Кредитка

Время летело незаметно. Учеба, сессии, лекции - всё это нахлынуло мощным потоком на обоих парней, но в присутствии друг друга становилось легче. Микки практически переехал из комнаты общежития в дом к Йену. Они это не обговаривали, но малочисленные вещи Милковича помещались в рюкзак и разговоры были ни к чему. Зима в этом году выдалась особенно суровой. В ноябре дожди нещадно заливали улицы, а под конец декабря, в канун Нового года, выпал первый снег. Белые хлопья не успевали таять и, встав утром покурить, Микки обнаружил во дворе белое полотно вместо привычной травы. Он вышел на задний двор, в пижамных штанах, толстовке и легких кроссовках, и поднял глаза к небу. Было ещё рано и снег пока что шел, оседая на темные волосы парня, путаясь в ресницах. - Ну ты чего, простудишься ведь, - через какой-то время окликнул его Йен. Рыжий вышел чуть позже, видимо Микки все же разбудил его. Йен встал рядом с Микки и задрал голову, смотря на не такое уж и частое событие здесь - снегопад. Микки уже докурил, но Йен все равно почувствовал привкус сигарет на его губах. - Сам же сказал, что холодно, - прошептал Микки в чужие губы. - Знаешь, я люблю тебя. - Знаю, Йен. Я тоже тебя люблю.

***

Вместе со снегом подкрался и февраль. Казалось бы, такой же месяц, как и все остальные, только чуть короче. Только вот именно в феврале отмечается день святого Валентина. Нет, Микки ничего не имел против целующихся парочек, только иногда на его лице проскальзывало презрение, но то, что все дарили друг другу эти тошнотворно розовые валентинки бесило знатно. Милкович ходил в школу не так уж часто, но пару раз заставал этот праздник. В их школе действительно развешивали всякие бантики, ленточки, дарили друг другу сердечки и шоколадки. Микки ни разу не досталось ничего такого. Восьмилетний ребенок тогда очень старался убедить себя, что праздник глупый. Тогда же и похоронил любовь к каким-либо праздникам в целом. Зачем ему это? Все равно никаких подарков от своего отца он не дождется, так что ему даст бессмысленная надежда и «приятное» ожидание праздника? На те же три буквы Микки послал Новый год и свой день рождения. Но в этом году всё было иначе. В этом году появился Йен, который за эти месяцы надарил Микки подарков больше, чем тот видел за всю жизнь. 

***

- Да нахера это всё? Никогда не любил этот праздник, - уже в который раз закатывает глаза Микки, когда Йен снова заводит разговор про долбаное четырнадцатое февраля. До праздника оставалось четыре дня и университет уже успели украсить. - Ну Мик, я же сказал, - обиженно нахмурился рыжий. - Не воспринимай это как празднование, если не хочешь, просто сходим покушать куда-нибудь. В конце концов, давно не выбирались. - Я на пару опаздываю, - бросил Микки, ускоряя шаг. На самом деле ни на какую пару он не опаздывал, за двадцать минут он успел бы сбегать в соседний корпус минимум трижды, не то что подняться на другой этаж. Сегодня было слишком много ссор, не громких и показательных, нет, Микки активно пытался подавить желание просто послать Йена нахуй. Ну не нравится ему идея праздновать этот день и всё. Микки был весь на нервах, нужно было готовится к сессии, а тут ещё и Йен постоянно донимал. Конечно, Милковичу нравилось присутствие Йена рядом, его голос, запах, просто ощущение, что он не один. Но рыжий никак не успокаивался в своих попытках пробить ледяную броню Микки и сводить его в ресторан на свидание. Они и раньше ели в дорогих местах, но это не было названо столь громким словом. Проголодались - зашли поесть. Вечером, уже после пар, Микки пришлось побегать по трем корпусам, прежде, чем он нашел Йена в библиотеке. - Ты домой не собираешься? - Я учусь, Мик. Голос Йена прозвучал слишком уж спокойно и отстраненно. Обиделся. - Ты ебнутый чтоли? Мне не нравится день святого Валентина, но это не значит, блядь, что мне не нравишься ты. Я тебя люблю вообще-то, придурок рыжий, - на одном дыхание выпалил Микки. - Правда? - Йен наконец поднял свои прекрасные, зеленые глаза, его губы дрогнули в улыбке. Вместе ответа Микки схватил рыжего за запястье и потащил за собой. Ему хотелось уже поскорее очутится дома, наедине с Йеном. Тот шагал за Микки чуть ли не вприпрыжку.

