Наруто: Лис с Предвыборной Программой

Хаяте прокашлялся, будто собирался объявить казнь. — Кхе… следующий бой… Рок Ли… против Хьюга Хинаты. Я чуть приподнял бровь. — Оооо. Тайдзюцу против мягких ладоней. Ли вышел бодро, как будто ему только что пообещали бесплатную тренировку. Хината — тихо. С опущенным взглядом, но без дрожи. Я посмотрел на неё внимательнее. Она не слабая. Просто слишком мягкая. — Начали. Ли не стал выпендриваться. Ни врат. Ни лишних слов. Он сорвался вперёд. Скорость — чистая. Без чакры. Без спецэффектов. Хината активировала Бьякуган. Я видел, как она пытается читать траектории. Она ударила первой. Два точных касания. Ли слегка замедлился. Но не остановился. Он резко сменил угол атаки. Ушёл в слепую зону. И одним аккуратным ударом в плечо сбил её с равновесия. Потом — короткий удар ладонью в шею. Без злобы. Без переломов. Просто вырубил. Хината мягко осела на пол. Ли сразу отступил. — Простите… я не хотел причинить вреда. Хаяте: — Победитель… Рок Ли. Я выдохнул. — Чисто. Аккуратно. Без мусора. Саске коротко кивнул. — Быстрый. — Очень. Следующий бой. — Акимичи Чоджи… против Досу Кинута. Чоджи выглядел нервно. Досу — наоборот. Слишком спокойно. — Начали. Чоджи сразу увеличил руку. Грохот. Пыль. Массивный удар. Досу уклонился на полшага. Поднял руку. Звук. Странная вибрация. Я сразу понял. — Опять эта внутренняя херня. Чоджи замер. Его лицо перекосилось. Он попытался шагнуть… И рухнул. Без красивой драки. Просто выключился. Хаяте: — Победитель… Досу. Я скривился. — Ненавижу такие техники. Ни крови, ни драйва. Саске тихо: — Эффективность важнее зрелища. — Скучно. — Темари… против Кин Цучи. Я усмехнулся. — Веер против колокольчиков. Кин начала первой. Металлические сенсоры полетели вперёд. Темари даже не двинулась. Она раскрыла веер. Один взмах. Воздух взорвался. Кин сорвало с места. Её швырнуло в стену. Она сползла вниз. Без второго шанса. Хаяте кашлянул: — Победитель… Темари. Я тихо присвистнул. — Суновцы вообще любят дистанцию. Саске: — Контроль поля. — Да. Но скучно, если честно. Теперь список финалистов выглядел иначе. Я пробежался глазами по тем, кто остался: Я. Саске. Неджи. Шикамару. Шино. Канкуро. Темари. Досу. Рок Ли. — 9 участников. Не сходится… Я ещё раз прокрутил в голове сетку и хмыкнул. — А, ну да. Ино с Сакурой устроили “оба в минус”. Вот и вся математика. Красиво. Печально. Справедливо. Я почесал затылок. Девять. Нечётное число. В зале повисла странная пауза. Анко прищурилась. — Так… вас девять человек. Она обвела нас взглядом. — Не сходится. Хаяте кашлянул. — Кхе… один должен будет пройти без боя… либо… Анко усмехнулась шире. — Либо кто-то готов сразиться ещё раз? Я поднял руку. Мгновенно. — Я. Через секунду подняли руки почти все. Рок Ли — с энтузиазмом. Неджи — спокойно. Темари — без эмоций. Досу — молча. Шино — как всегда, жутковато тихо. Саске просто шагнул вперёд. Не поднял руку, но по глазам было понятно — он готов. Только Шикамару остался стоять. Скрестив руки. — Это запарно. Я повернулся к нему. — Ты вообще живёшь без слова “запарно”? — Было бы идеально. Я повернулся к Анко. — Может я просто сражусь со всеми? А там победа, конец арки, спидран по экзамену на чунина. В зале кто-то тихо прыснул. Анько скрестила руки. — Нет, Наруто. Так не пойдёт. — Почему? — Потому что на третий этап придут гости. Даймё. Представители других деревень. Это публичное шоу. Я скривился. — Ну что, досадно. Нельзя заспидранить. Саске повернул голову. — Ты когда-нибудь перестанешь использовать непонятные слова? Я усмехнулся. — Ни в коем случае, шарингано-головый. Он тихо цыкнул. — Идиот. — Признал. Анко хлопнула в ладони. — Новая жеребьёвка. Хаяте активировал табло. Имена замелькали. Я смотрел спокойно. Сейчас будет интересно. Слишком много сильных осталось. Экран остановился. Буквы застыли. — Узумаки Наруто… против… Хьюга Неджи. В зале снова стало тихо. Я медленно