Бариста, любовник, лжец

***

      Послезавтра наступило намного быстрее, чем мог ожидать Чехов: рабочий день пролетел, словно метеорит, сменившись выходным.       Пашка проснулся от внезапного уведомления в десять утра. Подтянув к себе мобильный, парень разблокировал смартфон и зашёл в сообщения. — О, мистер деловой костюмчик решил разбудить меня пораньше? — по-детски наивно улыбнулся блондин и тут же, удивившись своей реакции, убрал с лица довольное выражение, напрягшись. — А я зачем улыбаюсь, как влюблённый дурачок? Хотя для нашей игры, наверное, так даже лучше. Студент начал читать большое сообщение: «Доброе утро, Паша. Я заеду за тобой через час, и мы вместе поедем к моему знакомому адвокату. Оденься, пожалуйста, поприличнее. Захвати с собой паспорт. После адвоката можем поехать куда-нибудь и перекусить. А потом заглянем ко мне домой: я покажу тебе свою квартиру, чтобы ты знал, как она выглядит. Буду стоять на конце улицы, где в прошлый раз остановилась бмв. Не опаздывай» — Слишком много точек, мистер серьёзность. Как можно писать предложения с точками? Это же ощущается, как удар ножом, — откинул телефон на вторую подушку Павел и потёр сонные глаза. — Ладно уж, оденусь прилично, раз появилась такая просьба от моего работодателя.

***

      Леонард припарковался напротив супермаркета: именно на этом месте он позавчера видел машину, преследовавшую его от самой клиники. И пока Маккой провожал глазами проходящих мимо людей с пакетами и тележками, его взгляд вдруг задержался на молодом парне на другом конце улицы. Это был Паша, только одет он был максимально отдалённо от того, что Маккой привык на нём видеть: длинное пальто, так удачно подчёркивающее его стройную фигуру, чёрные прямые брюки с ремнём и рубашка благородно-синего цвета. Стоило студенту повернуться и увидеть знакомый чёрный мерседес, он сразу же начал перебегать дорогу. — Доброе утро, — заскочил в машину студент. — Как тебе мой внешний вид? Маккой ещё раз оглядел парнишку, потянулся руками к горлу Паши и поправил воротник, выпрямив его сзади: — Очень солидно. С таким не стыдно появиться на публике. — А вообще по одежде не судят, знаешь? У меня часто бывают клиенты в очень дорогой одежде, с дорогими телефонами и сумками, которые не оставляют чаевые. И наоборот: иногда люди, выглядящие, как бомжи, дают по пять-десять долларов на чай. — Ладно, ладно, едем. Пристегнись.

