На грани возможного

              После того дня всё будто… обрывается. Никаких сообщений. Никаких случайных встреч. Никаких «ты как?». Кхао пишет Эсту пару раз — сначала нормально, потом с шутками, потом просто с вопросом: «Ты жив?» Ответа нет, но Эст читает и не отвечает. Он просто… закрывается. Тренировки, симулятор, разбор данных — всё по расписанию. Всё правильно, всё как должно быть. Только внутри — пусто и шумно одновременно. Он прокручивает в голове разговор в кафе снова и снова. Каждое слово, каждую паузу, каждый взгляд Вильяма. И особенно — его: «Я думал, мы просто друзья.» и так быстро проходят выходные.

***

Гран-при Китая       Перелёт проходит тихо. И слишком уж тихо. Команда Mercedes прилетает в Шанхай, где их уже ждёт следующий этап. Паддок снова оживает. Шум, камеры, механики, журналисты — всё возвращается. Как будто ничего и не было.

***

Четверг. Медиа-день       Это день улыбок. Фотографий. Интервью. И фальшивого спокойствия. Кхао болтает с журналистами, смеётся, шутит — как обычно. Эст стоит рядом на одной из сессий, отвечает коротко, спокойно, без лишних эмоций. Они рядом. Но не вместе. — Ты какой-то уж слишком странный в последнее время, — тихо говорит Кхао между вопросами. — Устал, — отвечает Эст. — Да ты не выглядишь уставшим. — Ну, значит, хорошо маскируюсь. Кхао смотрит на него дольше обычного. — А почему мне не отвечал?. — Был занят. Кхао открывает рот, чтобы что-то сказать… Но кто-то зовёт его на следующую съёмку. И момент уходит. После этого он больше не спрашивает. А Вильям в это время занят своей программой с McLaren. Интервью. Фото. Командные активности. Он пару раз проходит через общий коридор паддока. Эст — в другой стороне. Они не пересекаются. Ни разу. Как будто бы специально.

***

Пятница. Первая практика       Трасса оживает, Двигатели, шины, команды по радио. Здесь всё проще. Здесь есть только скорость. Эст садится в болид. И на несколько кругов — всё исчезает. Мысли. Разговоры. Вильям. Остаётся только трасса. И это его спасает. Практика проходит ровно и без ошибок, без лишних проблем. — Темп хороший, — говорит Понд по радио. — Принял, – Голос Эста ровный и почти спокойный. Перед квалификацией к спринту. Несколько часов перерыва. Гараж Mercedes-а наполнен тихими разговорами. Джун обсуждает с Кхао настройки. — Ты можешь взять поул, — говорит он. — Я знаю, — ухмыляется Кхао. Эст сидит чуть в стороне. Слушает и кивает. Но его мысли уже снова уходят. Кхао бросает на него взгляд. — Ало? Страна? Ты с нами? — Да. — Уверен? — Да. Но это не совсем правда. И вот время, квалификация к спринту Свет прожекторов. Шум трибун. Напряжение. Кхао выходит на быстрый круг.  Чисто. Агрессивно. Точно. — Отличный сектор один. Давай, давай, — говорит Джун. Финиш. — Поул! Кхао улыбается. — Легко. Ферст сразу за ним. Второе место. Холодно. Чётко. Без лишних слов. Вильям — третий. Сильный круг. Чуть не дотянул. Но он всё равно доволен. Эст выходит на свою попытку. Первый сектор — нормально. Второй — теряет доли секунды. Третий — ошибка на выходе из поворота. — Чёрт… Финиш. Пятое место. Он снимает шлем. И закрывает глаза на секунду дольше, чем нужно. — Потерял в третьем секторе, — говорит Понд. — Я знаю. – Голос спокойный и слишком спокойный.       Табло показывает результаты: 1 — Кхао 2 — Ферст 3 — Вильям 5 — Эст Кхао празднует. Вильям улыбается. Ферст просто смотрит вперёд. А Эст… Он смотрит на экран и хмурится. Но видит совсем не цифры. Потому что его мысли всё ещё там. Не на трассе. А в том разговоре, который он не может забыть. И который начинает влиять на всё.

***

Суббота. Спринт       Утро начинается с напряжения. Спринт — короткий, но жёсткий. Здесь нет времени на раскачку. На старте всё проходит чисто. Кхао и Ферст сразу оказываются рядом. Они борются почти каждый круг — аккуратно, но на грани. Обгоны, ответные атаки, поздние торможения. — Он снова внутри, — спокойно говорит Джун. — Окей, вижу, — коротко отвечает Кхао. Но в этот раз Ферст не отпускает. Он держится. Давит и ждёт. И в нужный момент забирает позицию. Финиш. 1 — Ферст 2 — Кхао 4 — Вильям 7 — Эст       Эст выходит из болида и снимает шлем. Он дышит чуть тяжелее обычного. Слишком много ошибок. Слишком много упущенных моментов. — Ты терял машину на выходах, — говорит Понд. — Знаю я! — И он правда знает. Но не может перестать злится на самого себя. А ведь дело не только в машине.

