наш уголок вселенной - К.С. Роудс

— Выглядишь ужасно, — пробормотал Джисон, разглядывая лицо Хёнджина, который, казалось, последние пять минут бесцельно пялился в стену. Глаза впалые, глубокие синяки под ними, бледные губы. — Ты заболел, что ли? — Заткнись, у меня мигрень, — надулся Хёнджин, утыкаясь лицом в сгиб локтя на столе. Даже приглушённый свет в библиотеке был для него слишком ярок, мир кружился. — Может, позже поучимся или что-то типа того...? Я просто хочу домой. — Чувак, мы оба завалим этот тест, если не будем готовиться. Я не виноват, что ты решил всю ночь бухать с Бинни хёном вместо того, чтобы спать. — Охх, не напоминай... Джисон вздохнул, заложил листок бумаги в учебник в качестве временной закладки, чтобы запомнить, где они остановились, и отодвинул книгу в сторону. Он подался ближе к другу и мягко провёл рукой по его чёрным волосам до плеч, перебирая пряди, а затем нежно почесал кожу головы. Хёнджин часто делал так ему, и Джисон подумал, что это может помочь, хотя бы самую малость. К счастью, мышцы друга, казалось, расслабились, и напряжённое выражение лица хоть немного, но сгладилось. — Что-то случилось? Хёнджин выглядел побеждённым, будто не хотел ничего говорить, но всё же решился. — Я получил номер Феликса после того, как мы были в студии, — пробормотал он. — Но он просто забил на все мои сообщения. — Ах, — протянул Джисон, глядя на него с сочувствием. — Ну, ты спрашивал Чана? Они, кажется, хорошие друзья. — Ага. Он сказал, что написал Феликсу за меня, но он тоже с тех пор ничего не отвечает. Прошло уже дня два. Я думаю просто вломиться к Чану домой, раз он тоже молчит после того, как сказал, что спросит. — пробормотал он, прижимаясь головой к пальцам, перебиравшим его волосы. — Но мне кажется глупым так расстраиваться из-за этого. Мы же всё равно увидимся в понедельник, но это меня реально выбивает из колеи. Джисон кивнул, просто слушая жалобы друга. — Может, он занят? — Мхм, может быть. Но вообще никакого ответа? Может, мне просто показалось, что ему было так же весело со мной, как мне с ним... Или, может, с ним что-то случилось, и он исчез с лица Земли... Ах, думать об этом ещё хуже! Я схожу с ума, Ханни. Джисон ответил не сразу, казалось, на мгновение задумавшись, давая словам повиснуть в воздухе. Затем: — Он тебе нравится? Голова Хёнджина резко поднялась из положения, в котором он лежал на руках, будто его оскорбило само предположение. Но его лицо было довольно красноречивым. Со стоном он драматично откинулся на спинку стула и запрокинул голову, уставившись в потолок. — Да нет. Просто он интересный чувак. Забавный, хорошо танцует, красивый, как ангел... — Хёнджин запнулся на собственных словах и просто издал ещё один мучительный звук. Джисон фыркнул, сдерживая смех, — они всё-таки в библиотеке. — Ангел, да? Ох, чувак, ты попал по полной. — Не то что ты и твой краш, — парировал он, решив ответить намёком, вместо того чтобы просто признаться. — Я и КТО-? Джисон вздрогнул, когда студент за соседним столом зашикал на него — он слишком увлёкся и позволил себе повысить голос. Лицо вспыхнуло. Хёнджин рассмеялся над ним, будто мучения Джисона были музыкой для его ушей. Джисон тоже рассмеялся, и они оба отчаянно пытались сдержаться, понимая, что ещё секунда — и они начнут хлопать друг друга по столу и ржать, как гиены. Попытки с треском проваливались, смех прорывался всё сильнее. — По крайней мере, я никогда не называл Минхо-нима ангелом, — начал Джисон, показывая ему язык. — Ага-ага, потому что «красивый точеный экземпляр» — это гораздо более невинно. — Откуда ты...? — Я прочитал твою рэп-строчку в новом бите, когда вчера заглядывал через плечо Чанбина~ Я сразу понял, что это твои слова. — Я тебя не выношу, — пробормотал Джисон сквозь смесь хныканья и смеха. — Похоже, тебе стоит присесть, — тогда. — Я И СИЖУ—! — Чувак, заткнитесь, блин! Некоторые из нас не хотят вылететь! — прошипел студент за соседним столом, встал и в раздражении ушёл с другой стороны библиотеки со всеми своими книгами. Они замерли, уставившись друг на друга в полной тишине всего на полсекунды. А потом разразились смехом, все надежды сохранить тишину рухнули, они чуть не попадали на пол — это было самое смешное, что могло с ними случиться за весь день. — Нас отсюда точно выгонят из-за тебя, Хан-а. — Не-а, я буду умолять о невиновности! Хёнджин кое-как пришёл в себя после приступа смеха, когда увидел, как тот самый студент уходит. Он удивлённо приподнял брови. — Хей, это же не тот парень, которого Чанбин не выносит? Джисон на мгновение удивлённо склонил голову. Другой студент был уже на полпути, но его лицо было повёрнуто ровно настолько, чтобы они всё ещё могли его видеть, когда он нашёл себе новое место подальше от них. Брекеты и рыжевато-коричневые волосы, и этот новый разрез брови, который Чанбин описывал как «жалкая попытка выскочки быть эджи». — Чувак, это точно он! Думаю, хён сейчас взбесится, если мы скажем ему, что он здесь... — Джисон уже схватил телефон, будто собирался написать ему. — Не-а, не хочу слушать, как он будет говорить мне, чтобы я был его посыльным и передал, что он хочет высказать ему всё, что думает, и не хочу слушать его нытьё, когда вернусь домой... — рассмеялся Хёнджин, садясь обратно на стул нормально. Он потёр виски руками, всё ещё борясь с тупой болью в черепе. — Их ссоры, которые он описывает, начинают всё больше походить на перепалки в несчастной супружеской паре. — Можно и так сказать, — усмехнулся Джисон, убирая телефон и пододвигая учебник по столу. — Давай просто позанимаемся ещё 30 минут и на сегодня закончим. Можем повторить всё в понедельник утром перед тестом. — Ага-ага... Думаю, я это переживу. Хочешь потом пойти к Чану и тусить, пока он не предложит купить нам ужин? — Ещё спрашиваешь.

