The Strange Tales of Huai’an Inn | Странные истории гостиницы Хуайань

Слова феи Цзюлуань заставили Мэнку Чжэньжэня сильно дрожать. Он избегал взгляда феи Цзюлуань, полностью утратив то достойное и неприкосновенное поведение, которое демонстрировал ранее в зале. Фея Цзюлуань сделала шаг вперёд, мягко взяла наставника за руку и вложила заколку в его ладонь. - Брат Мэнку, - тихо произнесла она, - самые глубокие раны человеку наносят не злодеяния незнакомцев, а предательство тех, кого он искренне любит и кому безоговорочно доверяет. Выражение лица феи Цзюлуань было спокойным, как глубокое древнее озеро, - ни малейшей ряби, ни единого волнения. Напротив, глаза Мэнку Чжэньжэня уже наполнились слезами. Однако в этот момент Чжунлю нахмурился. В тот момент, когда фея Цзюлуань протянула руку, ему показалось, что он заметил кусочек алой ткани, прилипший к её руке. Он протёр глаза, не уверенный, правильно ли он увидел. Мэнку сжал заколку, его костяшки побелели. - Цзюлуань, мне так жаль тебя… - Я не держу на тебя зла, брат Мэнку. Я знаю, что немногие мужчины в этом мире остались бы, увидев меня в таком состоянии. Я пришла увидеть тебя сегодня только для того, чтобы задать несколько вопросов. Это вопросы, над которыми я размышляла день и ночь на протяжении десятилетий, и они стали демоном в моём сердце. Мне нужно задать их ясно, чтобы я могла жить свободно и счастливо в последние годы своей жизни. Мэнку Чжэньжэнь кивнул, его голос охрип: - Спрашивай. - Если бы я не была изуродована и у меня был способ отразить врага тогда, ты действительно был бы готов отказаться от богатства и почестей, дарованных тебе покойным императором, и престижного положения государственного наставника, чтобы вернуться в мирское существование и жить со мной? Мэнку долго смотрел на неё, прежде чем тихо вздохнуть. - Я не знаю. Чжунлю слегка прищёлкнул языком, и хозяин гостиницы взглянул на него. Мэнку продолжил: - В то время мои чувства к тебе были искренними. Я обещал тебе, что если мы выживем в битве на хребте Бухуан, я буду жить с тобой до конца наших дней, потому что я думал, что мы обязательно погибнем на поле боя, поэтому действовал безрассудно. Я не ожидал, что мы выживем. Цзюлуань наблюдала за выражением его лица и знала, что он говорит правду. Она не показала никакого разочарования, лишь слегка кивнула. - Все эти годы, почему ты избегал меня? Почему ты даже не отправил ни одного письма? Государственный наставник Мэнку поднял голову и обвёл взглядом присутствующих: хозяина гостиницы, Чжунлю, Лю Шэна, Тайси и остальных. Он, похоже, чувствовал, что этот разговор должен быть только между ними двумя, и то, что они обсуждают это при таком количестве людей, вызывало у него определённое неудобство. Цзюлуань поняла его намёк и повернулась к хозяину гостиницы с просьбой: - Не могли бы вы попросить всех отдохнуть в близлежащем павильоне Тяньшуй? Мне нужно сказать несколько слов государственному наставнику. Хозяин гостиницы без слов повёл Чжунлю прочь, но Лю Шэн на мгновение задержался, прежде чем уйти. Как только он вышел за дверь, его внезапно охватил гнев - он схватил хозяина гостиницы за воротник: - Что, чёрт возьми, ты делаешь! Ты всё это подстроил?! Чжунлю поспешно подбежал, пытаясь заставить Лю Шэна отпустить хозяина гостиницы: - Эй! Господин Лю! Давайте поговорим спокойно, не злитесь! Хозяин гостиницы оставался спокойным и неторопливым: - Господин Лю, почему вы так считаете? - Что ты такое сделал с Сюй Ханькэ, что ты так боишься, чтобы государственный наставник увидел его? Предупреждаю: если с ним что-то случится, я сделаю вашу жизнь хуже смерти! - Господин Лю, господин Сюй сам заразился миазмами. Я приложил все усилия, чтобы помочь вам подавить их действие, поэтому он всё ещё жив. Как вы можете обвинять меня в этом? Лю Шэн был одновременно встревожен и разъярён, его рука уже лежала на рукояти меча. В этот момент Чжунлю внезапно бросился вперёд, отталкивая руку Лю Шэна, которая держала хозяина гостиницы. Он поднял руки перед грудью, натянуто улыбаясь разъярённому заместителю инспектора: - Господин, наш хозяин имеет в виду, что если бы у нас были дурные намерения по отношению к господину Сюй, мы могли бы просто проигнорировать ситуацию или сделать вид, что ничего не знаем. Зачем нам было бы идти на всё это и создавать себе проблемы? Лю Шэн уставился