«Красавчики» (H&S#1)

28 октября Пятница 10:01 Апчёрч продолжал держать Сомерса на прицеле. Пот по-прежнему блестел в редких волосах и рисовал темные круги подмышками. Но нервозность – если он нервничал – никак не сказывалась на руках. Руки оставались каменно-твердыми, и Сомерсу просто повезло. - Нет, - сказал Апчёрч, когда Сомерс попытался дотянуться до «глока». – Подними руки очень медленно. Я знаю, где ты держишь оружие, Джон-Генри. Мы были напарниками несколько отличных лет, и ты не кажешься мне человеком, который любит перемены. - Ты это сделал. - Сделал что? Я сказал медленно, Джон-Генри. Руки в стороны. Вот так, хороший мальчик. - Пошел ты. - Ну же, давай не будем заканчивать все вот так. – Апчёрч отошел в сторону, не сводя дула с Сомерса. – Ложись на пол. - Застрелишь меня здесь, и все поймут, что это был ты. Они знают, что я поехал сюда. Апчёрч фыркнул. - Суинни и Лендер? Да они не смогли бы поймать простуду, даже оказавшись голыми на Южном полюсе. - Хазард знает, и он куда лучший детектив, чем любой из нас. - Джон-Генри, пожалуйста, не совершай ошибку, принимая меня за идиота. Лучшее, что может случиться с Хазардом, это если ты исчезнешь. А теперь ложись на пол. Сомерс отрицательно мотнул головой и стал красться к двери, от которой отошел Апчёрч. - Нет. Любая кровь, хотя бы капля, будет бросаться в глаза, как сраное полуденное солнце. А тебе это не нужно, особенно с твоей новой работой. - Ты прав. – Апчёрч нагнулся и из-под ведущих в дом ступенек достал метровый обломок бруса. – Дальше все может пойти двумя путями. Эта дверь заперта, и я доберусь до тебя раньше, чем ты сумеешь ее вышибить. А после этого я переломаю тебе ноги, руки и, возможно, ребра. Я могу долго причинять тебе боль, прежде чем дело дойдет до крови. Могу сделать так, что все продлится очень долго, Джон-Генри, а я не хочу этого делать. Не с другом. - Другом? Господи боже, да ты спятил. - Послушай, я сделаю все совершенно безболезненно. В машине у меня есть кое-какие таблетки. Ты примешь пару горстей, уснешь, а я оставлю тебя в твоей машине, где пожелаешь. Может, рядом с обрывами. Это лучше, чем получает большинство людей. - Большинство людей не убивают своих напарников. Зачем ты это делаешь? Амистед, это я еще понимаю. Он помог тебе – вероятно, ты рассказал ему, что совершил ошибку, что нуждаешься в нем, что будешь у него в долгу. У Амистеда, наверное, случился стояк от мысли, что у него в кармане окажется полиция штата, поэтому согласился. А после того, как он помог тебе занести растворитель в трейлер, ты его застрелил, вывез за город и сделал все возможное, чтобы мы никогда не узнали, кто это был. - Ложись на пол, Джон-Генри. - Ты, наверное, надеялся, что никто никогда не найдет тело – тебе было очень выгодно, когда мы не представляли, кто являлся первой жертвой, - но у тебя имелся запасной план. Телефон Чендо. Ты воспользовался им, чтобы представить все так, будто Чендо убил Амистеда. Второе тело, которое, как предполагалось, принадлежало Волонтеру, которого видела Леди Мабб. Ты решил, что мы решим, что двое Волонтеров мертвы, а Чендо Сервантес сбежал, растворился в воздухе. - Ложись на пол. - Ты покрасил руку хной? Могу поспорить, если присмотреться внимательнее, получится разглядеть, где была нарисована татуировка. А еще могу поспорить, что где-то в мусорных мешках лежит лысина. Ты все сделал правильно. Придумал устроить все так, будто у трейлера терлись два лысых Волонтера, и Амистед согласился с твоим планом, потому что… Почему? У него были какие-то твои фотографии? Должно быть, ему нужны были доказательства для шантажа.  - Ложись на пол. Быстро. - Но вот чего я не понимаю, до меня никак не доходит, так это почему парень? Он тебе отсосал, и ты испугался? Ты не ведешь себя как настоящий мачо, но именно тихие люди обычно и удивляют. Так в чем дело? Не мог смириться с тем, что тебе нравится, когда твой член находится во рту у парня? - Этот сраный ублюдок хотел, чтобы я бросил Элдору, - заорал Апчёрч, яростно размахивая пистолетом. – Он возомнил, что мы любим друг друга. Думал, что это какая-то сказка. Мелкому ублюдку нравилось рисовать свастику у меня на руке. Это его заводило, ты не поверишь, что он вытворял, представляя, что его трахает Волонтер. А когда я сказал ему притормозить, он начал мне угрожать. Сказал, что у него есть фотографии. Сказал, что отвезет их Элдоре, покажет, чего мне хочется на самом деле, и тогда я буду вынужден выбрать его, потому у меня больше никого не останется, и я… Что еще хотел сказать Апчёрч, осталось неизвестным, потому что дверь позади него – дверь, ведущая в дом, - распахнулась. Апчёрч начал разворачиваться, поднимая оружие, но Хазард уже был рядом с наведенным на Апчёрча пистолетом. Воспользовавшись тем, что Апчёрч отвлекся, Сомерс выхватил «глок» из маленькой поясной кобуры. - Медленно, - скомандовал Хазард. – Вы оба, очень медленно. На лице Апчёрча отразилось облегчение. - Детектив Хазард, слава богу. – Апчёрч медленно и осторожно повернулся к Сомерсу. – Ваш напарник окончательно свихнулся. Он пытался обвинить меня в убийстве, и он убил бы меня, не будь у меня с собой пистолета. - Чушь, - сказал Сомерс. – Апчёрч, не двигайся. Даже, блядь, не моргай. Хазард, забери у него оружие. Хазард медленно прикрыл глаза, а когда они распахнулись, там плескалась ярость. Сомерс почувствовал, как пересохло во рту, и он забыл все, что хотел сказать. - Детектив Хазард, он сумасшедший, - заявил Апчёрч. – Вы не можете позволить ему… Хазард перебил Апчёрча, обратившись к Сомерсу. - Брось оружие. - Что? – удивился Сомерс. – Издеваешься, что ли? Забери у него пистолет, ради всего святого. - Бросай оружие немедленно, Сомерс. Я не стану просить снова. – Тридцать восьмой калибр в руке Хазарда со сверхъестественной точностью навелся на Сомерса. – Выполняй. Сомерс узнавал смерть, когда видел ее, и прямо сейчас он видел ее в лице Эмери Хазарда. - Хорошо. Но забери и пистолет Апчёрча. Мы поедем в участок и во всем разберемся. Хазард кивнул. Он протянул раскрытую ладонь к Апчёрчу, и тот со вздохом вложил свой пистолет в его руку. Сомерс выдохнул с облегчением. - Теперь ты, - сказал Хазард. - Ты, наверное, худший напарник в истории преступности. Или в мировой истории. Не знаю, что дольше. Вот. – Сомерс положил «глок» на пол. – Доволен? - Пни его. - Да ладно, ты… - Сейчас же, Сомерс. - Боже всемогущий. – Сомерс пнул «глок», и пистолет отлетел к стене. Он поднял руки. – Собираешься надеть на меня наручники? - Думаю, это будет разумно. – Хазард заткнул пистолет Апчёрча за пояс, по-прежнему держа Сомерса на прицеле, и двинулся к напарнику. Беспокойство окатило Сомерса ледяной водой. Этого не могло быть. Просто не могло. Пока Хазард пересекал комнату, Сомерс пытался собраться с мыслями. Когда они доберутся до участка, то все объяснят Крейвенс. Но… Но, может, Сомерс что-то упустил. Может, Апчёрч