Трое за яйцом

— Гил? — позвал Танис, склонившись над бесчувственным парнем. Принять, что это их дракон, было сложновато, но вон и Колдун его так назвал, и ошейник, который не давал ему превращаться, сломанным лежал. Танис осторожно перевернул Гила, стаскивая с поверженного противника. — Гил! — выдохнул тут же Колдун — или Рейстлин? — попытавшись сесть. Танис приложил голову к груди дракона, прислушиваясь к дыханию. Дышал он тихо, поверхностно. Но дышал, и сердце в груди колотилось. — Что с ним? — спросил царевич у явно больше понимавшего колдуна. — Он на себя огонь оттянул, который должен был меня уничтожить, — тихо, явно не в силах говорить громче пока, ответил Рейст, наконец сев. — Последняя гадость Колдуна, чтобы тело никому не досталось. Отомстить и сжечь. Такое только Гил и мог перетянуть… — Из-за ритуала? — спросил Танис. Колдун вскинул на него удивлённый взгляд голубых глаз. Кожа у него, кстати, тоже стала более человеческого цвета, лишь слегка золотистым отдавала. Только волосы так седыми и остались. Но всё это Танис мимоходом отметил. — Откуда ты знаешь?.. — спросил Рейст и тут же сам себя оборвал: — Неважно! Надо отвести его в дом, пока не поздно! Зелья! Нужны зелья… Помоги довести. — Танис, осторожнее! — послышался сзади голос Даламара, и Танис обернулся к нему. — Мы не можем знать наверняка, что игла сработала. Это может быть ловушкой! — Но мы же не можем оставить Гила умирать, — возразил Танис и потянул дракона на себя, чтобы подхватить под руку и поднять. — Можешь убить меня, ведун, но ему помоги, — зло выдохнул Рейст, поднимаясь следом и подставляя своё плечо, чтобы поддержать Гила. Танис посмотрел на хилого колдуна недоверчиво: тот и сам-то чудом на ногах держался, а туда же! Где ему здорового дракона удержать? Гил хоть человеком и выглядел невысоким, но всё же вес имел… ну, не драконий, конечно, но заметный. Или это Танис совсем из сил выбился? И это он ещё меньше всех пострадал в походе, даже раны от волчьих когтей и зубов зажили от зелий Даламара почти полностью и совсем не тревожили. Вытащив из ножен меч, Танис протянул его рукоятью Даламару. — Возьми. Если он, — кивок на колдуна, — сделает что-то не то, бей, не задумываясь. Даламар ведь прав, гарантий у них не было никаких. Но только Рейстлин, кажется, знал, что случилось и как с этим бороться. Так и пошли обратно в лес: Танис с одной стороны Гила, закинув его руку на плечо, Рейст с другой, закинув вторую, Даламар сзади с мечом в руке и мешком с драгоценной книгой за плечами. Медленно шли, Гила волочь приходилось, и в основном Танису, колдун скорее поддерживал, чтобы дракон совсем не упал. И только когда через просвет в деревьях показался дом Даламара, Гил мотнул головой, обвёл дорогу перед собой мутным взглядом и простонал что-то невнятное. — Сейчас, Гил, сейчас, потерпи, — тихо сказал Рейст. Тепло и мягко, и как-то совсем не так, как говорил с ним в поле. Не так, как пытался изобразить Чёрный Колдун. — Ты зря это сделал всё. — Драконам огонь не страшен, — заплетающимся языком ответил Гил. — У нас получилось? — Получилось! — подтвердил Рейст и посмотрел на Таниса, чтобы тот не думал возражать. Танис и не собирался. Колдун действительно пока не делал ничего подозрительного. — На лежанку к окну веди, — распорядился Рейст, когда они втащили кое-как уже переставляющего ноги Гила в дом. Танис оглянулся на Даламара, но тот лишь странным взглядом посмотрел и кивнул. А после скинул мешок на лавку, меч рядом положил и пошёл в комнатку, где зелья готовил. — На полке у печи третий горшок слева… — начал было Рейстлин и осёкся, помолчал мгновение. — Снадобье от ожогов надо. И заживляющее зелье. И укрепляющее. Всё, что есть, тащи! Танис пошёл на помощь к Даламару, потому что всё, вероятно, в руки ведуну бы не влезло. Действительно не влезало, к перечисленным