Треснувшее кольцо

      Питер просто ходил из угла в угол не зная, куда себя лучше деть и как вообще стоит себя вести. Он на собственной кухне, собирался посмотреть фильм, объесться чипсами и всё такое, но есть одно маленькое «но»… В его квартире Тони, мать его, Старк. И он уже не настолько позитивен, как тогда в Маке за столом, выпрашивая Плагга.       Паркер хлопает себя пару раз ладонями по щекам с мыслями «была не была» и тянется к пачке с начос. Пусть они и поели недавно, но из-за всех этих переживаний его молодой организм снова пробило на хавчик. А парень уже за свою жизнь усвоил это золотое правило: с голодом лучше не спорить – всё равно проиграешь.       – Пит, а где соль?       Питер выглядывает с кухни в проём и, глядя максимально недоумевающим взглядом отвечает:       – На кухне…       Смотрит на Тони, тот смотрит в ответ. Взгляд парня скользит вниз, на руки гения, и он замечает нависший над клавишей палец – Старк стоял возле старенького фортепиано его тёти. Улыбка сама собой начинает вырисовываться на лице подростка, а потом они оба, чуть ли не свернувшись в ватрушку, смеются.       – Посмотрим фильм? Я утром ещё поставил… Хотел после универа глянуть, – парень быстро спохватывается. – Но если тебе нужно на эту скучную пати, то едь конечно!       – А что за фильм? – Тони вальяжно ослабляет галстук на шее. Питер, опустив голову, сглатывает.       – Там… Зверополис 2, в общем…       …       – Ты серьёзно?       – Ой ну подумаешь, ты вообще по Леди Баг фанатеешь, я ж молчу!       – Да, но я не смотрел первую часть!       – ТЫ НЕ СМОТРЕЛ ПЕРВУЮ ЧАСТЬ??? ПОЗОООООРИЩЕ!       Питер искренне, по-детски так, стебётся над своим работодателем, при этом улыбается во все свои тридцать два зуба и выглядит после дождя так пушисто-мило с этими своими кудряшками, что даже намёка на злость или раздражение не мелькает на лице мужчины. Тот решает найти компромисс:       – Давай сегодня про какую-нибудь принцессу Дисней посмотрим, а в следующий раз я обещаю посмотреть первую часть, и мы глянем вторую.       – Я соглашусь только при одном условии, – Питер складывает руки на груди и мило так бровки свои сдвигает к переносице. – Либо Золушка, либо Рапунцель.       – Ой да в этой твоей Золушке она вообще ничего для своего счастья сама не сделала. Ей то фея помогала, то птички, то собаки и лошади… Только в третьей части вроде начала что-то сама как-то действовать.       – Ой ну конеееечно! – Паркер подыгрывает мужчине. Тащит с кухни миску с начос, по дороге подцепляя горлышко Фанты. – Вообще сидела на месте и ногти красила. Маникюр, педикюр, кутикула-       – Ого какие слова ты знаешь…       Питер стреляет глазками.       – Книпсер, ножнички, пушер, пилочка, кусачки, пинцет.       – Всё, я понял, понял, Сатану только тут не вызови, – Тони поднимает руки вверх, демонстрируя свой принятый проигрыш. – Лучше дай мне что-нибудь из одежды. – На недоумевающий взгляд парня он поясняет. – Ну не буду же я в костюме тут сидеть и смотреть, как Рапунцель в одном платье и на лошади скачет, и по башням лазиет, и от армии короля сбегает. Да и галстук не особо удобен для того, чтобы губы от соуса вытирать.       Паркер отмирает всего секунд через восемь и молча идёт в свою комнату. Там первым делом он упирается лбом в дверь и выпученными глазами пялится в неё, понимая, что ну всё-таки зря он пшикнул в свой шкаф дорогими духами. Они ж на то и дорогие, что не через пять минут выветрятся, а в стиральную корзину, за нетронутыми духами вещами, совесть не позволяет лезть – не себе же носить, а гостю… Покопавшись так минут десять, Питер выуживает из дальнего ряда какую-то футболку и закидывает на плечи штаны. Только после стирки, даже не вывернуты ещё.       