Танос forever

      Надо было закрывать окна. К такому выводу приходит Су Бонг, когда не находит в квартире кота, зато находит открытое настежь окно.       Хару – очень активный кот, с рыжей шерсткой, которая переливается на солнце, когда тот лежит у окна, большой и крепкий. Со стороны может показаться, будто он очень упитанный, однако его габариты объясняются огромной для кота мышечной массой. Хару напоминает льва, а Су Бонг, честно, задолбался его кормить, ведь ест этот тигр столько, что никаких донатов не хватит.       Еще он любит раскладывать шерсть на подушки и драть диваны. А еще орать по утрам, но несмотря на все это, Су Бонг к нему привязался.       На стримах стабильно появляется его любимый котяра, и донаты летят один за другим, потому что морда у него наглая и ужасно милая.       Он даже ставил фото кота на обложку нового альбома! Столько воспоминаний связывает их, что вот так просто потерять своего пушистого друга… Су Бонг решает еще раз все перепроверить. Вдруг Хару просто залез куда-нибудь под диван и сидит там, злорадствует?       И с каждым осмотренным углом в голове все отчетливее всплывает картинка их знакомства. Тогда Хару, еще безымянный котенок, сидел под лестницей и мерз в минусовую температуру. В подъезд его не пускали, а только вынесли пакетик корма и коробку из-под обуви. Су Бонг слишком часто проходил мимо этой коробки, чтобы в один прекрасный день жалость пересилила прагматичность и осознание неудобства нахождения кошки в доме, и Су Бонг забрал котенка себе. Потом – ветеринары, дорогие корма, игрушки…       Уже пару лет они вместе. А сегодня… сегодня нет. Сколько бы Су Бонг его не искал, Хару пропал с концами.       Во дворе его тоже не оказывается. И к вечеру кот не возвращается.       И вот уже тексты не пишутся, музыка не сочиняется, а стрим завершается через час на очень грустной ноте.       Без кота все как-то не так. А его черствое рэперское сердце разрывается от тревоги.

***

      – Мяу, – говорит кот.       Из-за куста выплывает вальяжной походкой здоровый рыжий кот. Один глаз у кота в крови, и Нам Гю вдруг так жалко становится этого кота… Кот подходит ближе и трется о его ноги. Нам Гю садится на корточки и гладит его, подмечает удивительную мягкость шерсти. Кот смотрит на него одним глазом так жалобно, что очень хочется ему помочь. Поэтому… почему бы и нет?       Нам Гю берет кота на руки, а тот не сопротивляется.       А потом – ветеринары, дорогие корма и игрушки.

***

      Нам Гю зачитывает комментарий:       – «Как ты относишься к Таносу»? – И сразу же отвечает: – Он, конечно, ужасен, я считаю. Не обязательно было доводить Тони Старка до самоубийства… А, рэпер Танос. – Нам Гю смеется. – Я даже не знаю, кто это. Наверное, какой-то лох, раз уж не смог сам придумать себе псевдоним.       Видео обрывается и… о, как же горит от злости рожа Су Бонга! Это надо видеть. И Кён Су видит, с трудом сдерживая смех. Естественно, за такое его собственную физиономию могут и снести, но великому Таносу сейчас явно не до этого. Новоиспеченный артист в своих треках мало того, что нагло ворует его биты, так еще и на стримах не менее нагло пиздит, что понятия не имеет, кто такой Танос. А Су Бонг знает, что половина дискографии этого лицемера спизжена без зазрения совести. И Кён Су теперь вынужден подтирать ему слюни и тушить полыхающую задницу. Впрочем, ему за это платят, так что он не жалуется.       – This is total bullshit, bro! – надрывается Су Бонг. – Этот патлатый не знает, на кого полез! Мы щас с тобой его fuck во все щели, чтобы раз и навсегда забыл, как открывать свой mouth в мою сторону, yeah, bro?       И Кён Су, конечно, ничего не остается, кроме как согласиться.

***

      – Йоу, Нам Су, или как там тебя? Не знаешь, кто такой Танос? Вот, любуйся!       Су Бонг встает, снимает себя в полный рост и садится обратно, глядя в камеру так, будто бы она убила всю его семью.       – Я своим рэпом в этом мире всех добью! Йоу! А вы, мои favorite fans, ждите анонс нового трека!       Видео обрывается. Да-да, Нам Гю видел сотни отметок своего аккаунта под этим видосом. На самом деле, он даже не ожидал такой популярности, ведь из-за этого сраного видео на него подписалось сразу несколько тысяч. Что ж, Танос, идиот, сам же сделал ему рекламу. И Нам Гю только усмехается и нет, конечно, не собирается отвечать. Наверное.

