Цена свободы

Завтрак прошёл в гробовом молчании. Драко читал финансовые отчёты, изредка отрываясь, чтобы взглянуть на меня. Я ковыряла вилкой идеальный омлет, не в силах проглотить ни кусочка. Я думала. Список или его тёмные фантазии. После завтрака он сказал, что ждёт меня в библиотеке и ушёл, оставив одну в зимнем саду. Я вернулась в комнату. Солнечный луч падал на пустой лист. Перо лежало рядом. Давай, Гермиона, ты сможешь. Главное начать. Я взяла перо, обмакнула его в чернила. «Чего ты хочешь, Гермиона?» — эхом отозвался в голове его вопрос. Затаив дыхание, я вывела первое слово. Сначала написала самое простое, почти детское желание. 1. Хочу, чтобы кто-то читал мне вслух. Перо двигалось дальше, будто его вела не я, а кто-то другой. Кто-то, кто устал молчать и наконец вспомнил о своих желаниях. 2. Хочу на бал. Танцевать и пить шампанское. Я попыталась вспомнить, когда я последний раз танцевала. Но так и не смогла. 3. Хочу весь день провести в библиотеке. И чтобы меня никто не отвлекал. Никто. Книги. Тишина и никаких проблем. 4. Хочу, чтобы кто-то слушал, когда я говорю о работе, и понимал меня. Я закусила губу. Мне так хотелось, чтобы хоть кто-то разделил этот огонь, который горел во мне, когда я говорила о магических существах и о несправедливости по отношению к ним. 5. Хочу в магический театр. Посмотреть новую постановку о Мерлине. «Трагедия великой любви» — писали о ней в газете. 6. Хочу познакомиться с Элиасом Крофтом, автором учебника «Основы трансфигурации». Задать ему вопросы. Крофт был моим кумиром. Я читала его учебник и не могла оторваться. 7. Хочу побывать на море. Слышать шум волн и ни о чём не думать. Просто лежать на песке и смотреть на горизонт. Я и море. 8. Хочу увидеть Гарри и Джинни. Услышать их смех. Я так скучала по ним. 9. Хочу, чтобы начальник наконец признал мой ум и что весь отдел держится на мне. И выделил мне отдельный кабинет. И поднял зарплату. Вдвое. Я усмехнулась. Пиви скорее уволит меня, чем повысит. Я отложила перо на секунду, чувствуя, как колотится сердце. Рука дрожала, когда я снова взяла его. 10. Хочу, чтобы мужчина потерял контроль. Хочу слышать его стоны. Я хотела узнать, каково это, когда мужчина теряет голову от страсти. 11. Хочу попробовать быстрее и жестче. Чтобы почувствовать силу и власть надо мной. Щёки горели. Я никогда не говорила этого вслух. 12. Хочу поменять роль, чтобы весь контроль был у меня. Хочу быть сверху. Чтобы он подчинился мне. Я хотела знать, каково это. Делать всё, что ты хочешь. 13. Хочу заняться этим в библиотеке. Глупо, но эта мысль приходила ко мне не раз. 14. Хочу попробовать заняться этим там, где могут застать врасплох. Чтобы страх и страсть стали одним целым. Адреналин. Риск. Я хотела чувствовать себя живой. 15. Хочу посмотреть, как мужчина ласкает себя. Просто смотреть. Мне так интересно, как это происходит. 16. Хочу попробовать сделать это при зеркалах. Видеть себя. И его. Полностью. Видеть всё. Не прятаться. Не отворачиваться. 17. Хочу, чтобы меня ласкали там. Я читала в книгах об этом. Об удовольствии, которое получала женщина, когда мужчина ласкал её языком. 18. Покусывания. Не до боли. До острых, щекочущих ощущений, до мурашек. Засосы. …и плевать кто что подумает. 19. Иногда я говорю ужасные вещи, когда злюсь. Но вместо того, чтобы кричать в ответ, я хочу, чтобы мужчина просто взял и поцеловал меня. Чтобы забыть обо всем на свете. 20. Хочу попробовать взять его в рот. Почувствовать вкус. Услышать стоны. Хочу быть полностью в его власти. Хочу, чтобы он использовал мой рот так, как захочет. Я замерла. Смотрела на эту строчку и чувствовала, как кровь приливает к щекам. Это было слишком. Слишком грязно. Слишком откровенно. Я яростно зачеркнула последние слова. Раз. Другой. Чернила расплылись чёрной кляксой, скрывая написанное. Так нельзя. Нельзя даже думать об этом.