В гостевой его встречает Тони. Без галстука. Запонки уже расстёгнуты, собственно как и половина рубашки. На лице след от соуса, который явно пытались скрыть.       Парень старается не смотреть на открывшуюся ему картину. Волосы взлахмачивает, губу кусает, старается прикрыть резко покрасневшие уши. Протягивает вещи, даже что-то лепечет о том, что выбирал, какие получше, и по ковру взглядом водит. После минутной тишины и никаких звуков всё-таки поднимает голову и сам в не меньшем шоке застывает. В руках мужчины футболка со Снупи и штаны с Хеллоу Китти. Подарок Мэй на прошлый новый год. Собственно, этот подарок надевался только два раза: когда подарили и когда Питер со встречи одноклассников пьяный пришёл. Правда тогда Хеллоу Китти на руки налезла как-то…       – Это не моё. Мне честно подбросили.       – МММ... И кто?       – Тётя Мэй на новый год.       Оба тихонько посмеиваются, потому что ещё раз услышать, как соседи стучат в стенку, как это было на "а где соль?" они явно не хотят.       Тони отходит за диван, чтобы нормально переодеться, а Питер берёт в руки пульт, чтобы включить Рапунцель. Совсем забыл, что телевизор загружается медленно, а вот на чёрном экране хорошо так отображается обнажённая спина мужчины, когда тот стягивает с себя рубашку.       – Что-то покрепче Фанты в этом доме есть?       Паркер кивает, забывая, что его не видят, да вообще в принципе забывая всё на свете, и шаркает в своих старых домашних тапочках снова на кухню. Пододвигает стул к стенке и встаёт на него, чтобы дотянуться до самой верхней полки. Может, это из-за того вечера после встречи одноклассников, но Мэй Питеру больше не наливала ничего крепче шампанского.       Парень прижимает к себе бутылку дорогого виски, который подарили Мэй на юбилей в том году, и осматривается по сторонам, прикидывая, с какой из них будет проще спуститься. Его нежно обнимают за талию и подхватывают под вторую руку, возвращая на твёрдую землю. Питер смотрит так странно, хлопает своими оленьими глазками, нос морщит и губы выпячивает, мол «я и сам мог», а Тони просто взъерошивает волосы парня, про себя отмечая их невероятную мягкость, и хитро так комментирует:       – А если б уронил?       – Так тебе бутылка дороже? – В шоке спрашивает Паркер.       Старк уклончиво отводит взгляд и смеётся, когда его несильно бьют по груди.       Мужчина уходит, а Питер так и продолжает стоять, привалившись к углу боком. Он видел, как Пеппер однажды в шутку точно также ударила Тони. Тот посмотрел на неё сурово и попросил так не делать. А с ним, с Питером, лишь продолжал улыбаться, бороться за сохранность бутылки виски и ссориться из-за мультфильма с диснеевскими принцессами. Может, это всё сон? Он просто впал в кому, скоро его будут больно бить по щекам и говорить «очнись, операция на смену истинного прошла успешно, теперь вы друг другу никто»…       Но Питер продолжает стоять у окна и определённо не чувствует, что кто-то бьёт его по щекам; Тони где-то там уже открывает бутылку и сам включает мультик; начос стоит на столике и ждёт, когда его отправят в рот…       Всё идёт нормально, Хьюстон, никаких проблем.       Питер, не подумав, берёт два стакана для виски и возвращается в комнату. На экране телевизора уже идёт заставка «Мулан», а на приподнятые брови парня отвечают лишь пожиманием плеч, мол «я не я».       Спустя пятнадцать минут фильма Тони практически лежит на своей половине дивана, выпив добрых три стакана, в то время как Питер лишь чуть отпил от первого и сидит, прижавшись к подлокотнику.       Спустя ещё минут двадцать просмотр прерывает вопрос Старка:       – Ты же вроде говорил, что у тебя кошка есть.       – Да… Тётя к ветеринару её повезла. После клиники к подруге вот на ночёвку, оттуда они сразу на работу, такие дела…       Телефон на столе в очередной раз вибрирует и Питер уже не может удержаться чисто физически – закатывает глаза так, что, кажется, они делают целый оборот вокруг. Тони слегка усмехается на это, берёт всё-таки телефон и после короткого «А я это каждый вечер выслушиваю», и молчаливого рука-лицо от Питера нажимает наконец на «принять».       – Да, Пеппс, давно не слышались … Нет, я не приеду … Не хочу, там скучно.       Питер осматривается по сторонам: пустая тарелка из-под начос, палочки от мороженого, потому что «А почему бы и нет!», «Мулан» на паузе на 34 минуте просмотра и он, Питер, прижимающийся к ручке дивана. А ну и сам Тони в штанах Хеллоу Китти и футболке со Снупи. Правда… Как-то так вышло, что Питеру достались другие части от этих же пижам – штаны со Снупи и футболка с Китти, но давайте делать вид, что на парные вещи тут не так хорошо и часто смотрят, как где-то ещё. Да и вообще если так подумать, то тут не то чтобы веселее, чем на вечеринке, устроенной Пеппер, но если сказали, что там скучно, значит, здесь комфортно и весело.       Тони закатывает глаза на очередное замечание Пеппер, и парень внутренне улыбается такой реакции. Нет, не потому что Старку не нравится его избранница, а потому что такая похожая реакция, но вот видеть её на лице гения, миллионера, плейбоя и филантропа, как-то по-новому. В мужчине Питер видел какой-то идеал, до того, как начал с ним работать, конечно же. С тех пор выяснилось, что тот – тоже человек, подвластный каким-то внутренним страстям, есть свои слабости (ну например, Питер научным путём выяснил, что у Старка есть слабость к кислым мармеладкам. Пит даже себе таким образом обменял две пачки червячков на увеличение зарплаты на сто баксов…). После очередной, явно задевающей фразы, мужчина тяжело встал и ушёл куда-то в квартиру. То ли на кухню, то ли в туалет. От этого Паркер почувствовал себя ещё более неловко.       – Поедешь? – Осторожно спрашивает парень, когда Тони возвращается и тяжело бухается на диван, сразу скрещивая руки на груди. Тот отрицательно мотает головой, что заставляет Питера вопреки всему улыбнуться. – Ты сейчас на обиженного ребёнка похож, ты знаешь?       – Ни на кого я не обижен.       – Прям как Мушу из второй части обиделся на Мулан, – Питер смеётся, но, глядя на приподнятую бровь Тони, расширяет глаза от удивления и негодования. – Только не говори мне, что ты вторую часть не видел!?       – Это не преступление же!       – Да если б ты банк ограбил – это было бы меньшим преступлением, чем это!       – Дожили! – Тони театрально машет руками. – Меня отчитывает восемнадцатилетний школьник за то, что я не смотрел мультики! Зато я в 15 уже свой компьютер собрал!       – Ну во-первых, я тоже, только в 17, компьютер собрал, а во-вторых, мне не 18, а уже 21.       Тони замирает, смотря в экран на паузе. Понимая, что только что сказал, Питер тоже сглатывает ком в горле и пытается сдаться в диван ещё сильнее.       – Я думал… Что ты смотришь, во сколько лет ну или со скольки лет берёшь на стажировку…       – Если человек одарён, он и в десять и в три будет у меня работать.       Паркер бессвязно мычит и замолкает. Спустя пару минут тишины Тони просто ложится вдоль дивана, укладывая голову на колени перепуганного Питера.       – А с твоим что?       Питер в сторону смотрит, найдя картину, которую нарисовала Мэй на своих каких-то там курсах, весьма и весьма интересной. Тут и дураку понятно, что имеет в виду Старк. Знать бы только, что он там думает в своей умной голове: что судьба Питера оказалась уже мертва на день его совершеннолетия? Что его соулмейт уже состоит в отношениях и у него всё хорошо: семья, дети, поэтому Питер и не лезет и не афиширует, или что вообще?       