наш уголок вселенной - К.С. Роудс

Рождественское утро наступило с ярким, но холодным солнцем, пробивающимся сквозь тонкие занавески в комнате Джисона. Он проснулся раньше обычного, что было удивительно, учитывая, как поздно они вчера легли. Но внутри всё бурлило от предвкушения. Сегодня был день их небольшого рождественского приключения с Минхо, Феликсом, Хёнджином и каким-то таинственным соседом Чанбина по комнате, о котором он слышал только по имени — Сынмин. Джисон был немного взволнован знакомством с новым человеком, но присутствие Минхо рядом каким-то образом делало всё менее страшным. Он вскочил с кровати, быстро принял душ и начал перебирать одежду, пытаясь найти что-то достаточно тёплое, но при этом не слишком повседневное. В конце концов, это было почти свидание... ну, не свидание, а просто встреча друзей. Но всё же. Остановившись на тёмно-зелёном свитере и чёрных джинсах, он посмотрел на себя в зеркало и удовлетворённо кивнул. Волосы всё ещё были слегка влажными после душа и мило завивались на концах. Джисон улыбнулся своему отражению, пытаясь унять бабочек в животе. Ровно в 10 утра раздался тихий стук в дверь. Джисон подскочил на месте, сделал глубокий вдох и пошёл открывать. На пороге стоял Минхо. На нём был длинное чёрное пальто, под которым виднелся тёмно-синий свитер крупной вязки, идеально сочетающийся с его новыми синими волосами. В руках он держал небольшой свёрток, завёрнутый в крафтовую бумагу. — С Рождеством, Джисон-а, — мягко улыбнулся Минхо, и его глаза превратились в знакомые полумесяцы. — С-с Рождеством, Минхо хён, — ответил Джисон, чувствуя, как его лицо заливается румянцем. — Это что, подарок? Ты не должен был... — Не должен был, но захотел, — просто ответил Минхо, протягивая свёрток. — Откроешь потом. А сейчас нам пора, а то Йонбок и Хёнджин будут нас пилить сообщениями. Джисон взял подарок, чувствуя, как тепло разливается в груди. Он быстро забежал в квартиру, положил свёрток на стол и вернулся к Минхо, закрывая дверь. Они вышли из здания вместе, и холодный воздух сразу же ударил в лицо. Джисон поёжился и засунул руки глубоко в карманы своего пуховика. — Замёрз? — спросил Минхо, с беспокойством глядя на него. — Н-нет, всё нормально, — ответил Джисон, но его зубы слегка стучали. Минхо ничего не сказал, просто снял с себя шарф и аккуратно обмотал им шею Джисона. Шарф был тёплым и пах Минхо — чем-то древесным и уютным. — Так лучше, — тихо сказал Минхо, пряча руки обратно в карманы. Джисон почувствовал, что его лицо сейчас загорится. Он уткнулся носом в шарф, вдыхая аромат, и тихо пробормотал: — Спасибо, хён. Они сели в такси, и Минхо назвал адрес торгового центра. Всю дорогу они молчали, но это была не неловкая тишина, а скорее комфортная, уютная. Их колени слегка соприкасались на заднем сиденье, и Джисон боялся пошевелиться, чтобы не разрушить этот момент. Когда они прибыли, Феликс и Хёнджин уже ждали их у главного входа, рядом с огромной сверкающей ёлкой. Феликс был в ярко-красном пальто, которое делало его похожим на рождественского эльфа, а Хёнджин, как всегда, выглядел безупречно в своём чёрном тренче. — Хей! Вы приехали! — закричал Феликс, подбегая к ним и заключая обоих в объятия. — Ооо, Минхо хён, ты отдал свой шарф Джисону? Какая романтика~ — Заткнись, Йонбок, — беззлобно огрызнулся Минхо, но Джисон заметил, как его уши слегка покраснели. Хёнджин подошёл к Джисону и понимающе улыбнулся, глядя на шарф. — Хорошо идёт, — прошептал он, и Джисон ткнул его локтем в бок. — А где Сынмин? — спросил Минхо, оглядываясь по сторонам. — Он уже внутри, греется, — ответил Феликс. — Сказал, что если он проведёт на улице ещё минуту, то превратится в