Бариста, любовник, лжец

***

Девушка со слегка высокомерным взглядом, в деловой одежде и светлыми, красиво уложенными волосами вошла в двери современного многоэтажного здания и подошла к администратору делового центра. — Добрый день! Могу ли я Вам помочь? — сразу мягко спросила невысокая девушка за стойкой в строгом костюме. — Можете. У меня назначена встреча с детективом Куинто в его офисе в одиннадцать часов, — девушка обладала очень нежным, обволакивающим, и при этом властным голосом. Блондинка протянула администратору чёрную визитку с водяными знаками на ней. Белым, слегка отдающим серебряным, цветом, и красивым шрифтом с засечками было написано: ________________ ZACHARY QUINTO Senior Investigator BLACKWOOD INVESTIGATIONS «We see what others miss» *Ph n: (212) 555-0184* ________________ И сбоку, на самой визитке была написана дата и время белым маркером. Администратор, явно видевшая такие визитки не в первый раз, отдала её обратно: — Восьмой этаж, проходите пожалуйста. Прозрачные створки открылись, пропуская эту важную особу. Второй администратор проводил девушку глазами и повернулся на коллегу: — Видела? Точно какая-то стервочка с деньгами. Ещё и к детективу идёт. — Да, там по-любому какая-то интрижка. Блондинка мягко нажала на кнопку и, дождавшись лифта, вошла в него и так же нежно нажала на кнопку с цифрой «8».       Прозрачный лифт аккуратно начал подниматься вверх, постепенно открывая вид на город. Девушка опёрлась руками на перила и начала рассматривать дома вокруг. Элизабет любила пафос не меньше, чем выглядеть так, чтобы привлекать внимание всех мужчин в её окружении (и не только мужчин). Она, поймав своё отражение в стёклах лифта, поправила причёску и вальяжно вышла из открывшихся дверей.       В коридоре уже стоял элегантный брюнет в классической деловой одежде: прямые чёрные брюки, белая рубашка с закатанными по локоть рукавами, тёмно-изумрудная жилетка и дорогие очки в чёрной оправе. Увидев свою клиентку, брюнет поприветствовал её своей уже давно отработанной и появляющейся на лице автоматически улыбкой: — Элизабет, приветствую. — Здравствуй, Закари, — подошла к нему ближе девушка и тоже улыбнулась. Но её улыбка сильно отличалась: это мимическое выражение было ничем иным, как оскалом хищника, готового через секунду вцепиться своими острыми зубами в шею ничего не подозревающей жертвы. — Идём, я приготовил документы на подпись. Они прошли дальше по коридору, и зашли в кабинет за тяжёлой деревянной дверью, который был обставлен в тёмных цветах с бежевыми элементами. — Итак, ты можешь ознакомиться с нашим договором прямо сейчас, — сел за своё рабочее кресло Закари и поправил очки. Лиз села напротив него в гостевое кресло: — Ты точно понял всё, что я тебе описала в письме и приложенных файлах? — Конечно. Как я понял из твоих документов, то ты являешься владелицей строительного холдинга и хочешь завладеть частью имущества Леонарда. Ещё несколько лет назад, когда ваши отношения уже близились к свадьбе, ты настояла на подписании предварительного брачного договора, или соглашения о совместном имуществе, где был пункт: «В случае измены одного из партнёров, инициировавшей разрыв, изменявшая сторона теряет право на долю в совместно нажитом имуществе/компенсацию». И я заметил там пункт, в котором даётся определение измены для того, чтобы тебе было, за что зацепиться. «Изменой считается связь, романтическая, интимная или любая другая, с лицом противоположного пола». Теперь же ты обвиняешь Леонарда в измене и хочешь отсудить у него квартиру и деньги в качестве компенсации. Я что-то упустил? — Всё правильно, — согласилась Элизабет и взяла со стола договор, который она собиралась подписать с Закари. — И ты правильно понял, что мне требуется от тебя? — Я прописал это в договоре: тебе требуется от меня доказательство его «измены», — последнее слово Зак взял руками в кавычки. — От меня требуется слежка за твоим бывшим, и ловля на фотоаппарат моментов, когда он будет вместе с другой женщиной в любом публичном месте. — Именно. Тогда я смогу докопаться в суде до него, используя фотографии, и смогу отсудить то, что хочу. Скулы частного детектива на секунду дрогнули, и он откинулся на спинку кресла: — Но, даже если я смогу поймать что-то, похожее на роман, это же не факт, что ты сможешь доказать их связь в суде? — Здесь мне на руку может сыграть многогранность самого понятия слова «связь», — хищно улыбнулась блондинка. — А это уже не первый твой суд, я правильно понимаю? — слегка прищурился брюнет. — Ты нашёл архивы моего прошлого суда? — удивилась клиентка. — Нет, просто по опыту вижу. Работа детективом подразумевает не только умение работать в тени и уметь быстро анализировать происходящее, но подразумевает и некоторые знания психологии людей. — Так ты ещё и психолог? — блондинка закинула одну ногу на другую. — Немного. Тогда, раз мы друг друга поняли, то ты можешь ещё раз прочитать договор и подписать его. После оплаты я сразу же начну работать над твоим случаем. — Хорошо, дай мне три минуты и я всё подпишу, — начала снова читать содержимое документа девушка. — Тогда я приготовлю кофе. — Отлично, спасибо.

