На пути в ад

Что ж, как Гарри и предполагал, его ночное отсутствие вылилось в полноценный скандал с родственниками. Казалось, что крики дяди Вернона, этого толстого моржа с самомнением выше самых высоких гор в этом мире, слышала вся улица. Давненько он не слышал такого огромного количества оскорблений в свой адрес. Тётя всё причитал о том, за что им достался не только сумасшедший, но и распутный ребёнок, всё же выглядел Гарри так, будто его хорошенько поимели ночью. Уж извините, но в лесу не то, чтобы есть место, где он может привести себя в порядок! Дадли стоял в стороне и мерзко хихикал, уже думая о том, как растрепает всей улице, в частности дружкам, но те долго шило в мешке таить не будут. Это же какие новости будут! Сумасшедший мальчишка не только со странностями, так ещё и с мужиками спать не то чтобы не против, а очень даже за! Какой же будет это позор для выродка! Гарри тяжело вздохнул, до сих пор не понимая, в чём такая забава глумиться над ним, но обществу же почти всегда нужна жертва. А если ты слаб и ничего не можешь им противопоставить, так в добавок у тебя нету совершенно никакой поддержки взрослых за спиной, то ты почти стопроцентно станешь этой самой жертвой. Всегда легче глумиться над тем, кто ничего не может вам противопоставить. Когда Гарри только узнал о том, что он волшебник то думал, что наконец обретёт хоть какую-то поддержку, не станет очередной жертвой, на которую можно скинуть все возможные грехи, но тогда он просто не понимал, что люди везде одинаковые. Из него сделали символ, и каждый раз использовали так как им удобно. Когда надо приструнить "тёмных" - он герой, мессия, борец за права несправедливо ущемлённых и защитник. Когда же он делал что-то не так, то почти моментально становился предателем, мразью и темнейшим из существующих волшебником. Это было так забавно, что он немного развлекался во время второго курса, до того как раскрылось, что он умеет разговаривать со змеями. Он попеременно совершал то "правильные", то "неправильные" поступки, наблюдая со стороны, как на это реагировала толпа. Первое время это было забавно, но со временем стало противно, от того, насколько ведомыми были все эти люди. Да, большинство было ничего не смыслящими детьми, первый-второй курс, но к его травле так же подключались и ребята со старших курсов. Тогда же он понял, что не может доверять никому в этом новом и совершенно незнакомом мире. Взрослых он отмёл ещё после первого курса, когда он пытался просить у них помощи, или когда в конце года они пытались доказать, что философский камень собираются похитить. Взрослые в волшебном мире совершенно не отличались от тех, что были в мире без магии. Гарри подозревал это с самого начала, но глупое наивное сердце надеялось, что в этот раз будет всё по другому. Но и здесь взрослые только делали вид, что им есть дело до него, а сами закрывали глаза на явные проблемы со здоровьем и очевидное пренебрежение ребёнком в семье. Все лишь причетали, как же он похож на отца, вот только глаза матери, но никто не поинтересовался откуда у него явные синяки. Все выглядели как картонки. Единственным настоящим человеком в этом сумасшедшем круговороте притворства был злобный преподаватель зельеварения, Северус Снейп. Он придирался, критиковал, унижал при всех, но никогда по настоящему не занижал ему баллы. Он не делал вид, что Гарри - это какой-то герой и миссия света. Для него он был просто мальчишкой, которому требовалась твёрдая, но аккуратная рука наставника, хоть он и презирал его. Вроде как... Гарри не был стопроцентно уверен в этом.... "Снейп всегда был справедлив, хотя и много на меня ругался. Да и на первых двух курсах я был тем ещё идиотом, так что профессор ни словом не сбрехал, когда раз за разом проезжался по моим умственным способностям." - при мыслях о Снейпе в груди что-то едва заметно зашевелилось. Что-то большое и тёплое. Привязанность. Как бы они не ненавидели друг друга, что Гарри, что, возможно, сам Снейп жили в странной созависимости. После того, как его исключили , Поттер даже и не думал, что больше всего будет скучать по мрачному и ворчливому зельевару. "Может написать ему?" - пришла в голову Гарри абсурдная идея. "Самое плохое, что может случиться - проф просто сожжёт его, даже не читая." Что ж, в ближайшей перспективе ему было чем заняться, пока он заперт у себя в комнате.