***

      – Кён Су, бро, сведи мне трек, – говорит Су Бонг. – А то этот loser шибко много болтает!       Кён Су только пожимает плечами и говорит:       – Так у тебя там тридцать секунд записи.       – И что? Фулл потом сделаем, но сейчас мне надо поставить этого baby boy’я на место!       Кён Су тяжело вздыхает. Но все равно смиряется, потому что спорить с Таносом бесполезно. Да и не очень-то нужно, пусть делает, что хочет. Вот только этот трек…       – Мне кажется, про маму было лишним.       Су Бонг усмехается:       – Это дисс. Он должен быть жестким.       – Ты о нем ничего не знаешь. – Кён Су все еще тщетно пытается его образумить. – Нельзя ничего такого утверждать. Вдруг он вообще сирота?       И теперь Су Бонг, конечно, закатывает глаза.       – Вот и проверим. Let's get work!

***

      И следующим записанными видео становится липсинг Таноса под маленький отрывок своего нового трека и… Танос, наверное, первый раз за всю свою карьеру видит такие цифры просмотров. Несколько тысяч за полчаса, сотня тысяч за два – а дальше по накатанной.       Кён Су тогда сделал вывод, что виной всему начавшиеся в комментариях дебаты, где одни защищали Нам Гю и называли Таноса нарциссом, не выдержавшим конкуренции, а другие – наоборот. Но в общем, и те, и другие создавали очень хороший резонанс и способствовали продвижению. Это все Кён Су рассказывает Су Бонгу, когда количество просмотров переваливает за миллион.       – Я своим рэпом в этом мире всех добью! Йоу, слушай сюда, Нам Су! Тебя вертел я на… – на этом моменте проскакивает недолгий пищащий звук. Не ради цензуры, а потому что так задумано, разумеется. – Bitch, I'm fucking you! Только и умеешь, что пиздить биты, ведь все твои треки – тупо понты! За воровство, знаешь, вяжут менты. Поплачь, я пишу immortal хиты! Твое вранье – это антиреклама. Тебя, похоже, не любила мама. Я собираю стадионы – мне этого мало, но каждый дрочил на мое ебало! – Последние строчки он почти кричит.       И через несколько часов Су Бонгу прилетает отметка. И еще одна. И еще.       Он открывает видео, под которым фанаты его отмечают, и… ну да, лучше бы он этого не делал, если не хотел после рвать жопу, пытаясь выдумать ответную колкость. Спойлер: жопа все-таки порвалась.       – Ха-ха-ха! – Нам Гю, этот сукин сын, смеется прямо в камеру! – Танос написал дисс сам на себя. Лол. Пока «на твое ебало дрочили», ты глотал сперму! Suck it, loser!

***

      Вместо сведения трека Су Бонг вместе с Кён Су развешивают по району объявления о пропавшем коте. Какие бы распри со всякими второсортными рэперами его ни занимали, а без кота все равно как-то неспокойно. Он ведь мог попасть под машину, его могли загрызть собаки или забить до смерти жестокие дети. И это так… напрягает. Су Бонг даже дисс написать не в состоянии.       Кён Су, вероятно, замечает грустную физиономию Су Бонга, потому говорит, аккуратно кладя ладонь ему на плечо:       – Бро, найдется твой кошак, не переживай.       Су Бонг медленно кивает и лепит очередное объявление на забор.       – I hope, – соглашается он.

***

      – Нет, у меня уже злости не хватает.       Су Бонг лежит на кровати рожей в потолок. Рядом, тяжело вздыхая, сидит Кён Су. И все это напоминает сеанс у психотерапевта, потому что Су Бонг уже как двадцать минут распинается о том, какой Нам Су пиздабол. Периодически вскакивая и норовя что-нибудь где-нибудь разбить.       – Он совершенно проигнорил строчки про воровство! – жалуется Су Бонг. – И главное, все проигнорили!!!       Кён Су в очередной раз вздыхает.       – А я говорил, что про маму лишнее.

