Я тоже. А теперь в душ, реально воняет. Чан рассмеялся и потащил его в ванную. Помывшись, они вылезли из душа, наспех вытерлись и, совершенно голые, пошли на кухню - потому что Минхо был непреклонен в вопросе еды. Чан жевал бутерброд, стоя у стола, а Минхо сидел напротив, пил чай и смотрел на него с этим своим непроницаемым лицом. - Что? - спросил Чан с набитым ртом. - Ничего, - Минхо отвёл взгляд. - Просто смотрю. - На что? - На тебя. На дурака, который пару часов назад ревновал к пустому месту, а потом трахал меня у холодильника. Чан поперхнулся. - Ты издеваешься? - Немного, - уголки губ Минхо дрогнули. - Доедай, а потом спать. Чан доел, они доползли до спальни и рухнули в кровать. Минхо сразу пристроился у него на груди, носом в ключицу, и через минуту уже уснул. Чан гладил его по волосам, вдыхал запах шампуня и думал о том, что, наверное, это и есть счастье. С ревностью, с глупыми страхами, с сексом у холодильника и тёплым Минхо в обнимку. Чан закрыл глаза, проваливаясь в сон, и впервые за вечер позволил себе расслабиться по-настоящему. Утром Чан проснулся от того, что в квартире пахло кофе и чем-то жареным. Он потянулся, чувствуя приятную ломоту в мышцах, и понял, что половина кровати пуста и уже остыла. - Минхо? - крикнул он хрипло. - На кухне! - донёсся голос из глубины квартиры. Чан натянул джинсы и, не надевая футболки, пошёл на запах. Минхо стоял у плиты в его любимой футболке, которая едва доходила до середины бедра, и переворачивал блинчики. Картина была до неприличия домашней и до одури сексуальной. - Доброе утро, - Чан подошёл и чмокнул его в щёку, заглядывая через плечо. - Что это? - Завтрак, - Минхо ловко снял готовый блинчик на тарелку. - Садись. Покормлю, пока ты снова не начал ко мне приставать. - Я никогда не перестаю к тебе приставать, - Чан послушно сел за стол, наблюдая, как Минхо двигается по кухне. - Ты должен это знать. - Знаю, - Минхо поставил перед ним тарелку с горой блинчиков и рядом чашку дымящегося кофе. - Ешь. Чан послушно откусил кусок и зажмурился от удовольствия. - Ты лучший шеф-повар. - Я знаю, - Минхо сел напротив со своей чашкой. Какое-то время они ели молча. Чан украдкой поглядывал на Минхо, на то, как утренний свет играет на его лице, и чувствовал себя до неприличия счастливым. - Ты же любишь готовить дома, - прервал тишину Чан. - Но приготовил великолепные блинчики. - Сегодня захотелось, - пожал плечами Минхо. - Я сегодня выйду позже, нужно съездить к поставщикам. Феликс заедет за мной. Чан замер с вилкой в руке. -  А этот... Джисон, тоже будет с ним? - Чан постарался, чтобы голос звучал ровно, но предательская нотка ревности всё же проскользнула. Минхо поднял на него взгляд. Спокойный, чуть насмешливый. - Ты серьёзно? - Что? - Зачем ему с Феликсом ехать к поставщикам? - Минхо отпил глоток кофе. - Он травматолог, никак не связан с кухней. Чан открыл рот, закрыл, потом снова открыл. Логика Минхо была безупречна, но внутри всё равно скребло. - Ну, мало ли, - пробормотал он, утыкаясь взглядом в тарелку. - Может, ему интересно стало. И вообще, не нравится он мне. Минхо поставил чашку на стол и сложил руки на груди. - Чан, давай проясним одну вещь, - сказал он ровно. - Мне не нужен никто, кроме тебя. Я это говорил вчера, говорю сегодня и буду говорить всегда, если тебе нужно это слышать. Но я не могу контролировать, кто на меня смотрит. И ты не можешь. - Я знаю, - Чан вздохнул, проводя рукой по