***

— И именно поэтому я должен притвориться геем, — сказал Маккой, почесав подбородок. Они всё ещё сидели в кабинете Леонарда: старший — за своим рабочим креслом, а Пашка на том же стуле, что и прежде. — То есть, ты считаешь, что если в вашем подписанном ранее договоре стоит расшифровка, что изменой считается связь с противоположным полом, то, доказав, что ты, такой деловой и серьёзный — гей, тебе не нужно будет делиться имуществом с этой стервой? — Да. — И с чего ты это решил? — С того, что документ изучил один классный адвокат и он назвал эту стратегию единственным возможным вариантом. Если я гей, то связь с женщиной технически невозможна как «измена» в рамках договора. Я не мог изменить Лиз с женщиной, потому что меня не привлекают женщины. Значит, её обвинение — ложь, и она пытается меня подставить. Она наверняка заявит в суде, что наши отношения были не просто личными, а де-факто брачными, ведь гражданский брак можно признать через суд. И она может заявить, что вкладывала деньги в наше общее будущее, а я её «кинул». Элизабет, исходя из её знаний в недвижимости и законах о распределении имущества в браке и после разводов, потребует половину имущества, как «компенсацию за совместные инвестиции и моральный ущерб». Но Джим нашёл гениальную лазейку, честно говоря. — Ну у вас и игры, в высоком обществе, — фыркнул парень. — Знаешь, чем хороша простая жизнь без кучи денег и имущества? Нечего терять. Вот, скажем, если я откажусь от работы с тобой, то я ничего не потеряю — просто продолжу пахать и буду оплачивать все свои расходы потихоньку. — Но ты же пришёл сюда не для того, чтобы отказаться. — Тоже верно. Кто ещё мне будет платить деньги за ничегонеделание? — Эй, прекрати думать, что от тебя ничего не будет требоваться. До суда мы должны хорошо поработать над нашим отношением друг к другу. Ты должен будешь сам поверить в то, что мы — пара, иначе всё будет напрасно. — Да расслабься ты, Лео, — махнул на него рукой парнишка. — Просто погуляем вместе, подержимся за руки и всё. — Ты, видно, не слишком внимательно меня слушал. Я ещё говорил про суд. — И что там с судом? Меня же это касаться не будет. — Будет. Если у нас всё получится и если Лиз наймёт детектива, а он поймает нас вместе, то тебя, возможно, позовут в суд, как свидетеля со стороны защиты. И там твою ложь узнают сразу. В суде есть прокурор, адвокат со стороны обвинения, присяжные… Если ты хоть где-то что-то скажешь не так, то тебя там и утопят, а я проиграю дело. — Я хороший актёр, поверь мне: я каждый день улыбаюсь клиентам и разговариваю с ними, слушаю их истории, даже если мне вообще не до них. Леонард отрицательно покачал головой: — Да тебя раскусит даже самый неумелый адвокат. — Спорим? — с ухмылкой протянул открытую ладонь бариста. — Я расколю тебя за минуту, — пожал ему в ответ руку старший и, не став разнимать их ладони, обхватил запястье младшего свободной левой рукой. — Итак, мистер Чехов, скажите нам: у вас с мистером Маккоем романтические отношения? — А, мы уже играем, — вдруг выпрямился на стуле парень. — Да, ваша честь, мы состоим в интимных отношениях с Леонардом Маккоем уже несколько месяцев. Маккой внимательно смотрел на своего друга, не отводя взгляд от его лица ни на секунду: — Какого цвета обои в комнате Леонарда? — Тёмно-фиолетовые, у него в комнате есть не только обои, кстати, — начал кокетничать студент. — Самое главное в его комнате — это огромная двуспальная кровать с очень удобным матрасом. — Как часто вы выбираетесь с мистером Маккоем в публичные места? — Так часто, как можем: я недавно попросил начальника в кофейне слегка перестроить мой график. Благодаря этому мы стали чаще видеться и просто наслаждаться временем, проведённым вместе. Леонард глубоко вздохнул и отпустил руку парня: — Фантазёр ты, конечно, великолепный. Но тело и мимика тебя выдадут. Даже если они не будут проверять тебя на полиграфе, то твоё раскрасневшееся лицо и бегающие глаза с таким частым интервалом моргания заметит любой хороший адвокат или прокурор. Ложь нужно уметь выдавать за правду. И над этим нам предстоит работать. Ты должен сам верить в свою ложь, понимаешь? — Понимаю, — потёр свою руку студент. А что такое… Полиграф? — Современная версия детектора лжи. Она считывает твои физические показатели во время опроса. Если врёшь, то это будет видно сразу. Но я не уверен, что они до такого дойдут. Скорее всего, выберут классическое «руку на Библию». — Но до этого ты не говорил, что мне придётся выступать в суде… — Поэтому я и настоял на нашей встрече: чтобы всё подробно тебе объяснить. И завтра, если у тебя найдётся время, мы можем съездить к моему адвокату… — Завтра я работаю с самого утра до семи вечера. — Чёрт, значит, послезавтра. — Без проблем. Тогда, раз уж мы всё обсудили, я поеду домой, пока транспорт ещё ходит. — Я отвезу тебя. — Правда? — обрадовался младший и потянулся на стуле. — Класс, то есть, ты ещё и водителем моим будешь? — Не каждый день, поэтому не надейся. — А в гости к тебе заедем? — Это ещё зачем? — Чтобы я знал, какого цвета у тебя в комнате обои, и смог ответить на подобные вопросы в суде. — Только не в первый же день после обсуждения нашего уговора. Как только подпишем бумаги, тогда и начнём усиленно работать над тобой. А сейчас собирайся.