***

Перед квалификацией       Гараж Mercedes. Спокойный, но напряжённый разговор. — Где потерял темп? — спрашивает Джун. — Второй сектор, — отвечает Кхао. — И немного в третьем. — Исправим. Эст сидит рядом и слушает. Иногда кивает, но он будто не здесь. — Эст? — зовёт Понд. — Да? — Мы обсуждаем настройки. — Да..знаю. – но его взгляд всё равно где-то мимо.

***

      В гараже McLaren Вильям с Сантой разбирают спринт. — Ты мог забрать третье, — говорит Санта. — Знаю. — Но темп есть. Вильям кивает. Он как всегда собранный. Но иногда его взгляд уходит в сторону. Туда, куда ему действительно сейчас хочется. Туда, где нужно было задать много вопросов, о том, что происходит. Но туда, ему нельзя, не сейчас.

***

      В Red Bull  всё чётко. Ферст спокоен. Данк коротко объясняет: — Мы можем повторить. — Повторим.

***

Квалификация        Вечер. Свет прожекторов. Чистая борьба. Без аварий. С небольшими ошибками — но не у всех. Кхао собирает круг. Чётко и агрессивно. — Поул! – Он улыбается. Ферст — третий. Немного не дотянул, но как всегда без эмоций. Вильям — четвёртый. У него сильный результат. Эст выходит на финальный круг. Первый сектор — нормально. Второй — чуть теряет. Третий — снова неточность. Финиш. И у него шестое место. Он просто кивает, без реакции. Он просто устал —       Табло: 1 — Кхао 3 — Ферст 4 — Вильям 6 — Эст После квалификации они пересекаются в паддоке. На секунду. Вильям смотрит на Эста.  А Эст проходит мимо. Он будто не заметил. Не услышал. Будто ничего и не было. Будто Вильяма тут и не было. И это… хуже, чем неловкость. Это избегание. Эст избегает Вильяма.

***

Воскресенье. День гонки       Паддок живёт. Интервью. Камеры. Смех. Но между ними — напряжение. Кхао и Ферст почти не смотрят друг на друга. Но когда смотрят — это чувствуется. Как искра и как вызов. Парад гонщиков. Вильям стоит рядом с другим пилотом McLaren. Эст — чуть дальше. Они не разговаривают. И даже не подходят. И это уже не случайность, это специально.

***

Старт гонки       Гаражи шумят. — Всё чисто, — говорит Джун. — Принял, — отвечает Кхао. — Держи темп, — добавляет Понд Эсту. — Принял. —       Огни. Гашение. Старт. 1 круг, без аварий. Кхао и Ферст снова рядом. Снова борьба. Круг за кругом. Они меняются позициями. Давят на друг друга. Провоцируют, но держат границу. Но до момента. На одном из кругов Кхао заходит агрессивнее. Слишком агрессивно. Он подрезает Ферста. Тот уходит чуть шире. И потом возвращается. И продолжает. Было опасно, но это гонка. Это нормально, но фанаты шумят с трибун. — Это было на грани, — говорит Джун. Через пару секунд приходит сообщение.  10 секунд штрафа. Кхао сжимает руль. — Серьёзно? Гонка продолжается. Но теперь всё решено…       Финиш: 1 — Ферст 2 — Кхао 3 — Вильям 4 — Эст Вильям снимает шлем. И впервые по-настоящему улыбается. У него подиум. Первый. Пусть и третье место, но первый подиум. Эст выходит из машины. Смотрит на табло. Четвёртый. Он снова рядом, но не там где должен быть. Хотя это место, кажется, его сейчас вообще не волновало.

***

После гонки       Гараж Mercedes. На экране снова и снова крутится момент. Кхао заходит в поворот. Ферст чуть шире. Контакт минимальный. Ничего критичного. Бум стоит перед монитором, сжав челюсть. Он начинает откровенно закипать. — Это не штраф, — тихо говорит он. Никто не отвечает. Он перематывает снова и снова. Пауза, злость берёт верх. И в следующий момент он резко разворачивается и идёт к выходу. И инженеры мерсов идут за ним, потому что знают, что будет если он уйдет один.