***

      Надо выпить. Определенно чего-нибудь покрепче. Су Бонг выскакивает на лестничную клетку и… да ну!..       Сначала Су Бонг думает, что вот этот парень в брендовых шмотках очень сильно смахивает на Нам Гю, того Нам Гю, который поливал его грязью в интернете. А потом убеждается в этом окончательно, когда видит его лицо.       А пока Су Бонг размышляет, парень заходит в, вероятно, свою квартиру и закрывает ее на ключ. Су Бонг выдыхает и направляется к лифту – третий этаж, однако пешком идти слишком лень. И всю дорогу до магазина Су Бонг думает о Нам Гю и о его вырвиглазном поведении. На тех видео он казался до ужаса наглым и назойливым, а сейчас, когда оказалось, что они живут буквально по соседству, в обычной жизни он совсем не выглядит тем придурошным фриком, каким Су Бонг его считал. А может, ему это просто кажется, и в жизни Нам Гю такой же… отбитый.       Впрочем, было бы неплохо к нему наведаться. Пусть он решит, что Су Бонг сталкер.       С такими мыслями он доходит до магазина, почти забывает про кота и все-таки покупает газировку. Потому что на пьяную голову рэп читать не получится. Вернее получится, однако вероятность быть заснятым и выложенным в интернет в самом непрезентабельном виде значительно возрастает.       Су Бонг обратно топает уже по лестнице, задумавшись. Доходит до квартиры и… разворачивается. Сам не зная зачем, подходит к соседней. Думает долго, пару минут, прежде чем постучать и в тот же миг осознать весь идиотизм этого поступка.       Во всяком случае, ему открывают.       Лицо у Нам Гю не то что удивленное, он в тотальной ауте! Су Бонгу, безусловно, нравится, что он сумел произвести такое впечатление, однако… а че сказать-то? «Эй, loser, я знаю, где ты живешь?» Ага.       – Ты?.. – Нам Гю не договаривает, но Су Бонг понимает и так.       Кивает.       Нам Гю тупо хлопает глазами и, кажется, тоже не знает, что сказать. Приплыли.       – Я… короче, – начинает Су Бонг растерянно, однако быстро натягивает привычную ухмылку. – Теперь ты знаешь Таноса лично.       Он протягивает ему руку, и Нам Гю медлит, но все же пожимает ее. Улыбается как-то истерично.       – Ты с гостинцами? – усмехается он, глядя на бутылку газировки у Су Бонга в руках.       Су Бонг бодро кивает. Говорит:       – Пустишь?       Ну и Нам Гю пускает. Су Бонг проходит в квартиру. Она выглядит как-то… обычно. Никакой специальной аппаратуры для съемок или записи, огромного компьютера с тремя мониторами, телевизора на всю стену… Нет ничего, что есть у Су Бонга. Должно быть, Нам Гю настолько начинающий рэпер, что еще не обзавелся всякими нужными вещами. Хотя финансы должны позволять, учитывая количество подписчиков, пришедших за счет их конфликта.       Нам Гю ведет его на самую обычную кухню, достает самые обычные стаканы, забирает у Су Бонга бутылку и разливает газировку. Су Бонг молчит, не решаясь начать разговор.       А о чем им, собственно, говорить? Про воровство битов? Ну…       Нам Гю начинает диалог первым:       – Как ты меня нашел? Пробил как-то?       И смотрит на него выжидающе. Су Бонг качает головой. Отвечает:       – Нет. Я живу в соседней квартире.       Брови Нам Гю стремительно ползут вверх. Он усмехается.       – Вот так совпадение.       Су Бонг соглашается, отхлебывая газировки:       – Да. Я хотел предъявить тебе за то, что ты нагло stealing мои биты. Типа… врубаешься? Я на тебя дисс накатал еще, но, думаю, ты сможешь избежать краха карьеры, если мы поговорим как нормальные люди, you know?       Нам Гю, кажется, злится. Возражает:       – С чего ты взял, что я что-то у тебя стану воровать?       Су Бонг усмехается:       – Тебе дать послушать? Я могу! Смотри, один в один…       Он тянется в карман за телефоном, однако Нам Гю его останавливает.       – Не надо. Окей. Раз уж ты приперся аж ко мне домой… я скажу, – он мнется пару секунд, а потом продолжает: – Ты мне очень нравишься. Твое творчество. Я… – Теперь он усмехается нервно. – …твой фанат уже как пару лет. Вдохновился. Не украл.       О. Вот это неожиданно. Су Бонг аж присвистывает, а ЧСВ стремительно ползет вверх, пробивая потолок. О, это такой материал для дисса!.. Но что-то внутри него, какая-то непонятно откуда взявшаяся установка не дает ему высмеять новоиспеченного фаната и уйти домой обсуждать его с Кён Су. Получается как-то по-дебильному. Тут человек ему открылся, а он…       Су Бонг расплывается в широкой улыбке. Это все определенно льстит.       – Ладно, я понял, – говорит он. – Обвинения сняты, бро.       Нам Гю удивляется:       – Что, уже «бро»?..       Однако ответить Су Бонг не успевает, потому что…       – Мяу, – говорит кот.       – У тебя кошка есть? – спрашивает Су Бонг. Невольно вспоминает своего недавно пропавшего кота, и эти воспоминания как ножом по сердцу. Больно.       По кошкам он вообще соскучился. Поэтому хочет попросить погладить, однако…       У него глаза лезут на лоб, когда он видит, – на минуточку! – своего кота. О, нет, он не спутает его ни с каким другим котом никогда в жизни. Это крепкое телосложение, рыжая шерсть, да даже голос – все выдает в нем Хару. Су Бонг сначала, разумеется, очень удивляется, а потом резко подступает волна гнева. Нам Гю что, реально украл у него кота?!       – Хару! – восклицает он, а потом обращается к Нам Гю: – Ты не только биты, ты еще и котов воруешь?! – Потом присматривается к коту поближе. – И что у него с глазом? What the hell, чувак, это уже слишком.       Нам Гю не врубается:       – В смысле «ворую»?..       Су Бонг негодует:       – Это мой кот.       – С чего вдруг он твой? – парирует Нам Гю. – Я его спас, между прочим.       А кот ластится к ногам Су Бонга так, как будто очень соскучился. От этого плакать хочется. Узнал ведь!       Су Бонг чуть оттаивает и поясняет:       – Я забыл закрыть окно. Он убежал. Пару дней назад.       Нам Гю тянет:       – А…