лицу. - Знаю, прости. Просто... бесит. - Понимаю, - неожиданно мягко ответил Минхо. - Меня бы тоже бесило, если бы кто-то смотрел на тебя так. Чан поднял на него удивлённый взгляд. - Правда? - Правда, - Минхо кивнул. - Но я бы тебе доверял. Потому что знаю: ты меня не предашь. Чан почувствовал, как внутри разливается тепло. Минхо редко говорил такие вещи - предпочитал показывать чувства действиями, а не словами. Но когда говорил, это било прямо в сердце. - Я не предам, - сказал Чан тихо, но твёрдо. - Никогда. - Я знаю. Поэтому давай закроем тему Джисона? Он мне не интересен. Совсем. - Закрыли, - согласился он. Чан улыбнулся. С Минхо невозможно было долго злиться или ревновать - он умел одним взглядом или фразой вернуть всё в нормальное русло. - Ладно, - сказал Чан, возвращаясь к блинчикам. - Ешь давай. А то остынет. - Командуешь? - Ты мной командуешь всегда, дай хоть я разок. Минхо хмыкнул, но послушно отправил в рот кусочек блинчика. Какое-то время они ели молча. Минхо доел, отставил тарелку и посмотрел на часы. - Мне пора собираться, - сказал он. - Феликс будет через полчаса. - Я провожу тебя, - Чан уже собрался встать. - Не надо, - Минхо покачал головой. - Доедай спокойно. Я сам. - Уверен? - Да. Ты ещё не закончил завтрак. Чан посмотрел на свою тарелку - там оставалось ещё пара блинчиков. - Ладно. Тогда удачно съездить, - кивнул он. - Спасибо, — Минхо наклонился и чмокнул его в макушку. - Увидимся вечером. - Буду ждать. Минхо ушёл в спальню переодеваться, а Чан остался за столом, машинально жуя остывающие блинчики и прислушиваясь к звукам из комнаты. Шорох одежды, шаги, щелчок застёжки - привычные, домашние звуки, от которых на душе становилось тепло. Через несколько минут Минхо вышел из спальни уже одетый: в чёрные джинсы, шоколадного цвета джемпер и куртку. Волосы ещё слегка влажные после душа. - Я пошёл, - сказал он из прихожей. - Пока, - отозвался Чан, не вставая из-за стола. - Люблю тебя. - Знаю. Щёлкнул замок, и в квартире стало тихо. Чан дожевал последний блинчик, отнёс тарелку в раковину и... замер. В голове против воли зашевелилась мысль, от которой он самому себе стал противен. "А вдруг? Вдруг Феликс всё-таки взял его с собой? Вдруг Джисон сидит в машине и сейчас они уедут вместе, и Минхо будет с ним рядом целый день, дышать одним воздухом, разговаривать..." Чан тряхнул головой, пытаясь отогнать эти мысли. Минхо же сказал. Минхо объяснил. Минхо заверил, что ему никто не нужен. Но ноги уже сами несли его к окну в гостиной - тому, из которого был виден двор и парковка. Чан остановился у стекла, спрятавшись за штору, и принялся наблюдать. Как шпион. Как ревнивый идиот. Машина Феликса уже стояла у подъезда. Феликс сидел за рулём, что-то листая в телефоне. Рядом с ним, на пассажирском сиденье, никого не было видно. На заднем тоже пусто. Из подъезда вышел Минхо и сел в машину. Феликс что-то сказал ему, Минхо ответил коротким кивком. И машина тронулась. Чан смотрел, как она выезжает со двора, пока не скрылась за поворотом, и выдохнул. Он чувствовал себя одновременно дураком и победителем. Дураком - потому что устроил слежку за собственным парнем, которому доверял больше всех на свете. Победителем - потому что его опасения не подтвердились. Джисона не было. Всё было хорошо. - Идиот, - сказал Чан сам себе, отходя от окна. - Полный идиот. Но на душе стало легче. Чан вернулся на кухню, допил остывший кофе и посмотрел на часы. До