улыбнулся. — Оооо. Посмотрел вниз. Неджи стоял неподвижно. Спина прямая. Лицо без эмоций. Будто всё уже предрешено. Я спрыгнул вниз. Лёгкий хлопок. Встал напротив него. Наклонил голову. — Ну что… Я расплылся в ухмылке. — Потанцуем? Неджи даже не моргнул. Глаза холодные. Бьякуган ещё не активирован. Но давление уже чувствуется. Он ничего не ответил. Просто смотрел. И в этом молчании было больше высокомерия, чем в любых словах. Я хмыкнул. — Люблю серьёзных соперников. Сверху Саске тихо сказал: — Это будет интересно. Я не отрывал взгляда от Неджи. — Кхе… начали. Неджи сорвался с места мгновенно. Без крика. Без предупреждения. Ладони вспыхнули чакрой. Мягкий кулак. Он начал работать сериями — быстро, точно, по суставам, по корпусу, по ключевым точкам. Я спокойно уклонялся. Шаг в сторону. Наклон. Пол-шага назад. Легко. — Всё? — бросил я лениво. — Или разогреваешься? Его глаза сузились. Я разорвал дистанцию одним рывком. Неджи остановился. И вот тут началось. Он выпрямился. И пошёл этот монолог. Про клан. Про судьбу. Про гениев. Про то, что всё предопределено. Про то, что талант решает. Я слушал секунд десять. Потом зевнул. — Да ты заебал уже. Мне не интересен этот сюжет. Дерись молча. В зале кто-то нервно сглотнул. Неджи внешне не изменился. Но я видел. Чуть сжалась челюсть. Чуть сильнее напряглись плечи. Попал. Он исчез в рывке. Скорость выросла. — Восемь Триграмм… Шестьдесят Четыре Удара Небес. Поле замкнулось. Удары посыпались серией. Раз. Два. Четыре. Восемь. Шестнадцать… Он работал идеально. Чакропроводящие точки били чётко. Завершил. Отступил. С лёгкой тенью довольства. Я стоял… неподвижно. Секунда. И хлопок дыма. Теневой клон рассыпался. Настоящий я уже был в его слепой зоне. Над первым грудным позвонком. Тот самый маленький сектор в 360° обзоре. Я шагнул ближе. — Судьба, говоришь? И въебал. Кулак, заряженный чакрой, вошёл в корпус. Глухой удар. Неджи скривился. Не успел развернуться. Я не дал. Второй удар. Третий. Четвёртый. Он вылетел из темпа. Не успевал. Это реально как в Mortal Kombat — поймал в комбо и спамишь кнопку. Без пафоса. Без пауз. Просто серия. Точный тайминг. Чистая физуха. Годами качал не зря. Неджи попытался поднять руку для блока — Я пробил корпус ещё раз. Он отшатнулся. Пошатнулся. И рухнул. Просто упал. Без речи о судьбе. Без философии. Без терапии. Тишина. Хаяте подошёл. Присел. Проверил пульс. Кашлянул. — Кхе… жив. Поднял голову. — Медики. Двое шиноби спустились на арену. Неджи унесли. Хаяте встал. Посмотрел на меня. — Победил… Узумаки Наруто. Я потянул плечо. — Вот тебе и судьба… Хаяте отошёл в сторону. Анко хлопнула в ладони. — Всё. Предварительные завершены. В зале стало тихо. На балкон вышел Третий. Хирузен смотрел на нас внимательно. Уже не как на детей. — Третий этап экзамена на чунина состоится через месяц. Месяц. Я приподнял бровь. — О, таймскип. Саске тихо: — Заткнись. Хирузен продолжил: — Этот перерыв даётся не только для восстановления. Он медленно провёл взглядом по оставшимся девяти. — Вы будете изучать друг друга. Собирать информацию. Готовиться. Я хмыкнул. — Шпионаж легализован. Он будто услышал. — Также на третий этап прибудут даймё и представители других деревень. Пауза. — Это демонстрация силы Конохи. Я зевнул. — То есть финал будет как арена гладиаторов. Саске сухо: — Ты слишком рад. — Конечно. Наконец-то без скрытых правил. На табло загорелись пары. Я поднял голову. Темари — против Шино. — Веер против жуков… прикольно. Рок Ли — против Саске Учиха. Я усмехнулся. — Ооо… а вот это интересно. Саске даже не моргнул. — Он быстрый. — Ты тоже. Он бросил на меня взгляд. — Следи за своим боем. Досу — против Шикамару. Я тихо хмыкнул. — Интеллект против сабвуфера. Шикамару вздохнул. — Опять хлопотно. И наконец. — Узумаки Наруто… против Канкуро. Я посмотрел вверх на балкон Суны. Канкуро скрестил руки. Старался выглядеть спокойно. Но я видел. Нервничает. — Ооо… кукловод. Я