***

(позже в районе ДаунТаун, деловой центр недалеко от клиники)       Сам бизнес-центр производил приятное первое впечатление: строгое оформление, приветливые администраторы на входе, чистота и минимализм — всё это дарило ощущение дороговизны и стиля.       Маккой, буквально на пару секунду вынув из кошелька визитку, сразу же был пропущен администратором. Они вместе с Чеховым встали напротив дверей прозрачного лифта. Сзади них встал стройный брюнет в элегантной классической одежде. Он был полностью погружён в свой телефон и даже не видел, кто стоял перед ним и перед лифтом. Через несколько секунд прозрачные двери открылись, и парни двинулись вперёд, а за ними внутрь вошёл и брюнет. Стоило незнакомцу оторвать глаза от телефона, его взгляд стал стеклянным, а скулы напряжённо дёрнулись. — Вам на какой этаж? — доброжелательно спросил блондин. — На восьмой, — слегка зажато ответил мужчина и прошёл дальше между парней, заняв место у дальней стенки. — А нам на шестой, — сказал Леонард. Парнишка нажал обе кнопки и встал напротив своего «любовника» с ухмылкой. Брюнет в очках пытался в это же время слиться со стеной. — Так что, как тебе мои штаны? — Хорошие, — ответил Лео немного безразлично. Лифт в этот же момент начал медленно подниматься. Закари, воспользовавшись своей позицией у стены, быстро включил диктофон и начал незаметно записывать разговоры внутри кабины. — Просто «хорошие»? Да уж, Лео, для моего будущего мужа ты слишком безразлично реагируешь на мои наряды, — немного надул губы младший. — А как мне реагировать? Я же сказал, что хорошие. — Ты в машине выглядел более восхищённым моей одеждой, когда так аккуратно поправлял мой воротник своими мягкими пальцами.       Маккой был поражён тем, как спокойно Паша флиртовал и говорил такие двусмысленные фразы прямо на публике. Леонарду, откровенно говоря, такая способность Чехова играть свою роль в присутствии других людей нравилась. И, решив подыграть парню, брюнет прищурился, а затем подошёл вплотную к студенту: младший от неожиданности упёрся спиной к стене лифта и задержал дыхание. — Давай держать себя в руках хотя бы в публичных местах. А после деловой встречи я уже смогу уделить время не только твоему воротнику. Сказав это, Леонард ухмыльнулся и заговорчески подвигал бровями. Пашу можно было даже не просить продолжать показывать спектакль: он получал огромное удовольствие, играя на людях в крутого парня-гея: — Устроишь мне повторный осмотр, как в тот вечер в твоём кабинете? — Боже, надеюсь, что мой практикант не растрепал всей клинике, что видел нас в процедурной вместе. Иначе про персональные приёмы по вечерам придётся забыть. Двери лифта открылись на шестом этаже, и парни вышли, держась за руки. Стоило дверям закрыться обратно, Зак тут же остановил запись диктофона и в шоке открыл рот: — Какого чёрта у них там происходит?

***

      Секретарь адвоката, говорившая с кем-то по рабочему телефону, подняла глаза на подходящих к стойке Лео и Пашу. Ничего не дав им сказать, она молча показала им на дверь кабинета и утвердительно кивнула, давая понять, что их ожидают. Маккой кивнул ей в ответ и, прихватив Чехова за рукав пальто, потянул парнишку дальше, к кабинету адвоката. — Знаешь, а ты неплохо сыграл, — похвалил негромко своего «любовника» Леонард. — Я ожидал всего, кроме того, что ты выдал в ответ. Я думал, что ты опять начнёшь читать мораль про мою излишнюю пошлость… — Но после твоего трюка в клинике я понял, что, чем больше мы будем играть, тем быстрее поверим в свою ложь. Поэтому отныне я не буду останавливать твои пошлые намёки и улыбки, а буду стараться тебя переиграть. — Вот это да, — Чехов поразился такой смене мышления старшего и первый открыл тёмно-коричневую деревянную дверь.       В просторном кабинете всё было обставлено стильно, но сдержанно: ничего лишнего в виде украшений или деталей интерьера не было: в шкафах стояли книги и бесчисленные папки разных цветов. На рабочем столе располагался компьютер, канцелярия и папки с бумагами по разные стороны от компьютера. Блондин, сидевший в кресле около кофейного столика, встал, заметив, что дверь открылась. — Леонард, привет, — первый протянул ему руку блондин. — Джим, рад видеть. — А это, значит, твой «парень», — последнее слово Кирк пальцами взял в кавычки и сразу же потянулся к Чехову. — Джим Кирк. Приятно познакомиться. Они пожали друг другу руки и сели вокруг кофейного столика: Джим расположился в том же кресле, в то время как Маккой и Чехов вместе сели на диван. — Кофе, чай? — спросил хозяин кабинета. — Кофе, — сказал Лео. — Чёрный чай без сахара, — сказал следующим Пашка. Кирк нажал на несколько кнопок стационарного телефона в центре стола: — Кристин, приготовь нам два кофе и чёрный чай без сахара, пожалуйста. — Хорошо, сэр, — ответила девушка на том конце провода. — Так что, приступим к обсуждению? — улыбнулся им блондин, на что старший сразу же ответил: — Да, конечно.

