Там, где пахнет гранитом

Ребята дошли до «Хлебника». Небольшое уютное кафе на первом этаже старого питерского дома встретило их теплом и ароматами. Зайдя внутрь, запах еды буквально ударил в нос — пахло всем подряд: свежей выпечкой, томатным соусом от пасты, жареными овощами, корицей от булочек. Этот коктейль из запахов заставил желудок каждого из компании предательски заурчать. Влад огляделся и махнул рукой в сторону свободного столика на четверых: — Туда давайте! Они быстро заняли места. Влад плюхнулся рядом с Петей, а Аделия с Софьей устроились напротив них. Софья всё ещё была какой-то задумчивой, но старалась не подавать виду. — Ну что, народ, — Влад потер руки, — давайте обсуждать, как прошли первые два дня! У кого какие впечатления? Завязалась беседа. Софья первой начала рассказывать про свой первый день на журфаке, про преподавателей, про то, какие интересные пары их ждут. Влад вставлял свои комментарии, шутил, рассказывал про знакомых в группе. Аделия поделилась впечатлениями от востоковедения, про китайский язык, про то, как чуть не опоздала сегодня. Потом разговор плавно перетек в школьные воспоминания. Влад вспоминал, как они с классом ездили на выпускной в Карелию и чуть не утонули в озере на лодке. Софья рассказывала про свою школу, про учителей, про то, как тяжело было готовиться к ЕГЭ. Аделия слушала и иногда добавляла что-то про свои олимпиады и про то, как она ненавидела школьную форму. Петя сидел молча, внимательно слушая. Иногда, когда кто-то обращался к нему с вопросом, он коротко отвечал, но в основном просто наблюдал. Ему нравилось слушать — это было его суперспособностью. Люди раскрывались, когда чувствовали, что их слушают, не перебивая. — А ты, Петь? — вдруг спросил Влад. — Как у тебя в школе было? Петя пожал плечами: — Нормально. Учился, олимпиады, выпускной... Обычно всё. Влад понимающе кивнул и не стал давить. Хороший друг — тот, кто чувствует, когда человек не хочет говорить. Наконец, животы дали о себе знать окончательно. Пора было выбирать еду. Решили, что оставлять вещи на столике рискованно, поэтому Софья вызвалась сторожить. — Вы идите, выбирайте, а я посижу, — сказала она. — Потом поменяемся. Влад, Петя и Аделия направились к витрине с замороженными блюдами. Стеклянные емкости с полуфабрикатами выглядели заманчиво — лазанья, паста, ризотто, салаты, супы. В этом и была суть «Хлебника» — выбираешь, платишь, разогреваешь в микроволновке и спокойно ешь за столиком. Аделия замерла у витрины, разглядывая блюда каким-то особенным взглядом. Петя покосился на неё и всё понял. Денег-то у неё нет. Она сегодня уже не смогла расплатиться за булочку, а теперь ещё и салат... Он перевел взгляд на неё и тихо спросил: — Что бы ты хотела взять? Аделия, не задумываясь, ответила, даже не понимая, зачем говорит это вслух: — Хотела бы салат «Цезарь». Это одно из моих любимых блюд. Но особенно я люблю блинчики с клубничным джемом. Это моё любимое блюдо детства... — она осеклась, поняв, что сказала лишнего. Петя кивнул. Аделия вздохнула и пошла к Софье — меняться. У Софьи с деньгами было нормально, она могла себе позволить купить еду. Аделия села сторожить вещи, наблюдая, как троица выбирает. Петя, недолго думая, взял с витрины «Цезарь», себе — пасту с курицей, и направился к кассе. Оплата прошла. Он забрал чек и подошел к микроволновкам, где уже стояли Влад и Софья со своими подносами. Через пару минут, разогрев еду, они вернулись к столику. Петя поставил перед Аделией контейнер с салатом. Глаза Аделии округлились. Она переводила взгляд с контейнера на Петра и обратно. — Это... мне? — выдохнула она. — Тебе, — просто ответил Петя, протягивая ей вилку. Аделия замерла. Она не знала, что сказать. Парень, которого она знает всего два дня, вчера отдал ей свой зонтик, сегодня купил булочку в столовой, а теперь ещё и салат. Зачем? Почему? — Петя... я... спасибо, — только и смогла выдавить она. Влад с интересом наблюдал за этой сценой, хитро прищурившись. Софья молча села на своё место, взяла вилку и принялась за еду, но было видно, что она тоже всё заметила. Влад наклонился к уху Петра и прошептал так, чтобы никто не слышал: — Слушай, а вы что, уже встречаетесь что ли? Петя посмотрел на него косым взглядом и едва заметно мотнул головой. «Нет». Влад хитро улыбнулся и отсел обратно, принимаясь за свою лазанью. Петя мысленно пожал плечами. Какие