был умнее, чем представлял себе Сомерс. По какой еще причине Хазард мог поверить, что Сомерс - убийца? Когда Хазард был всего в шаге от Сомерса, достаточно, чтобы ощутить жар, исходящий от его большого тела, почувствовать запах накрахмаленной рубашки и геля для волос, детектив схватил Сомерса за запястье. Хазард начал разворачивать Сомерса к стене, и в этот момент Апчёрч кашлянул. - Отличный момент для финала, ребятки. Не двигайтесь. Через плечо Хазарда Сомерс увидел то, что упустил раньше. С широкой улыбкой на лице Апчёрч держал в руке небольшой пистолет – до этого спрятанный где-то, понял Сомерс. Скорее всего в кобуре на лодыжке. - У него пистолет, - сообщил Хазарду Сомерс. – Еще один. - Я понял. – Хазард замер, словно статуя, но сквозь хватку на запястье Сомерс ощущал невидимую дрожь, пробегавшую по телу здоровяка. То ли страх, то ли адреналин, но скорее и то, и другое. - Жаль, что ты мне не поверил. На самом деле я не планировал умирать сегодня. - Отвали. - Ну, если вас это утешит, - сказал Апчёрч, - здесь вы не умрете. Давайте посадим вас обоих в машину. Детектив Хазард, боюсь, что не могу доверять вашим действиям, так что вы поедете в багажнике. Детектив Сомерсет, а вас, думаю, можно убедить вести себя… Мирно. Сомерс едва слышал Апчёрча. Он знал, что у мужчины есть оружие. Знал, что его жизнь вот-вот оборвется. Но взгляд прикипел к Хазарду, и Сомерс понял, что Хазард смотрит на него в ответ, и в его соломенных глазах горит бледный огонь. Эти глаза требовали внимания. А затем, к удивлению Сомерса, этот взгляд скользнул вниз, к пистолету за поясом Хазарда. - Детектив Хазард, - окликнул Апчёрч. – Сейчас ваша очередь опускать оружие. Пожалуйста, сделайте это, пока ситуация не вышла из-под контроля. - Так же как в старшей школе, - сказал Хазард. Он отпустил пистолет, и в ту долю секунды, пока внимание Апчёрча переключилось на падающий кусок металла, он положил ладонь Сомерса себе на грудь. Точно над сердцем, понял Сомерс, чувствуя упругие, рельефные мышцы и бешеное биение пульса Хазарда. Слова эхом пронеслись в голове Сомерса: так же как в старшей школе. Так же как в старшей школе. Так же как… Ох. Сомерс толкнул так же, как толкнул Хазарда на лестнице много лет назад. Свободная рука нырнула вниз, выхватывая пистолет из-за пояса напарника. Хазард рухнул на пол, подставив плечо и перекатившись, чтобы сразу вскочить на ноги. Сомерс нажал на курок. Ничего не произошло. Ледяная волна паники обрушилась на Сомерса – предохранитель не был снят. Хазард не смотрел на Сомерса, но тот почти физически ощутил его удивление. Они потеряли сиюминутное преимущество. Апчёрч взмахнул рукой, и пистолет на мгновение повернулся в сторону Хазарда. Большим пальцем Сомерс тронул предохранитель, уже понимая, что опоздал. Апчёрч снова наставил оружие на Сомерса. Он завалит Сомерса, а потом убьет Хазарда. Потребуется всего два выстрела. Затем Хазард зарычал и бросился вперед. Апчёрч вздрогнул. Пистолет дернулся в сторону – инстинктивная реакция на большую движущуюся цель. По гаражу разнесся звук выстрела, и Хазард покачнулся. Предохранитель на пистолете Сомерса сдвинулся. Указательный палец напрягся. Оружие дрогнуло в руках, и раздался второй выстрел. Голова Апчёрча откинулась назад. Кровь, кости и мозги забрызгали дверь в дом и стену гаража. Через мгновение его ноги задрожали и словно растаяли, и Апчёрч сполз на ступеньки, а взорванный затылок повернулся к