Свобода длиной в семь ночей

Во сне она была не собой. Она была чужой девушкой, молодой, хрупкой, с бледной кожей и глазами, полными страха, но в которых горел огонёк сопротивления. Она бежала по длинному, темному коридору. Стены влажные, каменные, своды низкие, а воздух пахнет плесенью и пылью столетий. Каждый шаг отзывался гулким эхом. Двери за ней захлопывались сами собой, лестницы крутились, ведя в никуда, а свечи, будто по волшебству, гасли, едва она приближалась. И вдруг раздался голос. Тёплый, одновременно холодный, но невероятно властный: – «Ты не уйдёшь. Ты принадлежишь мне». Он пронзал коридор, эхом отражался от стен и казался повсюду. Девушка оглядывалась, но никого не видела. Только длинный коридор и темноту, которая словно дышала рядом. Она ускорила шаг, но ноги будто вязли в воздухе. Каждое её «нет» в ответ звучало тихо, почти беззвучно, но сердце наполнялось силой. И тогда она заметила, как в конце коридора появляется слабый свет — словно окно, через которое можно вырваться. Она знала, что если остановится, тьма поглотит её. Но страх был не сильнее воли. Она делала шаг за шагом. Дыхание участилось, руки тянулись к свету. И голос раздался снова, ближе, холоднее: – «Ты не уйдёшь…» Но на этот раз Люкс, во сне, едва шепотом сказала: – «Нет».

Тонкий свет из окна расплывался по коридору, растянулся по стенам, и тьма на мгновение отступила. И тогда Люкс резко открыла глаза. Самолёт всё ещё качался над облаками. Сердце колотилось. В руках у неё прижата книга — толстая, пыльная, с золотым тиснением на обложке: история Румынии. Она невольно сжала её к груди, словно книга могла защитить её от того, что видела во сне. — Люкс, просыпайся! — услышала она звонкий голос, и кто-то мягко толкнул её по плечу. Это была Серафина, её подруга по факультету, девушка с розовыми волосами, всегда яркая и шумная, словно солнечный луч в этом самолёте. Она улыбалась, слегка задирая подбородок: — Уже почти прилетели! — сказала она с лёгкой игривостью. — Заун ждёт нас. Красавица, не зевай! Люкс моргнула несколько раз, отпустила книгу и потянулась, глубоко вдохнув аромат нового места. Туманное предчувствие сна постепенно рассеялось, но лёгкое покалывание в груди осталось. В её ушах будто ещё звучал тот голос, но теперь он был не так страшен — скорее как предупреждение. Самолёт всё ещё качался над облаками. Сердце колотилось. Что-то ждало её в Зауне. Что-то, что не хотело, чтобы она уходила. И она почувствовала, что эта неделя изменит всё. Город, который она видела через иллюминатор, казался одновременно манящим и чужим. Тёмные крыши, высокие шпили, узкие улочки — и замок, величественно возвышающийся над всем этим, словно стороживший свои секреты. Серафина засмеялась: — Давай, бери свой чемодан, Люкс! И не теряйся — я не собираюсь искать тебя по всему городу. Блондинка улыбнулась в ответ. Люксанна Краунгард — роскошная блондинка с прозрачными голубыми глазами, которые будто отражали небо даже в пасмурный день. В её внешности было что-то почти старинное: правильные черты, светлая кожа, мягкая осанка. Люди часто оборачивались ей вслед — не только из-за красоты, но из-за света, который она будто несла с собой. Она родилась в Демасии — небольшом американском городе с сильным немецким наследием. Аккуратные кирпичные дома, кирхи с высокими шпилями, октябрьские фестивали с традиционной музыкой и старинными костюмами. Город был безопасным, ухоженным, правильным. Слишком правильным. Люкс любила его — но не могла в нём остаться. С детства она зачитывалась книгами о древних замках, забытых королевствах и исчезнувших родах. Пока другие девочки мечтали о карьере или свадьбе, она мечтала о билетах на самолёт и старых библиотеках, где пыль пахнет временем. Именно