***

      – Кён Су, бро, отбой! – орет Су Бонг, взлетая в чужую квартиру.       Кён Су уже тут как тут, ждет распоряжений, однако… вот те раз!       – В смысле? – не понимает он.       – В прямом! Этот loser нифига не loser, оказывается, он мой фанат, а еще он нагло stealing моего кота, и вообще, дисс откладывается до лучших времен.       Кён Су тотально не врубается, что Су Бонг вообще несет. Спрашивает:       – Ты не пил?       Тот отмахивается:       – Только газировку. Я тебе человеческим языком говорю: этот патлатый – мой бро. И Хару нашелся!       – Эм… круто, – говорит Кён Су.       – Yeah, бро. Я вообще думаю фитануть с ним, ну а че? Кота нашел, подлатал, и вообще, не такой плохой чувак оказался…       Кён Су только кивает. Су Бонг добавляет:       – Кстати, он мой сосед.       Кён Су вскидывает брови.       – Да ну?       – This is very cool!!!

***

      – Итак, my favourite fans, это мой бро, Нам Су, – говорит Су Бонг, улыбаясь в камеру.       – Нам Гю, – поправляют его.       – Да, Нам Гю, – говорит Су Бонг. – И у нас с ним скоро будет новый фит!       На коленях у Нам Гю сидит рыжий огромный кот со шрамом на глазу. Ластится и глядит в камеру, прищурив глаза. Нам Гю гладит его по голове, а кот довольно мурчит.       Су Бонг приобнимает Нам Гю за плечи, оба улыбаются на прощание подписчикам, и он выключает камеру.       – Кён Су! – зовет Су Бонг. – Сведи нам трек!

***

      – Взял псевдоним себе типа Танос, но Танос рифмуется со словом фаллос!       Противостояние они, конечно, только имитируют, потому что дальше идет парт Су Бонга:       – Я своим рэпом в этом мире всех добью, чтоб охуел даже Нам Гю! (Сорян, Нам Су). Всех вас вертел я на хую. Кстати, baby, I love you!       – Йоу, какой же я крутой. Fucked bitch, I'm real bad boy! Хуй соси, тебе не стать, как я, звездой. Ты, бля, ебаный отстой! – читает Нам Гю.       – За концерт гребу по сто лямов вон. Танос, bitch, твой страшный сон! Меня боялся даже Google Chrome! Мои стихи в натуре вызывают шторм! Marvel ник мой спиздили. Суд проиграли – не вывезли. Таноса, сука, ты не зли! Пока прыщи на жопе не вылезли. Йоу!       Дальше парт Нам Гю:       – Иди к мамке под юбку поплачь, долбоеб. Тебя в жопу ебут – у тебя не встает. Пока мой трек из колонок орет, рэп никогда не умрет! Рэп никогда не умрет! На битах разъебу в соло чарты и добью на фитах. На радиоволнах, в твоих влажных мечтах и в каждом динамике: я, сука, в сердцах!       Су Бонг продолжает:       – Танос forever, выучи это! И пиши на заборах маркером теги. Разъеби танцпол под мои треки. Танос forever, Танос на веки! – Он добавляет не в бит: – На мне, кстати, держится all music of the world.       Нам Гю выдает последний куплет:       – Я вечно в прайме, мое огромное эго пробьет потолок, и мой рэп круче крэка. Рвут чарты listenings этого трека. Я, блять, король корейского рэпа!