***

Северус Снейп обедал в большом зале, ведь "Как мы будем поддерживать сплочённость среди наших людей, если ты, мальчик мой, запрёшься у себя или в покоях, или в том старом мрачном доме? Тебе стоит остаться в Хогвартсе, если вдруг что-то случится. И приходи хотя бы на совместный обед." Поэтому сейчас он здесь, а не в своей лаборатории, работающий над новым заживляющим составом, который было бы лучше всего начинать готовить, когда солнце в зените, чтобы получить максимальное количество эссенция от солнцецветов. Он несколько раз пытался сказать об этом Дамблдору, но тот будто ваты в уши напихал. Удивительная избирательная глухота, чёрт бы её побрал. В моменте в открытое окно, с оглушительным карканьем влетел огромный ворон. Он сделал два круга над залом, рассматривая удивлённых и настороженных людей удивительно осознанным взглядом, и приземлился на спинку резного стула. Северус с подозрением посмотрел на неожиданного гостя. Тот в ответ склонил голову в сторону, не теряя своего высокомерия и презрения ко всем здесь присутствующим, протянул ему лапу с привязанным к нему тубусом для писем. Северус не спешил брать что-то у незнакомой птицы. Не хватало подхватить какое-нибудь проклятие или отравиться чем-то противным. Ворон такое пренебрежение к своей персоне терпеть видимо не собирался. Когда письмо не забрали даже через минуту, он настойчиво начал тыкать своей лапой в лицо наглому человечешки, который посмел его игнорировать. Северус отшатнулся и едва не послал в ворона заклинание, когда тот сунул лапу ему в лицо. Птица раздражённо каркнула и ещё раз ткнула человеку в лицо послание, которое уже стоило бы забрать. Северус с опаской кинул на тубус простое общее определяющее заклятие и только после того, как оно загорелось лёгким золотистым светом защитных чар, чтобы письмо не повредилось при транспортировке, открыл тубус и достал оттуда небольшого размера письмо. Ворон посчитал свой долг выполненным, выхватил у Северуса крышку от тубуса и, видимо из своей какой-то птичей вредности и мстительности, спрыгнул на стол, перевернул его кубок, прошёлся дальше по тарелкам и скинул на Дамблдора его обед. После, посчитав свой долг окончательно исполненным, он взмыл под потолок и улетел через то же окно, через которое попал в зал. В оглушительную тишину прорезали первые вопросы. Уже через минуту большой зал больше напоминал вокзал, доверху наполненный ворчливыми бабками, которым только повод дай, чтобы перетереть кому-то косточки. Многих возмутило подобное поведение ворона, особенно неуважительные действия по отношению к Дамблдору. Северус фыркнул, когда светлейший, будто нарочно не применяя простейшую магию очищения, старался успокоить разошедшихся членов ордена, при этом подозрительно сверкая глазами в сторону письма, которое зельевар получил. Он быстро сделал вид, что дёрнулся от неожиданности сработавших сигнальных чар в его кабинете, а после молниеносно поднялся и поспешил в подземелье. Альбус на него покосился с подозрением, но поскольку знал, что у него настаиваются несколько особо важных зелий для него самого, задерживать не стал, особенно после короткого: "Что-то случилось в зельеварной". Благо у него в лаборатории было одно испорченное зелье, что сорвалось ещё до обеда и куча разложенных ингредиентов, так что в случае неожиданного визита он сможет изобразить бурную деятельность, а после предъявить Альбусу за то, что из-за него экспериментальное зелье сорвалось, и теперь придётся ждать следующей подходящей фазы луны. Он присел в кресло неподалёку и с опаской оглядел письмо. То было совершенно обычным. Желтоватый пергамент, что немного помялся от долгого лежания под чем-то тяжёлым, простая красная ленточка, которой обычно перевязывали послания. Больше ничего. Более сложное заклинание для распознания всякой гадости, что могли нанести на письмо тоже не дало никакого результата. Кусок пергамента с текстом, оставался просто куском пергамента с текстом, а не превращался вдруг в мантикору, что собиралась загрызть зельевара. Всё ещё не уверенный в правильност своего решения, он потянул ленту и раскрыл письмо. Глаза в шоке уставились на знакомый почерк. Руки слегка задрожали. Чёртов Поттер. Взгляд профессора заметался по строчкам, что как и прежде скакали. Некоторые буквы имели такие привычные лишние закорючки, а гласные писались меньше, чем согласные. Странная, но запоминающаяся привычка. "Хей, проф! Давно не виделись? Ладно, не важно. Наверно, писать вам было одной из самых худших моих идей. Но я тут посидел с минут десять и решился. Самое плохое что может случиться, так это то, что вы сожжёте это письмо, едва узнаете мой почерк или увидите подпись внизу. Это было бы не приятно, но не страшно. А учитывая нашу с вами взаимную неприязнь, я бы сказал, что это почти стопроцентный вариант вашей реакции, но не суть. Так вот.... Вообще, я не знаю, почему пишу вам. Наверное, чтобы сказать, что я всё ещё жив и всё такой же идиот, раз делаю что-то столь бесполезное, как пишу преподавателю, который меня ненавидит всей душой. А может я хочу извиниться за все те километры нервов, что вымотал вам своими выходками. Признаю, я был не самым разумным ребёнком, но тогда мне казалось, что я был прав в своих суждениях. Но, вы знаете, люди меняются. Не знаю как вы, а я изменился достаточно сильно. Взять хотя бы мою причёску!