поэтому она выбрала факультет истории. Не ради дат и экзаменов. Ради прикосновения к прошлому. Она хотела объехать весь мир — увидеть Балканы, Скандинавию, Францию, Японию, Китай, всё, что скрыто за пределами её аккуратной Демасии. Её манили места, где стены помнят голоса, а камни хранят тайны. Иногда ей казалось, что её притягивает не просто путешествие — а что-то конкретное. Что-то, что ждёт её. Когда университет объявил о недельной практике в старом замке на юге Румынии, Люкс записалась первой. Она не знала, что именно там её мечта о прошлом перестанет быть академической. И станет личной. И вот теперь Румыния. Неделя учебной практики в древнем городе Заун, на юге страны, среди гор и туманов. Городе, о котором ходили легенды. Готическая архитектура. Узкие улочки. Каменные мосты. Старинные башни, чёрные шпили и рассказы о вампирах. Город, где каждое здание хранит шёпоты прошлого, где узкие улочки ведут в тёмные дворы, а старинные башни с чёрными шпилями возвышаются над крышами. Город, о котором ходили легенды о вампирах, призраках. Студенты шутили: — Главное, чтобы нас не укусили. — А если укусит сам граф Дракула? Смех. Люкс улыбалась, но внутри чувствовала странное покалывание. Не страх. Предвкушение. Будто кто-то давно знал, что она приедет. После небольшой прогулки по узким улочкам города, студенты собрались у небольшого автобусного парка. Заун продолжал встречать их мрачной архитектурой: каменные дома с черепичными крышами, витиеватые балконы и туман, который медленно стелился по мощёной мостовой. Люкс шла рядом с Серафиной, держа блокнот в руках. Она делала пометки о каждой детали: узоры на кованых воротах, окна с цветными витражами, старые фонари, которые мерцали в тумане. — Смотри, Люкс, — с энтузиазмом сказала Серафина, — даже автобус выглядит как часть этой древней истории! Фоткаем! Люкс улыбнулась и сделала несколько быстрых заметок, чувствуя, как сердце ускоряет ритм. Этот город, с его туманными улицами и мрачными фасадами, словно жил своей отдельной жизнью. Их декан, мистер Харрисон, обходя студентов, рассказывал о значении каждого здания, о старинных домах, которые сохранились с эпохи основания города, о легендах и мистических историях, которые обрастали веками. Он говорил спокойно, с увлечением историка, а студенты слушали, кто с интересом, кто более отвлечённо. И вот автобус подъехал — большой, старый, но ухоженный, как будто специально созданный для поездки через горные дороги и узкие улицы Зауна. — Впереди — главная достопримечательность города, — объявил декан, — наш замок, где вы проведёте неделю и сможете изучать не только историю, но и атмосферу средневековой архитектуры. Студенты загрузили чемоданы в багажник. Серафина, как всегда, достала камеру и начала фотографировать всё вокруг. Люкс, несмотря на усталость после перелёта, едва могла скрыть волну предвкушения. Когда автобус тронулся, город остался позади, а дороги начали подниматься вверх по склонам гор. Автобус петлял по извилистым дорогам через горы. Туман стелился между деревьями, и деревья казались старыми сторожами тайн, наблюдающими за чужаками. Дорога к замку была узкой, а домики на склонах — почти незаметными. И наконец они увидели замок. Большой, готический, мрачный, величественный. Каменные стены были покрыты мхом, башни с чёрными шпилями, а высокие окна отражали последние лучи заходящего солнца. Он выглядел так, словно ждал кого-то. Или что-то. В этот момент Люкс почувствовала, как внутри замка откликнулась какая-то древняя память. Неведомая, холодная, но не злая — скорее любопытная. Замок Морареску ждал их. Автобус остановился у больших каменных ворот замка. Они были высокими, с тяжёлыми коваными створками, украшенными резьбой и гербами. Мистер