сосульку. И, эм... ребята, тут такое дело... — Что? — настороженно спросил Хёнджин. — Ну... помните, я говорил, что сосед Чанбина по комнате придёт? — Феликс загадочно улыбнулся. — Так вот... это Сынмин. — ЧТО? — воскликнули Джисон и Хёнджин хором. — Тот самый Сынмин, на которого Чанбин вечно жалуется? — уточнил Джисон. — Ага, — кивнул Феликс. — Они не знают, что мы знаем, что они не знают... ну, вы поняли. Мы решили, что это будет забавно. — Это катастрофа, — простонал Хёнджин, закрывая лицо руками. Минхо лишь тихо рассмеялся, и в его глазах загорелся озорной огонёк. — Йонбок, ты гений. Это будет лучшее Рождество в моей жизни. — Вы все сумасшедшие, — пробормотал Джисон, но и он не мог сдержать улыбку. Они вошли в торговый центр. Внутри было тепло, пахло корицей и шоколадом, повсюду сверкали рождественские украшения, а из динамиков лилась знакомая праздничная музыка. У небольшого катка в центре зала они увидели Сынмина. Он стоял, прислонившись к ограждению, и пил горячий шоколад. Увидев их, он слегка нахмурился, но помахал рукой. — Вы долго, — сказал он, когда они подошли. Его взгляд скользнул по компании и остановился на Хёнджине. — А это кто? — Это Хёнджин, мой друг, — быстро ответил Феликс. — А это Джисон, ты уже знаешь Минхо. Ребята, это Сынмин. Сынмин вежливо кивнул, но в его глазах читалось лёгкое замешательство, как будто он пытался вспомнить, где мог видеть Хёнджина раньше. Хёнджин, в свою очередь, выглядел так, будто его вот-вот хватит удар. — Приятно познакомиться, — выдавил из себя Хёнджин, протягивая руку. Сынмин пожал её, и в этот момент в его глазах мелькнуло узнавание. — Постой... Я тебя знаю? Ты случаем не сосед по комнате того... Со Чанбина? Повисла напряжённая тишина. Феликс закусил губу, сдерживая смех. Минхо с интересом наблюдал за происходящим. Джисон затаил дыхание. — Эм... да, — наконец признался Хёнджин, его голос звучал натянуто. — Мы с ним соседи. Выражение лица Сынмина мгновенно изменилось. Дружелюбность исчезла, сменившись ледяной вежливостью. — Понятно. — Он отпустил руку Хёнджина и отступил на шаг. — Феликс, ты не говорил, что пригласил его соседа по комнате. — А ты не говорил, что это тот самый парень, на которого ты вечно жалуешься, — парировал Феликс с невинным выражением лица. Сынмин открыл рот, чтобы ответить, но не нашёл слов. Он переводил взгляд с Феликса на Хёнджина, потом на Минхо, который даже не пытался скрыть свою улыбку, и наконец на Джисона, который выглядел так, будто хотел провалиться сквозь землю. — Это подстава, — наконец выдавил Сынмин. — Это рождественское чудо, — поправил его Минхо. — А теперь давайте уже что-нибудь делать, а не стоять здесь. Я хочу есть. Ситуация была спасена вмешательством Минхо, но атмосфера осталась напряжённой. Сынмин и Хёнджин старались не смотреть друг на друга, пока вся компания направлялась к фуд-корту. Джисон шёл рядом с Минхо, который, казалось, чувствовал себя совершенно комфортно, несмотря на неловкость. — Ты специально это подстроил? — тихо спросил Джисон. — Я? — Минхо изобразил удивление. — Это был план Йонбока. Я просто поддержал. — Ты ужасен. — Знаю, — улыбнулся Минхо, и от этой улыбки у Джисона снова затрепетало сердце. Они сели за большой стол. Сынмин и Хёнджин оказались напротив друг друга. Феликс уселся рядом с Хёнджином, а Минхо и Джисон — напротив них. Стороны были выбраны не случайно — Феликс явно пытался создать максимально неловкую ситуацию. — Что будешь заказывать? — спросил Минхо у Джисона, протягивая ему меню. — Эм... не знаю. Я не очень голоден, — соврал Джисон. На самом деле он умирал с голоду, но цены в этом торговом центре были заоблачными, а его бюджет на праздники