***

      Джим, отпив кофе, потёр глаза: — Я долго перечитывал договор, просматривал все допустимые законом лазейки в этом деле. И смотрите, к чему мы пришли: теперь вы, ребята, должны будете притвориться парой, чтобы выиграть дело. — Ты уже подготовил договор? — отпил кофе из чашки Лео. — Конечно, — блондин поднялся с кресла, взял со своего рабочего стола несколько документов и вернулся обратно, протянув Лео и Паше по одному экземпляру, а себе оставив третий: — Паша, в этом договоре я, по просьбе Лео, прописал все детали вашей с ним сделки: если говорить коротко — ты помогаешь Леонарду с его игрой в гомосексуальную пару, а он платит тебе каждый месяц за твои труды. Сумма не зависит от количества ваших встреч или от того, что ты делаешь в течение месяца. Три тысячи долларов будут поступать на твой банковский счёт первого числа каждого месяца. По окончании суда, в случае выигрыша дела, Леонард обязуется выплатить тебе дополнительно пять тысяч долларов. В случае проигрыша он не будет взыскивать с тебя ничего. Ты останешься со всеми своими честно заработанными деньгами. Ваш договор не предполагает тесный физический контакт, то есть ты не обязан заниматься с Леонардом сексом. Речь идёт про сугубо романтические связи и контакты. Тебя нанимают не как проститутку, а как актёра, способного сыграть свою роль. Суд состоится через два месяца. За это время тебе необходимо максимально изучить всю жизнь Леонарда: например, его квартиру, его привычки и предпочтения в разных обыденных вещах. Чем больше ты запомнишь, тем больше вероятность выиграть дело. В суде будут присутствовать прокурор, адвокат со стороны обвинения, присяжные и сам судья, которые будут смотреть на тебя со всех сторон. За оставшиеся два месяца ты должен убедить себя в том, что вы с Леонардом — любовники. По-другому не получится убедить окружающих в вашей с ним связи. Чехов внимательно выслушал адвоката и, пролистнув договор, спросил: — То есть, никаких подтекстов, которые внезапно появятся из ниоткуда? Никаких коллекторов после окончания дела? — Конечно нет. Но, даже если ты сомневаешься, то всегда сможешь подать в суд на Лео и помочь Лиз в пересмотре её дела. — Если тебе нужно подумать над подписью и прочитать договор внимательнее… — начал было говорить Маккой, но Пашка взял синюю ручку со стола и, открыв последнюю страницу, расписался, написав свои инициалы рядом. Джим и Лео удивлённо переглянулись. — Ладно, мне нужно подписать только один экземпляр? — Три: один будет у тебя, другой у Лео, третий — у меня, — протянул парнишке второй экземпляр адвокат. — Ты меня поражаешь своей скоростью принятия решений, — Маккой положил свой экземпляр рядом с рукой Пашки на стол. — Я вам верю. Сомневаюсь, что у вас тут какие-то непонятные бумаги с мелким шрифтом. И, если меня хоть кто-то обманет, я найду твою бывшую и всё ей растреплю. — С моей стороны всё будет честно. Жду от тебя той же честности и доверия. Студент довольно быстро расправился с тремя экземплярами и откинулся на диване, довольно попивая чай из чашки. — Если у тебя есть какие-то вопросы касательно выполнения ваших с ним условий договора, то можешь задать их сейчас, — сказал Джим, закинув одну ногу на другую. — Вопросов больше нет. У меня точно нет. — Тогда я быстро схожу к секретарше, всё подпишу, заверю и вернусь обратно, — Кирк забрал документы и вышел из своего кабинета. Маккой повернулся на младшего с чашкой кофе: — Теперь ты мой официально задокументированный любовник. — Очень рад, мистер деловой костюмчик. Буду продолжать отпускать пошлые шуточки и добавлять подтекст в наши разговоры. — Я тоже постараюсь делать это. Но то, что мы сделали в лифте перед незнакомым человеком… — Что? Думаешь, ему есть хоть какое-то дело до нас? — Нет. Но мне понравилось, — усмехнулся брюнет. — Раньше мне было дело до того, что я говорю на публике и что делаю… И сейчас, в компании с тобой, у меня внутри появилось какое-то ощущение безнаказанности и спокойствия за всё, что я делаю. Ты на меня плохо влияешь. — Плохо ли то, что перестал переживать за чужое мнение? — приподнял брови Паша. Кирк вернулся с заверенными печатью документами и отдал два экземпляра Леонарду: — Тогда, раз вопросов больше нет, вы свободны. Встретимся ещё на следующей неделе. — Хорошо. Спасибо за помощь, Джим, — первый встал с диванчика Лео и взял в руки документы. — А могу я попросить у тебя непрозрачный конверт? Не хочу, чтобы документ можно было увидеть хоть краем глаза после того, как мы выйдем из здания. — Конечно, — Кирк подошёл к своему рабочему столу и достал из нижнего ящика бумажный конверт из плотной бумаги. — Хорошего вам дня, любовники. Пашка ухмыльнулся: — И Вам тоже. А мы поедем практиковать нашу игру дальше.