Харрисон подошёл к воротам, отворил их и пригласил студентов пройти. — Впереди — наша «учебная лаборатория» на неделю, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Замок и его история помогут вам прочувствовать эпоху, которую вы изучаете. Студенты вышли из автобуса, переглядываясь с восхищением и лёгким волнением. Перед ними раскинулся сад: аккуратно подстриженные газоны, клумбы с редкими цветами и пруд. Лёгкий ветер играл с листьями деревьев, а в отражении воды сад казался ещё более волшебным. Декан повёл группу дальше, медленно рассказывая историю замка: — Этот замок когда-то принадлежал одному из самых могущественных графов своего времени — Силко де Морареску. Он владел целым городом и пользовался властью и уважением, но также был известен своей жестокостью и властолюбием. Никто не осмеливался перечить его решениям, и слухи о его деяниях ходили далеко за пределами города. Студенты шептались, переглядываясь. Атмосфера замка была одновременно величественной и немного угрожающей. Люкс, с улыбкой на лице, достала блокнот и продолжила делать записи: «Замок Морареску. Каменные стены, кованые ворота, сад с прудом. Кажется, что история пропитывает каждый уголок. Этот граф… он оставил после себя не только богатство, но и легенду». Блондинка уже сделала шаг вперёд к массивным воротам замка, когда внезапно почувствовала руку на своем плече. — Люкс… подожди, — сказал Эзреаль, её однокурсник и бывший парень, мягко, но с лёгкой настойчивостью. Он слегка потянул её в сторону, к тени деревьев рядом с садом. — Эзреаль… — удивлённо сказала Люкс, останавливаясь. Он глубоко вздохнул, сжимая её руку. — Нам нужно поговорить… о нас. Люкс посмотрела на него с лёгкой грустью, но решимостью. Она улыбнулась мягко и посмотрела ему прямо в глаза. — Ты же знаешь, что всё в прошлом, — сказала она спокойно. — Мы остались хорошими друзьями, а это куда лучше, чем быть врагами и постоянно ссориться. Эзреаль почесал затылок, слегка опустив взгляд. Его губы сжались в улыбке, но глаза всё ещё были грустными. — Да… ты права, — сказал он нехотя, с небольшой горечью, но и с пониманием. — Хорошие друзья… лучше, чем ничего. Люкс отпустила его руку и снова прижала к груди блокнот с заметками. — Всё будет хорошо, — добавила она, делая шаг к массивным воротам замка. Эзреаль кивнул, глядя ей вслед. Он знал, что сейчас не время для разговоров о прошлом, и что впереди у Люкс целая неделя, полная новых впечатлений и открытий. Девушка вдохнула свежий воздух сада и огляделась вокруг: аккуратные газоны, клумбы с редкими цветами. Всё это казалось частью сказочного мира, который теперь ждал её внутри замка. Она улыбнулась, делая заметки для блога. Неожиданно, её взгляд невольно устремился вверх. В самом высоком окне башни она заметила силуэт. Женский, хрупкий и статный, с изящной фигурой, будто сошедший с портрета прошлых веков. Лицо было скрыто тенью, но даже так Люкс ощутила красоту и тонкую грацию этой девушки. Она замерла, стараясь вглядеться получше. Сердце забилось быстрее. Но через мгновение силуэт исчез. Окно осталось пустым, лишь отражая тусклый свет уходящего дня. Что это было? Люкс подошла к декану, слегка напрягшись: — Профессор, есть ли в замке кто-нибудь ещё, кроме нас? — спросила она тихо, указывая взглядом на башню. Мужчина поправил очки, слегка улыбнувшись: — Нет, мисс Краунгард. Кроме охраны и нас больше здесь никого нет. — Охрана замка? — удивилась Люкс, моргнув. Он кивнул: — Да. Для нашей экскурсии правительство выделило охрану, чтобы защитить студентов и сохранить замок в порядке. Никаких посторонних, я вас уверяю. Люкс глубоко вдохнула и снова посмотрела на пустое окно замка. Тогда что это было? — Может, показалось… — тихо подумала она, стараясь убедить себя