был ограничен. Минхо посмотрел на него с пониманием, но ничего не сказал. — Я возьму большую порцию картошки фри и два бургера, — объявил Феликс. — И горячий шоколад. — Я то же самое, — кивнул Хёнджин. — Я просто кофе, — сухо сказал Сынмин, не глядя на Хёнджина. — А я буду то же, что и Феликс, — сказал Минхо, и, повернувшись к Джисону, добавил: — И добавлю ещё один бургер. Вдруг кто-то захочет разделить. Джисон почувствовал, как тепло разливается в груди. Он знал, что Минхо сделал это для него. Он улыбнулся и кивнул. Пока они ждали заказ, Феликс пытался завязать разговор, но безуспешно. Сынмин отвечал односложно, а Хёнджин, кажется, вообще забыл, как говорить по-корейски. Он просто смотрел в стол и краснел. — Так, — наконец сказал Минхо, когда напряжение стало невыносимым. — Давайте сразу проясним ситуацию. Сынмин, ты ненавидишь Чанбина. Хёнджин, ты с ним живёшь. Это не значит, что вы должны ненавидеть друг друга. — Я его не ненавижу, — буркнул Сынмин. — Он не такой плохой, когда узнаешь его поближе, — тихо сказал Хёнджин. Сынмин поднял голову и посмотрел на него с любопытством. — Правда? — Ну... он может быть заносчивым и громким, и он вечно таскает мою еду из холодильника, и храпит как медведь, — начал перечислять Хёнджин, и уголки губ Сынмина дрогнули в намёке на улыбку. — Но он также очень заботливый. Если у меня был тяжёлый день, он всегда рядом, чтобы выслушать. И он готовит просто божественно, когда у него есть настроение. — Готовит? — переспросил Сынмин, и в его голосе послышался интерес. — Чанбин? Серьёзно? — О, да, — подтвердил Феликс. — Он однажды приготовил для нас ужин, и это было невероятно. А ещё он очень предан своим друзьям. Думаю, ты просто видишь в нём соперника, а не человека. Сынмин задумался, уставившись в одну точку. Пауза затягивалась, и Джисон уже начал беспокоиться, что всё идёт не по плану. Наконец Сынмин вздохнул: — Ладно. Возможно, я был немного... предвзят. — Немного? — усмехнулся Минхо. — Много, — признал Сынмин, и в его глазах мелькнуло сожаление. — Просто... он всегда пытался меня перещеголять. На каждом занятии. Это раздражало. — Он не пытался тебя перещеголять, — тихо сказал Хёнджин. — Он просто... такой. Он соревнуется сам с собой больше, чем с другими. Я думаю, он просто хотел привлечь твоё внимание. Сынмин уставился на него. — Привлечь моё... внимание? Зачем? — Ну... — Хёнджин замялся, покраснев ещё сильнее. — Может, ты ему нравишься? Повисла гробовая тишина. Сынмин выглядел так, будто его ударили током. Он открыл рот, закрыл, снова открыл, но ни одного звука не вырвалось. Феликс с трудом сдерживал смех. Минхо с интересом наблюдал. Джисон просто молился, чтобы земля разверзлась и поглотила всех. — Я... что? — наконец выдавил Сынмин. — Это всего лишь теория! — поспешно добавил Хёнджин. — Я не знаю точно. Просто... он постоянно говорит о тебе дома. Жалуется, да. Но если бы он тебя ненавидел, он бы просто игнорировал. А он не игнорирует. Он всегда знает, что ты делаешь, где ты, с кем ты... Сынмин откинулся на спинку стула, уставившись в потолок. — Мне нужно переосмыслить всю свою жизнь, — пробормотал он. — С Рождеством, — прошептал Феликс, и они с Минхо обменялись довольными взглядами. В этот момент принесли заказ, и атмосфера за столом немного разрядилась. Сынмин, всё ещё находящийся в состоянии лёгкого шока, автоматически потянулся к кофе, но Хёнджин подвинул к нему тарелку с картошкой. — Попробуй, — предложил он. — Это здесь очень вкусно. Сынмин посмотрел на картошку, потом на Хёнджина и медленно взял одну соломинку. — Спасибо, — тихо сказал он. Это было маленькое, но важное перемирие. --- После обеда они решили прогуляться по