***

Понедельник наступил прежде, чем кто-либо успел опомниться. Джисон и Хёнджин были полностью вымотаны после своего экзамена и просто ждали, когда начнутся зимние каникулы, чтобы наконец отдохнуть от учёбы и спасти остатки рассудка. Они встретились с Чанбином в местной кафешке, которую уже начали считать своей городской точкой сбора. На самом деле это было просто самое близкое к университету место, где можно было купить большую порцию картошки фри и поделить её на всех, пока они жаловались на пары, одногруппников, преподавателей и всё остальное. — Ты правда не хочешь пойти с нами на танцы, хён? — надул губы Хёнджин. — Йа, вы меня доконаете этим, да?! — Ага, это наша работа, — небрежно добавил Джисон. Возможно, он бы тоже скорчил жалобную рожицу вместе с Хёнджином, если бы не был слишком занят запихиванием в рот картошки. Его щёки раздулись, пока он жевал и говорил одновременно. — Чувак, фу, дожуй сначала, — Чанбин слишком сильно ударил Джисона по плечу, и тот теперь уже по-настоящему захныкал. — Ты козееел, — Джисон ударил его в ответ, но с гораздо меньшей силой, хотя, судя по виду, старался изо всех сил. — Сходи со мной в зал, может, это принесёт тебе больше пользы, чем танцы. — Старший из них рассмеялся. — Может, в другой раз, я сегодня вечером встречаюсь с персональным тренером, чтобы поработать над своим личным рекордом, так что вам просто нужно было пригласить меня заранее. — Буу, ты вечно в зале, — продолжал жаловаться Хёнджин, бросая в него картошкой, за что тут же получил обратно скомканной салфеткой. — Йа, чтобы выносить ваши выходки! Это тяжело — тащить на себе всю нашу компанию! — О дааа, а не потому ли, что ты избегаешь танцев, потому что я застукал тебя танцующим под песенки девичьих групп в 2 часа ночи на днях? — ЭЙ— НЕ СМЕЙ! ЭТО БЫЛА ХОРОШАЯ ЗАПЕВАЮЩАЯ ПЕСНЯ, И ТЫ ТОЖЕ ПОДПЕВАЛ! Джисон рассмеялся над их перепалкой, продолжая просто таскать картошку, пока они спорили, позволяя им выяснять отношения, пока он имеет право на фри. Сквозь эту суету знакомое чувство, что на него смотрят, внезапно заставило его поёжиться, волоски на затылке встали дыбом. Он даже не успел оглядеться, чтобы понять, кто это, как увидел виновника, проходящего мимо их столика. — Хёнджин-сси, Хан-сси. — улыбнулся мужчина, проходя с чеком в руке. — Ва- Минхо-ним, добрый день! — помахал Хёнджин, совершенно не обращая внимания на то, что только что переругивался со своим соседом последние десять минут. Джисон был смущён, застыв с набитыми щеками. Ему было ужасно неловко, что его видят таким. — А, Минхо-ним! Извините— Добрый день!! — пробормотал Джисон между пережёвыванием, торопясь доесть то, что было во рту. Минхо просто ласково улыбнулся ему, будто находил это милым — то, как он по-детски ел. Это было так embarassing (смущающе). — Увидимся сегодня вечером, да? Не забудьте захватить Чан-а с собой. Хёнджин кивнул, приложив руку ко лбу, как бы отдавая честь, пошутив: — Есть, капитан, вытащим этого отшельника. Минхо прошёл дальше к другому столику, где, по-видимому, его кто-то ждал. Джисон наконец проглотил еду и спрятал лицо в ладонях. Он не узнал того человека, но задался вопросом, не танцор ли это. Ему почти захотелось попросить разрешения сесть с ними, даже если бы это отправило его сердце прямо в стратосферу. — Ловко, Хан-а. — Я тебя прикончу. — ...Это был твой сосед, Хан? — спросил Чанбин, кажется, потеряв нить разговора. — Что происходит сегодня вечером? Хёнджин и Джисон оба рассмеялись, совершенно забыв рассказать Чанбину о том, что привело к их походу на танцы и к тому, что сосед оказался тем самым парнем. Остаток времени в кафе они потратили на то, чтобы ввести его в курс дела, прежде чем им пришлось бежать на последнюю пару.

***

Чан, Хёнджин и Джисон наконец добрались до студии вместе, уложившись в 5 минут до начала занятия. Двое младших всё ещё пытались отдышаться. Они решили идти пешком от квартиры Чана, так как это было, по его словам, «в шаговой доступности». Они даже вышли пораньше, но... Младшие двое быстро поняли, что «шаговая доступность» для Чана была гораздо дольше и расплывчатее, чем для любого нормального человека. Джисон уже хотел спать, даже не зайдя в студию. Хёнджина дразнили за отсутствие выносливости, несмотря на его прошлые навыки, но это случается после такого долгого перерыва — его мышцы всё ещё пытались вернуться в прежнюю форму. Ближе к концу пути Хёнджин нашёл утешение, забравшись на спину Чана. Джисон надулся, что не попросил первым, жалуясь на боль в подошвах. Хёнджин сидел на плечах Чана, лениво и уютно прильнув к нему, уткнувшись головой в шею старшего. Он был выше, но Чан держал его легко, будто тот ничего не весил. Когда они подошли, то увидели Феликса, сидящего на скамейке перед студией. На его лице застыло раздражённое выражение, он возился с телефоном, сосредоточенно глядя в экран. — Йоу, Феликс! — крикнул Джисон, махая рукой издалека. Двое других тоже закричали, быстро направляясь к нему. То, как мгновенно засияло лицо Феликса, стоило всей прогулки. Его широкая улыбка вернулась на место, ямочки были наготове. На нём на этот раз были серо-голубые линзы, чёлка слегка завита спереди, а остальные волосы убраны в хвост, который подпрыгивал, когда он вскакивал со скамьи, чтобы поприветствовать их. Казалось, все его тревоги растаяли на холодном воздухе. Чан аккуратно опустил Хёнджина со спины, и они оба побежали обнимать Феликса. Джисон последовал за ними, присоединяясь к их групповому обнимашку. Когда они разошлись, Феликс первым делом обратил внимание на Хёнджина, обвивая его плечи руками. — Я так извиняюсь, что так и не позвонил, Хёнджин! Может, дашь мне свой номер ещё раз?? Я нормально дошёл до дома после того, как мы расстались, а потом какой-то парень толкнул меня, и мой телефон упал в щель в полу у лифта и пропал в неизвестном направлении! Пришлось покупать новый, всё потерял! Руки Феликса были тёплыми и крепко лежали на плечах Хёнджина, его большие грустные глаза слишком пристально смотрели на другого, будто он пытался выразить, как сильно расстроен этим. Хёнджин моргнул, выражение чистого облегчения просто залило его лицо, прежде чем на губах медленно заиграла однобокая улыбка. Он выдохнул сдавленный смешок, его собственные руки легли на талию Феликса, голова поникла. Короткий вздох последовал за его небольшим приступом смеха, и он снова посмотрел на Феликса, который смотрел на него с недоумением. — Ничего смешного! Я всю неделю с ума сходииил, — Феликс слегка надулся, не понимая, почему друг находит его несчастье забавным. Хёнджин покачал головой: — Нет-нет, дело не в этом! Я думал, что сделал что-то, и ты просто меня избегаешь! — Он снова рассмеялся, слегка склонив голову набок, глядя на Феликса. Он видел, как лицо другого тоже расслабилось, улыбка вернулась, и он выдохнул смешок в неверии. — Я перебирал в голове всё, что мог сделать такого, чтобы тебя напугать. — Никогда, нет! Я так боялся, что ты так подумаешь, и я так старался найти все свои контакты заново! Я даже забыл попросить номер у Минхо хёна сегодня утром, надо бы это исправить... И у тебя тоже, Чан хён! — Ах, бедный Ликсие, я тогда буду первым контактом в твоём новом телефоне? Феликс рассмеялся, всем телом: — Да, думал, это будет моя мама, но я, оказывается, не могу вспомнить её номер... а она всегда шлёт мне письма обычной почтой! — Как мне повезло, правда? Они всё ещё посмеивались, обмениваясь телефонами, вбивая новую информацию в контакты друг друга. Чан и Джисон тоже, конечно, обменялись контактами с Феликсом. — Ну, пойдёмте внутрь! Минхо хён уже готов к началу занятия, он просто закроет дверь, если мы не поторопимся. Он даже меня запирал, так что давайте быстрее! — Точно! — хором сказали остальные трое, смеясь над этим, прежде чем поспешить в здание. Они успели за минуту до начала и приготовились к долгой тренировке.