студии ещё было время. Он решил не торопиться - посидеть в тишине, собраться с мыслями. В конце концов, впереди длинный день. Капризные айдолы, вечная беготня по студии, куча работы. А вечером вернётся Минхо. И всё будет хорошо. Взял телефон и написал Минхо. Чан:  Доехал? Ответ пришёл через минуту. Минхо:  Едем. Феликс рассказывает анекдоты. Спаси меня. Чан рассмеялся. Чан:  Держись. Вечером реанимирую. Минхо:  Жду. Один смайлик. Коротко. Сухо. Но Чан знал, сколько тепла в этом одном слове. Он убрал телефон и наконец-то пошёл собираться на работу.                                 🖍🖍🖍 Вечером Чан вернулся домой раньше обычного. Минхо ещё не было - он задержался у поставщиков, потом заехал в ресторан. Квартира встретила его тишиной и запахом утренних блинчиков, который всё ещё витал в воздухе. Чан прошёл на кухню, открыл холодильник, но есть не хотелось. Вместо этого он достал телефон. Чан:  Скучаю. Когда будешь? Ответ пришёл через минуту: Минхо:  Через час. Не скучай. Чан:  Не могу. Минхо:  Можешь. Терпи. Чан улыбнулся, глядя на экран. Минхо никогда не писал длинных сообщений, никогда не тратил слова на нежности в переписке. Но в этих коротких фразах было столько привычной заботы, что Чан чувствовал её даже на расстоянии. Он убрал телефон и решил заняться делом. Нужно было разобрать почту, ответить на пару писем от продюсера, подготовиться к завтрашней записи. Но мысли постоянно возвращались к одному. "А если этот Джисон ждал его в ресторане? Может быть, надо было самому заехать за Минхо?" Чан тряхнул головой, прогоняя эти мысли. Он знал, что они опасны. Что они ведут в никуда. Что Минхо выбрал его выбрал окончательно. И если Чан начнёт сомневаться сейчас, он разрушит всё сам, без всякого Джисона. Он сел за ноутбук и заставил себя работать. Когда через час в замке повернулся ключ, Чан уже был спокоен. Внешне, по крайней мере. - Я дома, - Минхо появился в дверях кухни, всё ещё в уличной куртке, с пакетом в руках. - Привёз ужин. - Я как раз проголодался, - Чан закрыл ноутбук и приблизился к нему, заключая в объятия. Чан закрыл глаза и вдохнул запах его волос. Смесь ресторана, улицы и чего-то неуловимо родного. - Я люблю тебя, - сказал он просто. - Знаю, - Минхо отстранился и посмотрел на него. - И я тебя. А теперь иди есть, пока не остыло. - Командир, - улыбнулся Чан. - Твой командир, - Минхо чмокнул его и ушёл на кухню. Чан пошёл за ним. И чувство собственничества, и ревность, и все страхи - всё это осталось где-то позади, в темноте кабинета. Здесь, на кухне, был только Минхо. Только они. - Я решил с понедельника продолжить ходить в спортклуб, - сказал Минхо, тыкая вилкой в помидор. - Запустил себя в последнее время. Чан замер с вилкой на полпути ко рту и окинул его долгим взглядом. Минхо сидел напротив в футболке, под которой угадывались очертания тела, которое Чан знал лучше своего собственного. Широкие плечи, узкая талия, длинные ноги, обтянутые джинсами. Идеальный. Абсолютно идеальный. - Запустил? - переспросил Чан, не веря своим ушам. - Ты себя со стороны видел? - Видел, - Минхо невозмутимо отправил помидор в рот. - Мог бы быть в лучшей форме. Чан отложил вилку и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. - Минхо, у тебя идеальное тело. Серьёзно. Я каждый раз, когда смотрю на тебя, не могу поверить, что ты мой. Ты что, в зеркало не смотришься? - Смотрюсь, - Минхо пожал плечами. - Просто хочу поддерживать тонус. Ничего