***

      В машине играла какая-то современная музыка, а за окном светило сквозь редкие облака весеннее солнце: оно ещё не грело так сильно, как летом, но уже дарило радость от смены сезона на более тёплый.       Они остановились перед перекрёстком: слева был парк Пайониир, про который ранее говорил Маккой, а справа стояло красивое белое шестиэтажное здание с небольшими балконами чёрного цвета и современной отделкой снаружи. Чехов мельком взглянул на адрес в навигаторе: 378 Запад Бродвей, Солт-Лейк-Сити, Юта. — Да, зарабатываешь ты точно неплохо, если живёшь в этом районе. — Спасибо за комплимент, конечно, но квартиры в этом здании не такие уж и дорогие, как может показаться. — Скажи это мне: я снимаю маленькую студию в районе под названием «задница Солт-Лейк-Сити». Брюнет припарковался ёлочкой прямо перед зданием и, заглушив двигатель, первый вышел из машины. За ним двинулся ко входу и студент. Внутри здание тоже выглядело аккуратно и минималистично. — На каком этаже ты живёшь? — На третьем. Идём по лестнице. — И лифтом ты никогда не пользуешься? — Только когда я настолько уставший, что ноги уже не функционируют. — Резонно, — пошёл вверх по лестнице блондин, а Лео двинулся вслед за ним.       Маккой, дойдя до третьего этажа, достал связку ключей и открыл дверь слева. Они вместе вошли в квадратную светлую прихожую-фойе: в относительно небольшом помещении располагался зеркальный шкаф-купе, пол был покрыт мрамором (или чем-то очень на него похожим), а вокруг не было ничего другого: ни обуви, ни признаков того, что в этом помещении кто-то живёт. Белые стены усиливали это ощущение. — Какой чистюля, ужас, — снял свои ботинки младший и оставил их около входа. Из фойе шёл выход влево через декоративную арку в стене. Пройдя через неё, человек мог выбрать два пути: влево — коридор вёл в кухню и гостиную, расположенных вместе, или вправо — второй коридор вёл в ванную и спальню с гардеробной. — Проходи, запоминай, как выглядит моя квартира, — слегка подтолкнул его рукой в спину брюнет. — Хочешь чего-нибудь? — Ты вроде писал в сообщении, что мы заедем перекусить после похода к адвокату. — Да, прости, совсем забыл, — стукнул себя по лбу старший. — Давай тогда ты пройдёшься по моей квартире, можешь сделать фотографии, чтобы лучше запомнить, что как выглядит, а потом заедем в кафе недалеко отсюда. — Договорились.       Чехов прошёл дальше по коридору и вышел в кухню: стены были кремового цвета, а кухонная мебель тёмно-фиолетового и чёрного цвета хорошо сочеталась с шторами цвета мокрого асфальта в другом конце помещения. Там же расположился и угловой диван, обеденный стол и телевизор, установленный на стене с помощью кронштейна. — А вот это была плохая идея: размещать тканевый диван недалеко от кухни в одной с ней комнате. У тебя же так диван все запахи будет впитывать и будет пахнуть едой. — Планировкой занимался не я, а Элизабет. — Странно: обычно женщины подходят к таким вопросам более серьёзно. — У нас не оставалось выбора: как видишь, в этой квартире всего две полноценные комнаты и ванная. — Зато метраж приличный. По крайней мере, в этой части квартиры точно.       