***

      Они вместе покинули этаж, проехались на лифте и покинули медицинский центр под любопытные взгляды ночных администраторов. На парковке их ждал чёрный мерседес, который по команде пульта открылся, стоило Лео нажать кнопку. — А ты очень неплохо зарабатываешь, я смотрю. — Садись уже, — Маккой открыл водительскую дверь и кинул свою сумку назад. Они сели рядом, пристегнулись и переглянулись: Паша смотрел с удовольствием от мысли, что не придётся ехать на общественном транспорте, а Леонард — с готовностью вбивать адрес в навигатор. — Так что, где ты живёшь? — На севере. — А если конкретнее? — 3 Запад 200 Север, Баунтифул, Юта, — продиктовал точный адрес парень. — Баунтифул? Там одни частные дома… — Нет, там есть двухэтажки, в которых можно снимать комнаты дешевле, чем в городе. — Не знал. Давно я туда не ездил. — А сам ты где живёшь? — В Даунтауне, напротив парка Пайониир. — Почему-то я даже не удивлён, — усмехнулся младший. — Я бы больше удивился, если бы оказалось, что мы живём в одном районе. Конечно, мистер деловой костюм, где тебе ещё жить? Только в самом богатеньком районе. Леонард внезапно усмехнулся и покачал головой: — Считаешь меня выпендрёжником? — Нет, считаю тебя просто тем, кто нашёл своё дело и прилично на нём зарабатывает. — Даже так? Это приятно слышать.       Дорога до дома Чехова, согласно навигатору, составляла полчаса: они поначалу ехали молча, а в машине тихо играло радио. Леонард то и дело поглядывал в зеркала заднего вида и боковые зеркала, время от времени прищуриваясь. Стоило им выехать на широкое шоссе, Маккой глубоко вздохнул: — Либо я параноик, либо та машина позади преследует нас. Пашка встрепенулся и хотел было повернуться назад, спросив: — Какая из них? Брюнет тут же остановил рукой голову младшего, прихватив его за подбородок и вернув Пашку в прямое положение: — Не вздумай оборачиваться, а то водитель сразу поймёт, что мы его засекли. Иссиня-чёрная бмв, можешь аккуратно посмотреть через боковое зеркало. Студент проверил дорогу справа сзади и, как сказал старший, увидел на приличной дистанции от них хищную бмв новой модели очень тёмного оттенка синего. — И давно ты её заметил? — Сразу не заметил, но у меня такое ощущение, что она начала ехать за мной, как только мы выехали из клиники. — У тебя есть враги? — С такой бывшей, как Лиз, вполне могут появиться. Либо она уже успела нанять детектива, чтобы начать ловить меня на измене. — Интересно. Чувствую себя каким-то героем триллера или романа. Чехов, испытывая безумное любопытство и драйв от всего происходящего, начал довольно улыбаться, чем немного поразил водителя: — Хватит улыбаться, это же не игры и не кино. — Извини: постараюсь быть серьёзней.       