Коцит
27 февраля 2026 г., 15:09
Лондон стремительно терял оставшиеся очертания города, погружаясь в глубины ада. Это не была война, это была безумная бойня, где тьма и мнимый свет решили уничтожить все живое. Нечисть, выряженная в форму нацистской Германии, и проповедники Ватикана, с благостной молитвой на устах, выкашивали столицу как мор…
Разрушенный город затопило бесчисленным войском поглощенных душ. Все, кто попадал в поток этой чудовищной реки, встречали свою гибель. Отовсюду раздавались крики, взрывы, выстрелы и инфернальные стоны. Ад сошел с полотен картин на землю.
Интегра и Виктория наблюдали за хаосом с крыши невысокого уцелевшего дома.
Внимание Интегры и Виктории привлек шум внизу. Битва Алукарда с Андерсоном закончилась. Великий Паладин принял решение перестать быть человеком и погиб. Алукард скорбно поник над телом регенератора – древний монстр оплакивал своего врага.
– Идём, – протянула Интегра, обращаясь к Виктории. Они только успели спуститься по полуразрушенной лестнице, как в воздухе метнулась тонкая серебряная нить, и кусок здания рядом сполз, словно его отрезали ножницами.
Во тьме, освещаемый всполохами пепелища, стоял Уолтер. Уолтер ли? Человек был явно моложе, опаснее, но этот взгляд, эта осанка, даже почтительность – это точно был он.
Интегра выронила сигариллу. Горло пересохло, как будто резко перестало хватать воздуха. Тот, кто всегда был рядом, сколько она себя помнит. Тот, кто был всегда на её стороне, чтобы не случилось. Тот, кто видел ее горе, её счастье, её любовь. Он пришел убить ее. Он предал ее.
Уолтер не двигался, оценивая обстановку. Его взгляд встретился с её. В груди кольнуло. Все те же светлые холодные как небо зимой глаза. Прошло одиннадцать лет, а её взгляд остался прежним. Он никогда не видел, как она плачет.
***
Интересно, а Алукард видел? – подумал Уолтер.***
– Уолтер! Почему?! Что с вами сделали?!– подала голос Виктория. Её мир снова трескался. Неужели так будет всегда – родители, коллеги, Пип, теперь Уолтер. Неужели она всегда будет обречена терять? Бывший дворецкий усмехнулся: – Меня похитили, обратили в вампира и промыли мозги… – голос его звучал надменно. – Это ты хотела услышать, малышка Серас? Спешу тебя разочаровать. Это мое решение. И убить вас всех – это тоже решил я сам, – его слова были ядовиты.***
Леди Интегра… Пусть ненавидит. Пусть не колеблется, когда отдаст приказ. Ненависть лучше отчаяния… – горько думал Уолтер.***
Интегра молчала. Какие здесь могли быть слова? То, что он предатель? Он это и так знает. Черт возьми, он знал все и без ее слов. Её молчание было страшнее и тяжелее, чем обвинения или крик отчаяния и ярости. Тень дернулась и рядом с Интегрой возник Алукард. – Вот поэтому, я просил тебя сократить доступ к информации о “Skyfall”, – произнес он и хищно улыбнулся Уолтеру. – Когда ты понял?! – воскликнул Уолтер. – Ещё в Италии… Я задумался, почему, когда умер Артур, Интегра осталась без защиты. На столько, что пришла ко мне. Ведь ты – ангел смерти Уолтер, легко бы справился с прихвостнями Ричарда… – как ни в чем не бывало ответил вампир.***
Почему? – подумал дворецкий и его душа содрогнулась. Он ведь мог все прекратить. Он мог остановить его! – мысли кружились вихрем.***
– Почему ты не убил меня сразу? – выкрикнул Уолтер. – Я не был уверен. А ещё…. Это бы ничего не поменяло, – философски произнес Граф. – Гордый вампир! Твоя гордыня тебя погубит!– выплюнул Уолтер. Заставить Интегру ненавидеть себя было просто. Но Алукарда… Он все знает. Он уже слышит и чувствует его эмоции. – Тогда убей меня прямо сейчас! – крик Уолтера становился все отчаяннее. В этот момент над ними нависла огромная тень – дирижабль Гинденбург замер в небе. Противный, безудержно радостный голос Майора звучал из мегафона. Он приглашал Интегру и Викторию на борт. Дирижабль снизился и с грохотом опустил трап. На борту стоял мальчик с кошачьими ушками в форме Гитлерюгенд. Жестом он приглашал войти. На мгновение Интегра взглянула на Алукарда. – Иди. Иди и убей его. Пора заканчивать. Я устал, – произнес он. – Да, самое время, – бросила Леди в ответ, уже поднимаясь. – И ты иди. Нашей Леди нужна свита, – обратился Алукард к замешкавшейся Виктории. Полицейская встрепенулась и побежала за Интегрой. – Помни свое обещание! – крикнул в след Интегре Алукард. – Ну что же, друг мой… враг мой. Вот поэтому я обычно не завожу друзей. Они либо гибнут со мной в бою, либо предают меня, – наконец, обратился Алукард к Уолтеру. – Ты прав, мне… придется тебя убить. Как всё-таки гадко быть правым… – протянул Граф, достал свой пистолет и откинул его. – Друзья выясняют отношения только в рукопашную, – расхохотался Алукард и устремился к Уолтеру. Бой Алукарда с Уолтером был кровавый, усталый и горький. Очень мало найдется желающих вспуить в рукопашную схватку с Князем Тьмы. Вся мощь этого бессмертного тела обрушивалась на Уолтера. Он отбивался, использовал свои нити, но вампир регенерировал. – Все, старина Уолтер. Тебя уже ждёт Коцит… – протянул Граф, припечатывая дворецкого к асфальту. – А для тебя тогда что готовит ад? – прохрипел Уолтер, выплевывая кровь. – Ооо… У меня несколько вариантов размещения: Флегетон, например. И на шестом круге для меня, наверное, местечко найдется… – усмехнулся Алукард. Уолтер уже не мог подняться, поэтому мужчина сел на асфальт рядом. Уолтер лежал на обломках, которые ещё сутки назад были площадью и смотрел в небо. Начинало светать. Алукард сидел рядом, поникший, словно весь груз веков разом навалился на его плечи. – Ты мог убить меня ещё шестьдесят лет назад… Гордого, глупого пятнадцатилетнего мальчишку… – просипел дворецкий. – Зачем? Ты был гордый, амбициозный и верный. Кто же знал, что ты подашься в нацисты? – сказал Алукард. Они молчали, дыхание Уолтера становилось тише и прерывистей. – Она… справится? – почти прошептал дворецкий и посмотрел в сторону дирижабля. Алукард сразу понял, о ком он. – Она переживет нас обоих… – усмехнулся Граф. Уолтер закрыл глаза. – Переживет тебя? Так ты знаешь… – голос срывался. – Знаю. Не знаю, как, но точно знаю… – с горечью протянул Алукард. – Ты был мне другом, старина Уолтер… – горько усмехнулся мужчина. – Знаю. Прости… – прошептал дворецкий.