улыбнулся шире. — Ладно, повеселимся. Хирузен закончил: — До третьего этапа вы свободны. — Тренируйтесь. — Восстанавливайтесь. — И готовьтесь. Люди начали расходиться. Гул голосов. Саске пошёл к выходу. Я догнал его. — Ну что, шарингано-головый. Месяц. — Используй его с умом. — Конечно. Он остановился. — Не сливайся. Я ухмыльнулся. — Ты за меня волнуешься? — Нет. — Врёшь. Я посмотрел на арену в последний раз. Месяц. Месяц — это много. Можно: докрутить шуншин углубить фуин отполировать ветер или… придумать что-то совсем неприятное для Канкуро Я хмыкнул. — Ну что, месяц подготовки к публичному унижению кукловода. И пошёл к выходу. Я решил идти пешком. Мог, конечно, хирайшином прыгнуть домой. Но после прошлого раза… когда я влетел в комнату и увидел Изуми без одежды… Не. Спасибо. Вид конечно был хороший, Но тазик не приятный. Иногда лучше двери. Я шёл по улицам Конохи не спеша. Солнце светит. Люди расходятся после экзамена. Голова пустая. И тут — баня. И рядом… подозрительный дед. Стоит, прижался к щели в заборе. Пар из носа. Глаза горят. И бубнит себе под нос: — Отличный материал… отличный… Я подошёл сзади. — Интересно? Дай посмотрю. Он не сразу понял, что кто-то стоит за спиной. Автоматом ответил: — Тут место для одного. Потом до него дошло. Он медленно повернулся. И увидел меня. Я сложил руки на груди. — Ну что, дед-инвращенец… либо ты мне кидаешь взятку в 5000 рё, либо я рассказываю всем, чем ты тут занимаешься. Он отпрыгнул. — Ты хоть знаешь, кто я?! В облаке дыма под ним появилась огромная жаба. Он запрыгнул на неё и расправил плащ. — Я великий жабий саннин Джирая! Один из трёх легендарных саннинов! Я моргнул. — О. Значит деньги есть. Я оттопырил карман. — Клади. Быстро. Незаметно. Он замер. — Вообще-то… у меня нет денег. — Не ври. — Я всё потратил… на исследовательские материалы. Я прищурился. — Для эро-книг ты хотел сказать? Он чуть не подавился. — Ребёнку знать это не положено! — Значит правда. Он почесал затылок. — Ладно… раз уж ты ниндзя… я научу тебя крутой технике. Я приподнял бровь. — Если это не про подглядывание, то слушаю. Он расправился. — Техника призыва. Я перестал улыбаться. Вот это уже интересно. Пространственно-временная ниндзюцу. Контракт. Гора Мьёбоку. Если я правильно разовью это… В будущем — Сеннин мод. Хм. Полезно. — Показывай. Он достал огромный свиток. Развернул. Контракт с жабами. — Кусай палец. Кровью впиши своё имя. Я без лишних слов укусил палец. Кровь выступила. Я вписал своё имя. Оставил отпечатки пальцев. Контракт заключён. Навсегда. — Теперь печати. Он показал последовательность: Кабан. Собака. Птица. Обезьяна. Баран. Я повторил. — Чакру в ладонь. Ударь по земле. Крикни. Он усмехнулся. — Но предупреждаю — если мало чакры, призовёшь головастика. Я хмыкнул. — У меня проблема обычно обратная. Я сложил печати. Чакра хлынула. Не жадничал. Вообще. Ударил ладонью по земле. — Kuchiyose no Jutsu. Взрыв дыма. Грохот. Тень накрыла улицу. Люди начали кричать. Джирая медленно поднял голову. И замер. Перед нами возвышался огромный красный жаб. С трубкой во рту. С прищуром. — Кто это меня призвал?.. Я стоял внизу. Посмотрел вверх. — Ну, привет. Джирая медленно повернулся ко мне. — Ты… что… сделал? Я пожал плечами. — Ты же сказал — больше чакры, больше жаба. Гамабунта посмотрел вниз. — Мелкий… ты кто такой? Я усмехнулся. — Тот, кто будет твоим самым шумным контрактником. Джирая смотрел на меня, как будто впервые увидел. И пробормотал: — Он сразу призвал Бунту… Я почесал затылок. — Ладно. Я сложил печать. Дым. Гамабунта исчез. Улица снова стала нормальной. Люди перестали паниковать. Я потянулся. — Техника хорошая. Так уж и быть, дед-инвращенец, долг прощаю. Джирая всё ещё смотрел на место, где только что стоял Бунта. — Ты… сразу призвал его… Я уже разворачивался. — Ага. Удобно иметь большой резерв. Он что-то ещё начал говорить, но я махнул рукой. — Потом