Они, съехав с трассы, начали движение по северной части города: уже через пять минут мерседес подъехал к небольшому двухэтажному комплексу, в котором сдавались небольшие квартиры в аренду для людей, работающих в центре города. — Да, район выглядит максимально небезопасно, — оглядел все дома в округе Лео. — Ну что, это твой дом? — Да, мой. А где же та машина, что преследовала нас? — Не знаю. Через зеркала я её не вижу. Может, я действительно становлюсь параноиком? — Не думаю. У тебя уж точно внимание к людям и всяким мелочам лучше моего развито. Отстегнув ремень, студент повернулся на водителя: — Что ж, здесь мы с тобой прощаемся. Спасибо, что довёз и хорошего вечера в твоей шикарной квартирке в ДаунТауне. Я пошёл. — Тебе тоже хорошего вечера, Паша. До послезавтра. — Заходи завтра утром за кофе, — подмигнул ему бариста и открыл дверь.       Вдруг через зеркало заднего вида брюнет увидел ту самую тёмную машину: она, медленно проехав мимо, остановилась на парковке небольшого супермаркета в конце улицы. — Кто же останавливается на парковке супермаркета, который уже закрыт? Да, Лиз, хреново ты выбираешь себе наёмных работников, чтобы следить за моими передвижениями. Леонард, решив воспользоваться моментом, сразу вышел из машины: — Эй, Паша, постой. Студент, уже почти зашедший в свой подъезд, повернулся на голос: — Что такое? Я что-то забыл? — Я кое-что забыл, — Маккой подошёл к студенту и крепко его обнял. — А тебе не кажется, что мы как-то рано начали играть, — вдохнул побольше воздуха студент, потому что кислорода парнишке явно перестало хватать. Лео ответил ему чуть ли не на ухо, вызвав волну мурашек на спине баристы: — Не нервничай. На конце улицы остановилась та самая машина. Просто обними меня в ответ. — Ё-моё, то есть за нами реально следят… Пашка обвил руками шею своего «любовника» и прижался к нему крепче: — И ты думаешь, это поможет? — Хотя бы создаст видимость того, что мы не просто друзья или коллеги. И ещё одно: как войдёшь в квартиру, не включай свет сразу: подожди, пока я уеду и отправлю тебе сообщение. Так владелец той машины хотя бы не будет знать, где именно ты живёшь. — Знаешь, а ты умеешь пугать. Так что, расходимся? — Да. Будь осторожен. И не забудь подождать со светом, пока я не уведу эту машину за собой. — Ты тоже будь осторожен, а то от кого я буду получать три тысячи долларов? — Вот же корыстный бариста, — первый разорвал объятие старший и, кивнув, неожиданно нежно коснулся губами лба студента, от чего Пашу начало бросать в жар. — Работай над эмоциями, серьёзно. Иначе твоё красное лицо нас обоих выдаст. Счастливо!       Маккой помахал студенту рукой и сел обратно в свой мерседес. Пашка помахал ему в ответ и, делая вид, что провожает взглядом своего «любовника», аккуратно перевёл взгляд на конец улицы. Там, на парковке, действительно стояла тёмная машина. Автомобиль Леонарда свернул за угол и, набрав скорость, скрылся за другими домами. Через несколько секунд тёмная машина завелась и выехала с парковки, перебравшись на ту же полосу, где несколько секунд назад проехал Лео. Чехов глубоко вздохнул и повернулся ко входной двери: — Да уж, ну и влип я, конечно.