в этом. Но странное чувство не покидало её. Оно будто тянуло изнутри, шептало, что замок хранит больше, чем просто историю. Что кто-то там наблюдает, ждёт. С лёгким дрожанием в груди она прижала блокнот к себе и сделала шаг к декану, который уже приглашал студентов пройти через сад к массивным дверям замка. Студенты прошли через сад и вошли в огромную аудиторию замка. Высокие потолки, тяжелые деревянные балки, старинные гербы на стенах — всё это сочеталось с современными удобствами. В центре зала стоял большой телевизор, на котором декан демонстрировал исторические факты: карты города, фамилии аристократов, фотографии старинных документов. — Здесь, — говорил он указкой, — вы видите план старого Зауна, а вот замок, в котором мы сейчас находимся. Его стены хранят историю почти семи веков. Студенты внимали, делая заметки, фотографируя слайды. Когда презентация подошла к концу, декан выключил телевизор. Свет в аудитории изменился — стало чуть темнее, а его лицо приняло более серьёзное, почти мрачное выражение. Он опустил указку, сделал глубокий вдох и медленно начал рассказывать: — Но помимо этих официальных фактов, этот замок хранит и свою печальную историю… Историю, которая произошла около двухсот лет назад. Студенты переглянулись. Голос декана звучал тихо, но каждое слово отзывалось внутренним эхом. — Силко де Морареску — последний владелец замка, – продолжал Харрисон. — В своё время он был очень богат, влиятелен и… крайне эксцентричен и жесток. Многие считали его покровителем искусств и церкви. Другие же — человеком опасным и странным. Он сделал паузу, позволяя словам осесть. — Однажды на балу он познакомился с молодой очаровательной девушкой. Её звали Джинкс Паудер Аделаида фон Валереску. Она была юна и прекрасна. Но была дочерью обедневшего дворянского рода. Семья Валереску когда-то владела землями и титулами, но к тому времени их состояние сильно пошатнулось. Родители девушки, как это часто бывало в те годы, стремились найти для дочери достойного жениха… человека богатого и влиятельного. Мужчина на секунду остановился. — И граф Морареску, безусловно, подходил под это описание. Люкс снова ощутила лёгкое предчувствие, знакомое ей ещё со сна в самолёте. Профессор Харрисон сложил руки за спиной. — Однако всё оказалось не так просто. Студенты слушали уже гораздо внимательнее. — На том балу граф был буквально очарован Джинкс. Говорят, она отличалась не только красотой, но и живым характером… и редкой смелостью. На губах декана появилась лёгкая усмешка. — Именно это, по словам хронистов, и свело графа с ума. Он стал одержим ею. И спустя несколько дней после бала граф Морареску явился в дом ее семьи. Он пришёл не как гость… а как жених. Он предложил Джинкс руку и сердце. В зале стало ещё тише. Он сделал паузу. Все стали слушать предельно внимательно. — Но девушка отказала. Кто-то из студентов тихо присвистнул. — И не просто отказала, — продолжил декан. — По легенде, она сделала это весьма… решительно. Аудитория словно замерла. Даже Серафина на мгновение перестала щёлкать камерой. Декан медленно провёл взглядом по аудитории. — Для человека вроде Морареску это было унижением. Через несколько дней после этого Джинкс исчезла. Позднее распространился слух, что граф похитил её и привёз сюда, в этот замок. Движимый страстью… и, возможно, одержимостью. Говорят, он снова предложил ей стать его женой. Декан посмотрел на старые стены зала. — И она снова отказала. И тогда, по легенде, граф совершил нечто ужасное. Некоторые студенты уже слушали с явным напряжением. — Поговаривали, что граф Морареску интересовался оккультными науками… древними ритуалами… и тёмной магией. Он чуть кивнул в сторону верхних этажей замка. — Когда Джинкс в очередной раз