***

После танцевальной практики, как обычно, Хёнджин, Джисон и Феликс снова оказались на полу, обмахиваясь или жадно хватая бутылки с водой, словно от этого зависела их жизнь. Чан посмеялся над этим зрелищем, а затем подошёл к Минхо, чтобы просто поболтать. Джисон и Феликс сидели на полу плечом к плечу, а Хёнджин лениво развалился у них на коленях. Те двое, на ком он лежал, махали на него руками, будто пытаясь помочь остыть, и смеялись над этим. Ох, как же этот парень потел. Чан и Минхо, кажется, закончили обсуждать что-то. Минхо помахал остальным, взял полотенце, чтобы вытереть пот, и вышел из комнаты в заднюю часть студии. Феликс объяснил тем двоим, что с ним, что это его маленький кабинет. — Так вы собираетесь торчать здесь всю ночь, или мне придётся вытаскивать вас по одному из здания? — спросил Чан, стоя над ними, склонив голову и уперев руки в бока, как мамаша на последнем издыхании. — Не хочу уходииить, — захныкал Хёнджин, потягиваясь руками над головой. Феликс рассмеялся, перебирая пальцами его волосы. Жест казался уже настолько естественным между ними. — Мне нужно закончить бумаги для студии, и тогда я освобожусь на вечер. Вы что-нибудь делаете после этого? — спросил Феликс, взглянув на Чана, а затем снова посмотрев на Хёнджина, который закрыл глаза, на его лице застыло мягкое, умиротворённое выражение. Чан на мгновение задумался, ему тоже было немного грустно уходить. — Планов не было, но, думаю, поужинать было бы неплохо. Уверен, мы все зверски проголодались, да? Джисон и Хёнджин в унисон застонали, будто репетировали. — Умираю с голоду, — начал Джисон. — Совершенно истощён, — закончил Хёнджин, и они оба захихикали над этим. — Похоже, решено! — Феликс с виноватым видом посмотрел на Хёнджина, и тот понял намёк, скатившись с них на пол, прежде чем наконец подняться. Феликс встал: — Скиньте мне место, я присоединюсь, как только закончу здесь. Пока~ Трое уходящих вышли из здания, готовые обсудить планы на ужин. Их перегретые и уставшие тела мгновенно почувствовали холод, готовый заморозить остатки пота на коже. — Итак, — начал Джисон, пока Чан был занят телефоном, ища рестораны, которые всё ещё работали в это время. — Феликс очень красивый, да? Как там ты сказал? Как ангел? — До неприличия и почти оскорбительно красивый, — слова вылетели из Хёнджина слишком быстро, но он быстро втянул воздух от смущения и хлопнул Джисона по плечу, бросив на него взгляд. — Ой, не смотри на меня так! — Чегооо! — пожаловался Джисон, строя ему свои «глаза-букашки». — Заткнись, он просто... как картина красивый. Было бы хорошо его нарисовать. Не пойми неправильно. — Оу, у нашего Хёнджинни новая муза? — Чан теперь тоже вмешался, уловив тон разговора, с самодовольной усмешкой на губах. — Фу, нет, — выдавил он из себя, пытаясь звучать так, будто его тошнит от этой мысли. — Ну, ты говорил, что у тебя творческий застой... Я мог бы попросить его попозировать тебе~ — ещё одна глупая усмешка Чана. — Ни за что! — Хёнджин выдохнул сдавленный смех, отталкивая старшего раскрытой ладонью. — И ты не имеешь права ничего добавлять, Хан-а. Строишь глазки Минхо-ниму весь урок, как обычно. — Че- я не строил! А я тут при чём?! — Хм, я тоже заметил, Ханни. — Чану, казалось, было всё равно, кого дразнить, главное, чтобы была возможность подколоть. — Может, мы уже выберем место для еды? Я слишком устааал. — Ты первый начал, — покосился на него Хёнджин. — Не-а, ты начал это, типа, месяцы назад. — Мхм, не помню. Не было такого. — Ты что, ударился головой, или встреча с Феликсом вызвала у тебя амнезию, потому что он поселился у тебя в голове, а? — А ну замолчи! Чан приструнил их обоих, сгоняя, как овец. — Хватит, хватит. Чанбин уже в том месте с очень вкусным бульгоги через дорогу, хотите к нему присоединиться? Я угощаю. — Меня уговаривать не надо! — обрадовался Хёнджин. Джисон тоже присоединился к ликованию по поводу халявного ужина. Когда они пришли, то устроились в большом кабинете, который Чанбин занял для них, зная, что придёт ещё один гость. Чанбин и Хёнджин сидели на одной стороне, уже подкалывая друг друга и слишком радостно гогоча для того тумана усталости, который чувствовал Джисон. Он улыбался, но едва пытался следить за их разговором. Чан и он сидели на другой стороне, Чан в основном занимался изучением меню в ожидании. Заказали закуски, принесли напитки, так что все могли начать налегать на еду, когда к ним наконец присоединится Феликс. Он появился прямо в тот момент, когда официант вернулся с тарелками закусок, радуясь своей удаче. — Хееей! Похоже, вечеринка начинается~ Я привёл ещё одного гостя, хотя знаю, что он вряд ли нуждается в приглашении! — просиял Феликс, быстро отходя в сторону, будто представляя мужчину, который следовал за ним в ресторане всего в паре шагов позади. — Хай, — Это был Минхо, и он быстро улыбнулся остальным. — Извините, что без приглашения. Внезапно Джисон перестал чувствовать себя таким уставшим, его нервная система перешла в режим полной боеготовности. — Вовсе нет! Присоединяйся, Минхо! — сказал Чан с энтузиазмом, не замечая полностью застывшего рядом Джисона. Феликс первым прошёл к столу, его улыбка сияла ярко, когда он сел рядом с Хёнджином, быстро прильнув к его боку, будто так и надо. Рука Хёнджина уже обвивала другого. Хёнджин постарался представить Феликса Чанбину, который сидел с другой стороны, назвав его своим хорошим другом и соседом. Хёнджин, казался весь искрящимся и радостным, эта глупая широкая улыбка застыла на его лице. Джисон был бы рад за друга, если бы не его собственные бегущие мысли. Теперь его другая... Проблема. Минхо смотрел на Джисона. Ну, может, скорее, разглядывал. Взгляд задержался, и Джисон уловил то, что мог поклясться, было почти... нежным выражением. Джисон не был уверен, что его сердце это выдержит. — Можно мне сесть здесь? Джисон сглотнул, но даже после этого в горле всё равно пересохло. Он кивнул, прежде чем смог произнести слова, и начал пить воду, будто от этого зависела его жизнь. Чан взял на себя инициативу и познакомил Минхо с Чанбином. Джисон бросил на друга умоляющий взгляд, увидев, как в его глазах мелькнуло узнавание. К счастью, Чанбин понял намёк, прежде чем сказать что-то лишнее, и просто вежливо представился. Он начал рассказывать, как они с Чаном говорили о Чанбине Минхо, когда они общались, обсуждая их совместную работу над музыкой. Джисон, казалось, с облегчением выдохнул, чувствуя себя немного менее смущённым, зная, что Чан также рассказывал о Чанбине, когда говорил об их музыке. Его мозг снова вернулся к смущению от их прошлой встречи на первом занятии. Минхо сидел рядом. Близко. Слишком близко. Вероятно, не специально, но кабинка, казалось, сжималась с каждой секундой. То, как их руки касались друг друга — самый продолжительный контакт, который когда-либо был между ними, колени даже иногда сталкивались. Каждый жгучий момент, и всё же Джисон хотел полностью прильнуть к нему, жар поднимался по шее, когда он представлял, каково это — чувствовать руки