Управление №17.

Утром Тэхёну пришлось заехать домой, чтобы переодеться и создать хотя бы видимость того, «что он спал дома». Он быстро надел привычный костюм изумрудного цвета и белую рубашку, ощущая, как ткань мягко облегает тело, придавая ощущение уверенности. Аккуратно уложил волосы, прикасаясь к ним чуть дольше обычного, и глубоко вдохнул, пытаясь вернуть привычный ритм, скрывая дрожь волнения после вчерашнего вечера — дрожь, которая всё ещё сидела в груди и отдавалась в каждом вдохе. Когда он вошёл в кабинет, Чонгук уже был там. Сегодня он выбрал что-то непринуждённое: тёмные джинсы, мягкий свитер лилового оттенка, аккуратные кеды. Но даже в этом образе он выглядел так, будто его присутствие притягивало взгляд: ровная осанка, спокойная уверенность, лёгкая грация в каждом движении. И всё же едва заметный взгляд, которым он встретил Тэхёна, выдавал их общую тайну — тихий сигнал, почти незримый, но такой насыщенный значением, что сердце Тэхёна непроизвольно сжалось и одновременно согрелось. Каждое мгновение рядом с Чонгуком было наполнено напряжением, электричеством, которое невозможно скрыть. Их мгновение прервал Хосок. Он буквально влетел в кабинет, подозрительно прищурившись и внимательно оглядывая напарников. — Опять в бумажки зарываетесь? — он перевёл взгляд на Тэхёна. — Кстати, Тэ, ты сегодня какой-то... Прямо светишься. Тэхён почувствовал, как горячо заливает щеки, и быстро спрятал румянец за вниманием к монитору. Сердце стучало быстрее, в груди будто пульсировал маленький внутренний огонь, оставленный вчерашним прикосновением Чонгука. — Ничего особенного, Хосок-и. Просто выспался... впервые за долгое время, — тихо проговорил он, стараясь скрыть дрожь волнения и ту лёгкую теплоту, что оставил Чонгук. Но даже в словах проскальзывала лёгкая улыбка, едва заметная, как дыхание. — Нам пора, — негромко произнёс Чонгук. Его голос звучал уже по-рабочему собранно, но Тэхён уловил в нём ту мягкую хрипотцу, которая предназначалась только ему одному. Они вышли из кабинета синхронно, плечом к плечу, привычно подстраиваясь под шаг друг друга. Перед дверью Намджуна Чонгук на мгновение замедлил шаг. Его рука на долю секунды опустилась на поясницу Тэхёна — мимолётное, почти призрачное касание сквозь дорогую ткань пиджака. Пальцы задержались чуть дольше, чем позволяла простая случайность. От этого короткого прикосновения по позвоночнику Тэхёна пробежала горячая волна. Он едва заметно вздрогнул, сбился с шага и поспешно выпрямился, будто пытаясь вернуть себе деловой вид. Щёки предательски вспыхнули, а дыхание на мгновение стало глубже. Сердце стукнуло слишком громко — так, что, казалось, его могли услышать в коридоре. Хосок, который шёл чуть впереди, не упустил этого. Он притормозил, обернулся через плечо и прищурился, внимательно скользнув взглядом сначала по руке Чонгука, затем по покрасневшему лицу Тэхёна. В его глазах мелькнуло понимание — быстрое, цепкое. — Хм... — протянул он негромко, и уголок его губ медленно изогнулся в лукавой, почти ядовитой улыбке. Тэхён тут же отвёл взгляд, делая вид, что проверяет телефон, хотя экран даже не загорелся. Его пальцы слегка дрожали, и он торопливо убрал их в карман, стараясь выглядеть как можно спокойнее. Чонгук же выглядел почти невозмутимо, но в его взгляде промелькнула короткая искра — предупреждение и вызов одновременно. Хосок резко толкнул тяжёлую дубовую дверь и зашёл первым. Чонгук и Тэхён вошли следом и сели рядом, будто это было самой естественной вещью в мире. Внутри их уже ждали. Воздух в кабинете Намджуна был плотным от табачного дыма и напряжения. Совещание началось без прелюдий. — Бомгю, что по номеру байка? — спросил Ким, не отрываясь от карты города. — Номер фальшивый, перебитый, — отозвался тот, щелкая клавишами. — Но модель редкая, тюнингованная. Я сузил круг поиска до трёх частных мастерских в пригороде. Проверяем владельцев. Намджун долго изучал документы, потирая переносицу, а потом посмотрел на Тэхёна с Чонгуком тяжёлым, проницательным взглядом. — Тэхён, Чонгук, останьтесь. Остальные свободны. Тэхён почувствовал на себе взгляд Хосока — внимательный, пытливый, чуть насмешливый. Тот отчетливо