отвергла его, он решил, что если не сможет владеть её сердцем… то будет владеть её душой. Согласно старой легенде, он заключил дух девушки в этом замке. Он использовал чёрную магию, — тихо сказал декан, — чтобы удержать её в замке. И с тех пор её дух, несгибаемый и свободолюбивый, по преданию, до сих пор обитает здесь. Кто-то нервно усмехнулся. Профессор спокойно добавил: — С тех пор, как говорят местные жители, дух Джинкс бродит по этим коридорам. Уже более двухсот лет. В зале стало почти холодно. Люкс почувствовала, как мороз пробежал по спине. Она сжала блокнот ещё крепче, словно он мог защитить её от того, что она только что услышала. — Жуткая история, — тихо сказала Серафина, приобняв подругу за плечо, пытаясь поддержать и одновременно разделить тревогу. Люкс едва слышно кивнула: — Ага… — сказала она, словно сквозь туман, погружённая в мысли о легенде графа и несгибаемой девушки, чей дух всё ещё обитал в замке. С этого момента дрожь в теле не покидала её. Она понимала: эта неделя в замке будет не похожа ни на одну другую, и предчувствие, которое она сейчас ощущает, — лишь начало того, что ей предстоит пережить. Время близилось к вечеру. Столовая замка наполнялась золотым светом заходящего солнца, которое медленно уходило за лес, окрашивая окна мистическим, почти сказочным светом. Студенты громко говорили, спорили, смеялись. Кто-то разыгрывал сцену с Дракулой, другой снимал это на камеру, а Серафина буквально не выпускала телефон из рук, стараясь запечатлеть каждый момент. Декан ходил между длинными столами, стараясь следить за бунтующими учениками и одновременно объясняя, что здесь слишком шумно и нужно соблюдать порядок. Но его голос тонул в гуле смеха и разговоров. Люкс сидела за столом, держа вилку в руках, но почти не притрагиваясь к еде. Её взгляд снова невольно устремился к старинным витражам и массивным балкам потолка. В голове крутилась та легенда, что только что рассказал декан: граф, чёрная магия и дух девушки. Шум вокруг казался далеким эхом. Ночь опустилась на замок. Студенты уже давно спали, а тихие коридоры наполнялись шепотом ветра и сквозняков, пробегающих через старые двери и трещины каменных стен. Но Люкс не спала. Её глаза блестели любопытством. Странная дрожь в теле, которую она ощущала весь день, не покидала её. Ей не спалось. — Может, прогуляться… Выйти в сад… — вертелось у неё в мыслях. Она осторожно встала с кровати, надела шёлковый халат, поверх ночнушки, сняла со стены старый подсвечник и тихо вышла в коридор. Холодные каменные стены отражали мерцающий свет, а сквозняк играл с лёгкими завитками волос Люкс. Она шла осторожно, наслаждаясь тихой, но странной энергией замка. Она не боялась темноты. Проходя мимо одной из картин, её взгляд вдруг зацепился за жуткий образ. На портрете был изображён хозяин замка: высокий мужчина со строгим лицом, холодным взглядом и лёгкой усмешкой, словно он наблюдал за ней из прошлого. Его глаза, казалось, следили за каждым движением Люкс, а тьма за спиной картины словно оживала. Особое внимание привлекал его левый глаз. В отличие от правого, он был повреждён — словно шрам или дефект, оставшийся после давней травмы. Однако это не делало взгляд слабым. Напротив, глаз светился едва уловимым красным отблеском, который, казалось, пульсировал в зависимости от внутреннего состояния графа. Этот гипнотизирующий и одновременно пугающий глаз создавал ощущение угрозы и власти, словно Силко всё ещё наблюдал за всем происходящим, даже спустя века. Девушка замерла. Её сердце забилось быстрее, но страх был не сильнее любопытства. Она протянула руку к портрету, чуть наклонилась, пытаясь рассмотреть детали, когда вдруг услышала тихий звук сверху — скрип пола или шаги. Замок казался живым. Люкс