Минхо, обнимающие его. Боже. Он зашёл слишком далеко. Казалось, разговор наконец пошёл дальше, но Джисон не мог уследить за ним, его пульс громко стучал в ушах. Он был уверен, что его уши краснее, чем его почти малиновая толстовка под бордово-чёрной клетчатой рубашкой, накинутой утром. Руки он засунул в карманы, размышляя, что если их руки случайно соприкоснутся, он просто умрёт на месте. Царствие небесное Хан Джисону, не дожил даже до американского возраста распития спиртного, умер от... судя по записям... слишком близкого нахождения со своим очень красивым соседом. — Ты в порядке, Хан-сси? — мягко спросил Минхо, поворачивая голову к нему, заметив, как тот ёрзает на месте. — Если тебе неудобно, я могу пересесть. — Нет, всё нормально! — слишком быстро ответил Джисон, одарив его извиняющейся улыбкой. — Просто... Можешь звать меня просто Хан, кстати. Без формальностей, ха-ха... — Хан. — повторил Минхо, теперь глядя прямо на Джисона. Их взгляды встретились, и эти глаза, которые, казалось, искрились и ловили каждый лучик света в комнате, слишком ярко сияли в ответ. — Хан... Джисон, верно? — спросил Минхо, слова слетали с его языка так естественно, будто он был рад наконец произнести его имя так, как потом Джисону никогда больше не услышать это имя от кого-либо другого. — Я запомнил по твоей первой записке. И снова Джисона затянуло в гравитационное поле Минхо, в их маленькое личное пространство, созданное только для них двоих. — Ага, — выдавил Джисон, с той же неловкой усмешкой, которой всегда пользовался, чтобы успокоить нервы. Он слышал гиений смех Хёнджина и Чанбина, видел краем глаза, как Феликс сдерживает смех, нежно сжимая плечо Хёнджина, опираясь на него для равновесия. Фырканье Чанбина заставляло их смеяться ещё громче, даже Чан с другой стороны терялся в нелепости того, над чем они, видимо, смеялись. Но Джисон не мог разобрать ни слова, всё это медленно исчезало на заднем плане, как помехи на телеэкране, пока он был сосредоточен на Минхо. Момент, казалось, тянулся, и Джисон нашёл в себе силы снова заговорить, будто хотел сказать что-то, чтобы спастись от смущения и своего предыдущего ответа одним словом. Пришло время достать карту, которая всегда помогала ему в неловких ситуациях: попытаться пошутить и превратить всё в шутку. Как его маленький щит. — Могу я тоже называть тебя просто по имени, Минхо-ним? Я сделаю так, что ты полюбишь меня как своего нового лучшего друга, — усмехнулся Джисон, пытаясь дать понять, что это шутка. — Минхо-... — Он определённо копал себе могилу в надежде, что другой засмеётся. Не то чтобы это звучало смешно. О боже, он его уже достал, да? Минхо на мгновение склонил голову набок, будто обдумывая. — Сколько тебе лет, Джисон? Дрожь. То, как Минхо продолжал произносить его имя, было слишком приятно. Слишком идеально. Слишком нежно. — Двадцать... — Хм, — Минхо хмыкнул, кивая на новую информацию. — Тогда Минхо хён. Можешь называть меня так. Мне 22. — Минхо хён. — улыбнулся Джисон, пытаясь обрести уверенность, разговор, кажется, шёл нормально. Не о чем было волноваться, правда? Это сработало лишь отчасти, потому что он всё ещё чувствовал, как колотится сердце, бабочки порхали глубоко в животе. — Смотри-ка, уже чувствуешь, что обрёл нового лучшего друга? — Не знаю, думаю, Йонбокки может побороться с тобой за это звание. Он навязчивый. И у него чёрный пояс. Ого, у него тоже есть чувство юмора. Джисон может с этим работать. Если только он не серьёзно насчёт чёрного пояса Феликса. Это сейчас неважно. — Он слишком занят с Хённи, чтобы заметить, как я подкрадываюсь, он никогда этого не увидит. Посмотри на этих дурней. К тому же, глянь на эти бицепсы. — пошутил Джисон, сгибая свои тонкие руки, на которых нечего было показывать, да и не увидишь под одеждой. Может, стоит сходить в зал с Чанбином и Чаном как-нибудь вечером. Ай. Это проблемы будущего Джисона. Минхо рассмеялся, явно развлечённый, независимо от причины. — Чаще приходи в студию, и я прослежу, чтобы к лету у тебя появились настоящие мышцы. — ответил Минхо, толкая его плечом. Небрежно. Расслабленно. Совершенно не отправляя всю нервную систему Джисона в огненную смерть. — Это обещание? Может, частные уроки в квартире через холл. Привилегии нового лучшего друга, верно? — Ты довольно прямолинейный, знаешь это? — Я не могу с собой поделать, я ходячий скандал, разговариваю с учителем как с другом~ — хихикнул он, прикрывая рот рукой, будто изображая вздох. Джисон специально толкнул плечо Минхо своим. Да. Если ты инициируешь случайный контакт, это не так страшно, да? Минхо замер. Теперь, казалось, настала его очередь догонять разговор, вернулся его обычный жест с быстрым морганием. Он тихо усмехнулся и, придя в себя, улыбнулся слишком ярко. — Ты нелепый, Джисон-а. И вот так показалось, что стены, которые он возвёл вокруг образа другого, медленно начали рушиться, напряжение спало, будто его и не было, и они просто улыбались и смеялись друг другу. — Нелепо... смешной, да? Я могу быть настоящим комиком, ты ещё не видел смешного. — продолжил Джисон, чувствуя, как расслабляется. Минхо игриво закатил глаза, и, кажется, придвинулся к нему чуть ближе, чем раньше. Пока все вокруг разговаривали, а еда появлялась на столе, Минхо и Джисон сидели в своём собственном, казалось, маленьком мире, сосредоточившись друг на друге. — Тааак... Минхо хён, — Джисон уплетал еду, держа палочками надкусанный кимбап, задумавшись на полуслове, жуя. — Ты вечно уходишь в костюмах, но у тебя своя маленькая танцевальная студия... В чём подвох? У тебя тайная двойная жизнь агента? — Мистер, — Минхо тихо хихикнул над намёком, ковыряя тофу в супе, раздумывая, как ответить. Его взгляд привлекло то, как двигались щёки Джисона, когда он жевал. — Утром я работаю в офисе, а в студию прихожу днём. Обычно я возвращаюсь домой уже в костюме, потому что танцевальная одежда к тому времени вся мокрая от пота. Так что да, можно сказать, у меня тайная жизнь агента. Или момент Ханны Монтаны. — Серьёзно! Ну, это не так уж далеко. Ты танцуешь, а в остальное время занимаешься обычными делами. — Джисон, казалось, заинтересовался, не замечая, как его тело с каждым словом наклоняется ближе к Минхо. — Ха, выходит, я отчасти правильно о тебе догадывался. — Ты строил теории обо мне? — переспросил Минхо с недоверчивым тоном, приподняв бровь. — Я... Ну, дааа. Делаешь предположения, когда видишь кого-то так часто, понимаешь? — попытался оправдаться Джисон. — Мне было любопытно! Я хотел спросить, но, ну... ты знаешь, как у меня это выходило. Минхо просто покачал головой, но улыбка не сходила с его лица. Джисон надеялся, что это хороший знак, а не то, что он его перепугал и он улыбается от неловкости. — Что, ты никогда не гадаешь, чем люди зарабатывают на жизнь? Мне кажется, это нормально. — Не особо моё. — Хаа? Ну, а что ты думал обо мне, а? Всегда здоровался, тебе было интересно, чем я занимаюсь? — Нет. — быстро ответил Минхо. — Было очевидно, что ты растрёпанный студент, так что мне и гадать не пришлось. Джисон