***

(несколько часов назад, кабинет Закари)       Элизабет подписала договор в двух экземплярах и протянула один детективу: — Оплату я уже провела. Хотелось бы, чтобы ты начал свою работу уже сегодня. — Так сразу? — Чем больше ты узнаешь, тем больше вероятность моей победы в суде. Он работает в «Nova Medical Center», ездит на чёрном мерседесе, не перепутаешь. Рабочий день обычно заканчивается в шесть, но он часто задерживается на работе, так что вполне может быть в клинике до семи или восьми. Если нужна мотивация, могу доплатить… — Нет, не стоит. Ты и так внесла полную оплату. Я начну сразу, как закончу с тобой и ещё одним моим клиентом. — Но помни: моё дело должно быть на первом месте, Закари. Если будешь пытаться угнаться за двумя делами… — Другой клиент никак не помешает мне, поверь. Я начну слежку сегодня. — Хорошо. Раз так, тогда я поеду, пожалуй. Блондинка встала со стула, что сделал за ней и брюнет. Они по-деловому пожали друг другу руки: — С тобой приятно иметь дело, мистер Куинто. — Как и с тобой, мисс Стейн. Девушка вышла из кабинета и закрыла дверь, оставив в раздумьях частного детектива. — Да уж, это не женщина, а самый настоящий ягуар.

***

      Закари, доехав на своём бмв до клиники, вышел из машины и начал искать на парковке чёрный мерседес. Как и говорила Лиз, рядом со входом стоял чёрный элегантный автомобиль новой модели. — А она как в воду глядела, — запомнил номер машины брюнет и пошёл обратно в сторону своей припаркованной через дорогу машины.       Конечно же, работа частного детектива предполагала не только слежку за объектом, но и анализ действий этого объекта, сбор его рутинных передвижений, запись и фотофиксацию. Только с помощью точных данных сторона обвинения могла выиграть дело об измене и выплате компенсации.       Всю дорогу Зак следовал за автомобилем, то скрываясь в потоке машин, то снова появляясь в том же ряду. Когда мерседес свернул в сторону северной части города, детектив смутился: — А вроде Элизабет говорила, что он живёт в ДаунТауне… Подвозит своего пассажира? Куинто двигался с максимально возможной дистанцией, стараясь не привлекать внимания. Таким же образом Зак поехал за Лео в Баунтифул и проехал мимо машины, когда та остановилась в небольшом дворике.       Закари нашёл конец улицы, с которого, пусть и с помощью фотоаппаратуры, но можно было наблюдать за происходящим перед двухэтажным комплексом, и припарковался, отключив все возможные источники света в салоне. Брюнет достал фотоаппарат и выставил ночной режим. Он приблизил масштаб, и заметил, как из мерседеса вылез какой-то кудрявый парнишка. — А это ещё кто? — сразу начал делать серию фотографий брюнет. — Коллега? Друг? Куинто сделал ещё несколько фото, и был удивлён, когда из машины выскочил Лео. В момент, когда объект его слежки начал долго обниматься с парнишкой, Зак удивлённо приоткрыл рот: — И как вас понимать? Зак фотографировал почти каждую секунду, чтобы позже выбрать удачные и самые качественные фотографии. В его объектив также попал и момент, когда Маккой поцеловал студента в лоб. — Это уже что-то… Нестандартное, — проговорил Зак, сделал ещё около десятка фото, дождался, когда Лео сядет в машину и сразу выключил фотоаппарат. — У Лиз точно будут вопросы ко мне, — поправил очки детектив и, пропустив Маккоя, завёл свою машину.

***

Паша набрал телефон Лео. Через пару секунд на звонок ответили: — Ты уже в квартире? — Да. И я видел ту машину: как только ты уехал, она завелась и уехала. — И ты так открыто стоял и наблюдал за ней? — Делал вид, что провожаю тебя. — Павел Чехов, неужели мои инструкции были недостаточно ясны? — Если бы я увидел, что из машины кто-то выходит, то сразу бы ушёл внутрь. — Чёрт, ладно. Главное, что он не остался там, чтобы следить за тобой. Можешь уже включать свет. Надеюсь, ты не забыл закрыть входную дверь? — Я из России. Мы никогда не оставляем двери в квартиру открытыми. Нас с детства учат правилам безопасности. — Это радует. Тогда до встречи… Ты записал себя у меня в контактах как «МОЙ ПАРЕНЬ»? — А что, тебе не нравится? — Просто очаровательно, — сказал с иронией брюнет на том конце провода. — Ладно, пусть будет так. Доброй ночи и до встречи. — Тебе тоже. До встречи, — Пашка первый бросил трубку и, сняв обувь, наконец включил свет в своей небольшой студии. — Игра началась.