***

Список, который я принесла в библиотеку, был исписан с двух сторон, в углах остались следы от нервных пальцев и клякса на зачёркнутом желании. Я стояла перед его креслом в библиотеке, протягивая ему пергамент. В этот момент я чувствовала себя ученицей, сдающей экзамен. Драко взял его, не спеша развернул и начал читать. Он читал молча. Иногда его брови чуть приподнимались. Но он не издал ни звука. Его лицо было маской невозмутимости. А я смотрела, как он читает мои самые потаённые желания, и горела изнутри. Я никогда не сбегала и стойко принимала удары судьбы. Но сейчас хотелось сбежать. Уголок его рта дрогнул в едва заметной усмешке. Я не выдержала. — Что? — мой взгляд стал вызовом. Он поднял глаза на меня. — Дошёл до пункта с библиотекой, — сказал он просто. Чёрт. — Не переживай, дорогая, — его голос стал тихим, почти успокаивающим. — Начнём с первого пункта. Что ты хочешь чтобы я тебе почитал? Он отложил список на маленький столик рядом с креслом и жестом пригласил меня сесть на широкий подоконник, застланный подушками. Вопрос был настолько неожиданно простым, что я на мгновение растерялась. Он узнал все мои грязные мысли и решил почитать мне? — Я… — взгляд упал на полки с книгами. Ум, отвлечённый от стыда практической задачей, заработал. — «Потерянный рай». Милтона. Маггловское издание. Вон там, на верхней полке у глобуса. Он посмотрел туда, куда я указала, и беззвучно усмехнулся. — Про Сатану и грехопадение. Подходяще. Драко встал, без усилий достал том и вернулся. Он откинулся в кресле, нашёл первую страницу и начал читать. Голос, обычно такой холодный, преобразился. Я слушала и не верила. «Потерянный рай» — книга, которую я сама осилила с трудом и не без помощи словаря. А он читал так легко, будто детскую сказку. Он не спотыкался. Не запинался о сложный язык Милтона. Я сидела на подоконнике, обняв колени, и слушала. Сначала я не могла сосредоточиться. Но постепенно, по мере того как его голос погружался в повествование о войне небес и Люцифере, моё напряжение начало спадать. Закрыв глаза, я прислонилась головой к холодному стеклу. Моё дыхание выровнялось, сердцебиение успокоилось. Он сделал паузу, посмотрев на меня. — Продолжать? Я открыла глаза и кивнула, не в силах вымолвить слова. Бини появилась бесшумно. Эльфийка двигалась с той особой грацией, которая бывает у существ, привыкших быть невидимыми, но необходимыми. В её маленьких ручках подрагивал поднос, заставленный неожиданно простой, но аппетитной едой. На тарелках громоздились толстые треугольники сэндвичей с ветчиной и сыром, корочки которых были поджарены до золотистого цвета. Рядом примостились крошечные пирожные — бисквитные квадратики, щедро политые шоколадной глазурью и посыпанные ореховой крошкой. В отдельной корзинке, прикрытой льняной салфеткой, угадывались очертания горячих булочек с корицей. На подносе стоял массивный фарфоровый чайник, расписанный золотистыми вьющимися розами, из носика которого поднимался пар. Две чашки в тон, с тем же золотым узором. Сахарница с белыми кубиками и маленькие серебряные ложечки. Эльфийка бесшумно опустила поднос на низкий столик, удовлетворённо кивнула сама себе и исчезла с тихим хлопком. Драко даже не прервал чтения, лишь краем глаза проследив за появлением подноса. — Перекусим через пару страниц? —спросил он, взглянув на меня. Я просто кивнула и чуть заметно улыбнулась, кутаясь в плед, который Бини каким-то чудом успела накинуть мне на плечи. После перекуса Драко продолжил. Люцифер, один из самых могущественных и приближённых к Богу ангелов, пришел в ярость, когда Бог назвал наместником своего сына. Люцифер поднял мятеж и забрал с собой треть воинства небес. Это привело к войне, после чего Сын Божий низверг мятежников в Ад. После войны Бог создал Землю и первого человека, Адама. Чувствуя одиночество, Адам попросил о спутнице, и Бог сотворил из его ребра Еву. Она была прекрасна, умна и любила Адама, но вместе с тем она жаждала знаний и была любопытна. Адам и Ева жили в Эдемском саду. Бог дал им власть над существами, но у него было условие: не вкушать плодов с Древа познания добра и зла. Но Сатана вынашивал план мести. Он хотел погубить творение Бога. Он отправился на Землю и, приняв облик юного херувима, обманул архангела Уриила, который указал ему путь в Рай. Увидев Адама и Еву, Сатана исполнился зависти. Он обернулся змеем и соблазнил Еву попробовать запретный плод. Драко читал до тех пор, пока свет за окном не стал оранжево-золотистым от заката. Я чувствовала спокойствие. Я тоже потеряла свой рай. Свой простой, понятный мир, где добро и зло были разделены чёткой линией. Но в этом новом, греховном мире было что-то, что заставляло моё сердце биться чаще. Его голос, читающий Милтона, стал для меня колыбельной. Мои веки стали тяжелеть. Я и не заметила, как моя голова окончательно склонилась к стеклу, а тело обмякло на подушках подоконника. Проснулась я от движения. От ощущения, что меня бережно поднимают на руки. Я уловила знакомый запах. Его запах. Он нёс меня по тихим, тёмным коридорам Малфой-Мэнора. Его шаги были беззвучными, руки подо мной — твёрдыми и уверенными. Я почувствовала прохладный шёлк простыней. Сверху опустилось тёплое одеяло. Он поправил его вокруг моих плеч. А потом я почувствовала мимолетное прикосновение его губ к моему лбу. Поцелуй, полный какой-то необъяснимой, тихой нежности. Я даже чуть не открыла глаза от потрясения, но сон уже снова затягивал меня в свои глубины. Я падала в объятия Морфея, всё ещё чувствуя призрачное ощущение его поцелуя на лбу.