***

      Гараж Red Bull Racing Дверь распахивается с силой. — Вы вообще ахренели?! – Голос Бума разносится по всему помещению. Инженеры оборачиваются. Кто-то замирает с планшетом в руках. — Это что сейчас было?! — он буквально указывает в сторону трассы, будто её видно отсюда. — Это вы называете штрафом?! — Успокойся, — пытается сказать один из инженеров. — Я?! Успокоиться?! — Бум почти смеётся, но это не смех. — Десять секунд за это?! Никто не перебивает, но напряжение растёт. И тут появляется У. Медленно и спокойно подходит, услышав голос Бума. И спрашивает, — В чём проблема? Бум резко поворачивается к нему и говорит, — В том, что вы это сделали специально. — Это произносится слишком ядовито. И в гараже резкая и тяжелая тишина, никто не говорит, никто не отвечает. Как будто время остановилось на время. — Полегче, аккуратнее разбрасывайся такими обвинениями. — холодно говорит У. — Нет, это ты будь аккуратнее, — срывается Бум. — Потому что это уже не гонки, это цирк! Он подходит ближе. Почти вплотную. — Ты думаешь, я не вижу? Не понимаю?!  — Что именно? — спокойно спрашивает У. — Вы надавили! — голос Бума срывается. — Это был не штраф, и ты это знаешь! Несколько инженеров переглядываются. Кто-то пытается вмешаться: — Это решение стюардов— — Не надо мне этого дерьма! — перебивает Бум. — Я видел повтор! Он снова указывает рукой. — Это обычный гоночный момент! Никакого преимущества! Никакого нарушения! — Он делает ещё шаг. — Но вам нужно было забрать победу. Пауза. — И вы это сделали. У усмехается. Он спокойный и слишком уж спокойный. — Ты правда сейчас обвиняешь нас? — Я не обвиняю, — резко отвечает Бум. — Я говорю факты, как есть и как это будет выглядеть для всех. — Ты обвиняешь нас в слишком серьёзных вещ.. — Да мне плевать! – Вновь перебивает. Голос Бума уже не контролируется. Он откровенно начинает кричать. — Потому что это уже не первый раз! Тишина между ними становится ещё тяжелее. И У делает шаг вперёд. Теперь они точно стоят почти вплотную. — Ты изменился, Бум. — И от слов У, Бум замирает на секунду. — Раньше ты умел проигрывать. И не был такой истеричкой. Эта фраза бьёт по нему.. И в этот момент Бум окончательно срывается. — Это всё ещё не проигрыш! — почти кричит он. — Это вы в наглую украли победу! Гараж замирает. Никто не вмешиваться. Никто даже не пытается. Потому что это действительно страшно. — Ты хочешь сказать, что это честно?! — продолжает он. — Скажи мне в лицо, что это честно! У молчит и смотрит на него. И это молчание только сильнее бесит Бума. — Конечно, ты не скажешь, — усмехается Бум. — Потому что ты знаешь, что это грязно. Потому что ты знаешь, это было сделано специально.  — Хватит, — резко говорит один из инженеров. — Нет, не хватит! — Бум разворачивается к нему. — Потому что пока вы это делаете, это будет повторяться!  Джун подходит ближе. — Бум. От него ноль реакции. Понд подходит с другой стороны. — Всё, пошли. — Я не закончил! — резко отвечает Бум. — Закончил, — спокойно говорит Джун. Они переглядываются с Пондом. И в следующую секунду просто хватают его с двух сторон. — Серьёзно?! — вырывается Бум. — Вы что делаете?! — Уводим тебя, — отвечает Понд. — Отпустите меня! Но они уже тянут его к выходу. — Извините, — бросает Понд в сторону гаража. Джун молчит. Украдкой смотрит на Данка, который появляется в его поле зрения. И они покидают гараж, забрав Бума.  Дверь закрывается за ними. И в гараже Рэдбулла полная тишина.  Никто не пытается спросить у У что это было только что. Потому что все понимают — это было не просто про штраф. Это было начало чего-то гораздо хуже. Что-то более глубокое.