особенного. - Ничего особенного, - передразнил Чан. - Слушай, если ты начнёшь ходить в спортзал, мне придётся отгонять от тебя толпы поклонников. Мне и так хватает этого Джисона. Минхо поднял на него взгляд, и в глазах мелькнула знакомая насмешка. - Ты опять? - Я молчу, - Чан поднял руки. - Просто констатирую факт. Ты красивый. Очень. Спортивный зал сделает тебя ещё красивее. Я буду ревновать ещё сильнее. Это логическая цепочка. - Ты невыносим, - Минхо покачал головой, но уголки его губ дрогнули. - Зато твой, - парировал Чан. - И кстати, если ты пойдёшь в спортзал, я пойду с тобой. - Зачем? - Минхо приподнял бровь. - Чтобы контролировать, кто на тебя смотрит, - Чан сказал это с абсолютно серьёзным лицом. - Буду стоять рядом и сверлить взглядом каждого, кто посмеет на тебя засмотреться. - Чан, надеюсь, ты шутишь, - нахмурился Минхо. Чан понял, как он выглядит со стороны, и улыбнулся. - Я просто хочу с тобой ходить в спортзал, - ответил он, пытаясь выглядеть непринуждённо. -  Я тоже запустил себя в последнее время. Он похлопал себя по животу, хотя там не было ни грамма лишнего жира. - Ты издеваешься? - Минхо посмотрел на него скептически. - У тебя пресс, о котором большинство людей может только мечтать. - Его не будет, если перестану заниматься, - отмахнулся Чан. - В общем, если ты идёшь в зал, я иду с тобой, и это не обсуждается. Минхо молчал несколько секунд, потом медленно улыбнулся - той самой улыбкой, которую Чан ловил как наркотик. - Договорились, - сказал он просто. Чан почувствовал, как внутри разливается тепло. Они будут ходить в спортзал вместе. Вместе потеть, вместе уставать, вместе принимать душ после... Мысль о душе после спортзала заставила его улыбнуться чуть шире, чем следовало. - О чём думаешь? - подозрительно спросил Минхо. - О душе, - честно ответил Чан. - Как мы будем принимать душ вместе после тренировки. Минхо закатил глаза, но Чан успел заметить, как на его щеках проступил лёгкий румянец. - Ты вообще думать о чём-то, кроме секса, можешь? - О тебе, - Чан пожал плечами. - Но это одно и то же. - Ненормальный, - беззлобно бросил Минхо, возвращаясь к еде. - Твой ненормальный, - напомнил Чан и тоже принялся за ужин. Они ели молча, но молчание было тёплым, домашним. - Хочу заехать к тебе днём в ресторан. Кофе попить. - Заезжай, - Минхо пожал плечами, но Чан знал, что это означало "я буду ждать". Чан поднялся и подошёл к нему со спины, обнимая за талию, пока Минхо стоял у раковины. - Помочь с посудой? - Уже всё, - Минхо выключил воду и вытер руки. — Пошли спать? - Пошли, - Чан поцеловал его в затылок. - Устал? - Немного, - Минхо развернулся в его руках. - Но с тобой хорошо. Чан улыбнулся и поцеловал его - нежно, медленно, смакуя. - Тогда идём. Я тебя уложу. - Ты меня уложишь, а сам опять за ноутбук сядешь? - Не сегодня, - Чан покачал головой. - Сегодня только ты. Они пошли в спальню, и Чан сдержал слово - лёг с ним, обнял, уткнулся носом в затылок. Минхо засопел почти сразу, прижимаясь спиной к его груди. Чан лежал в темноте, слушая его дыхание, и думал о том, что спортзал - это хорошо. Это значит, они будут проводить ещё больше времени вместе. Это значит, он сможет видеть Минхо в обтягивающих майках и с мокрыми после душа волосами. Это значит, он сможет отгонять от него всех этих воображаемых поклонников. - Спокойной ночи, - прошептал Чан в темноту. - Мгм... - невнятно отозвался Минхо. Чан улыбнулся и закрыл глаза.