на него: - Отойди! На лице Чжунлю была жалостливая улыбка: - Господин Лю, хотя я всего лишь скромный простолюдин с ограниченными знаниями, я знаю, что согласно законам нашей династии, если власти хотят обыскать или задержать гражданского лица по подозрению в преступлении, они должны сначала предоставить достаточные доказательства подозрения в различные бюро уголовных расследований, а затем получить ордер на обыск или арест, подписанный судебными властями. Даже при наличии ордера на арест силу можно применять только в случае сопротивления подозреваемого. Но человек, который может подписать ордер на арест, всё ещё находится в гостинице, а вы, господин, размахиваете оружием в этом месте, которое почитается двором как чистое даосское святилище… Прошу вас, господин Лю, хорошенько подумайте над этим! Произнося это, Чжунлю низко поклонился. Его слова застали Лю Шэна врасплох. Кто бы мог подумать, что простой слуга так хорошо знаком с современными уголовными законами… Но в его словах был смысл. Цияо Чжэньжэнь сейчас находился на пике своего влияния, пользовался глубоким доверием двора и, вероятно, станет следующим государственным наставником. Нарушение правил здесь могло привести к серьёзным проблемам. Как бы ни был разгневан Лю Шэн, он понимал, что будучи всего лишь заместителем чиновника, не может позволить себе действовать слишком опрометчиво. Он холодно фыркнул, взмахнул рукавом и направился к павильону Тяньшуй. Чжунлю с облегчением выдохнул, но, обернувшись, увидел, что хозяин гостиницы улыбается ему. Чжунлю с горестным выражением лица произнёс: - Босс, зачем вы спорили с ним? Он же обученный воин. Если бы завязалась драка, пострадали бы именно мы. - Ты боишься, что я не справлюсь с ним? Чжунлю внезапно вспомнил тот случай, когда худощавый хозяин гостиницы одним ударом отправил в полёт человека вдвое крупнее себя… - Но нападение на имперского чиновника всё равно приведёт нас к неприятностям! - упрямо возразил Чжунлю. Хозяин гостиницы сделал пару шагов вперёд, затем неожиданно протянул руку и взъерошил волосы Чжунлю. Этот жест был почти таким же, как если бы он обращался с ним как с пухлым полосатым котом, который бездельничал в гостинице. - За все эти годы ты первый слуга, который осмелился выскочить и защитить меня, хозяина гостиницы. … Когда государственный наставник и фея Цзюлуань вышли, оба были на удивление спокойны. Словно что-то было улажено, они стояли в дверях, долго глядя друг на друга. Государственный наставник что-то сказал, и после минутного раздумья фея Цзюлуань протянула ему метёлку, которую держала. К тому времени, когда государственный наставник и Лю Шэн прибыли в гостиницу, уже наступил закат. Территория вокруг гостиницы всё ещё охранялась многочисленными солдатами, а главный зал был почти пуст. После вчерашнего инцидента большинство гостей выселились рано утром. Но когда они поспешили к погребу, то были ошеломлены. Даосский священник в зелёных одеждах сидел на каменном столе, неторопливо поедая грушу со скрещенными ногами, наблюдая за ними. Дверь погреба была открыта, и несколько помощников, повязав полотенца на лица, чтобы прикрыть рты и носы, деловито входили и выходили, убирая погреб. Лю Шэн был ошеломлён: - Где господин Сюй?! В этот момент прибежал судья Сюй, вытирая пот со лба: - Господин Лю! Вы наконец-то вернулись. Инспектор Сюй очнулся! Его отвели обратно в комнату, и он только что выпил большую миску рисовой каши! Выражение лица Лю Шэна изменилось, и он немедленно направился к северному зданию. Чжунлю также удивлённо взглянул на хозяина гостиницы. Пока государственный наставник и все остальные спешили к северному зданию, Сун Минцзы спрыгнул с каменного стола и подошёл к хозяину гостиницы. - Я сделал всё, что вы просили. Как вы и подозревали, в последнее время они стали более агрессивными и раздражительными. Я сказал то, что вы велели, но им это не очень понравилось… В конце концов, у меня не было другого выбора, кроме как немного пригрозить… Хозяин гостиницы мягко хмыкнул в знак согласия и сказал: - Сегодня я был на горе Цзилу. Хуэй там хуже, чем я предполагал. В последний раз что-то подобное происходило… - он замолчал, оставив предложение незаконченным. Чжунлю стоял в стороне, слушая их разговор, словно это было какое-то божественное откровение или небесная книга мудрости. Сун Минцзы добавил: - И… этим утром… Городской бог не совершил свой обход. Выражение лица хозяина гостиницы слегка изменилось. Городской бог не совершил обход? Теперь, когда он подумал об этом, он не слышал обычных хаотичных, сотрясающих землю ударов копыт этим утром. Хозяин гостиницы вздохнул: - Прошло всего несколько лет мира, и вот снова назревают неприятности. Пойдёмте, сначала нужно проверить инспектора. У двери в комнату Сюй Ханькэ и Лю Шэна собралась толпа. Сюй Ханькэ, который накануне был на грани смерти, теперь сидел на кровати, сжимая одеяло. Его лицо всё ещё было бледным, но он выглядел совершенно иначе по сравнению с предыдущим днём. Государственный наставник сидел на краю кровати, внимательно изучая цвет лица Сюй Ханькэ, прежде чем положить пальцы на его запястье, чтобы проверить пульс. Его брови слегка нахмурились, и он взглянул на хозяина гостиницы, который только что пробрался к двери через толпу. - В его теле действительно есть хуэй, но пульс в порядке. Кажется, серьёзных проблем нет, - медленно произнёс государственный наставник. Лю Шэн наконец вздохнул с облегчением, его плечи опустились. - Однако… - продолжил государственный наставник, заставляя сердца всех снова напрячься, - упомянутая вами миазма щетинистого червя, хотя и находится в спящем состоянии, не должна восприниматься легкомысленно. Хотя она похожа на обычную миазму, на самом деле это живое существо, и от неё трудно избавиться. Заражённым необходимо быть предельно осторожными - нельзя допустить, чтобы она проснулась и вызвала внезапное обострение. Избегайте жарких и влажных мест, избегайте кровоточащих ран и придерживайтесь вегетарианской диеты. Если она проснётся, ситуация станет гораздо опаснее. - Государственный наставник, - внезапно спросил Сюй Ханькэ слабым и тихим голосом, - миазма щетинистого червя… приносит только вред? Государственный наставник был озадачен, не ожидая, что собеседник задаст такой вопрос. После короткой паузы он ответил: - Ну, есть и некоторые преимущества. С этой вещью в вашем теле вы становитесь невосприимчивы к большинству ядов. Злые насекомые и злобные духи будут избегать вас, и у некоторых людей даже обостряются чувства. Но… это только пока она остаётся в спящем состоянии. Если она проснётся, последствия будут намного серьёзнее, чем в этот раз, и спасти вас может оказаться сложно. Сюй Ханькэ кивнул и произнёс: - Спасибо вам, государственный наставник. - Вас спас не я, а хозяин гостиницы Чжу, - сказал государственный наставник, переводя взгляд на дверь. Хозяин гостиницы сложил руки и слегка поклонился: - Я лишь сделал то всё, что смог. Главное, что с инспектором всё в порядке. Только Лю Шэн холодно наблюдал за происходящим, не произнося ни слова. Сюй Ханькэ слабо улыбнулся, его бледное болезненное лицо смягчилось: - Хозяин гостиницы Чжу, я никогда не забуду вашу доброту. Однако… есть некоторые вещи, которые я хотел бы обсудить с вами наедине… Государственный наставник встал и сказал: - Раз так, то, поскольку ему стало лучше, не стоит всем толпиться у двери. Давайте все разойдёмся. Судья Сюй, вы тоже много работали эти два дня, так что возвращайтесь первым. Кто посмеет ослушаться приказа государственного наставника? Все мгновенно разошлись. Чжунлю не знал, следует ли ему уходить, но хозяин гостиницы удержал его за плечо. Увидев действия хозяина гостиницы, Сюй Ханькэ не стал просить Чжунлю уйти. После того как дверь закрылась, в комнате остались только четыре человека. Хотя Сюй Ханькэ был слаб, его глаза излучали живой, чистый свет. Он прямо сказал: - Босс Чжу, не волнуйтесь, я здесь не для того, чтобы арестовать вас. На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Хозяин гостиницы приподнял бровь: - Какое преступление совершил этот Чжу? - Я сказал, что на этот раз я здесь не для ареста, так как же мы можем говорить о преступлениях? - Сюй Ханькэ приподнял одеяло, встал с помощью Лю Шэна и выпрямился. - Хотя у меня достаточно доказательств, чтобы выдать ордер на арест. Чжунлю был потрясён, но, повернув голову, увидел, что хозяин гостиницы остаётся спокойным. - Хотя я не знаю, какие у вас есть доказательства, господин… если вам есть что сказать, пожалуйста, говорите откровенно. Бледные губы Сюй Ханькэ слегка изогнулись: - В обмен на список всех ваших ремесленников я покину Тяньлян и забуду обо всём, что здесь произошло.