выводы он делает? Они знакомы два дня. Он просто по-дружески помог девушке. Разве так не делают друзья? Купить салат, дать зонтик — это же нормально. Или нет? Он отогнал мысли и тоже начал есть. Дальше беседа потекла своим чередом. Влад травил байки, Софья оживилась и рассказывала про вчерашнюю поездку с Малининым, Аделия делилась впечатлениями от китайского. Петя слушал, улыбался уголками губ и чувствовал себя... почти счастливым. Впервые за долгое время. Когда всё было съедено, а чай допит, компания начала потихоньку расходиться. Первым засобирался Влад: — Ну, народ, мне пора. До Выборга пилить, сами понимаете. — Он приобнял Петра, кивнул девушкам и быстро вышел. За ним поднялась Софья. Она чмокнула Аделию в щеку и сказала: — Я тебе вечером напишу, ок? Надо про вчера поговорить. Аделия кивнула. Софья вышла. Их осталось двое. Петя и Аделия вышли из «Хлебника» и остановились на крыльце. Вечерний Питер дышал прохладой, фонари зажглись, отражаясь в лужах. Город готовился к ночи. Аделия посмотрела на высокого Петю снизу вверх и тихо сказала: — Спасибо тебе ещё раз. Что выручил. Я завтра верну все деньги. — Сказал же — не надо, — ответил Петя своим обычным спокойным голосом, глядя ей прямо в глаза. Аделия отвела взгляд, но потом снова подняла: — Не знаю, как буду добираться домой. Как я понимаю — пешком. — Давай я тебе дам на проезд. Мне не сложно. — Совсем сдурел? — Аделия даже опешила. — Ты меня буквально везде обеспечиваешь. А тебе самому на что жить? — Хочу помочь подруге, — пожал плечами Петя. — Нельзя? — Давай я всё-таки пешком, — упрямо сказала она. Петя полез в карман и протянул ей проездной. — Держи. Купил недавно, всего сто поездок. Хватает надолго. — А ты как поедешь? — Давай тогда уж вместе зайдём в метро, провернём что-нибудь. Аделия улыбнулась: — Давай. Они пошли пешком до станции «Спортивная». Вечерний город мерцал огнями, ветер трепал волосы, но дождя не было. Аделия рассказывала о своей жизни — о школе, о подругах, о том, как тяжело было готовиться к ЕГЭ, о своей любви к литературе. Она говорила и говорила, а Петя шёл рядом, изредка кивал и слушал. Не перебивал, не комментировал, просто слушал. И ей было легко. — А ты что-нибудь о себе расскажешь? — вдруг спросила она. Петя задумался. А что рассказать? — Ну... — протянул он. — У меня есть два брата и одна сестра. Ваня, Коля и Даша. Живу я от всех отдельно, потому что так хочу. Я уже взрослый, да и понимаю, что позорно жить в 18 лет на шее у мамы. Деньги получаю за стипендию, а на мелкие траты есть бюджет с летних подработок. Коплю... не знаю на что. — Ого, — удивилась Аделия. — Большая у тебя семья. — Да, — коротко ответил Петя. Они подошли к вестибюлю станции «Спортивная». Петя пропустил Аделию первой, приложив проездной. Она прошла, потом просунула карту обратно ему в щель турникета. Петя зашел следом. Они молча спускались вниз по эскалатору. Внизу, перед входом в переходы, Аделия тихо сказала: — Спасибо. Петя кивнул. Они спустились в саму подземку, к платформам. — Ты на какой станции живёшь? — спросила Аделия. — Академическая. А ты? — Приморская. — Она вздохнула. — Мне тут не очень близко. Надо было лучше идти к станции «Василеостровская». — Надо мне продумать более грамотный и быстрый маршрут, — задумчиво сказал Петя. — Дома этим займёмся. И я, и ты. — Аделия улыбнулась. — Ну... пока? — Пока. Петя стоял и смотрел на неё. Она была такая маленькая по сравнению с ним, но в ней чувствовалась сила. И тепло. Аделия отвела взгляд, помахала рукой и пошла к своему поезду. Петя смотрел ей вслед, пока она не скрылась в вагоне. Двери закрылись, состав тронулся. Он постоял ещё пару секунд, а потом развернулся и пошёл на свою сторону. Аделия благополучно доехала до дома. Станция «Приморская», автобус, привычные десять минут пешком — и вот она уже стоит у двери своей квартиры. Ключ повернулся в замке, и из прихожей тут же донеслось радостное поскуливание. Альма встречала её так, будто не видел год. Маленький йоркширский терьер прыгал на задних лапах, крутился юлой и отчаянно вилял хвостом. — Привет, малышка, — Аделия присела на корточки и почесала собаку за ухом. — Голодная небось? Альма тявкнула, подтверждая. Аделия первым делом поменяла пеленку в туалетном лотке, потом насыпала в миску корма. Альма набросилась на еду с таким энтузиазмом, будто её не кормили неделю. Сама Аделия переоделась в