Воспоминания предателя

Когда тебе пятнадцать, а ты уже являешься элитным бойцом тайной организации. Когда враги от одного твоего имени трепещут. Когда ты уже носишь прозвище “Ангел смерти”, а твой напарник – древний монстр, вселяющий ужас всей Европе, если не миру… Как тут не взыграть амбициям? Этого достаточно, чтобы совершить самую большую глупость в своей жизни… Максималистской юности на самом деле нужно совсем немного, чтобы возжелать победить и превзойти могущественного древнего вампира. Зачем? Юность не задается такими бессмысленными вопросами. Просто потому что возгордился, просто потому что завидовал. Он был недосягаем, невозможно силен и не победим. И невозможно саркастичен. Я верил, что могу дотянуться до этого. Верил, что могу стать равным ему. Нет! Верил, что смогу превзойти. Поэтому когда пришел толстый неповоротливый Майор с жабьей улыбкой и сладкими речами. А самое главное – с обещанием силы, с обещанием вечности. Я не колебался. Ни минуты. Просто принял все условия. Просто прыгнул, как блаженный в пропасть. Я помню каждую минуту нашего разговора:

***

Обычный номер гостиницы. Кожаные кресла, ковры и тяжёлые бордовые шторы. Майор опустился в кресло, явно не скрывая удовольствия. Потер рукой в перчатке подлокотник. – Люблю кожаную мебель… Она такая… Собранная, строгая… элегантная… Как пистолет – холодная, гладкая – ничего лишнего. Как вы считаете? – произнес мужчина и пристально посмотрел на молодого человека. Высокий худой юноша стоял у окна как ощетинившийся щенок – кусать ещё не умеет, но уже рычит. – Мне все равно. Мебель – это просто мебель,– бросил он. – Любопытно… – протянул Майор и улыбнулся. – Мне понравилось, как твои нити разрезали двух моих бойцов. Это так смертоносно! – рассмеялся мужчина. – Но сейчас лучше не дёргайся, – добавил он, и в его глазах застыл холод. Молодой человек почувствовал, как в затылок упёрлась что-то жесткое. Краем глаза он видел высокую мужскую фигуру в военной шинели. – А с чего вы решили, что я буду сопротивляться?! – выплюнул юноша. – Я уверен, что не будешь, – сладко протянул Майор. – Знаешь, кто лучше всего подходит для моей задумки? – спросил мужчина, в его глазах не было ни капли блефа или шутки, абсолютная серьезность. – Тот, кого никогда не видно, – не дожидаясь ответа, сказал он. – Ну что? Станешь для меня невидимкой? – спросил Майор и сложил ладони домиком. – Я стану кем угодно, лишь дайте возможность быть сильным, – буркнул молодой человек. Майор рассмеялся. – Аккуратнее с такими заявлениями. Я ведь и правда могу потребовать стать кем угодно, – протянул мужчина и улыбнулся растянутой жабьей улыбкой. А затем попрощался и ушел. Только сейчас юноша понял, что он весь мокрый от пота.

***

Мог ли я отказаться? Вряд ли. Майор не терпел отказа. “Нет” – означало бы подписание смертного приговора самому себе. А умирать я не хотел. Но не это двигало мной. Гордыня – мой смертный грех. Мог ли пойти к Алукарду и все рассказать? Мог. Но идти на поклон к самому богу войны – этого юношеская гордость не приемлет. Я сам подписался на это. Я сам решил стать предателем. Я сам улыбался и подавал чай. Продолжал карать врагов “Хеллсинга”, как дровосек рубит лес. И я был верен. Почти. Я сам сделаю больно тому, кого любил.