сжала подсвечник крепче. Она замерла на месте, прислушиваясь. В тишине замка донёсся едва различимый звук — тихие, медленные ноты пианино, которые казались одновременно красивыми и немного гнетущими. — Что… это? — прошептала она себе под нос. Звук исходил с этажа выше. Она невольно напряглась. В голове сразу выстроились догадки: кто-то из однокурсников решил пошутить? Но кто из них мог выбрать такое время, чтобы играть? Люкс медленно подняла глаза к верхним этажам замка. Тёмные коридоры и окна выглядели ещё более зловеще под лунным светом. Её сердце билось быстрее, но вместо страха она почувствовала странное притяжение. — Может, это просто шутка… — тихо сказала она себе, но внутреннее предчувствие не отпускало. Может, кто-то из студентов решил пошутить? Сжимая подсвечник, Люкс сделала шаг вперёд, решив узнать источник музыки. Каждый звук пианино словно тянул её вверх, к таинственному верхнему этажу, где, возможно, скрывались тайны замка… Ей было страшно, но любопытство тянуло. Блондинка недовольно фыркнула, словно раздражённо отгоняя свои страхи, и шагнула в сторону звука. Ноты пианино становились всё отчётливее. Каждый шаг казался эхо её собственных мыслей, усиливая напряжение. Когда она поднялась по лестнице и вышла в длинный коридор, звук внезапно оборвался. Пустота встретила её гулким эхо шагов по каменному полу. — Кто здесь? — тихо спросила Люкс, прижимая подсвечник к груди. Тишина отвечала ей лишь сквозняком, игравшим с занавесками у окон. Но в глубине души она почувствовала: музыка исчезла не просто так. Кто-то или что-то наблюдало за ней, ожидая следующего шага. Люкс медленно шла по коридору, словно что-то искала. Сквозняк играл с краями её халата, а тени от подсвечника плясали по стенам. Вдруг её взгляд зацепился за дверь, неприметную среди массивных каменных стен. Она была проста, почти примитивна — но привлекала внимание своей странной аурой. Люкс подошла ближе и заметила деталь, которая остановила её сердце: дверь была закрыта на замок. Замок выглядел старым, но ухоженным, словно специально поддерживаемым в рабочем состоянии. Это ощущение тайны, скрытой за простой дверью, не отпускало Люкс. Внутри что-то звало её, притягивало к себе. Она сжала подсвечник крепче и медленно положила руку на ручку… Затем... Она провела рукой по холодному дереву, и дрожь пробежала по всему телу. Желание открыть дверь было сильнее всякой осторожности. Но вот беда: замок крепко держался на двери. Ключа у Люкс, разумеется, не было. Вдруг она вспомнила лекцию декана. Он рассказывал, что все старинные вещи замка — ключи, важные аксессуары, предметы обихода — хранятся в бывшем кабинете властелина замка, графа Силко де Морареску. — Конечно… там может быть ключ! — решила она, почти не думая о запрете. Сердце билось быстрее, но любопытство и странное притяжение двери заглушили всякие сомнения. Мистер Харрисон строго запретил трогать какие-либо вещи замка, но сейчас это казалось таким неважным. Люкс знала, что должна действовать, иначе никогда не узнает, что скрыто за этой дверью. Она сжала подсвечник крепче, глядя на дверь, а затем, почти бегом, направилась к бывшему кабинету властелина, намереваясь найти ключ и открыть дверь, которая так загадочно её манила. Налево, поворот… направо, снова налево. Люкс бродила по длинным, холодным коридорам замка, стараясь найти кабинет бывшего хозяина. Скрип половиц под ногами и тихий свист сквозняка сопровождали её на каждом шагу. Спустя полчаса упорного поиска она наконец наткнулась на дверь, которая выглядела важной и слегка отличалась от остальных. На удивление, она была не заперта. Люкс с замиранием сердца толкнула дверь и осторожно вошла. Перед ней открылся роскошный кабинет. Высокие книжные шкафы, полки с папками