как-нибудь, саннин. И пошёл домой, оставив его в лёгком экзистенциальном кризисе. Дома было тихо. Я открыл дверь. Изуми лежала на полу, на спине, и смотрела в потолок. Прямо в одну точку. Я снял обувь и бросил: — Будешь так долго смотреть в одну точку — пробудишь Мангёке Шаринган. Она резко повернула голову. — Что? Приподнялась на локтях. — Я знаю только обычный шаринган. Или это опять твои тупые словечки? Я хмыкнул. — Ха. Ну считай, что так. Развернулся. И почти неслышно пробормотал: — Надеюсь, ты никогда его не пробудишь. Она, кажется, не услышала. И слава богу. Я прошёл на кухню. — Есть че заточить? Она прищурилась. — Типо тупые карандаши? Я завис. — Ооо. Я посмотрел на неё уважительно. — Ты научилась подъёбывать. Молодец. Растёшь. Она фыркнула. — Спасибо. Садись, покормлю тебя. И действительно накрыла на стол. Я сел. И через десять минут от еды почти ничего не осталось. — Ты вообще жуёшь? — спросила она. — Экономлю время. Я откинулся на спинку стула. — Завтра начинаю месяц усиленных тренировок. А то я как-то расслабился. Она насторожилась. — Это для экзамена? Я фыркнул. — Да какой блин экзамен. Там генины-недоумки. При желании я бы вынес их даже если бы они напали все разом. Она скрестила руки. — Тогда зачем тренироваться? Я секунду помолчал. — Из-за возможных проблем с Енотом. Она моргнула. — С кем? Я посмотрел в потолок. — Канон съехал. Я даже не знаю, будет Енот или нет. — Канон? Енот? Ты о чём вообще? Я махнул рукой. — Не забивай этим себе голову. Она покачала головой. — Иногда мне кажется, что ты живёшь в какой-то другой реальности. Я усмехнулся. — Поверь, лучше тебе туда не лезть. Позже я лёг на спину и уставился в потолок. Тишина. Темнота. Планирование. Ладно. Шутки в сторону. Месяц — это не так уж и много. Первое — фуиндзюцу. Клоны займутся теорией. Пусть грызут свитки, пока я занимаюсь практикой. Второе — контракт с жабами уже есть. Значит, можно сделать обратный призыв. Если обычный призыв — это печати в порядке: Кабан, Собака, Птица, Обезьяна, Баран… то для обратного нужно сложить их наоборот. Баран. Обезьяна. Птица. Собака. Кабан. Простая логика пространственно-временной привязки. Гора Мьёбоку ждёт. По канону я выучил сеннин-мод за неделю. И это при том, что мне мешал девятихвостый. Со мной таких проблем не будет. Кстати… Надо поговорить с квартирантом. Я закрыл глаза. И провалился внутрь. Темнота. Вода по щиколотку. Гулкое эхо. Клетка. За решёткой — огромная лисья туша. Курама спал. Я сложил руки за спиной. — Уважаемый биджу. Вынужден вас разбудить. Огромные глаза медленно открылись. Он тяжело выдохнул. От одного вздоха прутья клетки задрожали. — Ну чего тебе, мелкий шнырь… Я усмехнулся. — Я тут решил освоить режим отшельника. Хотел бы, чтобы ты не мешал. Курама прищурился. — Делай что хочешь. Коротко. Без лишних слов. Я склонил голову набок. — Тебе вообще по кайфу тут сидеть? Сыро. Мокро. Темно. Он фыркнул. — Даже это лучше, чем предыдущие условия содержания. Я задумался. — Ааа… понял. Из советской хрущёвки в однушку в новом ЖК? Курама моргнул. — Чего? — Забей. Я закрыл глаза. Сконцентрировался. Это моё подсознание. Моё пространство. Почему здесь вообще канализация девяностых? Вода начала уходить. Тьма рассеялась. Стены исчезли. Клетка растворилась в воздухе. На её месте — простор. Зелёный луг. Деревья. Свет. Чистое небо. Пространство стало огромным. Свободным. Курама остался на месте. Он не подал вида. Но хвост чуть дёрнулся. И уши едва заметно повернулись. Я хмыкнул. — Ну что. Евро-ремонт. Панорамный вид. Без сырости. Курама осмотрелся. — Хм. Всего одно “хм”. Но для него это почти аплодисменты. Я развернулся. — Удачного времяпрепровождения в новой однушке с ремонтом. — Не называй это однушкой… Я уже исчезал. — Спокойной ночи, лис. Я открыл глаза. Комната. Потолок. Тишина. Ухмыльнулся. — Ну что ж. Завтра начинаем. Гора Мьёбоку. Сеннин-мод. И немного апгрейда для этого мира.