(На этом моменте Снейп позабавленно фыркнул. Не помнить то гнездо, что было у Поттера на голове заместо волос было бы непростительно.

Вечно суровое лицо мастера зельеварения разгладилось и лёгкая улыбка так и осталась на губах)

Теперь они не торчат во все стороны! Представьте себе, стоило только найти правильные уходовые средства и немного опустить длину(они сейчас до лопаток), как они тут же перестали топорщиться и быть ломкими, а начали лежать красивыми волнами. Знаете, Блэковские кудри, но не такие крупные как у Беллатрикс, а такие как у крёстного(прошу прощение за упоминание этого пса в текстеᕙ(⇀‸↼‶)ᕗ)

(Здесь Снейп не выдержал и засмеялся. Мальчишка смел называть своего крёстного псом, так ещё и дорисовывал грустные смайлики после извинений.

Поттер точно не мог знать об их с марадёрами истории, но мог запомнить сколько яда вылили друг на друга он и Блэк на третьем курсе в Визжащей хижине.)

Ещё я год назад наконец избавился от бесящих меня очков. Они так мешались, особенно на работе, что я обратился за помощью к гоблинам, а те направили меня к их целителю. Минус ещё одно сходство с Джеймсом Поттером, юху! (~˘▾˘)~ Меня всегда передёргивало, когда сравнивали с родителями. Но сейчас не об этом. До недавнего времени я работал в кофейне, и признаться - это самая отвратительная работа, какую можно только вообразить!!! Сколько раз меня шлюхой называли - не сосчитать! А грубость просто так!? Люди действительно мерзкие создания.(¬_¬)

(Северус нахмурился. Многие обзывательства можно было бы простить, но называть подростка шлюхой? Особенно такого, как Поттер? У этих индивидов всё в порядке с головой?)

И нет, меня не уволили, как вы могли подумать, и злорадно усмехаться с того, какой я никчёмный, а ушёл я по своему желанию.( o˘◡˘o)

(Что за странная любовь у Поттера к смайликам?)

Так вот.... Что ещё писать.... Честно, было много идей, но как-то всё не идёт. То слова не ложатся, то звучит всё до ужаса абсурдно. Вы меня знаете.ᕙ(⇀‸↼‶)ᕗ

(Северус и правда знал этого наглеца. Поверхностно, но знал. Как мальчишка и писал, Гарри изменился. Но, видимо, умение писать что-то дельное, так и не пришло к Поттеру.)

К слову, у меня, возможно, появился партнёр? Партнёры? Всё очень сложно. Не знаю как объяснить. Мы знакомы всего неделю с одним, а со вторым дня два, но кажется я по уши в дерьме? И похоже они не люди и там не всё так просто?(つ･･)つ

(Тут Снейп нахмурился)

Тем не менее... Наверное я впервые могу утверждать, что стопроцентно счастлив и бесповоротно влюблён? Пусть даже у меня снова не всё как у людей. ¯\_(ツ)_/¯ И главное не спрашивайте, почему я пишу о своей влюблённости вам! Сам не имею и малейшего представления. На этом буду завершать своё письмо. Наверное вам очень странно сейчас читать письмо от меня, ведь я, последний человек о котором вы бы стали печалиться. Но не стоит переживать. Обычно нам было бы не о чем говорить. Это же послание считайте минутной слабостью.