***

                        Коридор за гаражами. Джун и Понд буквально затаскивают Бума в сторону, подальше от людей, камер и лишних глаз. — Всё, хватит! — повышает голос Джун, закрывая дверь в небольшую техническую комнату. — Отпустите меня, — резко бросает Бум, вырывая руки. Они отпускают. Он делает шаг вперёд, потом ещё один. Проводит руками по лицу. И дышит тяжело. Это все нервы. — Бум, — спокойно говорит Понд. — Успокойся. — Я спокоен, — резко отвечает он, но голос дрожит. И это слышно. Это серьезно. Джун смотрит на него внимательно, не как инженер, а как человек. Как его друг. — Ты же так взъелся не из-за штрафа, — говорит он наконец. Бум замирает и спрашивает. — Что? — Ты сорвался не из-за штрафа. – пауза. — Я знаю тебя. И ты не так реагируешь на такие вещи. Тишина между ними становится плотной. Понд скрещивает руки. — Ты буквально зашёл туда как будто это личное. Бум усмехается, горько и говорит. — Потому что это и есть личное. И вот теперь — тишина другая… не напряжённая. А… ожидающая. Джун делает шаг ближе. — Тогда объясни нам что это только что было. Бум долго молчит и смотрит в пол. Сжимает кулаки. Потом вдыхает и выдыхает. — Ладно, вы всё равно рано или поздно узнали бы об этом. Он поднимает взгляд. — Лучше от меня услышать, нежели от..других.  Долгая пауза и,  — Я знал У… задолго до Формулы. И это уже звучит иначе. Голос Бума тише и глубже, не как обычно. — Мы встретились «случайно». — Он делает пальцами кавычки. — По крайней мере, я так думал. Слабая усмешка. — Он появился в моей жизни, и… всё было слишком легко, так хорошо. Мы по началу просто общались. Потом стали встречаться. – голос Бума становится ровнее, но только снаружи. — Три года. Он смотрит куда-то в сторону. — Три чёртовых года. Понд слегка хмурится. А Джун молчит. — Мы прошли через всё вместе. Переезды. Давление. Работа. Мы пришли в Формулу вместе. Короткая пауза. — И скрывали отношения. — Почему? — тихо спрашивает Джун. — Потому что в моём случае это было… неудобно для семьи. Тишина. — Мои родители не приняли меня. – Он говорит это спокойно. — Им не понравилось, что их сын… не такой, как они хотели. Пауза. — Но они решили, что от меня всё ещё может быть польза. Понд напрягается. — В каком смысле? Бум поднимает на него взгляд. И говорит прямо: — Брак по расчёту. И тут время останавливается. Никто не говорит, просто тишина. — Женихом был У. Джун замирает. — Подожди…то есть.. — Да, — перебивает Бум. — Он знал. Пауза. — С самого начала. Всё это «случайное» знакомство… — горько усмехается. — Это было спланировано. — он закусывает губу, сдерживая эмоции. — А ты? — тихо спрашивает Понд.  Бум качает головой. — А я просто… влюбился как дурак. Жил в тумане любви. – эти слова звучат тяжелее из уст Бума. — Я правда думал, что нашёл человека. – он делает паузу. — Того самого человека. Я думал, что он ядро моего сердце. – после этих слов он на секунду закрывает глаза и продолжает.. — А он встречался со мной, потому что так было нужно. Джун сжимает губы и медленно спрашивает:  — И как ты узнал? Бум усмехается. Без радости, без эмоции: — Случайно.. Я услышал разговор. – Он медленно выдыхает. — Его и наших родителей. — Они обсуждали детали.  И тут как будто речь шла о контракте, а не о людях. Тишина между ними давит. Никто не смеет спрашивать, потому это тяжело, это трудно. — Я не стал ничего выяснять. — Почему? — тихо спрашивает Понд. Бум смотрит на него как дурака и говорит: — Потому что всё уже было ясно. — Я просто разорвал всё. С ним, с родителями. Со всем этим.  — И он не пытался объяснить? — спрашивает Джун. Бум замирает на секунду и хмурится: — Пытался. Пауза. — Но я не слушал. Он опускает взгляд. — Я просто не знал…– голос у Бума впервые ломается. — …что мне делать… потому что я сильно был влюблен в него, но и обида…. и эта новость убило меня окончательно.. Джун и Понд переглядываются. — Для меня это было предательство. И мне было достаточно этого. Пауза между ними затягивается. — И с тех пор… — Бум медленно поднимает взгляд. — Я не хочу иметь ничего общего с ним. — И его голос снова становится жёстким. — И с его командой тоже. Теперь и Понду и Джуну становится понятно. У Бума не просто злость, не просто эмоции. это ненависть, старая, глубокая и незакрытая. Джун тихо выдыхает. — И почему ты никогда не говорил об этом?  — Не было смысла. Понд качает головой. — Ну, это… многое объясняет. Бум усмехается и говорит:  — Рад, что вам теперь легче. Но в этой усмешке нет ничего живого. Он тут же отворачивается и говорит спокойно:  — Я буду в норме. Это было давно. И это неправда и они это знают. Они прекрасно знают, что чувствует их друг. Но сейчас… ничего больше сказать нельзя. Потому что некоторые вещи даже спустя годы всё ещё болят так же. И пока смысла открывать раны, нет.