Кухонный островок располагался напротив плиты и был выполнен в том же стиле, что и кухонная панель. На нём стояла металлическая корзинка в форме конуса с фруктами. Павел, мельком оценив, что было внутри, забрал одно яблоко и оторвал пару виноградин. Студент с довольным лицом человека, укравшего вкусности, пока старший ушёл мыть руки, двинулся по коридору в сторону правого крыла апартаментов. Ванная, находящаяся рядом со спальней, была довольно просторной и выполнена в цвете шампань. — Я, конечно, понимаю, что ты прилично зарабатываешь, но зачем тебе и душевая кабина, и ванная? Ты не мог купить и установить душевую, совмещённую с ванной? — Это была просьба Лиз, так что не придирайся к тому, как тут всё необычно. — Мистер мажор, видел бы ты мою ванную. Ладно, а что со спальней? Парень вышел наружу и прошёл дальше: спальня была выполнена в тёмно-кремовых и бежевых оттенках. В ней была установлена широкая двуспальная кровать, телевизор, несколько тумб и маленькие прикроватные тумбочки по обеим сторонам от кровати. Из этой комнаты был выход на балкон. В правой части была отдельно расположена небольшая гардеробная. — Даже гардеробная отдельно. Какой важный. А гостиную, значит, от кухни не смогли отделить… — Да прекрати уже издеваться, Паша. Лучше запоминай, как выглядят комнаты. — Не волнуйся, мистер деловой костюм, я всё фотографирую. Чехов, сделав несколько снимков, положил свой смартфон в карман: — У тебя в квартире пахнет… Ничем. — Так это же хорошо, разве нет? — Нет. Это значит, что ты либо помешан на чистоте, либо редко тут появляешься. Нужно исправлять эту проблему. Если в квартире нет никаких запахов, то это не квартира, а прикрытие или какая-то лаборатория… — Иногда я приезжаю сюда, принимаю душ и сразу ложусь спать. Времени на то, чтобы оставлять за собой какие-то запахи, у меня не всегда хватает. — Да даже на кухне… Обычно там должно пахнуть специями, едой. У тебя там нет запахов в принципе. Неужели твоя Лиз так редко готовила или убиралась в кухне несколько раз в день? — Мы заказывали уборку раз в неделю, да и она не каждый день что-то готовила. — А ты всё время зависал на работе, правильно? — Ты очень догадливый. — Тогда неудивительно, что она разозлилась на тебя и попросила часть твоих сбережений и недвижимости: мужчина, который постоянно торчит на работе, не заботится о распределении быта и не проявляет никакой инициативы… Теперь я её понимаю. — Вот как? Тогда можешь пойти к ней и рассказать, какой я плохой и хитрый человек. — Ни в коем случае. Она, судя по твоим рассказам, та ещё сучка. Так что мужская солидарность не позволит мне встать на сторону женщины, которая занимается такими махинациями. — Спасибо хоть на этом. — Ладно, у меня есть фотографии всех твоих комнат. Поехали в кафе?