(Здесь Северусь приподнял бровь, не ожидая таких поэтичных словестных оборотов от мальчишки.)

В жизни мы вряд ли пересечёмся. Ни в магическом, ни в магловском мире, вероятно. В один мне путь закрыт, а в другом вам делать нечего. Хотелось вас поблагодарить, за все те разы, когда вы вытаскивали мою задницу из всякого дерьма. Наверное только благодаря вам я прожил так долго, что смог показать средний палец всему магическому миру, а в особенности нашему светлейшему. Как он кстати там? Всё ещё не наигрался в войну? И Том, вероятно, тоже? Сочувствую вашему положению. Что один, что другой хозяин полные п*****

(Северус в голос рассмеялся. Хоть последние слово и было зачёркнуто так, что кроме первой буквы ничего разобрать не получалось, но он точно мог понять, что именно мальчишка писал. Непонятно, правда, откуда тот знал о его работе на два фронта, но не важно. Гарри всегда был альтернативно одарённым ребёнком.)

Удачи вам там, проф. От героя, которому нечего защищать, К великолепному человеку в образе первоклассного вампира(или летучей мыши ( ͡° ͜ʖ ͡°), как угодно проф) С пожеланиями светлого будущего, Гарри Поттер))) " Северус ещё дважды перечитал письмо и тяжело вздохнул. Поттер, вроде как, исчез из его жизни, да только видимо не до конца. Да и не против он был, от чего-то, чтобы тот временами писал, напоминая, что всё ещё жив, относительно цел и на свободе. Слова про партнёров напрягли. Отчего-то появилось странное непреодолимое желание найти тех индивидов и основательно с ними побеседовать, чтобы даже не смели не правильно дыхнуть в присутствии мальчишки. Снейп тяжко вздохнул, понимая, что привязался. Он прекрасно знал, где сейчас находится Поттер, но не спешил докладывать ни одному из своих хозяев. Узнал он об этом совершенно случайно, когда надо было лично наведаться в дом к одной магловской семье, в которой жил один из первокурсников Слизерина. Его стандартная проверка благоприятности среды, в которой живут его подопечные. Насколько это в принципе возможно было. Всё же большинство чистокровок и близко бы не подпустили бы его к внутренним семейным делам. Тогда же он и увидел Поттера, что куда-то шёл, с лицом, что выражало вселенское мучение. Это было бы как раз на начало пятого курса для Гарри, если бы его не исключили. Лёгкое отслеживающее на местность - и вуаля, он почти постоянно знает о положении ребёнка. Вражда сошла на нет в середине третьего курса, когда ребёнок, сам того не осознавая, начал собирать гнездо в одном из заброшенных кабинетов в подземелье. Первым желанием было показать наглецу где его место и высказать всё, что Северус думает о его мыслительных способностях. Впрочем, он так и сделал. Только мальчик совсем не реагировал на его слова. Только сонно щурился. Как оказалось, в тот период мальчишка болел, и инстинктивно искал безопасное место, где мог бы обустроить гнездо и переждать болезнь. Наличие наследия было на глаза, но очень странно, поскольку проявило себя только сейчас. Снейп не стал его трогать. Не помогал никак. Только наблюдал. Потом дополнительные занятия и отработки, на которых они чуть ли не плевались ядом друг на друга. Неприязнь была обоюдной, но после начала четвёртого курса, скорее больше показной, чем настоящей. Привязанность плотно вросла корнями в сердце профессора. Чем дольше они проводили время вместе, тем больше Северус видел в парнишке не маленькую копию Джеймса Поттера, и не маленький дар, что принесла в этот мир Лили Эванс, а просто Гарри. Слегка сумасбродного, весьма наглого и абсолютно беспардонного слизеринца. Что ж, он вполне мог назвать себя отцом. Он даже следил за тем, где его ребёнок проводит время, хотя и только одним глазом и только по выходным. И теперь, он как хороший родитель должен провести с ним воспитательную беседу. Северус немного запоздал, но лучше немного поздно, чем никогда.