торговому центру. Феликс тащил всех к каждому сверкающему украшению, требуя сфотографироваться. Хёнджин и Сынмин шли немного позади, и Джисон заметил, что они о чём-то тихо разговаривают. Кажется, лёд начал таять. Минхо и Джисон тоже отстали, наслаждаясь праздничной атмосферой. Они остановились у большой ёлки, глядя на огни. — Спасибо, — сказал Джисон, поворачиваясь к Минхо. — За что? — За сегодня. За бургер. За шарф. За... ну, за всё. Минхо посмотрел на него, и его взгляд был таким тёплым, что Джисону показалось, будто вокруг них зажглись не только ёлочные огни, но и тысячи звёзд. — Не за что, — тихо ответил Минхо. — Я рад, что ты здесь. — Я тоже. Они стояли так, глядя друг на друга, и мир вокруг словно замер. Рождественская суета, люди, музыка — всё исчезло, остались только они двое. — Можно тебя кое о чём спросить? — нарушил тишину Джисон. — Конечно. — Почему ты... ну, почему ты так ко мне относишься? Мы ведь едва знакомы. Минхо улыбнулся своей мягкой, кроличьей улыбкой. — Ты когда-нибудь чувствовал, что знаешь человека, хотя только что встретил его? Будто вы уже были знакомы в другой жизни? Джисон кивнул, его сердце забилось чаще. — Вот что я чувствую с тобой, — признался Минхо. — С первой встречи в лифте. Я не знаю, как это объяснить. Но я хочу узнать тебя. Всю тебя. Каждую твою часть. У Джисона перехватило дыхание. Он не ожидал такой откровенности. — Я... я тоже, — прошептал он. — Я тоже это чувствую. Минхо сделал шаг ближе. — Джисон-а... — Минхо хён! Джисон! Идите сюда, там Дед Мороз! — раздался крик Феликса, разрушающий момент. Они оба рассмеялись, разрывая зрительный контакт. Но когда пошли к остальным, Минхо взял Джисона за руку. Просто так, естественно, будто так и должно быть. Джисон посмотрел на их переплетённые пальцы, потом на Минхо, и улыбнулся так широко, как только мог. Это было лучшее Рождество в его жизни.

***

Вечером они все собрались в квартире Феликса и Сынмина, чтобы продолжить празднование. Чан, который провёл день с семьёй, тоже приехал, привезя с собой бутылку вина и коробку печенья. — Ну как прошло двойное свидание? — спросил Чан, входя и снимая пальто. — Это не было свиданием, — хором ответили Минхо и Джисон, а затем смущённо посмотрели друг на друга. — Ой, да ладно, — усмехнулся Феликс, разливая напитки по бокалам. Сынмин и Хёнджин сидели на диване, оживлённо обсуждая какую-то музыкальную тему. Казалось, они нашли общий язык через общую страсть к музыке. Чанбин, который пришёл вместе с Чаном, с удивлением наблюдал за этой сценой. — Они... они разговаривают? — прошептал он Джисону. — Без криков? — Похоже на то, — усмехнулся Джисон. — Я не понимаю этого мира, — покачал головой Чанбин. — Просто прими это, — посоветовал Минхо, проходя мимо с бокалом вина. — Иногда лучшие отношения начинаются с вражды. Чанбин посмотрел на него с подозрением: — Ты о чём? — Ни о чём, — улыбнулся Минхо своей загадочной улыбкой и отошёл к Джисону. — Ты издеваешься надо мной? — тихо спросил Джисон, когда Минхо встал рядом. — Всегда, — ответил Минхо, и его рука снова нашла руку Джисона. Они стояли так, наблюдая за своими друзьями, которые смеялись, спорили, ели и пили. Комната была наполнена теплом и уютом, и Джисон чувствовал, что наконец-то нашёл своё место. Своих людей. Свою семью. — С Рождеством, Джисон-а, — прошептал Минхо. — С Рождеством, Минхо хён, — ответил Джисон, сжимая его руку. И в этот момент, глядя на своего загадочного, красивого, заботливого соседа, Джисон понял, что хочет, чтобы таких Рождеств было много. Чтобы каждый год, каждую минуту он мог быть рядом с этим человеком. Потому что иногда самые неожиданные встречи становятся самыми важными в жизни.