зельям добавились полосы полотна для перевязки, раз есть ожоги. Даламар молчал и был задумчив, но колдуну больше не возражал, послушно делал то, что тот скажет. — Это ведь твой дом? — спросил ведун неожиданно для Таниса, когда они вернулись из комнатки к Рейсту и Гилу. — Твой и Карамона? — Мой, — согласился Рейст. — Был. Теперь твой. И забрал горшочек с мазью из рук Даламара. За это время он успел стянуть с Гила куртку и рубаху, и теперь стали видны красные пятна ожогов на теле дракона. Не слишком опасные, только на груди и плече яркие и с намёком на возможные волдыри, но Рейст всё равно смазал их мазью. — Я же говорю, огонь не страшен драконам, — вяло повторил Гил, но не сопротивлялся обработке. — Держи, ведун, свои раны смажь тоже, — не терпящим возражений тоном сказал Рейст, протянув горшок Даламару. Тот поморщился, но мазь забрал. — Можете оставить нас. Не бойтесь, ничего я с ним не сделаю. Я ведь люблю его, дурака такого. Только ради него и держался. Иначе давно или тело бы уничтожил, или учитель смог бы меня победить окончательно. А так держался, делал вид, что ради Гила не дёргаюсь, и как мог мешал вас поймать. — Рейст… — как-то сдавленно шепнул Гил, и колдун сжал его ладонь. — Это как? — спросил Танис и оглянулся на Даламара. — Ну, тут нога болит, там бок закололо, а то и вообще голова кружится, потому что ведун ваш Колдуна из сознания Гила вышвырнул, — усмехнулся Рейст. — Не самое здоровое тело. Я годами учился его поддерживать, а тут пришлось, наоборот, все возможные хвори тянуть. Не очень-то легко быть больным оказалось. Ничего, помогло же. А ты, ведун, силён! Только сил много тратишь впустую. — Учителя хорошего не было, — буркнул Даламар и пошёл к двери. Танис помнил, как тот и сам сокрушался по этому поводу. — По моим книгам неплохо учился, — ответил Рейст и вернул внимание Гилу. Танис поставил всё, что в руках держал, в изголовье лежанки. Рейст ему моток полотна в руки сунул и кивнул в сторону закрывшейся за Даламаром двери. — Иди, помоги. Я там… Колдун постарался. С повязкой лучше первое время, пока заживает. Танис ещё раз внимательно посмотрел на то, как Рейстлин ощупывает ожог на плече Гила, пока тот стоически терпит и отвечает ему хоть и мутноватым ещё, но тёплым взглядом. И только тогда Танис понял вдруг, что колдун и дракон внешне похожи чем-то. То ли волосы кудрявятся одинаково, то ли овалом лица схожи, только Рейст худее. А может, просто влюблённый взгляд у них был один на двоих. Танис покачал головой и вышел. Даламара он нашёл в спальне наверху, тот как раз смазывал раны, скинув около кровати мантию и рубашку, безнадёжно прожжённые рукой Колдуна. Без лишних слов он позволил намотать поверх страшной раны-пятерни повязку и заговорил, лишь когда устало сел на кровать. — Вот и всё, да? Всё закончилось? Мы победили? — А ты как думаешь? — вопросом на вопрос ответил Танис, опускаясь рядом. — Похоже на то… — неуверенно сказал Даламар. — А мне кажется, ещё рано судить, — заявил Танис. — Колдун, может, сгинул. А может, хорошо притворяется. Я хочу ему верить, правда. И Гил ему верит, а он своего Рейста знает. И всё же стоит ещё за ними последить, может? Издалека. Наша связь… пригодится, возможно. — Пока точно не будем знать? — спросил Даламар. — Я в ученики к нему попроситься думал. Рискованно? — Так удобнее наблюдать будет, — кивнул Танис, чувствуя, что говорят они не о том вовсе. Совершенно не о том. — Ты тогда… — Ты меня поцеловал тогда? — перебил его ведун, глядя куда-то в сторону. Танис протянул руку, коснулся щеки Даламара, отведя неровно срезанную прядь, повернул его лицо к себе. — Да, — сказал он, улыбнувшись. — А ты ответил? Даламар кивнул, и Танис притянул его, сам навстречу качнувшись, чтобы поцеловать снова. В этот раз совершенно сознательно и исключительно потому, что хотел. Оба хотели.