смутился, почесав затылок. — Ну, ты не знал мою специальность. — Гитарный кейс всё сказал за тебя. — Чёрт, а я-то думал, что покоряю тебя своей загадочностью. — Ты загадочен, как детская книжка-головоломка. — Это так жестокооо, хён, — лицо Джисона расплылось в смехе, несмотря на притворный жест боли, когда он приложил руку к сердцу. Минхо лишь смотрел на него с этой мягкой полуприкрытой улыбкой, кажется, на мгновение зависнув, засмотревшись на него. Наверное, это всё же было воображение Джисона, и он просто вызвал неловкую паузу своим странным поведением. Так что нужно было двигаться дальше и надеяться, что Минхо не считает его полным психом. — После того, как я увидел твой танец, я не могу представить, что тебе нравится сидеть в офисе. Старший пожал плечами: — Определённо худшая часть моего дня. — Он поёрзал на месте, даже сейчас он не умел сидеть смирно. — Просто чтобы финансировать студию, пока не почувствую себя увереннее. Джисон понимающе кивнул: — Амбициозный парень. У тебя, наверное, есть сберегательный счёт и пенсионный план, надо же, у тебя жизнь под контролем. — Вряд ли, — просто усмехнулся Минхо. — Я не выживаю, если не работаю или не двигаюсь. Скорее трудоголик. — Неудивительно, что вы с Чаном так хорошо ладите. Думаю, только половина вашей трудовой этики отправила бы меня в могилу. Мне отчаянно нужен отдых, и всё время. — Это хорошо, что ты знаешь это о себе. Некоторым нужен такой баланс. — Я просто хронически всегда нуждаюсь во сне. Как ленивец. Минимум 16 часов в день, или кофеин, чтобы поддерживать моё существование. Это моя фишка. — продолжил Джисон, пожимая плечами. — А почему блонд, кстати? Я всё думал об этом с первого занятия. — А, конкурс. — небрежно ответил Минхо, хотя можно было заметить, что он улыбнулся чуть шире, когда Джисон упомянул, что думал о нём. — Мы с Йонбоком и остальной моей танцевальной командой ездим по стране на соревнования или небольшие шоу, работаем подтанцовкой. — Это так круто...! — просиял Джисон, опираясь головой на руку, которую подпёр локтем на столе. — Вы участвовали в крупных шоу? Раньше я часто ходил на концерты, до учёбы здесь, ха, интересно, мог ли я вас видеть на каких-то! — Вряд ли, обычно это для менее известных исполнителей. У меня был временный контракт с Hit Big, но он закончился до того, как мы сделали какие-то крупные шоу. — Вот облом... Уверен, ваши выступления просто убийственные. Минхо просто кивнул на это поощрение, эта чёртова улыбка всё ещё была на его лице. — Я умею вести шоу, это точно. Но цвет волос, кстати, не жди, что останется таким же. Он никогда не задерживается. — Буу, а мне нравится блонд. — Вот как? Я запомню. — Минхо усмехнулся — ЧЁРТ ВОЗЬМИ, УСМЕХНУЛСЯ ему с этим озорным блеском в глазах. — Уверен, тебе понравится какой-нибудь другой цвет. Думаю, в следующий раз сделаю голубой. — продолжил он, рассеянно убирая волосы с лица. Сердце Джисона пропустило удар — Ладно, что за хрень, это же не считается, правда?! Он думал, это всё выдумки из фильмов и книг, но сердце буквально ёкнуло от пропущенного удара. Если в следующий раз волосы Минхо будут голубыми, он уверен, что его новым любимым цветом станет именно этот оттенок. А он всегда был верен красному. О боже, Минхо в красном. Нет. Не думать об этом. Пожалуйста. Ага. Джисон думает об этом. Используя каждую мышцу в теле, чтобы не дать себе зарыться в землю прямо сейчас. Он просто запихнул в рот ещё еды, молясь, что это спасёт остатки его рассудка. — А почему ты сам переехал сюда? Почему именно этот университет? Джисон почувствовал облегчение от этого вопроса, который отвлёк его мысли в сторону. — Думаю, это хороший вопрос... На самом деле нет какой-то особой причины...? Я просто... хочу, чтобы мою музыку услышали те, кто сможет с ней соединиться... Чтобы она что-то значила для кого-то, понимаешь, о чём я? Здесь хорошие выпускники, обычно у людей всё хорошо складывается, так что это первый шаг... — Достойная цель. — Минхо мило склонил голову к другому, изучая его выражение лица, в котором смешались смущение и волнение от разговора о музыке. — Значит, ты пришёл на танцы с остальными для тренировки сценического мастерства? — Вообще-то... Думаю, это надо спросить у Чанни хёна. Это он настоял, чтобы мы вышли из дома и занялись чем-то активным. Я думал даже не рассматривать это, но Чан, казалось, был очень рад, да и Хёнджин умирал от желания снова танцевать. К тому же я подумал: если когда-нибудь добьюсь успеха с музыкой, мне придётся научиться хотя бы немного держаться на сцене? Так что это плюс, но я сомневаюсь, что до этого дойду. — Это нелегко. — признал Минхо. — Но ты, кажется, любишь вызовы. — Хм, я думал, ты говорил, что не любишь строить предположения о других? Другой мужчина снова просто пожал плечами с этой полуусмешкой на лице, снова берясь за еду. — Тебе стоит как-нибудь поделиться своей музыкой. Чан очень высоко отзывается о твоих работах. Джисон потёр нос от смущения, отводя взгляд от Минхо, но всё ещё чувствуя на себе его выжидающий взгляд. — Я на самом деле не настолько хорош, не слушай его. — Я был бы не против... в общем, не против услышать что-нибудь когда-нибудь... — Я рад. — Минхо протянул свой телефон Джисону. — Обещаешь мне что-нибудь прислать, да? — ... Ага. — О боже, зачем он ему это обещает? Это ужасная идея. Джисон уставился широко раскрытыми глазами на телефон, уже оказавшийся в его нервных неуклюжих руках. Миссия отменяется, уходи отсюда. Урони телефон или кинь в него и беги в холмы. Но нет, его руки двигались нормально, или настолько нормально, насколько позволяли дрожащие пальцы, чтобы полностью взять телефон и посмотреть на экран. Похоже, они теперь обменивались контактами. Как только он наконец собрался с духом и собрался ввести свой номер, он заметил имя, которое Минхо уже ввёл для него в контакты. Когда его глаза встретились с глазами старшего, тот просто одарил его самодовольным взглядом. — Жук? Серьёзно? — Тебе подходит. — указал Минхо, делая круговое движение пальцем в сторону лица Джисона. — У тебя такие милые маленькие глазки-букашки. Он снова был смущён и покраснел, и он не мог понять, то ли Ли Минхо просто невыносимый флиртун, то ли он так дразнит всех. В любом случае, его сердце улетало в небеса. — Вот. — Джисон наконец вбил номер и вернул телефон Минхо. — У меня телефон разрядился, так что... э-э, просто напиши мне, когда сможешь. — Напишу. Рад услышать твоё звучание, я уже наслушался Чана. Внезапно пузырь между Минхо и Джисоном начал расширяться, Чан присоединился к их разговору, даже не заметив этого. — Ах да, я показывал ему тот инструментал, над которым мы работали, Сон, ему очень зашёл бит! — Чан опёрся на бок Джисона и чуть перегнулся через стол, чтобы видеть Минхо. Чан начал рассказывать о работе над треком, о слоях фортепиано, которые добавил Чан, и гитаре Джисона вместе с другими сэмплами, углубляясь в технические детали. Их пространство продолжало расти за столом. Следом подключился Чанбин, рассказывая о своём процессе написания текстов