Сомерсу. К горлу подкатила тошнота, но Сомерс заставил себя сглотнуть желчь. Прижавшись к дальней стене, обмякший Хазард едва держался на ногах. Большой рукой он зажал плечо, но по груди уже расползалось темное пятно. - Господи боже, - воскликнул Сомерс, кидаясь к напарнику. Он подхватил Хазарда, помогая опуститься на пол. – Держись. С тобой все будет в порядке. – Сомерс порылся в кармане, вытащил телефон и набрал 911. – Стрельба с участием офицера, - крикнул он в трубку. Затем назвал адрес Апчёрча, бросил телефон рядом с ними и вывернулся из пиджака. Свернув ткань, он прижал комок к груди Хазарда. – Эй. Не закрывай глаза. Веки Хазарда дрогнули, и Сомерс впервые обратил внимание на длинные черные ресницы. Эти глаза – цвета кукурузы в конце лета, цвета меда, цвета кошачьих глаз – сонно моргнули, но, когда он заговорил, голос был тверд и полон презрения. - Черт возьми, что с тобой не так? – спросил он. – Никогда раньше пистолет не держал? - Какого черта ты поставил его на предохранитель? – огрызнулся Сомерс, борясь с волной паники, когда наклонился, чтобы усилить давление на рану. Крови было много, ужасно много. – Какого черта ты не поверил мне и не арестовал Апчёрча? - Я не был уверен, - ответил Хазард. Глаза, похожие на жидкое золото, снова моргнули. – Пришлось подождать его хода. И за каким хреном мне засовывать в штаны заряженный пистолет не на предохранителе? Где-то вдалеке послышался вой сирен, и Сомерс почувствовал, как из груди рвется то ли смех, то ли рыдание. - Ты просто сумасшедший. Ты же в курсе, да? Глаза Хазарда снова распахнулись, золотые, как солнечный свет, и он поднял руку. Окровавленным пальцем провел по скуле Сомерса. - Господи, какой же ты красивый. Я хотел сказать тебе это двадцать лет. – Он сделал вдох, закашлялся и вздрогнул от боли. – Прости меня за то, что я сказал. И за то, что сделал. Из груди Сомерса рвался еще один всхлип. - Думаешь отделаться извинением и комплиментом? Черта с два. Ни за что. – Звук сирен становился громче, они орали так, что почти заглушали вопли в голове Сомерса. – Нам с тобой есть о чем поговорить. Дни, недели, годы разговоров, и это для начала. Тебе предстоит много всего, прежде чем я с тобой закончу. Открой глаза, черт бы тебя побрал. Открой глаза! Окровавленные пальцы Хазарда сжали челюсть Сомерса тем же движением, как в ту ужасную ночь, но на сей раз прикосновение было нежным, а глаза пугала скрывались под полузакрытыми веками. - Такой красивый, - только и успел сказать Хазард прежде, чем рука опустилась. – И такой тупой иногда. – Его губы изогнулись в полуулыбке. – Со мной все в порядке, Сомерс. Я никуда не собираюсь уходить. А потом появились медики, оттеснили Сомерса в сторону, срезали с Хазарда рубашку, разложили инструменты и принялись за работу. Суинни тоже приехала, и Лендер, и даже Крейвенс. Сомерс моргал, пытаясь все осознать и не понимая ни слова из того, что говорили они все, даже Крейвенс. В конце концов его оставили наедине со Суинни, старавшейся молчать, пока врачи не переложили Хазарда на носилки и не покатили к машине скорой помощи. Суинни достала из сумки влажную салфетку и взяла Сомерса под руку. - Я поведу. У тебя кровь на лице. Отмахнувшись от предложенной салфетки, Сомерс поднял руку и прикоснулся к следам, оставшимся от пальцев Хазарда. Мелькнула безумная мысль, что он больше никогда не будет мыть лицо, никогда, пока Хазард в порядке. Он попытался вдохнуть. - Я знаю.