***

      Закари вызвал лифт и, войдя внутрь, нажал на кнопку «6». Спустившись вниз, детектив попал на этаж, где располагался офис адвоката Джима Кирка, а в другой стороне был конференц-зал для сотрудников этого центра. Брюнет подошёл к секретарю, которая активно что-то печатала, попутно просматривая документы рядом. — Кристин, добрый день. Джим у себя? — Добрый день, мистер Куинто. Да, он пока у себя, но через полчаса у него встреча с клиентом. — Я зайду? Кристин нажала на кнопку в стационарном телефоне и спокойно сказала: — Сэр, к вам пришёл детектив Куинто с восьмого этажа. — Пусть заходит, — послышался голос из динамика. Брюнет спокойно вошёл через тяжёлую дверь и застал адвоката, стоящего у окна и разглядывающего окружающий городской пейзаж. — Готовишься к встрече с клиентами? — закрыл за собой дверь Закари. — Удивлён, что ты вдруг решил нанести мне визит, Зак, — повернулся к собеседнику Джим с лёгкой улыбкой. — Что же привело тебя ко мне? — Леонард Маккой, твой клиент, — плюхнулся в кресло Закари и поправил воротник рубашки. Джим, стараясь не выдавать удивление, сел в другое кресло напротив брюнета: — Ты напряг всю свою детективную чуйку, чтобы узнать имя одного из моих клиентов? — Так что, он пользуется твоими услугами? Что же он хотел от тебя, и зачем приводил с собой молодого парня? — Кристин, сделай пожалуйста нам два кофе, Заку без сахара, — Джим нажал кнопку на стационарном телефоне на столике. — Так мило, что ты помнишь о моих предпочтениях, хоть я и не часто появляюсь здесь, — брюнет откинулся на спинку кресла и подпёр подбородок рукой. — Так что он задумал? — А с чего вдруг им интересуется детектив? Элизабет пользуется твоими услугами, чтобы шпионить за Леонардом? Они буквально пожирали друг друга глазами. Ни один из них не имел права рассказывать что-либо об этом деле, ведь именно от корректной работы детектива и адвоката зависело будущее решение суда. Поэтому оба говорили так, чтобы ничем не выдавать подробности своих обязанностей перед Леонардом и Элизабет. — Если я начну перед тобой отчитываться об этом деле, то решение суда может измениться под твоим влиянием. — Поэтому ты прекрасно понимаешь, что я тоже не могу поделиться с тобой деталями дела, которое снова сведёт нас вместе в зале суда. Зак улыбнулся краешком губ: — Он приходил с этим парнем. Кем он ему приходится: реальным партнёром или прикрытием для суда? Джим старался держать лицо максимально спокойным. Перед ним сидел не просто сосед по бизнес-центру. Это был психолог, детектив и человек, для которого наблюдение и анализ — уже часть жизни и ежедневная рутина. — Элизабет наняла тебя, чтобы ты, как муха, кружил над Леонардом и наблюдал за каждым его движением? Уже нашёл что-нибудь интересное? Секретарша вошла в кабинет с двумя чашками кофе и, поставив их на кофейный столик, молча пошла обратно в сторону выхода. — Спасибо, Кристин, — поблагодарил её адвокат и, взяв в руку чашку, улыбнулся: — Кстати, Леонард с самого первого момента сказал, что Лиз наверняка наймёт частного детектива для слежки за ним. Поэтому я даже не удивился, когда ты назвал его имя. Лишь удивился, что по такой забавной случайности она обратилась именно к тебе. — А я был удивлён, когда встретился с ними в лифте и заметил, что они едут на шестой этаж. — Знают же, к кому обращаться, — сделал небольшой глоток блондин. — Согласен. Так что: ты не будешь делиться со мной, кем был этот парнишка с Леонардом? — Ты же детектив: сам узнай. Я ведь просто адвокат. Моя задача — бумажки и соблюдение законов. Закари взял чашку и сделал уверенный глоток кофе: — Я обязательно всё узнаю, можешь не сомневаться. — Если ты будешь выступать со стороны обвинения, а я — со стороны защиты, то это будет интересное дело. — Давно мы с тобой не встречались в качестве противников на одном заседании. — Да уж. Когда там был последний раз? По-моему… — Дело Андерсонов, когда у них была интрижка и они никак не могли поделить свои дома и машины. — Точно. Отличная память! — По должности положено. Брюнет, спешно допив кофе, встал с кресла и поправил свой костюм: — Раз уж мы будем выступать по одному делу, то могу предложить тебе сдаться и не пытаться найти лазейку в их контракте. Лиз привлекает лучших специалистов в своей области. — Мы ещё посмотрим, — тоже встал с кресла адвокат. — С большим удовольствием встречусь с тобой в зале суда. — Что ж, ладно, тогда до встречи, — спокойно сказал детектив и направился к выходу. — До встречи, Зак, — с лёгкой улыбкой ответил Кирк. Стоило брюнету выйти из кабинета, Джим спешно открыл телефонную книгу и, нажав на контакт Лео, приложил мобильный к уху.