и рэп-строчек, сетуя на последний отклонённый студией трек и на то, как это несправедливо, потому что это был, по его словам, «полный хит». Хёнджин и Феликс тоже втянулись в разговор. Хёнджин упомянул, что записал небольшой сэмпл для забавы, после того как Чанбин попросил его использовать его голос в небольшом треке, над которым он работал. Он заметил, что петь не умеет, но ему понравилось. Чанбин толкнул его локтем и сказал, что Хёнджин поёт хорошо, и упрекнул за неуверенность в себе. Феликс рассмеялся над их перепалкой и спросил, можно ли ему послушать, на что Чанбин ответил, что он ещё работает над этим, но обязательно поделится, когда закончит. Что, конечно, обрадовало Феликса, который издал маленький взвизг от восторга. Постепенно все наконец собрались в общем пространстве, между всеми установился комфортный гул, пока они пили и ели. Сторонний наблюдатель подумал бы, что они дружат много лет, судя по тому, как они улюлюкали и болтали весь вечер, превратив ночь в приятное воспоминание о том, как летели часы. Всё выглядело светлым для них здесь. Но всему хорошему когда-нибудь приходит конец. Принесли счёт, и по цепочке пошли зевки у всех за столом. На улице было чуть выше нуля, когда они вышли из уютного ресторана на холод. Полумесяц светил высоко над головой. После весёлого времяпрепровождения всем было немного грустно расходиться по машинам и прощаться. — Джисон-а, я могу подбросить тебя до дома, если ты не против. — предложил Минхо. — Я привёз сюда Йонбок-а и подброшу его по пути. Джисон удивлённо моргнул, переваривая информацию. Логически, да. Это имело смысл. Они действительно жили в одном здании. Маленькая часть мозга говорила ему, что это просто умное, экономное решение. Сознательный парень, который заботится об окружающей среде и всё такое, предложить подвезти в таком случае — совершенно нормально. Но это не значило, что было не странно соглашаться, несмотря на весёлую атмосферу и разговоры, которые они все разделяли. Что ещё хуже, было бы просто грубо отказаться. Трата бензина и времени, если поехать с кем-то другим или вызвать такси. Зачем ехать с кем-то ещё, если ты всё равно окажешься в одном месте с ним? Ну, я не знаю, Джисон, может, ради остатков твоего рассудка. Чан наклонился, обнимая Джисона за плечо и небрежно опираясь на него, будто собираясь спасти его от неловкой поездки. — Я могу проследить, чтобы он добрался до дома целым, не волнуйся, Минхо-я. Я знаю, он ценит жест. — О нет, правда, всё в порядке. — настоял Минхо. — Мы же живём в одном здании. Чан был удивлён этим открытием, потому что Джисон сознательно избегал упоминать об этом, будто это был какой-то секрет, который он не хотел раскрывать. Хотя это не имело значения. Они бы всё равно узнали рано или поздно, если бы так продолжалось. Что удивило Джисона, так это широко раскрытый взгляд осознания, промелькнувший на лице Чана. Его брови приподнялись, и на губах заиграла довольная усмешка. Он также заметил, как Минхо намеренно избегал прямого зрительного контакта с Чаном в тот момент, когда заметил, что старший усмехается этой новой информации. Джисон переводил взгляд с одного на другого, словно пытаясь что-то сопоставить. Он чувствовал себя животным в зоопарке, и ему не нравилось быть исключённым из того, о чём они думали. — Что это за реакция, хюююн, — захныкал Джисон, толкая его. — Вы же друзья, и ты не знал? — попытался он отшутиться, чтобы снять нарастающее напряжение в груди. — Аааа. Теперь это имеет гораздо больше смысла. — Чан просто кивнул, будто проигнорировал слова Джисона и пришёл к какому-то выводу в голове. — Хаа? Ты ведёшь себя странно, — снова пожаловался он, скрещивая руки на груди. Чан, кажется, усмехнулся, надевая более естественную улыбку, которая просто кричала, что он что-то скрывает. Или просто слишком много знает. Джисон не был уверен, что именно, но этот взгляд ему совершенно не понравился. — О, ничего такого, Ханни, просто мир тесен, да? — хихикнул Чан, поворачиваясь к Минхо с блеском в глазах. Джисону показалось, что он подмигнул ему, и Минхо явно отшатнулся и снова отвёл взгляд. Ясное выражение его недовольства. Может, Джисон и не хотел знать. Может, он слишком много думал, и дело было просто в том, что они соседи. Ага. Неважно. Ему уже было всё равно. На самом деле нет. Но он притворялся. Он всегда мог допросить его позже. Это любопытство усилилось, когда он увидел, как Чан подошёл к Минхо и что-то прошептал ему на ухо. — Ах, ты такой надоедливый, Чанни. — пожаловался Минхо с этим милым сердитым выражением на лице, получив заслуженный толчок, чтобы Чан отошёл. Джисон даже заметил, как, кажется, Минхо покраснел, когда его взгляд встретился с Джисоном после этого короткого обмена, и быстро отвернулся, будто пытаясь это скрыть. Может, у Минхо и Чана что-то было... Нет! Нет, не думать об этом. Ага, нет. Джисон слишком устал в этот момент и ему было всё равно, чтобы даже позволить своим мыслям блуждать в этом направлении или в миллионе других причин, по которым эти двое так странно и загадочно вели себя. Они казались близкими, но ему было всё равно, чтобы выяснять, насколько близкими, прямо сейчас. Проблемы будущего Джисона, да. Похоже, в последнее время их стало много. Он решил отложить это воспоминание на потом, потому что едва держался на ногах. Громко зевнув, он потянулся руками над головой. Это вызвало цепную реакцию зевков, а затем взрывы смеха от этой цепочки, и наконец группа пожелала всем спокойной ночи, подъезжали и уезжали машины, пока не остались только Минхо, Феликс и Джисон. Он чувствовал себя рыбой, выброшенной на берег, оказавшись в красивой новой машине, сидя на заднем сиденье с двумя людьми, с которыми он только начал знакомиться. Для парня, который беспокоился о том, чтобы стать более стабильным, ему определённо нравились красивые вещи. Он чувствовал себя немного избалованным, что ему выпал шанс прокатиться с ним. Феликс из вежливости предложил Джисону переднее сиденье, но тот подумал, что не переживёт всю поездку до их дома, если сможет так близко разглядывать Минхо за рулём. Его взгляд уже прикипел к тому, как Минхо снял зимнее пальто в машине, та же рубашка на пуговицах, что была раньше, рукава закатаны, открывая предплечья, рука крепко сжимает руль, и как выступают вены... Да. Нет. Он, наверное, действительно умрёт, если будет достаточно близко, чтобы пялиться на это всю поездку. Точно. Джисон снова замолчал, устроившись посередине заднего сиденья. К счастью, он уже знал, что Феликс из тех, кто любит поболтать, так что неловких пауз не возникало. Джисон медленно вник в то, почему эти двое тоже так близки, первую часть поездки просто слушая и наблюдая за ними, пока Феликс болтал о какой-то новой игре, в которую пробовал играть, жалуясь на ужасные сервера и смеясь над тем, как кто-то вообще мог сравнивать её с другой игрой класса ААА. Минхо был внимателен, отвечая этим своим «мхм», показывая, что слушает, иногда вставляя мелкие грамматические поправки, пока Феликс всё ещё учил корейский (Минхо всегда делал это этим милым тихим голосом, будто поощряя его успехи), или просто тихим звуком понимания между его болтовнёй. Для кого-то, кто на первый взгляд казался таким красивым и невозмутимым, Минхо на самом деле был удивительно милым, почти скромным человеком. Идеальное точеное лицо для журнала, но улыбка такая радостная и мягкая, что он выглядел как человеческое воплощение кролика. Определённо не то, что ожидаешь от внешности, но Джисон учился не судить по внешности, особенно с такими, как он. Не успел он опомниться, как его внезапно втянули в разговор, вырвав из его маленького мирка. — Тааак, Джисони~ — заговорил Феликс, чуть повернув голову назад, чтобы видеть часть лица Джисона. — Какую музыку ты делаешь? Мы весь вечер говорили об этом, и я слышал кое-что от Чан хёна. — О. — Джисон снова занервничал от этой темы, лицо вспыхнуло. — Я балуюсь или типа того... Мне нравится всё, правда, так что я пытаюсь делать всё, что просто... звучит хорошо, наверное? Джисон наконец дал ответ, теребя кутикулу на пальцах. Кожа уже покраснела и была содрана от повторяющейся нервной привычки. — Мне очень нравится рок, J-рок обычно... Мне также нравится рэп, так что я люблю добавлять мягкий R&B во многое, над чем работаю... Но весело просто играть с кучей жанров. Тихий хмык от Минхо снова. Значит, он слушал. Феликс продолжил: — Это здорово. Если у тебя есть что-то для ремиксов под танцы, это моё! Я больше притворяюсь тусовщицей, чем тусуюсь на самом деле. Ну, Минхо хён любит ставить хореографию под инди-песни, и я сам многому учусь. Это был бы забавный вызов — прислать нам что-то для этого! — Он так ярко сиял, будто сказал что-то простое и невинное, а не буквально самую страшную мысль за всё существование Джисона. — О, нет, правда, не стоит, — неловко усмехнулся Джисон. — У Чана для этого намного лучше, я уверен, он будет рад прислать тебе песни. — Я тоже ставил хореографию для Чана-а, знаешь ли, — заговорил Минхо. — Эм... Я... Ну, просто... Моя музыка не особо... танцевальная? Типа... — Джисон, кажется, пытался придумать оправдание, его разум гудел от мысли, что Минхо будет интерпретировать его песню — как бы он двигался, передавал смысл, какие новые эмоции появились бы под чужим углом. Его чуть не вывернуло от одной этой мысли, нервы снова взяли своё. — Не уверен, что тебе понравится. — Ай, не скромничай, — тихо хихикнул Феликс. — Не поверю, пока не услышу сам. Уверен, у тебя есть хиты. Я мог бы просто очень мило попросить Чанни хёна прислать мне то, над чем вы вместе работаете... — Он посмотрел на лицо Джисона, увидел смущённое красное лицо другого и просто ещё радостнее захихикал. — Извини, извини, я шучу! Без давления, Ханни, серьёзно~ — Феликс попытался сказать более успокаивающе, поворачиваясь обратно вперёд, уставившись в окно. — Я забыл спросить, Хёнджин тоже учится на музыканта? Я хотел спросить его, но между потерей телефона и постоянными разговорами за ужином это совершенно вылетело из головы. — Нет, он по части изобразительного искусства. — Джисон выдохнул, обычно ему было легче говорить о других, чем о себе. — В основном живопись, но он осваивает много новых техник. Душещипательные штуки. — Это имеет смысл, — промурлыкал Минхо. — Он двигается так, как обычно двигаются художники. Свободно, плавно... Творчески. — Он комментировал общие навыки в связи с танцами, что имело смысл. Джисон почти хотел написать другу и сообщить ему, что, по-видимому, он очень очевидно почти стереотипный художник, и найти способ подколоть его за это. — У него действительно энергетика художника! — добавил Феликс. — Серьёзно, как будто... смотришь, как движется картина? Это странно звучит? — Нет, уверен, он будет на седьмом небе от счастья это услышать, просто не подпитывай его эго слишком сильно. У него голова скоро лопнет, — фыркнул Джисон. — Раньше я думал, что он просто придурок из-за этого. Мы одно время были соседями, но дрались постояяянно. — А? Правда? Вы двое сейчас кажетеся суперблизкими! — Феликс, казалось, был удивлён этой информацией. — Я его ненавидел! — Джисон откинулся на сиденье. — Оказалось, что весь его образ важной шишки был просто попыткой притворяться, что он не нервный интровертный дурень. Мы поладили, когда разобрались с этим, но, клянусь, мы чуть не подрались несколько раз, понятия не имею, как мы выжили. — Блин, я бы ни за что не догадался, если бы ты не сказал. Наверное, лучшая дружба начинается с худшего старта, да? — спросил Феликс с интересом. — Можно и так сказать. Если бы ты сказал мне в 17 лет, что мы теперь друзья, думаю, у меня бы случился срыв. Оба, Минхо и Феликс, усмехнулись над этим. Джисон возвращал себе уверенность, несмотря на то, как неловко он чувствовал себя всё это время. По крайней мере, он больше не чувствовал, что разговаривает с двумя совершенно незнакомыми людьми. — А ты, Феликс? — теперь Джисон задавал вопросы. — Ты из Австралии, как и Чан хён... Почему ты переехал сюда? Феликс замолчал на мгновение, его смех почти резко оборвался. Они стояли на красном светофоре, и Минхо с беспокойством посмотрел на другого. Джисон испугался, не сказал ли он что-то не то, чувствуя, как атмосфера слегка изменилась. — Ничего, правда. — снова заговорил Феликс, и в его голосе появилось напряжение, которого раньше не было. — Семейные дела, думаю, ты понимаешь. Джисон просто кивнул, наблюдая, как свободная рука Минхо потянулась к Феликсу, чтобы нежно потереть его плечо на мгновение, прежде чем вернуться на руль. И да. Джисон абсолютно точно понимал. — Извини. — Ай, ничего страшного! Просто... было немного тяжело. Не знаю, освоился бы я здесь так легко, если бы не Минхо хён. — Феликс почти пришёл в себя, этот маленький смешок вернулся, но звучал уже не так. — Он почти не знает английского, а я почти не знал корейского, когда приехал... И он всё равно взял меня поесть, потому что нашёл меня плачущим у магазина после очередного неудачного собеседования. Так я и получил работу в его студии. А потом, встретив Чан хёна, всё стало ещё проще, когда я начал здесь осваиваться. — Минхо хён и я не могли нормально общаться несколько недель после нашей первой встречи, но он всё равно заботился обо мне. Это было очень мило. Чувствовал себя бездомным котёнком, которого он решил приютить. — Оу, хён, у тебя слабость к бездомным, да? — улыбнулся Джисон, тихо рассмеявшись. — Можно и так сказать. Он напоминал депрессивного пнутого кота. Та ещё картина. — сказал Минхо этим дразнящим, певучим голосом. — Видишь, а он всё равно ко мне так строг. Посмотри, как он издевается надо мной. — Феликс показал язык Минхо, получив в ответ эту тупую ухмылку с сомкнутыми губами. Минхо скорчил дурацкую рожу специально, и двое младших в машине просто разразились смехом. Наконец они добрались до дома Феликса, скромного малоэтажного комплекса. Он вышел и пожелал им спокойной ночи. Феликс помахал Джисону, чтобы тот пересел вперёд, и после мгновения колебаний он решил, что, наверное, это нормально... Да? Минхо подождал, пока Феликс благополучно