и свитками, резной деревянный стол и массивное кресло. Всё дышало богатством и властью. Но взгляд Люкс сразу упал на центральный элемент комнаты: портрет самого графа Силко де Морареску, висевший рядом с рабочим столом. Мужчина на портрете был строг и властен. Его холодный взгляд словно наблюдал за ней, а лёгкая усмешка добавляла образу угрозы и притягательности одновременно. Люкс почувствовала, как дрожь снова пробежала по телу. Этот кабинет хранил не только предметы, но и память о человеке, который некогда правил этим замком железной рукой. Она шагнула ближе к столу, её взгляд упал на небольшой старинный ключ, аккуратно лежащий на выдвижном ящике. Серебряный, с гербом Морареску, он словно ждал именно её. — Вот он… — прошептала Люкс, осторожно взяв ключ в руки. Подсвечник в её другой руке слегка дрожал, отражая мерцающий свет, а сердце колотилось так, будто оно знало: теперь всё готово для встречи с тем, кто ждёт за таинственной дверью… Люкс вернулась к той самой двери. Серебряный ключ в её пальцах казался тяжелее, чем должен был быть. Она вставила его в замок. Металл жалобно скрипнул — ржавый, давно не тревоженный механизм сопротивлялся, будто не желая открывать свою тайну. Люкс глубоко вдохнула и повернула ключ сильнее. Щёлк. Звук был глухим, но отчётливым. Замок поддался. Дверь медленно отворилась, впуская в коридор прохладный ночной воздух. Он пах пылью, старыми духами и чем-то едва уловимым… как будто воспоминаниями. Люкс замерла на пороге. — Значит… её никто не открывал с самой смерти хозяина… — прошептала она, делая вывод. Комната выглядела так, словно время остановилось в ней двести лет назад. Типичная спальня молодой аристократки XVIII–XIX века. Большая кровать с балдахином, лёгкие занавеси. Дамское зеркало в резной раме отражало лунный свет. На туалетном столике аккуратно лежали драгоценности — ожерелья, кольца, броши, словно их хозяйка только что сняла их перед сном. У стены стоял изящный шкафчик с узорами розовых цветов, выполненный с тонкой ручной резьбой. И пианино. То самое пианино. Чёрное, с позолоченными элементами, оно стояло у окна. Крышка была приоткрыта, будто кто-то совсем недавно играл. Лунный свет проникал в комнату, серебряным сиянием касаясь клавиш. Люкс медленно вошла внутрь. Дверь за её спиной тихо скрипнула, но она даже не обернулась. Она подошла к пианино. Провела пальцами по крышке — ни пыли. Ни единого слоя времени. — Но… как? — прошептала она. Её сердце снова ускорилось. Комната не выглядела заброшенной. Она выглядела… сохранённой. Словно кто-то всё ещё жил здесь. Люкс обернулась к зеркалу. Лунный свет вдруг стал ярче. И в отражении — на мгновение — показалось, что за её спиной стоит ещё одна фигура. Хрупкая. Статная. С длинными волосами, падающими на плечи. Но когда Люкс резко обернулась, то в комнате никого не было. Только лёгкий звук. Одна клавиша пианино тихо нажалась сама по себе. И в воздухе повисла одинокая нота. Люкс резко обернулась на звук клавиши. Тишина. Пианино стояло неподвижно, словно никогда и не издавало ни звука. — Сквозняк… — прошептала она, хотя сама не верила в это. Она медленно прошла дальше по комнате, касаясь кончиками пальцев старинного комода. Драгоценности холодили кожу. Затем подошла к зеркалу. В отражении — она сама, бледная в серебристом свете луны, с подсвечником в руке. Но… Ей показалось, что воздух позади неё будто гуще. Тяжелее. Она не оборачивалась. Сердце стучало громко, почти болезненно. И вдруг — ощущение. Не звук. Не шаги. Не движение. А присутствие. Словно комната больше не была пустой. Люкс медленно выдохнула. — Здесь кто-то есть… — почти беззвучно сказала она. Ответа не последовало. Но свеча в подсвечнике дрогнула. Пламя вытянулось вверх, затем резко