Как можно объяснить своему соулмейту, что у него есть пара, она жива-здорова, даже лежит сейчас вот на коленях, отдыхает после тяжёлого рабочего дня, вот только уже состоит в отношениях, хотя, как показала практика, не особо счастливых, и который, судя по всему, его ищет…       Сказать что-то надо, но в горле пересохло и язык прилип к нёбу. Не хочется словами «это ты» практически принудить расстаться с одним человеком и привязать к себе. Потому что после доброй сотни статей на тему предначертанности у Питера закрепилась мысль о том, что объявление «мы связаны!» является самим по себе принуждением человека быть рядом с тобой. Мол, у тебя нет выбора, любишь – не любишь, мне не важно, так сказала Судьба, нам вместе удобней.       – Умер уже?       – Ну… У… Как его… «Вино из одуванчиков» знаешь?       – Допустим… – Старк не совсем понял, при чём тут алкоголь, – Рэй Брэдбери.       – Да. У него ещё есть рассказ «Лимонное мороженое с ванилью». Там про молодого человека и про 95-тилетнюю женщину.       – Это уже старушка, а не женщина.       Питер задумчиво смотрит на мужчину. Тот тянется к пульту на столе и включает фильм, но сразу видно: сосредоточен он точно не на истории Фа Мулан.       – Хорошо, пусть это будет старушка. Вот.       – Хочешь сказать, что твоему соулмейту сейчас 95? Типа он сейчас где-то с капельницей под подмышкой скачет под рок-н-ролл или фолк?       – Ну типа…       – Фигово.       Питер невольно начинает расчёсывать волосы Тони, пропуская пряди сквозь пальцы, иногда задерживаясь, чтобы помассировать голову.       – А твой? Ну я имею ввиду-       – Нет, Мисс Пеппер Поттс не мой соулмейт.       Питер поджимает губы. Как бы тут должно быть удивление, ведь общественность не устаёт выкладывать совместные фото и трубить о скорой свадьбе, но кто-кто, а Паркер точно, вот на 100% знает, что там нет ничего истинного, да и вообще чувственного, как будто бы, тоже.       – Не искал своего? – Парень сам не замечает, как начинает шептать, делая окружающую обстановку ещё более интимной и личной.       – После совершеннолетия – везде постил фото. На каждой дискотеке пальцы разглядывал, мало ли у меня не появилось, а у него да, залагала система, потом всем курсом говорили, что у меня на них фетиш.       – Зачем тогда надо было так ожесточённо…       – Не знаю, – Тони делает страшное, на взгляд Питера – смотрит прямо в глаза. – Родители больше за бизнес переживали, может, просто хотелось реальной заботы, не то чтобы у меня были проблемы в сексе, всегда мог найти партнёра, просто… Не знаю в общем, одиноко было просто.       – Понимаю. У меня тоже кроме тёти никого не было и нет, только я не такой ловелас, как некоторые.       Питер криво улыбается, да, пытается шутить, но в ответ видит лишь такую же кривую и грустную улыбку.       – Значит, здесь уже два разбитых сердца, да…       – Это совсем тебе не свойственно… – Питер продолжает массировать чужую голову в попытках отвлечься от мыслей, но не получается.       – Покажешь?       Тони притягивает левую руку парня к лицу и завороженно смотрит на безымянный палец. Вроде и не разбитое, не треснутое кольцо там, под защитой, но всё равно хочется увидеть, как оно выглядит. Старку искренне жаль. Питер – молодой мальчик, для него уж точно молодой и 100% мальчик, и уже не повезло. А жить с другим, не со своей парой – это больно. Как-то внутренне дискомфортно, сколько бы ни притворялся и сколько бы ни было слов о том, что любишь, всё равно не там, не то, и не того.       Питер осторожно освобождает руку и прячет за голову, делая вид, что поправляет причёску. С губ срывается лишь тихое «не стоит»…       Мультфильм заканчивается, а они так и засыпают: Питер сидя на диване, а Тони на коленях Питера…       Где-то в дорогом ресторане Пеппер смотрела, как на экране телефона отображается незнакомый адрес, на котором остановилась машина Старка.