Сказка на двоих

Утро встретило Афину тишиной. Она очнулась уже в своей комнате и почти сразу поняла: домовики. Значит, её перенесли из кабинета, пока она была без сознания. Афина медленно открыла глаза и вздрогнула — у кровати сидел Тео. — Что-то случилось?.. — хрипло спросила она. Тео нахмурился, взгляд у него был тяжёлый, совсем не детский. — Это мне надо у тебя спрашивать, — глухо сказал он. — За что отец так с тобой? Афина на мгновение задержала дыхание. — Спрашиваешь, потому что знаешь? Тео отвёл взгляд и уставился в пол. В порыве ярости отец не стал молчать — вывалил всё. — Да… он рассказал, — признался Тео. — Афи, но… с каким из Уизли ты говорила? Близнецов ты ненавидишь — и это взаимно. Рон для тебя слишком мало. А на балу был ещё один… Чарли? Кажется, так его зовут? Афина кивнула и отвернулась к окну. Она осторожно приподнялась, села на кровать — боль всё ещё напоминала о себе каждым движением. — Да, он, — тихо сказала она. — Я вышла подышать. В зале было слишком душно. А потом появился он… Подошёл, заговорил. Я растерялась, но почти сразу ушла. Тео резко поднял голову. — Но как отец узнал? Его же там не было! Афина усмехнулась — устало, безрадостно. — Ты до сих пор не понял? — спокойно сказала она. — У него есть люди. Те, кто докладывают о каждом нашем шаге.Я поэтому всегда тебе и говорю: будь осторожен. С кем дружишь, где стоишь, что говоришь. Одно лишнее слово — не при тех ушах — и нам конец. Она сделала паузу и добавила: — А раз он не знает, о чём мы с Чарли говорили, значит, донёс не кто-то из моих друзей.Это кто-то из школы. Тео сжал кулаки, злость накрыла его волной. — Да какого чёрта?! — сорвался он. — Кто вообще посмел?! Как он смеет так с нами поступать?! Афина медленно покачала головой. Теодор всё ещё был слишком импульсивен. — Успокойся, — тихо сказала она. — Наши крики сделают только хуже. Он ушёл? Тео кивнул. Тогда Афина продолжила, уже увереннее: — Ему всё равно на наши чувства. У него есть цель — создать идеальную династию. И он её создаст, если мы поддадимся.А сейчас он видит, что мы не подаёмся, — поэтому и действует другими методами. Но пойми: в его же интересах, чтобы мы выглядели послушными. Именно поэтому при нём я говорю «да, отец», а делаю так, как считаю нужным. Тео несколько минут смотрел в пустоту, словно собирая пазл, который раньше не хотел видеть. — Почему я не замечал этого раньше?.. — глухо спросил он. Афина вздохнула. — Потому что раньше это касалось только меня, — спокойно ответила она. — А теперь он начал давить и на тебя.Против него тяжело идти в одиночку. Поэтому я не позволю тебе рисковать.Иди против него только тогда, когда будешь уверен, что у тебя есть поддержка. Тео медленно кивнул. — Я знаю, Фин… Ты много раз мне это говорила. Просто я не понимал. А теперь понимаю… — он замялся. — Он ведь не разрешит мне встречаться с тем, с кем я хочу, да? Афина мягко улыбнулась. Она сразу поняла, о ком он говорит. Девушка с четвёртого курса Когтеврана давно привлекала его внимание — и несколько свиданий от неё не ускользнули. — Если ты про Эли, то можешь не переживать, — сказала она с лёгкой усмешкой. — Со стороны отца у неё все были со Слизерина, со стороны матери — либо Слизерин, либо Когтевран. Чистокровная, умная. Отец будет только рад такой невестке. Она усмехнулась ещё шире, когда Тео заметно покраснел. — Откуда ты о ней знаешь?.. — пробормотал он. — А ты думаешь, я чего-то не знаю, братец? — тихо рассмеялась Афина. — И я правда рада за тебя. Не упусти этот шанс. Она мне нравится.

***

Вечером, когда Дориан вернулся домой, вместе с ним появились и домовики — в их руках были чехлы с новой одеждой. Платье для Афины и костюм для Тео. Очередной банкет. — Зачем снова покупать наряды? — сдержанно спросила Афина, глядя на отца. — У нас их и так достаточно. Он даже не посмотрел на неё. — Лучше закрой рот, если вчера тебе было мало, — холодно бросил Дориан. — Не наденете эти вещи — мало не покажется. Идите собираться. Афина сжала челюсть, но промолчала. Ссора сейчас была бессмысленна. Она лишь едва заметно кивнула Тео, жестом приказывая молчать, взяла чехол и поднялась к себе в комнату. Закрыв за собой дверь, девушка на мгновение замерла, прежде чем открыть упаковку. Когда ткань показалась изнутри, Афина нахмурилась. Светлое. Она ненавидела светлую одежду. Такое носила её мать. Платье было длинным, мягко струящимся, цвета тёплого шампанского. Тонкая, мерцающая ткань ловила свет, словно сотканная из пыли звёзд. Корсет аккуратно подчёркивал талию, открывая плечи, а тонкие спущенные рукава придавали образу хрупкую, почти болезненную нежность. Высокий разрез сбоку оголял ногу при каждом шаге — слишком откровенно, слишком не по-её. Афина глубоко вдохнула. Это всего лишь платье. Она заставила себя надеть его. Ткань оказалась прохладной, почти невесомой, но от этого внутри стало только тяжелее. В зеркале на неё смотрела не она — слишком мягкая, слишком светлая, слишком похожая на призрак прошлого. С причёской она возиться не стала: выпрямила волосы с помощью магии, позволив им свободно спадать по спине. Макияж — самый простой: лёгкий нюд, подчёркивающий естественные черты, без ярких акцентов. Она не собиралась нравиться. Она собиралась выжить этот вечер. Афина ещё раз взглянула на своё отражение и тихо прошептала: — Это не я… и он этого не отнимет. После чего вышла из комнаты, готовая к очередному спектаклю под названием «идеальная семья Ноттов».