наклонилось в сторону, будто на него подули. Холод коснулся её плеч. И в этот момент Люкс отчётливо поняла: она больше не одна. Она стояла посреди комнаты, глядя на пианино. И вдруг — всё исчезло. Комната растворилась, будто её вырвали из реальности. Перед глазами вспыхнуло видение: длинный тёмный коридор, тяжёлые шаги, звук металла, удар по двери. И голос — озлобленный, глухой, наполненный яростью: — Ты не уйдёшь. Ты принадлежишь мне! Люкс сжалась, сердце рванулось к горлу. Она резко вдохнула — и мир вернулся. Комната. Лунный свет. Пианино. И… она. У инструмента сидела девушка. Спиной к Люкс. Её тонкие пальцы медленно касались клавиш, извлекая тихую, почти болезненную мелодию. Люкс застыла. Фигура была полупрозрачной — не совсем материальной, но и не туманной. Лунный свет проходил сквозь неё, делая её почти нереальной. Мелодия оборвалась. Призрак медленно повернула голову. И их взгляды встретились. Синие глаза. Грустные. Глубокие. Словно обречённые. Люкс резко вскрикнула, прикрыв рот руками. Подсвечник задрожал в её пальцах, пламя едва не погасло. — Н-нет… — выдохнула она. — Это… невозможно… Она сделала шаг назад, упираясь спиной в стену. Она видит привидение! Настоящее. Её разум отчаянно пытался найти объяснение — усталость, фантазия, последствия лекции… Но фигура у пианино никуда не исчезала. Синие глаза продолжали смотреть на неё. Не злобно. Не пугающе. А… печально. Блондинка тяжело дышала. Шок сковал всё тело. — Это сон… это просто сон… — прошептала она, зажмурившись. Но когда она снова открыла глаза — призрак всё ещё был там. И в этой тишине стало ясно: она только что встретила ту самую девушку из легенды. — Я ждала тебя. Голос прозвучал тихо. Спокойно. Почти нежно. Но для Люкс он стал громом. Она вскрикнула, резко прикрыв рот руками, будто боялась услышать ещё хоть слово. Сердце ударилось о рёбра так сильно, что стало больно дышать. — Н-нет… — выдохнула она. Фигура у пианино поднялась медленно, почти невесомо. Синие глаза смотрели прямо на неё. — Я ждала тебя… — повторил призрак. Этого оказалось достаточно. Люкс развернулась и бросилась к двери. Подсвечник едва не выпал из рук, шаги гулко отдались в коридоре. Она выскочила наружу. Дыхание сбилось, паника затмила разум. — Постой… Голос прозвучал уже за спиной, мягкий, почти умоляющий. Но Люкс не остановилась. Она захлопнула дверь с силой, от которой дрогнули стены. В спешке ключ выскользнул из её пальцев и упал на каменный пол с металлическим звоном. — Чёрт… чёрт… чёрт… — шептала она, дрожащими руками поднимая его. Пальцы не слушались. Она едва смогла попасть ключом в замок. Металл скрипнул. Поворот. Ещё один. Ещё. Каждый щелчок казался спасением. Холодная дрожь пробила её насквозь. Лёгкие горели от быстрого дыхания. Сомнений больше не было. Это был призрак. Настоящий. И он говорил. Повернув ключ в последний раз, Люкс резко вытащила его и прижала к груди, словно защиту. Она не оглядывалась. Не смела. И почти бегом поспешила прочь по коридору. Прочь от башни, от комнаты, от пианино… от синих глаз, которые теперь навсегда отпечатались в её памяти. Но когда она скрылась за поворотом, в коридоре на мгновение снова прозвучала тихая нота пианино. Одинокая. И печальная. Призрак Джинкс остался один в комнате. Она села на кровать, тихо вздохнув, и со всхлипом прикрыла лицо руками. Лёгкие, хрупкие плечи дрожали от сдерживаемой тоски и боли. — Почему… — почти шепотом сказала она самой себе. Но комната осталась пустой. Только холодный лунный свет падал на её волосы, и тишина давила сильнее, чем сама ночь. Тем временем Люкс мчалась по коридору, не разбирая дороги. Сердце колотилось, а разум кричал, что это невозможно, что она просто устала, что видела сон. Но она знала: это было слишком реально.