домашнее — старые мягкие штаны и свободную футболку. Умылась, стянула волосы в небрежный пучок и рухнула на кровать. Телефон пиликнул. Софи 🎀: *5 фотографий* Аделия открыла чат и замерла. Первое фото: Софья и Малинин в машине. Он за рулём, она рядом, оба улыбаются. Неоновая подсветка салона красиво подсвечивает их лица. Второе: они стоят на набережной. Ночной Питер, огни, Нева. Малинин держит Софью за талию, и оба смотрят в камеру. Он улыбается своей привычной лицемерной улыбкой, Софья сияет. Третье: какой-то клуб или бар, столик, напитки. Четвертое: опять машина, Софья одна, но видно, что снимал кто-то с заднего сиденья. Пятое: они вместе на фоне Исаакиевского собора, подсвеченного огнями. Аделия смотрела на эти фотографии и чувствовала, как внутри закипает раздражение. Малинин. Опять Малинин. И Софья, которая, кажется, готова простить ему всё, лишь бы быть рядом. Она тяжело вздохнула и набрала: Аделия 💋: Я рада, что ты так весело проводишь время. Извини за такой вопрос, но... между вами что-то было? Софи 🎀: Пока нет) Но судя по его поведению, шансы есть. Он звал вчера к себе, но я не смогла — голова уже болела. Он подкинул меня до дома. Аделия приложила ладонь к лицу и закрыла глаза. «Господи, Софья... Ну как можно быть такой наивной?» Любому было бы понятно, ради чего Илья катает её по ночным клубам и набережным. Ради чего зовёт к себе. Но Софья, ослеплённая вниманием, блеском машины и красивой улыбкой, не видела очевидного. Аделия молчала. Что она могла сказать? Подруга взрослая, сама разберётся. Или не разберётся. Но лезть с советами, когда тебя не просят, — только испортить отношения. Она набрала аккуратный, почти нейтральный ответ: Аделия 💋: Надеюсь, что ты не разочаруешься в нём. Софи 🎀: Не переживай, всё будет хорошо ❤️ Аделия отложила телефон и уставилась в потолок. Мысли крутились вокруг одного: чем это закончится? Софья влюбилась, это было видно невооружённым глазом. А Малинин... Малинин просто развлекался. Он из тех, кто коллекционирует девушек, как наклейки. Использовал и бросил. Аделия надеялась, что ошибается. Но опыт подсказывал — такие, как Малинин, не меняются. Альма запрыгнула на кровать, свернулась клубочком рядом и засопела. Аделия погладила её и попыталась отогнать мрачные мысли. В это же время Петя зашёл в свою квартиру. Знакомый запах старого паркета, тишина, только часы тикают на кухне. Он разулся, повесил куртку в прихожую и прошел на кухню. Сегодня на ужин — гречка. Простая, сытная, привычная. Он поставил кастрюлю на плиту, залил крупу водой и включил огонь. Чайник закипел быстро — он заварил себе чёрный чай, без сахара. Пока гречка варилась, Петя сидел за столом и смотрел в окно. За стеклом — серый вечер, фонари зажглись, во дворе пусто. Мысли текли медленно, как та вода в кастрюле. Сегодняшний день прокручивался в голове кадр за кадром. Аделия, запыхавшаяся, влетающая в аудиторию. Её растерянный взгляд, когда она не могла отдышаться. Булочка в столовой. Салат в «Хлебнике». Её удивлённые глаза, когда он протянул ей контейнер. Почему он это сделал? Сам не знал. Просто захотелось. Помочь. Сделать приятно. Она не просила, но он видел, как она смотрела на витрину. И внутри что-то ёкнуло. А ещё Малинин. Петя помрачнел, вспомнив эту сцену на улице. Наглый, самоуверенный, схватил Аделию за руку, не отпускал. И этот взгляд, когда Петя вмешался. Ненависть. Чистая, незамутнённая ненависть. «С тобой я разберусь позже». Что это значило? Просто угроза, чтобы сохранить лицо перед дружками? Или Малинин действительно что-то задумал? Петя не боялся. Он вообще редко чего боялся. Но неприятный осадок остался. С такими людьми лучше не связываться. Но и позволять им творить что хотят — нельзя. Он вспомнил, как Аделия пыталась отдёрнуть руку, как посмотрела на Малинина с отвращением. И как потом, когда всё закончилось, она протянула ему зонтик и сказала «чтобы не забыть». Мелочь, а приятно. Гречка сварилась. Петя наложил себе полную тарелку, добавил немного масла и сел ужинать. Телефон лежал рядом — тихий, без уведомлений. Он думал о том, что завтра снова увидит Аделию. И Влада. И даже Софью, наверное. А ещё Малинина. Интересно, что тот предпримет? Петя доел, помыл посуду и снова сел за стол, глядя в окно. «Разберусь позже», — эхом отдавалось в голове. Что ж, он подождёт. Посмотрим, кто с кем разберётся. А пока — спать. Завтра новый день.