видел, как Чонгук, вставая со стула, машинально поправил воротник Тэхёна. Маленький, почти незаметный жест, но такой насыщенный теплом и заботой, что Тэхён невольно улыбнулся, почувствовав лёгкое щемящее тепло в груди. Хосок едва заметно ухмыльнулся и качнул головой — для него пазл наконец сложился. Когда дверь за сотрудниками закрылась, Намджун тяжело вздохнул. — Чонгук, то, что ты прикрыл напарника и спас его — это похвально. Я ценю твою реакцию. Но не смейте больше лезть в логово без подкрепления. Это приказ. Тут чувствовалось едва уловимое, тихое понимание — взгляд Намджуна задержался чуть дольше на их руках, плечах, на почти невидимых намёках в движениях. — Не мог не заметить изменившуюся атмосферу между вами. Но оставлю это знание при себе, пока оно не мешает работе, — бросил он невзначай, прежде чем они вышли. Когда они вернулись в кабинет, там никого не было. Чонгук воспользовался моментом: перехватив Тэхёна за запястье, мягко, но настойчиво прижал его к прохладной стене рядом с дверью. — Ну что, кажется, нас раскусили гораздо быстрее, чем мы планировали, — тихо шепнул Чонгук, сокращая расстояние до минимума. Его дыхание едва касалось кожи Тэхёна, руки словно сканировали знакомую поверхность, вдыхая каждый сигнал тела напарника. Тэхён почувствовал, как тело реагирует на тепло Чонгука, как учащается дыхание, как сердце стучит сильнее, будто забыло привычный ритм. Чонгук притянул его за талию ближе, игнорируя то, не запертую дверь. Тэхён сам подался вперед, ощущая знакомый жар и одновременно успокаивающее чувство безопасности. Он склонился к его уху, медленно поцеловав кожу шеи и оставляя горячий след. Затем, зарывшись носом в волосы Тэхёна, он глубоко вдохнул их аромат — смесь привычного парфюма и чего-то исключительно своего, вызывающего дрожь по всему телу. Руки сжались на талии сильнее, словно он хотел запечатлеть это мгновение навсегда, удерживая время в ладонях. — Нам нужно быть... осторожнее, — выдохнул Тэхён, сам скользнув пальцами по волосам Чонгука, притягивая его ещё ближе. Сердце наполнялось тихой радостью, ощущением умиротворения и близости, а дыхание переплеталось, будто создавая собственный ритм. В этот момент дверь резко распахнулась, и в кабинет быстрым шагом вошёл Сухо, увлечённо изучая бумаги. — Чонгук-и, тут отчет из лаборатории по... — он осекся на полуслове. Тэхён и Чонгук мгновенно разошлись в разные стороны, словно два противоположных полюса, каждый принимая деловой, почти невидимый фасад. Чонгук, не отрываясь от пустого экрана монитора, склонился над ним с таким вниманием, словно пытался разглядеть в пустоте скрытую правду, а Тэхён начал судорожно перекладывать папки на столе; его пальцы дрожали, будто каждая из них могла выдать их маленький секрет. Сухо перевел взгляд с одного на другого. Его глаза пробегали по комнате, как хищник, замечая каждое движение: от тяжело дышащего Чонгука до покрасневшего Тэхёна. На лице его медленно расплылась понимающая, хитрая улыбка. — Ой, — он картинно кашлянул, прикрыв рот ладонью, и в этом жесте было что-то почти игривое, словно он только что раскрыл чужую маленькую тайну. — Кажется, я зашел не вовремя? Он положил папку на край стола, сияя так, будто весь свет комнаты отражался от него, и его присутствие на мгновение наполнило пространство почти ощутимой энергией, которая щекотала нервы. — Я, пожалуй, зайду через пять минут. Или через десять. Продолжайте... «изучать улики». Только постарайтесь не слишком сильно «углубляться» в детали дела. Развернувшись на каблуках, Сухо вышел, насвистывая какой-то веселый, легкий мотив, оставив после себя тишину, которая казалась плотной и осязаемой. Чонгук тихо, грудно рассмеялся, наконец отпуская Тэхёна, но всё ещё касаясь его руки — этот лёгкий контакт оставил шлейф тепла, который Тэхён ощущал даже после того, как Чонгук отошёл. — Ну всё, Тэ. Кажется, теперь о наших отношениях узнают все... Тэхён вздохнул, поправляя пиджак и тщетно скрывая счастливую улыбку. Его взгляд задержался на Чонгуке ещё на мгновение, наполняясь тихим, трепетным умилением. — По крайней мере, спустя почти два месяца нам больше не нужно притворяться, что мы просто коллеги.