***

      Паша с большим удовольствием пережёвывал горячий сэндвич с салатом, ветчиной, сыром и тостовым хлебом. Маккой же задумчиво смотрел в окно кафе, думая о своём. — Твоя еда сейчас остынет, мистер задумчивость. — Я просто думаю про того, кто следил за мной, — вернулся к своему перекусу брюнет. — Кстати, хочешь попробовать мой кофе и оценить его с профессиональной точки зрения? — О нет, спасибо. Я вообще кофе терпеть не могу. Люблю пить чай. — А как ты его готовишь, если не любишь кофе? — Чуйкой. Ну и инструкциями, которые у нас есть в кофейне. — Ты так хорошо угадываешь пропорции, добавки и количество сиропов… — Потому что делаю кофе душой, — улыбнулся блондин. Телефон Лео зазвонил в кармане. Маккой достал смартфон и нажал на принятие вызова: — Да, Джим? Ты на громкой связи, — брюнет перевёл звонок на динамик так, чтобы младший тоже мог слышать разговор. — Вы знаете, кого наняла Лиз, чтобы за вами следить? — Кого? — Закари Куинто из Блэквуд Инвестигейшн. — И кто это? Я такого не знаю, — нахмурился брюнет. — Ты-то его не знаешь, а вот он буквально пару минут назад спустился ко мне из своего офиса на восьмом этаже и начал спрашивать, что вы двое делали у меня в кабинете… Глаза Чехова округлились: — Стоп, Джим, ты хочешь сказать, что детектив со стороны Лиз работает с тобой в одном здании? — Да. На два этажа выше меня. Лео и Паша вдруг подняли глаза друг на друга. — Так это мы с ним столкнулись в лифте, — сказал Маккой. — Он очень интересовался тем, кем Паша приходится тебе. Вы там в лифте не обсуждали договорённость играть в любовников или контракт, я надеюсь? Оба собеседника, вспомнив, что они вытворяли в лифте, покраснели практически одновременно. — Мы в лифте… Мы немного побаловались, — начал отвечать студент. — Что значит «побаловались»? — Мы решили, что надо практиковать флирт друг с другом на людях и… Начали озвучивать очень пошлые вещи друг другу. — Насколько пошлые? — решил уточнить блондин. — Я сказал, что надеюсь, что слухи о наших любовных потехах прямо в клинике не пойдут дальше из-за застукавшего нас практиканта. — А я сказал, что мне понравилось как Лео нежно поправлял мне воротник рубашки в машине. Несколько секунд адвокат молчал, переваривая услышанное, а потом зашёлся смехом: — Ну вы и придурки, конечно! — Мы же не знали, что это детектив, которого наняла Лиз! — Теперь будете знать. Ладно... Хорошо, что вы не обсуждали вашу договорённость в лифте. Так даже будет лучше: он будет думать, что у вас реально какие-то отношения.