***

Они лежали на покрывале под ночным небом. Луна, уже почти полная, озаряла светом поляну и их лица. На улице было холодно, снег все ещё держался, но и Микки, и Йену было все равно. - Ты любишь меня? Голос Йена нарушил тишину ночи. - Что за глупый вопрос? Люблю, конечно, - фыркнул Микки, рассматривая профиль Йена. Взгляд рыжего был устремлен вверх, на звезды, а Микки смотрел только на его веснушки.

«._.. _ _ _  …_  . .._»

- машинально отбивал брюнет, барабаня пальцами по бедру.

Да, он любит. Впервые в жизни Микки правда любит другого человека. - Так любишь? - снова спросил Йен. Микки взял его лицо в ладони и повернул к себе. - Люблю, - прошептал он в губы рыжего. Поцелуи согревали не хуже одеяла, разжигая внутри вихри эмоций. Все вокруг вмиг стерлось, перестало иметь значение, холод уже не ощущался. Но, как бы им обоим этого не хотелось, целоваться долго у них не вышло, снова начался снегопад. Белые хлопья искрились в свете луны и таяли, едва коснувшись кожи. Во всю улыбаясь, парни бежали по хрустящему снегу домой.

«Let it snow, let it snow, let it snow…»

***

День Святого Валентина они так и не отметили. Просто сходили в университет, там, в честь праздника, конечно, было шумно и весело, но Микки старался не замечать этого. Вечером он уже по привычке пошел на улицу и, заметив машину Йена на парковке, зашагал туда. Рыжий сидел за рулем, тихо напевая какую-то песню и нетерпеливо барабаня по рулю. - Поехали кушать, - сказал Йен, когда брюнет сел в машину. - А дома ничего нет чтоли? - Микки чмокнул Йена в губы и нахмурился. Настроения ехать куда-то и снова сидеть в обществе людей не было. - Ну Мик, пожалуйста, - Йен состроил милую рожицу. Это был самый подлый и самый рабочий метод Йена, чтобы получить то, что он хочет. А хочет он провести время с Микки, заодно и перекусить в приятном месте. На примете было уже несколько ресторанов и кафе, оставалось только посвятит в эти планы Милковича. - Так, иди нахуй, - фыркнул Микки, изо всех сил стараясь игнорировать взгляд зеленых глаз. Йен подцепил пальцами подбородок Микки и повернул к себе. - Не хочешь? Ладно, не едем. - Ты не обидишься? Спрашивать такое для Микки было непривычно, но ради Йена он готов был меняться. Только вот Йену не нужен был другой Микки. Он влюбился в этого, саркастичного, грубого хулигана. Вместо ответа Йен улыбнулся и поцеловал пухлые губы Милковича. Время снова будто остановилось, даже шум толпы снаружи словно исчез. Это был не первый их поцелуй, даже не второй, но в жизни Микки было так мало нежности, что каждое мгновение рядом с Йеном отзывалось приятным трепетом в груди. В книгах это называют красивым словом «бабочки». Пальцы Микки запутались в рыжих локонах. Сейчас им было все равно, что кто-то может увидеть. - Я люблю тебя, Микки Милкович, и я не хочу, чтобы ты через силу находился там, где не хочешь, - прошептал Йен. - Значит поедим дома? - Закажем доставку. В этот момент Микки понял, что он счастлив. Действительно счастлив, окончательно и бесповоротно. Он любит человека напротив, любит все, что с ним связано. Наверное, именно об этом Микки мечтал всю жизнь.