скроется в здании и его не будет видно за дверями, прежде чем снова тронуться. Без Феликса они двое замолчали, чувствуя некоторую неловкость. По крайней мере, это не было неприятно, но Джисон не был уверен, стоит ли пытаться заговорить или поднять какую-то тему, или другому просто хочется ехать в тишине. Он наблюдал, как Минхо потянулся к аудиосистеме и включил её. Музыка полилась с его телефона, Джисон увидел открытый плейлист в Spotify. Названием плейлиста был просто смайлик-котик. Простой парень. Музыка была слышна, но держалась на достаточно низком уровне, чтобы, если они захотят поговорить, у них была такая возможность. Как открытое приглашение. Джисон посмотрел на Минхо на светофоре и тепло улыбнулся этому жесту. Другой просто молча кивнул, но Джисон видел искреннюю улыбку, которая выдавала его с головой, задерживаясь в уголках губ. Джисон откинулся на сиденье, его рука бессознательно отбивала ритм по каркасу дверцы, он напевал мелодию играющей песни. После долгой паузы Минхо заговорил первым. — Тебе нравится Two-Mix? — вопрос был небрежным. — Или ты больше по аниме, откуда эта песня? — И то, и другое, — ответил Джисон, приподнимаясь и слегка поворачиваясь к Минхо настолько, насколько позволяло сиденье. — Я читаю серию, откуда эта песня, с детства, и мне нравились Two-Mix, когда я начал писать тексты. Не могу передать, как я был рад, когда понял, что в этом аниме открывающая песня — Two-Mix! Ты знал, что одна из солисток на самом деле озвучивает главную героиню в этом аниме? Минхо моргнул: — Вот как? — Да! Она озвучивает главного персонажа и даже была замужем за мангакой несколько лет. Они развелись по причинам, не разглашаемым публике, но она до сих пор работает над проектом. — Джисон обнаружил, что тараторит, склонный распространяться на темы и сериалы, которые его интересовали. Старший хмыкнул, перекладывая руки на руле, когда поворачивал. — Не могу представить работу с бывшим так близко. Звучит как пытка. — Но это было бы уже не то без её голоса! Скоро 30-летие сериала, нельзя же просто так взять и сменить голос на позднем этапе. Думаю, это, наверное, по контракту. Может, они снова найдут любовь, работая вместе. Разве это не вдохновляет? Минхо просто тихо усмехнулся: — Кто знает. Хотя к любви нельзя относиться как к чему-то, что можно бросить и подобрать снова, это кажется жестоким. — Люди странные и сложные, в этом и заключается прелесть любовных историй. Другой просто покачал головой, будто наполовину не веря в то, что говорит другой. Улыбка всё ещё была яркой и присутствовала на его лице, и Джисон не мог оторваться от того, как смотрел на него. — Ну, я только начал читать эту серию пару месяцев назад. Думаю, мне есть что навёрстывать. — Мы можем посмотреть её вместе. — слова слетели с губ Джисона быстрее, чем он успел их поймать. Он быстро отвернулся от Минхо и уставился в пассажирское окно. — Я имею в виду... Если тебе когда-нибудь будет скучно, ты же живёшь прямо за стеной, я не знаю... Если просто хочешь посмотреть с кем-то, потому что, ну, приятно делиться новыми сериалами вместе, да? — О боже, пожалуйста, пусть полотенце заткнёт тебе глотку и остановит эту болтовню. — Тогда когда-нибудь воспользуюсь твоим предложением. — наконец ответил Минхо, звуча слишком расслабленно, без особых эмоций. Джисон не мог заставить себя даже взглянуть на другого, гадая, выглядит ли старший хотя бы наполовину так же смущённо, как он себя чувствовал. — Да, когда захочешь. — пропищал Джисон в ответ. — Было бы круто. Минхо просто довольно хмыкнул, звуча удовлетворённо. Их здание показалось в поле зрения, и вскоре они уже входили в него, готовые закончить день. Они шли бок о бок, ближе, чем раньше. Чувствуя себя немного ближе, комфортнее. Теперь они были больше, чем просто соседями. Ещё не совсем друзьями. От них самих зависело, как и будут ли вообще развиваться события дальше. В лифте, к счастью, в это время никого не было. Джисон прислонился к стене в глубине, а Минхо стоял рядом, чуть левее. Будто он хотел быть ближе к другому, но не был уверен, что уместно в такой ситуации. Внутри стены лифта были покрыты высокими зеркалами, которые позволяли видеть себя со всех сторон. Их поставили для эстетики, но на самом деле они заставляли чувствовать себя слишком заметным. Джисон смотрел в зеркало, и его взгляд упал на отражение Минхо. Интересно, заметил ли тот. Минхо заметил и скорчил дурацкую рожу Джисону в зеркале, когда понял это. Узкая, зубастая фальшивая улыбка, и его обычные кошачьи глаза были слишком широко открыты. Джисон поперхнулся смехом, чуть не согнувшись пополам от этого дурацкого вида. Когда он смог снова поднять голову, он решил ответить Минхо такой же дурацкой рожей. Минхо едва сдерживал смех. Джисон надул свои и без того большие щёки, сделал это лицо «рыба-шар» и попытался свести глаза к переносице. Минхо сдался, рассмеявшись всем телом над глупыми рожами, которые они корчили друг другу. Никаких шуток не нужно, просто два уставших мальчика и глупые рожи в лифте. Джисон даже инициировал нежный контакт, слегка хлопнув Минхо по плечу, когда смеялся — жест, который он обычно приберегал для самых близких друзей. К тому времени, как он осознал, где находится его рука, она задержалась там. Секунда, две секунды, слишком долго. Он быстро отдёрнул руку, чувствуя, как сердце колотится в ушах. Как раз в тот момент, когда Минхо, казалось, хотел что-то сказать по этому поводу, Джисон просто скорчил ещё одну дурацкую рожу, надеясь, что другой не заметил короткого сбоя в его сознании. Они снова рассмеялись, прежде чем осознали это. Определённо перешли грань «я настолько устал, что чувствую себя пьяным». Дверь открылась на их этаже, и они наконец пришли в себя. И под «пришли в себя» подразумевается едва сдерживаемый смех, когда они пытались не беспокоить других жильцов на этаже. Джисон полностью повернулся к Минхо, когда они стояли у своих дверей. — Спасибо, кстати. Э-э, за еду. Я всё это время хотел сказать тебе это с тех пор, как ты начал приносить мне еду. Я просто... не очень хорошо умею разговаривать с людьми. И спасибо, что подвёз меня сейчас. Я реально тебе должен. Минхо махнул рукой: — Нет, не беспокойся. Правда. Джисон кивнул, но всё равно чувствовал, что должен ему как-то, но не был уверен, что ещё сказать, так как не знал, что мог бы предложить прямо сейчас. — Точно, — только и смог выдавить он, но слов было слишком мало для тех жестов, которые он хотел бы правильно выразить другому. — Ну, я всё ещё, э-э, полностью за... Если ты захочешь как-нибудь зайти посмотреть аниме... Я обычно смотрю один, так что, ну... Не будь незнакомцем? — сладко улыбнулся Джисон другому, склонив голову набок. — Звучит заманчиво. Спокойной ночи, Джисон-а. — Спокойной ночи, хён. Когда Джисон оказался у себя дома, дверь закрылась, заперлась, отгородив его от внешнего мира. Он сполз по стене на пол с долгим глубоким вздохом. Он надеялся, что это хороший знак того, что грядёт. Вот только бы ещё своё дурацкое сердце под контроль взять.